Предательница

Лена шла по стерильно чистому коридору агентства, и каждый звук её собственных шагов казался ей оглушительным. В голове набатом бились слова сестры: «У меня нет ничего общего с твоей семьей».

После смерти Бэна жизнь превратилась в ад для обеих. Но если Кану родители просто стерли из реальности, игнорируя её существование, то на Лену изливали всю желчь и разочарование. Её не били, нет — её медленно уничтожали морально, день за днем напоминая о том, что она «недосмотрела».

У двери в комнату Дэна Лена замерла, пытаясь унять дрожь в руках. Ей нужно было понять, во что превратилась её маленькая Карина.

В комнате было шумно. Кейт что-то увлеченно доказывала Дэну, но когда вошла Лена — бледная и потерянная — оба замолчали.

— Лена, что с тобой? Ты такая бледная будто призрака увидела — забеспокоилась Кейт.

— Кара... она моя младшая сестра, — выдохнула Лена, опускаясь на свободный стул.

Дэн, который в этот момент пил кофе, поперхнулся. Его глаза округлились, он медленно поставил чашку на стол.

— Сестра? — переспросил он, и в его голосе прозвучал суеверный страх. — Лена, если это правда... то ты выросла с монстром.

— Она не монстр! — возмутилась Лена.

Дэн откинулся на спинку стула, глядя куда-то в пустоту, словно заново проживая те годы.

— Мы пришли сюда почти одновременно, — начал он тихим голосом. — Мне было пятнадцать, ей — четырнадцать. Но она не была подростком. Она была... заточенным клинком. Пока нам показывали записи реальных ликвидаций — жестокие, кровавые кадры, от которых парней выворачивало наизнанку — она сидела в первом ряду. Инструкторы запрещали нам отводить глаза, и мы плакали, давились, но смотрели. А она... она впитывала каждое движение. Её глаза сияли фанатичным восторгом, будто она смотрела не на смерть, а на величайшее искусство. Она запоминала каждое движение.

Кейт поежилась, придвигаясь ближе к Лене.

— Все ставили ставки, когда она сломается, — продолжал Дэн. — Думали, спишут через неделю. Через месяц ей, как и всем, дали первое задание. Напарник вернулся один. Дрожащий, бледный. Сказал, что попали в засаду, и девчонка мертва. Никто не удивился.

Дэн замолчал на мгновение, и в комнате стало ощутимо холоднее.

— Она вернулась ночью. Сама. На ней не было ни единой царапины, но её взгляд... Лена, из него ушло всё человеческое. Там поселилась пустота. Пугающая, бездонная пустота. Наставник, который увидел её в дверях, упал в обморок. Он решил, что это призрак пришел за ним.

— Она что-нибудь рассказала? — шепотом спросила Кейт. — Как такое возможно?

— Ни слова. С того дня она потребовала называть себя Карой. Некоторые шептались, что в ту ночь в лесу в неё вселился демон. Она перестала спать. Днем — механическая кукла на тренировках, идеальная и бездушная. А ночью... ночью её никто не видел. Однажды она рухнула без чувств прямо на тренировке. Её хотели отстранить, признать негодной. Она вымолила один шанс. И в ту же ночь я нашел её в спортзале. Она избивала грушу до тех пор, пока костяшки не превратились в месиво, а пол не стал скользким от крови. Она тренировалась по двадцать часов в сутки.

— Почему на её двери написано ведьма?

Дэн понизил голос до шепота, наклоняясь к девушкам.

— Когда ей выделили отдельную комнату, я как-то заглянул к ней — дверь была приоткрыта. Она сидела в углу на полу. Вокруг горели черные свечи, а в руках была книга с символами. Она кого-то призывала.

— Это же просто байки, Дэн, — неуверенно произнесла Лена, хотя сердце ушло в пятки.

— Байки? — Дэн горько усмехнулся. — Парни решили подшутить. Достали где-то флакон святой воды. Мы все пробовали — вода как вода, из-под крана, наверное. Они подлили её ей в стакан. Лена, я видел это своими глазами. Стоило ей сделать глоток, как она зашипела. Понимаешь? Звук, как будто раскаленное железо опустили в снег. Она схватилась за горло и ушла из столовой.

— Может у неё просто аллергия, или случайность. — пыталась оправдать Лена.

— Что было дальше? Слухи про заказы правда? — с интересом спросила Кейт.

— Да. Она ушла в одиночку через пару месяцев. Создала свою базу, на её счету сотни жертв. Один парень из айтишников как-то взломал логи её заказов. Оказалось, большинство целей она заказывала... сама у себя. В профиле были имена и причины. Педофилы, убийцы, избежавшие суда, торговцы людьми. Её псевдоним «Кара» — это не просто имя. Она стала тем, кто вершит правосудие там, где закон бессилен.

Дэн посмотрел Лене прямо в глаза.

— Не надейся, что родная кровь что-то изменит. Та Карина, которую ты знала, погибла в семь лет на той дороге вместе с вашим братом. Кара — это не человек. Это механизм возмездия. Она внутри мертва, Лена. Не пытайся её оживить — можешь обжечься о её холод.

Лена молчала. Она вспоминала маленькую девочку, которая когда-то любила гонять мяч. Где-то там, за неоновыми лентами и окровавленными бинтами, всё еще жила её сестра. И Лена твердо решила: она заговорит с ней снова. Чего бы это ни стоило.