Ароматы Свободы

Я поняла, что не могу пошевелиться. Грудную клетку придавило; эту боль я узнаю из тысячи. Говорят, история циклична, но не до такой же степени! Сколько еще мои ребра выдержат? Какой уже раз я их ломаю? Скоро изменения в погоде будут меня так мучить, что лучше сразу подобрать петлю по-крепче. И чем быстрее, тем лучше. Без понятия, какие условия в тюрьме для политзаключённых, но что-то подсказывало, что не класс люкс.

"Может ты знаешь? - обратилась я к соседке, но Селлестина молчала».

На душе словно кошки заскреблись. Она всегда отвечала, отвечала даже на самый глупый вопрос, но в этот раз просто молчала. Во всем нужно находить плюсы. Если уорка молчит, значит я достаточно окрепла и ей нужен отдых после захвата моего тела, а значит, еще поднакоплю сил и вы берусь от сюда. Если только меня раньше на задавят до смерти. Вот тогда будет проблема.

- Инесса...- раздался осипший голос Меркурии и с сердца камень упал. Жива. - Ты в порядке?

Я даже и не знала, что ответить. Смешок прозвучал будто сам по себе. В порядке? В такой-то ситуации?

- Жива и ладно, - выдавила я, пытаясь одной свободной рукой убрать доски к груди, чтобы дать себе возможность вдохнуть. Те, вроде, поддались, дышать стало чуть легче, затхлый запах гнили и пыли прозвучал ярче , но убрать остальное было выше моих сил. Нужно было просто дать себе время. Очень не вовремя "простреленное" колено дало о себе знать, когда я попыталась пошевелить ногой. - Черт...

- Инесса! - мгновенно среагировала женщина, переключаясь в режим матери.

- У меня такая реакция на боль. Меня тут немного придавило, а ноге это болеть не помогает! - я была уставшая, побитая и отчаявшаяся. Мне хотелось выбраться от сюда, позволить Фире починить себя, выбить кофе, принять ванну, а потом лечь спать, забыв о произошедшем, как о страшном сне. Ведь никак по-другому, этот кошмар описать было нельзя.

Меркурия какое-то время молчала, заставив меня начать нервничать, а потом тихо произнесла:

- Мне жаль. Непутевая из меня вышла мать, - она хохотнула, но я могла поставить все, что у меня есть, на то, что ей не было весело. - Я должна была уберечь тебя, как и клялась твоему отцу, что отгорожу тебя от боли, что заменю тебе мать, но в итоге не только не уберегла, так еще и сама боль причинила.

- Ты ведь не могла знать, кто под маской. Это ведь твоя работа - ловить преступников. Откуда же тебе знать, что твоя воспитанница - часть незаконной организации? - я не могла понять, за что так себя винит женщина. За все те десять лет, я не нашла ни единого повода для линчевания.

- Я догадывалась. Этого следовало ожидать, я ведь знаю тебя еще с пелёнок, ты похожа на отца не только внешне, но и характером. У Дэниела сильная кровь, такой уж он. Какая же я слепая! Когда я узнала о "Тени", нужно было сразу думать о тебе! Разве много кто рискнёт так открыто идти против власти, кроме тебя и твоего отца...

Мы обе замолчали. Разговор становился все более личным. Я должна была столько спросить: об отце, о Союзе Свободы, о Кассандре, да обо всем на свете! Но я спросила:

- И чтобы ты сделала, если бы узнала тогда?

- Разумеется, не возвращалась бы на работу! Мои девочки, конечно, не просто так на службу попадают, но я бы намного больше облегчила бы тебе работу, оставаясь дома, - я ожидала любого ответа от "выпорола бы", до "провела бы образовательную беседу", но точно не такого. - Я была моложе, чем ты сейчас, когда примкнула к Союзу Свободы. Мы были так юны и амбициозны, каждый из нас хотел изменить мир. Но, мы ничего не смогли сделать. Столько потеряли, стольких потеряли, и я...рада, что произошло разделение, - от такого заявление я могла только пискнуть разъяренно. Как Меркурия только позволяет себе такие слова?! - Хотя бы никто из наших не погиб. Нас, конечно, иголками к стене, как бабочек, прикинули, но все остались живы.

- Ты ошибаешься...- тихо ответила я, надеясь, в какой-то степени, остаться не услышанной. - Гарри погиб. Во время Бала.

- Откуда ты?...- ее голос сделался еще тише и спиши, - Какая я глупая! Значит, зря я сдалась, да? Променяла идеи на безопасность. Дэниел был бы мной разочарован.

Отчаяние закружилось в воздухе таким мощным потоком, что стоячего оно бы сбило с ног, а лежачего оно просто добивало. Меркурия словно потеряла смысл жизни, она просто молчала, и даже ее дыхание слышалось через раз. Я услышала горько-соленый запах скорби, скорби по прошлому. И этот запах проникал в каждую щель, под каждую трещинку, от него слезились глаза, а под языком будто пенился яд.

- Отец не имеет права тебя судить. Он бросил всех на той стороне, сбежал не сказав не слова. На него все надеялись, он был надеждой Теней, но он пропал! Ему нечего терять! - только сейчас я понимала, как мерзко поступил отец. Он не был какой-то шестеренкой, как я. Он был настоящим лидером, вдохновителем, но...я всегда представляла папу по-другому. Сильным, харизматичным , добрым, всегда идущим к своей цели. Но, видимо, детским воспоминаниям верить нельзя. - А на тебе трое детей! Ты нас с Фирой воспитывала как могла, ты сделала все, что могла, чтобы мы выросли хорошими людьми. Может, я никогда не называла тебя матерью, но всегда тебя таковой считала...

- Наверное, это лучшее, что я слышала за последнее время, - искренне произнесла женщина, но вдруг она резко переменилась в голосе. Он сделался серьёзным и твёрдым. - Дэниел пропал?

- В одно время с Кассандрой. След обоих простыл.

- Кассандра? Значит, все это время...- запнулась Меркурия.

- Почти два года, - ответила я. - И вот, она пропала. Сразу после нападения на Балу со своими фолками. Кажется, это не совпадение...

- Это точно не совпадение. Кассандра и Дэниел всегда были странной парой. Никто не понимал их, никто по-настоящему не понимал их идей. Мы хотели просто больше свободы для всех, хотели, чтобы власть перестала унижать людей и фолков, но они хотели достичь чего-то для нас невероятного. И что-то подсказывает, что и ты не просто плод их любви. Боюсь, сейчас они начали действовать по-своему, а значит...- женщина запнулась, когда доски с шумом стали разъезжаться в стороны, освобождая от своих оков. На улице послышался гам из голосов. Нас нашли.

Я ожидала, что все произойдёт именно так, как и произошло. Меня задержали. Задержали практически сразу на месте, пока я представляла "сладкую" жизнь в тюрьме. Сейчас начнётся расследование, допросы. В один момент они выйдут сначала на Геру, потом на Сару, Профессора Раймонду, Фиру. В итоге, я послужу крахом всего того, что было построено. Как там говорила Венера? Я буду падением цивилизации? Никто бы не подумала, что поверю предсказанию полоумной, хотя, я о многом, что произошло в моей жизни еще года три назад даже помыслить не могла.

А потом шёл обыск...

Как я радовалась, тому, что посеяла маску! Невероятно! Если бы ее нашли при мне, то не было бы ни следствия, ни суда, а так, даже моя одежда не могла сыграть со мной плохую шутку. Черный плащ, по которому меня могли опознать, превратился в чёрную тряпку, весящую на двух нитках. Нельзя было угадать даже то, что это был плащ. Холодный пот выступил только тогда, когда до меня дошло, что если развалины будут осматривать, то ярко жёлтая ткань обнаружится очень быстро. Вопрос будет еще больше, когда жандармы пробьют кому принадлежат руины. Голова судорожно работала, пытаясь придумать хоть что-то, хоть какое-то оправдание, причину, но усталость накатывала, как цунами. Я шипала себя, чтобы случайно не уснуть, ожидая допроса, чтобы ничего лишнего не сболтнуть.

- Да я смотрю, мисс, ребра свои вы все так же не жалеете, - произнес знакомый голос. Открыв слипшиеся глаза я увидела чёрные, как крыло ворона, волосы и белый, как первый снег, халат, о нем особо ничего скажешь: халат есть халат.

- Признайтесь честно, вы меня преследуете? - два раза - совпадение, но на третий раз начинаешь подозревать неладное. А уж когда дела касается целителей, их ожидаешь увидеть в лечебнице, ну ни как не в полицейском участке во время допроса.

Черноволосая целительница хмыкнула и произнесла:

- Я слишком занятой человек, чтобы тратить свое время на преследования. Но, я совру, если скажу, что меня не радуют игры судьбы, ты - занимательный объект для наблюдения, - с этими словами она открыла белый чемоданчик с красным крестом и достала какие-то инструменты.

- Если вы такой занятой человек, так что делаете тут? Наверняка, в лечебнице много пострадавших, - я поморщилась, когда игла от шприца впилась в вену. Руки в белых перчатках действовали быстро, через мгновение неприятное ощущение исчезло, женщина приступила к другим процедурам.

- На самом деле, пациентов нам поступило не много. Благодаря особенностям района сильной давки не было. А вот жандармы, как можно судить по-вашему примеру, пострадали, - целительница поправила очки, разглядывая колбу с моей кровью. А я все думала, когда она приступит к своим обязанностям, к лечению. - Любопытно. Судя по количеству магии в вашей крови, ваше сердце уже должно было остановиться.

- Оно у меня крепкое, - благодаря Кассандре, "выбравшей" для меня лучшие гены. Игры с природой иногда приводят к чему-то хорошему.

- Вы тренируетесь, - продолжала женщина.

- Это факт. Как вы заметили, я - жандарм. А вы - целитель и должны меня лечить. Кажется, проблемы тут у вас, - я начинала злиться, а колено заболело еще сильнее. Надеюсь, хромать всю оставшуюся жизнь не буду.

- Грубо, - буркнула она, но склонилась над своим чемоданом и достала от туда марлевую повязку. Окунув ее в синеватую жидкость, женщина наложила марлю на мои ребра и ногу. Я тут же почувствовала блаженную прохладную. Никакой боли. Никаких саднящих ощущений.

Закончив, целительница вернулась к инструментам, проводя какие-то операции с моей кровью. Она долго-долго что-то искала или изучала, но в итоге отложила колбу в сторону и покачав головой пожаловалась:

- Какой смрад вокруг! Никогда не думала, что соскучусь по фолкам так скоро!

- Все еще используете их в качестве живых освежителей воздуха? В наше время цены на спреи с ароматом хвои такие высокие?

- Опять же, грубо. Фолки уничтожают остаточную вонь от магии, любой фон, кроме своего собственного ощущается отвратительно! Что же касается цен, то лечебница поступает очень благодушно, обеспечивая фолков рабочими местами и с заработной платой. Удивительно, что мне приходиться вести диалог о комфорте фолков с жандармом.

Злость подавилась сама собой. Наверное, дело в усталости. А возможно, в странной ностальгии смешанной с разочарованием. Именно из-за этого я не хотела идти в полицию, именно из-за фолков. А сейчас что? Очень некстати вспомнился тот старый фолк. Где он? Что с ним? Последовал ли он моему совету? Да, наверное дело в усталости. День был сложным, и скорее всего, будет еще сложнее.

- В какой-то момент, вещество в твоём организме, антидот к магии уоров, вступил с чем-то в реакцию, пытаясь защититься от чужого присутствия в твоём организме. Любопытно. Было ли взаимодействие с уорами за последние несколько часов? - даже не задумываясь я отрицательно покачала головой. Нет. На меня никто не нападал, а Господин Морис выкинул меня из машины при помощи физической силы...Черт! Селлестина. - Возможно, это будет несколько противозаконно, но между нами, я возьму твою кровь на более глубокий анализ.

Блеск в глазах за очками говорил сам за себя.

- Собираетесь воссоздать это вещество?

- Ни в коем случае, всего лишь анализ, - уголки ее губ расплылись в хитрой улыбке. Не задерживаясь ни на минуту, целительница собрала все инструменты и выходя произнесла, обращаясь к кому-то за дверью, - Я закончила, можете входить.

Приведя в порядок мысли, я решила, что стоически буду отрицать свою причастность ко всему, в чем меня только будут обвинять. От терроризма, до кражи в магазине. Я сделала глубокий вдох, совсем не ощущая вонючий шлейф чужой магии. В конце концов, нет ничего хуже, чем уорский приторный запах. Дверь скрипнула, я увидела вошедшего и облегчённо выдохнула. Это была Сара.

- У меня много новостей, - спокойно произнесла она, будто я не навлекла беду на всех Теней своими поступками. - Плохих, конечно, больше, но есть и хорошие. С каких начать?

Я на секунду призадумалась, но все-таки выбрала хорошие. Их будет совсем мало...

- Никого из наших не поймали, обошлось и без серьёзных травм, - хоть что-то хорошее...- Никаких новостей про задержанных на "той" стороне тоже не было.

- Здорово. Значит никто кроме меня? - Сара окинула меня странным взглядом.

- О чем ты? - не поняла женщина, но тут же переменилась в лице. - Инесса, тебя ни в чем не обвиняют. Ты тут не как заключенная, ты тут как пострадавший сотрудник, поймавший преступника. - а вот тут не поняла я.

Не торопясь отвечать, Сара нервно убрала светлую прядь за ухо, глядя серыми глазами то на меня, то на стену позади меня.

- Меркурия дала чистосердечное признание. При ней нашли маску, она ничего не отрицала.