Глава 1.
- Майор, а вы уверены, что это - граница Северного Могильника? - Бейн указал на сгустки черных переплетений, больше походивших на дикие джунгли, нежели на северный лес Зоны. Впрочем, в такой полутьме разглядеть что-либо было очень сложно, а учитывая, что оперативник делал это через местами треснувшее лобовое стекло «Тигра», понять, что же там такое, впереди, было невозможно.
- Более чем, - ответил майор Коновалов. - И по местности, и по карте все сходится. Или у тебя есть другие предположения?
- Да я скорее поверю, что мы заехали в пространственную аномалию, которая переместила нас... в какую-нибудь Африку.
- В Центральную, - уточнил Котяра с заднего сидения. Остальные трое оперативников, сидящие в салоне, дремали.
- Вот-вот, - согласился Бейн, - чтобы в Зоне была такая духота, да еще и ночью! Ну, точно говорю - Африка!
- Шутки шутками, конечно, а нам еще надо решать, как мы дальше двигаться будем, - сказал Коновалов. - Лес этот мне совсем не нравится, но получается, что других вариантов нет. - Он разглядывал карту, водя по ней фонарем. Свет в бронеавтомобиле оперативники не включали специально, дабы не привлекать к себе внимания мутантов. Им и без этого хватило псевдогиганта, с которым довелось повстречаться чуть ли не у самого периметра Зоны. Да и сноркам, которые буквально облепили машину около Восточных Заводей, бойцы были совсем не рады. Теперь они сидели в разбитом и исцарапанном «Тигре» со спущенными колесами и вмятинами по бокам перед границей Северного Могильника. И это за каких-то шесть часов путешествия по Зоне. Благо новейший детектор аномалий не подвел: всех их он обнаруживал точно, кроме непонятного сгустка жидкости, подплавившей бронеавтомобилю шины.
Но им-таки удалось доехать до края Северного Могильника по новым, неведомым ранее дорогам. Бейн гнал автомобиль то по бездорожью, то по старым, давно заброшенным асфальтовым полосам, пересек три мелки речушки, миновал лес, а после долго двигался по широкому распадку между лесополосой и холмами, затем объехал небольшое болото, и - вот, впереди Могильник. Впрочем, все самое интересное ожидалось впереди. Майор, внимательно осмотрев карту, добавил: - Можно было бы, конечно, через Грязевое озеро, но я не уверен, что это безопасней, да и там плыть на чем-то надо.
- Кстати, а зачем все эти местные искатели приключений лезут в Зону? - поинтересовался Котяра. - Могли бы так же ехать в Африку, там есть все, что так любят настоящие сталкеры. Огромные локации, где царит полная анархия. Враждующие группировки с «калашами». Артефакты - алмазы, которых там много и из-за которых там годами идет резня. Мутанты - хищные звери, змеи, гориллы, аборигены с копьями. Аномалии - малярия, болота, москиты, жара, тропические ливни, СПИД и антисанитария. Пусть берут гитару, рюкзак, нож, бутылку водки и банку тушенки и - вперед, навстречу романтическим приключениям!
- Понимаешь, Котяра, до Африки далеко, - обратился к нему Бейн, - а тут рядышком, под боком, а при должном везении можно нехило заработать. - В Зоне не только искатели приключений находятся, - вставил майор. - Это в первые годы после появления Зоны было. Да, лезли все подряд и гибли на второй день в лучшем случае. А теперь-то тут есть те, кто просто родился в Зоне, и те, кто приходит сюда вовсе не за романтикой. Резонно все, короче.
- Однако это не делает их хорошими, - заметил Бейн.
Свирепое рычание, резко пронзившее ночной покой Зоны, послышалось из леса. Автора сего действия оперативники не сумели различить среди переплетенных лиан и деревьев в ночной тиши, зато через мгновение смогли во всей красе разглядеть изумрудно-зеленые вспышки некой аномалии, находящейся на самых подступах к лесу и метрах в ста от «Тигра». Чуть позже стало ясно, что зверь, чей вопль довелось услышать оперативникам, угодил в эту аномалию.
Громкие хлопки и потрескивания, сопровождающиеся зелеными вспышками, вкупе с воплем мутанта образовывали неприятное, царапающее череп, как гвозди стекло, звучание. Но слушать его бойцам пришлось не более пяти секунд. Определить, кто замолк первым, аномалия или зверь, было нельзя - это произошло одновременно.
- Нехило... - протянул Зубр, спавший до этого в салоне бронеавтомобиля. Гамлет и Партизан тоже встрепенулись.
Коновалов усмехнулся:
- Надеюсь, Бейн, теперь ты понимаешь, где мы?..
До рассвета оставалось не более часа, поэтому бойцы вновь решили вздремнуть. Военное ведомство правильно поступило, отправив спецотряды оперативников стразу после выброса. И хотя без стычек с мутантами не обошлось, встреч со сталкерами им удалось избежать. А впереди, в гиблых и загадочных местах, дороги к которым открылись после недавних выбросов, шансы встретить человека были крайне малы, хоть и не равные нулю - теперь в эти места дороги открылись с юга Зоны.
К месту операции «Бункер» должны были подоспеть восемь отрядов. Группа майора Коновалова - единственная, которая была отправлена в Зону на бронеавтомобиле. Именно поэтому предполагалось, что эти оперативники прибудут на место операции раньше всех. Впрочем, сам майор не был в этом так уверен. Конечно, было бы рациональней транспортировать отряды на вертолете, но к самому Могильнику не долететь - воздушное пространство сильно наполнено аномалиями. Да и таким образом скрытное проникновение в Зону оперативных подразделений могло быть рассекречено в любой момент наблюдателями военной разведки, сталкерами и группировками, в том числе и «Монолитом». Группа отлично экипированных сталкеров - а больше оперативникам выдавать себя было не за кого - неминуемо вызвала бы подозрения как в штабе миротворческого контингента, к которому эти бойцы не имели никакого отношения, так и у сектантов, в чьих интересах также находится состояния севера Зоны.
Глубокая ночь, накрывшая своей черной шапкой землю, отступала. Только сейчас майор заметил, что в черном небе над Зоной ярко горели звезды, которые были видны даже сквозь треснувшее стекло бронеавтомобиля. «Интересно, небо так и останется чистым, - подумал майор, - или, как и всегда, зальется тяжелыми свинцовыми тучами, так и не дав лучам солнца коснуться аномальных земель?»
Месяц медленно пятился за горизонт. Светало.
... Отряд собрался с началом рассвета. Бронеавтомобиль они так и оставили здесь. Вряд ли он им еще потребуется: побитый, со спущенными, буквально расплавившимися шинами.
Майор, внимательно осмотрев подступы к лесу из бинокля, скомандовал:
-Ну что, все готовы? Тогда идем, пока здешние обитатели не проявили к нам гастрономический интерес.
Огромное, тяжелое алое солнце медленно и величественно поднималось из-за горизонта. Оно не торопилось - ведь впереди длинный день.
***
Ингвар еще давно усвоил, что в Зоне нельзя быть по-настоящему готовым ни к одной, в том числе и хорошо знакомой угрозе. Именно поэтому, находясь в единственном безопасном для него месте - своем схроне - он всегда держал наготове свой верный «Хеклер и Кох». И хотя на дверце, открывающей выход на поверхность, всегда стоял добротный замок, инстинкт самосохранения у наемника не спал никогда. Там, за территорией Зоны, это назвали бы паранойей. Но именно она помогала выжить Ингвару уже второй десяток лет в Зоне. Впрочем, ему и до этого приходилось несладко, но вспоминать свою жизнь «до черты» он не любил.
Наемник не сразу понял, отчего проснулся, а точнее - кто его разбудил. Вечером шел мощный выброс, сила которого смогла подействовать даже не сознание Ингвара, находящегося в пяти метрах под землей. «Вот она, старость», - думал наемник. Хотя в плане боевой подготовки, чутья и ловкости ему мог позавидовать любой опытный сталкер. После выброса он заготавливал новые сбороки из артефактов, потому заснул поздно. Именно ввиду своего не по годам бодрого состояния Ингвар был уверен, что проснулся от чего-то нехорошего. Либо мутанты шумели на поверхности (что бывало довольно-таки часто), либо рядом прогрохотали выстрелы. В любом случае он в погребе, о котором никто не знает и обнаружить его тоже не сможет.
Поэтому наемник очень удивился, когда не обнаружил рядом с собой свой неизменный «ХК». Сей вопиющий факт был равносилен грому среди ясного неба и взбодрил Ингвара не хуже электры.
- Крепко же ты дрыхнешь,- послышался глухой мужской голос.
Ингвар вскочил, пытаясь выхватить нож, которого, как и винтовки, не оказалось на своем месте и застыл - да так и стоял не шевелясь. Человек (да и человек ли?), обратившийся к наемнику, стоял, облокотившись на стену и держа перед собой ингваровский «ХК», направленный на наемника. Если он не убил его сразу, то, должно быть, все-таки что-то от него хотел - это немного расслабило Ингвара.
С виду неизвестный сталкер выглядел как обычный человек: две руки, две ноги, одна голова. Лицо утреннего гостя наемник толком разглядеть не мог, было слишком темно. Единственным источником света в помещении являлся артефакт «лучик». Но даже при таком тусклом освещении лицо было мертвое, лишенное всяких эмоций. Кроме того, от сталкера шло нечто темное, гнетущее; будто на самом деле ты не бодрствуешь, а спишь.
- Расслабься, я всего лишь поговорить.
Голос у человека был резкий, словно зазубренным ножом тебе горло скребут.
- Кто ты? - со злобой спросил Ингвар.
- Не надоело шастать по всей Зоне? - Неизвестный сталкер проигнорировал вопрос Ингвара. А когда не получил ответа от наемника, продолжил: - Все эти заказы, убийства, добыча артефактов - не надоело? Неужели тебе не хочется нечто большего от Зоны?
- Какое тебе дело?
- Ведь надоело все, правда? Мы давно за тобой наблюдали, Ингвар. Думаю, тебе будет интересно моё предложение.
- Какого черта?! - Наемник явно не ожидал этого услышать. - «Вы» - это кто?!
- Неужели не догадываешься? Столько лет бродишь по Зоне, и нет ни одного предположения, кто бы мог явиться в твои хоромы без спросу да еще и непонятным способом?
- Кто?! - выкрикнул Ингвар, продолжая стоять на месте как вкопанный. Он и не собирался действовать: его собеседник был не из тех, кого можно взять рукопашными приемами, броском ножа или резкими выстрелами.
- Черный Пузырь, - спокойно ответил сталкер и опустил винтовку, по-видимому решив, что наемник не станет атаковать.
И тут Ингвар понял, кто перед ним. Последние слова, будто могильные камни, падали, тяжело ударяясь друг о друга. Ему захотелось глубоко, очень глубоко вдохнуть, а потом шумно, с присвистом, выдохнуть.
- Я к вам не лезу, - попытался спокойно сказать наемник. - Уж и вы, будьте добры, меня оставьте.
- Мы хотим нанять тебя.
Ингвар, чьему холоднокровию и спокойности мог позавидовать любой сталкер в Зоне, еле сдерживал эмоции. Ему казалось, что это какой-то дурной сон, не реальность.
- Это может показаться странным, но ты нам нужен, - продолжил гость. Ингвар теперь на сто процентов был уверен, что перед ним монолитовец. Причем не простой рядовой боец, а настоящий офицер, способный на самые разные фокусы.
Кажется, все начинало вставать на свои места: и неизвестный гость, и как он сюда попал, и, главное, зачем. На самом же деле клубок новой, загадочной и мрачной истории только начинал заплетаться сукой-жизнью. Не иначе, сама Зона уготавливала для Ингвара новую запутанную игру, невольным участником которой ему только предстояло стать.
Через двадцать минут он знал свой заказ во всех деталях: отряд сталкеров движется к Северному Могильнику, имея при себе артефакт, так нужный «Монолиту»; задача наемника - любым способом отобрать артефакт и при возможности уничтожить весь отряд.
Его сильно удивило, почему такие матерые жители Зоны для решения собственных проблем обращаются к какому-то наемнику. На что монолитовец ответил: «У них в отряде Болотник. Ты знаешь, кто это. Он может учуять нас еще за километр от них, способен увести отряд в дебри и улизнуть через пространственные карманы. Ты уже много лет отлично выполняешь свою работу, и как-никак лучше всего подходишь на кандидатуру того, кто сможет незаметно выйти на отряд, положить всех и, главное, добыть артефакт. А взамен ты получишь все, о чем так давно мечтал».
Когда Ингвар собрался, монолитовец дал ему сводку об аномальной активности на севере Зоны, карту местности и вкратце рассказал о примерном местонахождении отряда. А затем он влился вместе с наемником в мягкое пространство, перемещая Ингвара на север Зоны. Сделал он это через какой-то свой прибор, формой похожий на мобильный телефон. Ингвар решил, что это отбойник - редкое устройство, способное перемещать людей через пространственные пузыри. Наемник много раз попадал в пространственные аномалии, но в этот раз все было по-особенному: сначала вокруг него туман пошел волнами, которые затем видоизменились на струящееся марево, похожее на северное сияние, а после этого стали проступать очертания Зоны. Северной Зоны.
Когда волнистая дымка окончательно исчезла, Ингвар увидел перед собой болотистую местность, справа от него простиралось Грязевое озеро, слева - ряды редких, мало известных наемнику аномалий. А там, впереди - лес, путь к центру Северного Могильника. Погода стояла на удивление ясной: на небе - ни облака. Утреннее солнце - желанный, но редкий гость в этих краях - неспешно поднималось на горизонте Грязевого озера. Его жаркие лучи еще не коснулись аномальных земель Зоны, его свет еще не обжигал глаза, но сегодня этому суждено было случиться.
***
Ночь провели в подвале. С напарником пришлось хуже: память к нему вернулась лишь частично.
Хохолок нервно ходил взад-вперед по комнате, стоная: «Жрать-то как охота, пузо свело». Иногда мне казалось, что он вот-вот заплачет. Правда, сделает это не так, как рыдала Катя. Никита пару раз пытался ее обнять, успокоить, но тем самым он только усугублял ситуацию. Наверное, зря я ей рассказал о том, чего увидел во сне. Не знаю, можно ли это назвать видением или нет, но обычным сном это назвать точно нельзя.
Катя очень обрадовалась, узнав, что к нам с напарником вернулась память. Когда я зарекнулся, что уже второй раз ко мне пришло видение, девка очень хотела узнать, что я увидел. А меня просто выворачивало наизнанку при вспоминании картин из видения. Она просила рассказать все в деталях про Глеба и Опанаса. Сильно просила... Я рассказал. Все равно потом увидит. Если, конечно, мы доберемся до Бункера, а не сдохнем по дороге.
А вот Болотнику было интересно не столько мое видение, сколько события давно минувших дней.
- Так, говоришь, вы к ЧАЭС везли энтропийный вирус? - спросил Болотник.
- Так сказал тот ученый. Но в итоге мы привезли явно не его, - ответил я. - В смысле, не ученого - его мы у ЧАЭС встретили - а вирус. Не знаю, что с ним сделал Картограф, но, похоже, тот Черный Ящик сработал в обратную сторону. Вместо того чтобы уменьшить Зону, он ее усилил... и увеличил.
- Ясно, - резким, как и всегда, тоном отрезал Болотник.
- Ну, вроде все рассказал. Все, что помню.
- Та я чё-то не понял, это если Болотник там умер, как он живой сейчас тут? - поинтересовался Хохолок.
- Маленький, там был его двойник, Химик же рассказывал, - ответил ему Никита.
- А-а, точно, протянул здоровяк. - Та я это самое... я ведь и забыл уже.
- Скоро рассвет, пора собираться, - сказал Болотник.
Через полчаса мы были полностью готовы. Долго заставляли Хохолка поделиться остатками сухарей со всеми, а взамен пообещали ему при первой же попавшейся возможности раздобыть пищу. Порой мне казалось, что еще немного, и здоровяк начнет поедать нас. Катя пришла в себя не сразу, но в целом она была в порядке. Только мне показалось, что у нее совсем не осталось чувств - как будто цветок, некогда растущий и цветущий, однажды завял и стал превращаться в морщинистую ветку, вот-вот разваливающуюся на части.
- Как будем двигаться? - задала Катя вопрос Болотнику.
- Сейчас пойдем к озеру, сядем в плот и немного проплывем дальше. Когда станет совсем мелко, будет перебираться по островкам.
- А так, с восточной части не пройти? - спросил Пригоршня.
- Это сложнее. Выйдет и по времени дольше, и там лес очень дремучий, опасно.
Выбравшись на поверхность, мы зашагали к месту, где оставили плот. Где-то вдалеке был слышен лай собак, но поблизости мутантов не наблюдалось. Подойдя к берегу, плот мы не обнаружили. Его не было нигде, и каких-либо следов от него тоже не было. Выяснять, кто и зачем украл и так украденный плот, мы не стали. Вместо этого приняли решение двигаться к Бункеру через восточную часть Могильника, которая, по словам Макса Болотника, была отнюдь не спокойная, хотя и не располагала большим количеством существ.
Восход солнца в то утро был особенно впечатляющий. Багровое светило изящно поднималось по чистому небу. Однако этот жаркий денек мне запомнился вовсе не этим.