Озвучивание не поддерживается в этом браузере
16. Лёд не отпустит
Сначала был дым.
Густой. Горький.
Он стелился по улицам Элиндры, как чёрный туман.
Мари шла сквозь него босиком, не чувствуя холода камня под ногами.
Вокруг — крики. Треск огня. Запах горящих теплиц.
— Остановитесь… — её голос терялся в хаосе.
Но никто не слушал.
Они стояли у зала Совета. Около десяти девушек. На их плащах был нарисован новый знак — грубый, перечёркивающий символ Элвары. Старый знак уже горел на стенах.
Они поджигали: теплицы с лечебными травами, склады с провизией, дома кураторов. Одна из них разбивала витражи зала. Другая — выцарапывала лозунги на камне. «Совет лжёт» «Нам не нужна Элира» «Свет должен принадлежать всем»
В центре стояла Бет.
Айсер.
Когда-то — одна из лучших.
Теперь её глаза горели не светом… а злостью.
— Ты не имеешь права вести нас, — сказала она.
— Я не веду. Я храню, — ответила Мари.
— Ты узурпировала свет Элвары. Я тоже могла бы стать Элирой.
— Это не титул силы. Это титул памяти.
— Тогда ты слабая правительница.
Мари пыталась договориться.
Долго. Единство. Клятвы. Она говорила, что Совет Сонера защищает, а не подавляет. Но слова гасли в огне.
Бет решила совершить ужасную ошибку.
Она разрушали всё…
Мари хотела простить ей всё. Даже поджёг зала памяти. Хотя там хранились: личные вещи ушедших, клятвенные камни, имена погибших сестёр
Огонь поднялся выше крыш.
И тогда Мари увидела как Бет лишает жизни другую ни в чем не виновную девушку. Это было то, чего она простить не могла. Она вышла к ним одна. Без стражи. С мечом в руках. Свет кристалла Элвары в ладонях.
Она заговорила на Айсгеде — языке клятв.
— Bet kom Elvara. Tu sha Elvara… na tu vey drae? ( Бет из клана Элвара. Ты — часть Элвары… или ты её враг?)
— Tua veyra sel’kai en tua shira.( Твои слова отзовутся в твоих сёстрах.)
— Vey’kai men shai, Bet.( Решай с умом, Бет)
Бет шагнула вперёд.
И ответила тоже на Айсгеде:
— Ai na sha Elvara… sel tu — Elira. ( Я не часть Элвары… пока ты — Элира.)
И тогда… свет кристалла погас. Не полностью. Но будто отвернулся от них.
Мари повернулась ко всем членам клана и громко произнесла :
— Dara vena dara. ( Кровь смоется лишь кровью )
Головы бунтовщиков улетели вниз. Свет и вправду покинул их.
С тех пор Бет называли Silthen ( забытая, та чьё имя нельзя произносить )
Никто не смел говорить её имя, вспоминать бунт вслух, упоминать «Тёмные времена». Память о них хранилась… только в Элире.
После этого Мари изменилась. Элиндра изменилась.
Перед каждым посвящением новичков проводили церемонию. Её вела Миоки.
— Tu sha Elvara… o tu envara? ( Ты часть Элвары… или ты её враг? )
— Ai sha Elvara.
Ai stena sel en dara, sel en vel.
Ai vera klan, ai vera sestra.
Ai stena… semper Elvara. ( Я часть Элвары.
Я остаюсь — в крови и в свете.
Я верна клану, я верна сёстрам.
Я остаюсь… навеки с Элварой.)
— Elvara vera tu.
Dra vera tu.
Stena, sestra… en nostra velena. ( Элвара принимает тебя.
Клан принимает тебя.
Оставайся, сестра… в нашем свете. )
Мари смотрела на церемонию с палаты Совета. Знак власти. Неожиданно - шум в ушах. И вдруг - голос сквозь дым:
— Эй, цыпочка…
Огонь погас.
— Просыпайся.
Лёд исчез.
— Вставай.
Она резко села.
Вся в поту. Дыхание рваное. Глаза в слезах. Медблок. Глейд. Настоящее. Перед ней — Минхо.
— Ты что здесь делаешь?! — возмутилась она. — Ночью сюда нельзя!
— Уже не ночь.
— Тогда утро?
— Нет.
— День?
Он покачал головой:
— Вечер. Бегуны вернулись.
Она замерла:
— …что?
— Ты проспала почти весь день, цыпочка.
Она резко огляделась:
— Где Тереза?
— С Джеффом и Клинтом. Готовят тебе что-то на кухне.
Он помолчал, потом добавил тише:
— Ты кричала во сне.
Она отвела взгляд:
— Просто… воспоминание.
— Плохое?
— Худшее.
Он присел на край койки:
— Я звал тебя минут пять. Думал, ты не проснёшься.
Она впервые заметила… он правда выглядел напуганным.
— Я в порядке.
— Не выглядишь.
Пауза.
— Ты плакала.
Она усмехнулась устало:
— Никому не говори. Репутация пострадает.
— Поздно. Я уже видел.
Он встал:
— Я позову их. Они там с ума сходят.
Когда он вышел, она осталась одна.
И прошептала в пустоту:
— Почему сейчас?.. Когда она решила идти в Лабиринт. Когда хотела вырваться. …Лёд и вправду никогда не отпускает?
Первыми — медики. Потом Чак. Потом Томас. И последней — Тереза. Та даже не остановилась. Сразу обняла её. Крепко. И… заплакала.
— Я думала, с тобой что-то случилось… — всхлипывала она.
— Тереза…
— Ты не просыпалась… я звала…
Мари мягко обняла в ответ:
— Я здесь. Всё хорошо.
— Ты уверена?
— Да. Просто сон.
— Ты плакала во сне.
Она тихо ответила:
— Иногда прошлое громче настоящего.
Чак подошёл ближе:
— Ты нас напугала, знаешь?
— Прости.
— Если ты умрёшь, кто будет рисовать меня героем?
Она улыбнулась:
— Ты прав. Никто не сможет так красиво.
Он облегчённо выдохнул.
Томас стоял чуть позади:
— Минхо сказал, ты кричала.
— Он много говорит.
— Но он выглядел… — Томас замялся.
— Как?
— Как будто боялся тебя потерять.
Она отвела взгляд.
Джефф проверил пульс:
— Физически всё нормально. Переутомление плюс стресс.
Клинт добавил:
— Но минимум день отдыха.
— Я не могу, Я...
— Можешь, — жёстко сказал Джефф. — И уж точно не суёшься в Лабиринт.
— Джефф, Я..
— Нет. Даже не обсуждается.
Минхо стоял у двери, молча слушая.
И только когда все заговорили о еде, он тихо сказал:
— Ты правда меня напугала.
Она посмотрела на него. Он редко говорил так прямо.
— Прости.
— Не извиняйся. Просто…
Он запнулся.
— Просто больше так не делай.
Она кивнула.
Но внутри всё ещё звучали слова Бет.
прошлое вернулось не случайно.
И, возможно…
предательство — не единственное,
что она боялась увидеть снова.
Комментарии