STAY ALIVE

Эпиграф: «В темноте даже тени теряют свои очертания»
Саундтрек: DARKSIDE - Neoni

Я закрыла дверь комнаты и прислонилась к ней спиной, чувствуя, как дрожь накрывает меня с головой.

Он знает больше, чем говорит.

Пальцы сами потянулись к горлу, будто пытаясь ослабить невидимый узел галстука, который вдруг стал давить. Я сорвала туфли на высоких каблуках и почувствовала холод паркета под босыми ногами.

Я сжала кулаки. Он что, действительно пытается помочь? Или это очередная ловушка?

В зеркале отразилась девушка в роскошном голубом платье, с подведёнными глазами и идеальной укладкой. Всё это было просто маской.

Я резко потянула за шпильку, чувствуя, как волосы рассыпаются по плечам.

Кто я на самом деле? Дочь пропавшей учёной? Пешка в чужой игре?

Чонгук ждёт у восточных ворот. Я взглянула на часы. Время – 23:45. Я глубоко вдохнула и потянулась за кроссовками. Если это ловушка — я сама стану охотником.

***

Ночь обволакивала академию. Восточные ворота, обычно запертые на тяжелый замок, сегодня стояли приоткрытые. Сонхва не боится потерять своих учеников? Или они нас из-под земли достанут?

Я шла медленно, прислушиваясь к каждому шороху. Кроссовки мягко ступали по гравию, но каждый звук казался мне оглушительным. Сердце колотилось так сильно, что я боялась — его стук услышат даже в самых дальних уголках спящего кампуса.

— Ты пришла.

Голос парня прозвучал из темноты так неожиданно, что я вздрогнула и едва не вскрикнула. Я резко обернулась.

Он стоял в тени высокого кипариса, его черные волосы почти сливались с ночью, только глаза отражали лунный свет. На нем была темная спортивная куртка с логотипом академии, натянутая до подбородка.

— Я не была уверена, что ты действительно будешь ждать, — прошептала я, чувствуя, как комок подкатывает к горлу.

Чонгук усмехнулся.

— Я сказал, что буду и я здесь.

Он сделал шаг вперед, и теперь лунный свет упал на его лицо. Я впервые разглядела следы усталости под глазами, тонкие морщинки у губ — будто он слишком долго стискивал зубы.

— У нас не так много вариантов, — сказал он. — Но, если мы будем просто ждать — они уничтожат все следы.

— Какие следы? — я нервно провела рукой по волосам. — У нас нет ничего, кроме пары старых отчетов и слухов.

Чонгук шагнул ближе. Теперь между нами оставалось меньше метра, и я чувствовала тепло его дыхания.

— Тогда давай найдем больше.

— Как?

— Станем их тенью, — он наклонился чуть ближе, и в его глазах вспыхнул тот самый опасный огонь, который заставлял моё сердце биться чаще. — Будем смотреть, слушать, красться там, где они не ждут.

Я закусила губу.

— Звучит безумно.

— А ты предпочитаешь безопасные варианты? — он улыбнулся снова, и на этот раз в его взгляде читался вызов.

Я отвернулась, но не смогла скрыть ответную ухмылку.

— Ты играешь с огнем, Чонгук.

— А ты боишься обжечься? — Он произнес это так тихо, что слова почти потерялись в шепоте листьев, но я услышала.

Я медленно подняла на него глаза.

— Если это ловушка?

Чонгук замер, потом медленно, словно давая мне время отстраниться, протянул руку.

— Тогда у тебя будет повод ненавидеть меня по-настоящему.

Я посмотрела на его ладонь, потом в его глаза. Они заставили меня поверить ему. Я почувствовала, словно я подчиняюсь Чон Чонгуку.

— Только до первого предательства, — сказала я, кладя свою руку в его.

Он сжал мои пальцы, и его прикосновение было теплым.

— Договорились.

Ночь обволакивала академию. Восточные ворота, обычно запертые на тяжелый замок, сегодня стояли приоткрытые. Сонхва не боится потерять своих учеников? Или они нас из-под земли достанут?

Я шла медленно, прислушиваясь к каждому шороху. Кроссовки мягко ступали по гравию, но каждый звук казался мне оглушительным. Сердце колотилось так сильно, что я боялась — его стук услышат даже в самых дальних уголках спящего кампуса.

— Ты пришла.

Голос парня прозвучал из темноты так неожиданно, что я вздрогнула и едва не вскрикнула. Я резко обернулась.

Он стоял в тени высокого кипариса, его черные волосы почти сливались с ночью, только глаза отражали лунный свет. На нем была темная спортивная куртка с логотипом академии, натянутая до подбородка.

— Я не была уверена, что ты действительно будешь ждать, — прошептала я, чувствуя, как комок подкатывает к горлу.

Чонгук усмехнулся.

— Я сказал, что буду и я здесь.

Он сделал шаг вперед, и теперь лунный свет упал на его лицо. Я впервые разглядела следы усталости под глазами, тонкие морщинки у губ — будто он слишком долго стискивал зубы.

— У нас не так много вариантов, — сказал он. — Но, если мы будем просто ждать — они уничтожат все следы.

— Какие следы? — я нервно провела рукой по волосам. — У нас нет ничего, кроме пары старых отчетов и слухов.

Чонгук шагнул ближе. Теперь между нами оставалось меньше метра, и я чувствовала тепло его дыхания.

— Тогда давай найдем больше.

— Как?

— Станем их тенью, — он наклонился чуть ближе, и в его глазах вспыхнул тот самый опасный огонь, который заставлял моё сердце биться чаще. — Будем смотреть, слушать, красться там, где они не ждут.

Я закусила губу.

— Звучит безумно.

— А ты предпочитаешь безопасные варианты? — он улыбнулся снова, и на этот раз в его взгляде читался вызов.

Я отвернулась, но не смогла скрыть ответную ухмылку.

— Ты играешь с огнем, Чонгук.

— А ты боишься обжечься? — Он произнес это так тихо, что слова почти потерялись в шепоте листьев, но я услышала.

Я медленно подняла на него глаза.

— Если это ловушка?

Чонгук замер, потом медленно, словно давая мне время отстраниться, протянул руку.

— Тогда у тебя будет повод ненавидеть меня по-настоящему.

Я посмотрела на его ладонь, потом в его глаза. Они заставили меня поверить ему. Я почувствовала, словно я подчиняюсь Чон Чонгуку.

— Только до первого предательства, — сказала я, кладя свою руку в его.

Он сжал мои пальцы, и его прикосновение было теплым.

— Договорились.

И в этот самый момент где-то совсем рядом, с верхушки старого дуба, раздался дикий, пронзительный крик совы. Я подскочила на месте, резко выдернув руку из его ладони, и издала звук, похожий на помесь всхлипа и придушенного визга, одновременно отскакивая назад и чуть не падая в кусты.

Чонгук замер на мгновение, глядя на меня округлившимися глазами, а потом его плечи начали трястись от беззвучного смеха. Он не издал ни звука — приличные парни из восточного крыла, видимо, не смеются в голос, — но его тело сотрясалось так, что ему пришлось схватиться за ствол дерева, чтобы не рухнуть на землю.

— Ты... — прошептал он, едва сдерживаясь, — ты только что, как какая-то белка или заяц...

— Заткнись! — прошипела я, чувствуя, как мои щёки заливаются краской. — Это была не сова! Это был сигнал тревоги!

— Сова с сигналом тревоги? — он вытер выступившие от смеха слёзы. — Пак Чеён, ты восхитительна. Ты готова идти против корпорации, которая уничтожает людей, но боишься ночной птицы.

— Я не боюсь! — я ударила его по плечу, но он перехватил мою руку и, всё ещё улыбаясь, притянул меня ближе. Теперь между нами не было ни сантиметра, и я чувствовала, как его сердце бьётся так же сильно, как моё. Только теперь я не знала — это от смеха или от чего-то другого.

— Спокойно, — его голос стал ниже, почти шёпотом. — Здесь нет ничего, кроме нас и этой дурацкой совы.

Он не отпускал мою руку, и я не пыталась её выдернуть. Его пальцы были тёплыми, а в темноте, под кронами деревьев, весь мир сузился до нас двоих. Где-то вдалеке снова крикнула птица, но на этот раз я даже не вздрогнула. Потому что его дыхание касалось моей щеки, и это было слишком громко, чтобы слышать что-то ещё.

— Ты дрожишь, — заметил он.

— Холодно, — соврала я.

Он ничего не сказал, только крепче сжал мои пальцы. Мы стояли так, пока ночной ветер не принёс запах приближающейся зимы, и Чонгук наконец отпустил меня.

Я не знала, было ли это случайностью или он специально держался так близко, но мне не хотелось это выяснять. Впервые за долгое время я чувствовала, что я не одна, даже если завтра всё рухнет.

Чонгук, хоть и отпустил меня, но взгляда от меня не отвел. Я чувствовала, как во мне появляется дыра от его черных глаз. Я, бросив ему вызов, взглянула в его глаза. Секунд через тридцать этих молчаливых гляделок, он усмехнулся.

Я первой отвела взгляд. Проиграла. Чертов Чон Чонгук!

— И когда мы начинаем? – наконец заговорила я, нарушая это глупое напряжение между нами.

— Сейчас. — улыбнулся он.

***

Его пальцы снова сжали мою руку, в этот раз покрепче, и прежде чем я успела что-то сказать, Чонгук резко потянул меня за собой в темноту. Мы нырнули в узкий проход между кирпичными стенами, о котором я даже не подозревала.

— Тише, — его дыхание обожгло мое ухо, когда мы прижались к сырой стене.

Где-то совсем близко раздались шаги. Охрана. Я затаила дыхание, чувствуя, как бешено колотится сердце. Чонгук стоял так близко, что я различала запах его одеколона с нотками мяты. Шаги затихли.

— Идем, — он снова потянул меня за собой, и мы заскользили вдоль стены, как две тени.
Мы двигались через запретные уголки кампуса — мимо закрытого крыла библиотеки, через внутренний дворик с засохшим фонтаном (я и не знала, что такие есть в Сонхва), пока наконец не остановились перед неприметной дверью с цифровым замком.

Чонгук быстро набрал код — его пальцы двигались уверенно, будто он делал это сотни раз. Дверь бесшумно отъехала в сторону, открывая узкую лестницу, уходящую вниз. Откуда он всё это знает?!

— После тебя, — он пропустил меня вперед, и я ступила на ступени, ощущая, как холодный воздух поднимается навстречу.

Лестница оказалась круче, чем я думала. Моя рука скользнула по влажной стене, когда я вдруг пошатнулась — но Чонгук тут же подхватил меня за талию. Я почувствовала моментальную дрожь в теле от его прикосновение. Даже через спортивную куртку его руки словно обжигали мое тело.

— Осторожно, — его голос в темноте звучал глухо. — Здесь нет перил.

Мы спускались все ниже, пока наконец не оказались в узком коридоре, освещенном лишь тусклыми аварийными лампами. Стены были увешаны проводами и старыми трубами, а под ногами хрустел какой-то странный песок.

— Где мы? — прошептала я.

— Сердце Сонхва, — он провел меня дальше, к металлической двери с крошечным окошком. — Или, точнее, то, что от него осталось.

Чонгук достал из кармана ключ-карту с логотипом Ханул и приложил к считывателю. Дверь открылась с тихим шипением. Ну да, преимущества наследника.

То, что я увидела внутри, заставило мое дыхание перехватить.

Комната была заполнена мониторами, на которых мелькали изображения разных уголков академии. Стены испещряли заметки, фотографии, схемы. И прямо по центру — огромная доска, опутанная красными нитями, как в тех детективных сериалах.

Но самое пугающее — в центре этой паутины висела фотография моей матери.

— Что это... — мой голос сорвался.

Чон закрыл за нами дверь и повернулся ко мне.

— Часть правды, Чеён. Ты готова ее узнать?

Где-то над нами снова раздались шаги, на этот раз быстрые. Они уже знали, что мы здесь.

Я посмотрела на доску, на фотографию матери, затем — в глаза Чонгуку.

— Покажи мне все.

И в тот же момент где-то совсем близко раздался звук тревоги.

***

Резкий звук тревоги прорезал тишину, заставив мое сердце бешено колотиться. Я инстинктивно рванулась к выходу, но Чонгук резко схватил меня за запястье.

— Стой! — его пальцы впились в мою кожу. — Это учебная.

В ту же секунду на пол падает вентиляционная решетка и я вижу Ким Тэхёна. Ничего себе...Драконы никогда не перестанут меня удивлять.

— Охрана отвлечена. Восточный коридор свободен на 3 минуты.

— Вперед, — прошипел Чонгук, подталкивая меня к узкому отверстию.

Мои спортивные штаны зацепилась за край металла, когда я пробиралась внутрь. Темнота сомкнулась вокруг, только слабый свет от почти севшего фонаря Тэхёна выхватывал пыльные стенки вентиляции. Я ползла, чувствуя, как холодный металл обжигает ладони, а где-то впереди скрежетал Чонгук.

— Налево, — его голос донесся сквозь гул системы. — Там люк.

Мы двигались как слепые кроты, пока Ким не остановился перед решеткой. Одним точным ударом он выбил ее — и мы вывалились в подсобку садовника, заваленную горшками с орхидеями.

— Черт, — я потерла ушибленный локоть, но брюнет уже тащил меня дальше, к потайной двери за стеллажами.

— У нас примерно 2 минуты. — сказал Тэхён.

Мы бежали по узкому служебному коридору, где пахло моющими средствами и старым деревом. Чонгук шел впереди, его плечи напряжены, как у загнанного зверя. Тэхён замыкал шествие, постоянно оглядываясь назад.

— Здесь, — Чонгук резко свернул к неприметной двери с табличкой «Хранилище инвентаря».

Он ввел код — и мы ворвались в знакомую мне комнату.

Комната Драконов.

Это вообще как, чёрт возьми? Мне начинает казаться, что архитектор академии был под чем-то, когда строил эту зловещую школу.

За столом для покера, заваленным фишками и пустыми бокалами, сидели Чимин и Юнги. Чимин, уже переодетый в черную водолазку, лениво разбирал колоду. Юнги, в растянутом свитере, что-то яростно строчил в блокнот. Лиса, в пижаме с кроликами и с маской для сна на лбу, сидела на подоконнике и жевала печенье.

— Ну наконец-то! — она бросилась ко мне, рассыпая крошки. — Я уже думала, вас поймали!

Пак поднял глаза и медленно улыбнулся:

— Ну что, Золушка, понравилась экскурсия по задворкам нашей сказки?

Чонгук швырнул ему флешку, которую он успел забрать в лаборатории. Только я пропустила этот момент. Когда он успевает делать всё за моей спиной?

— Заткнись и проверь это.

В комнате повисла тишина, пока Чимин подключал носитель к своему ноутбуку. Лалиса сунула мне в руки кружку с чем-то горячим:

— Пей. Ты вся дрожишь. — только теперь я заметила, как сильно трясутся мои пальцы.