STAY ALIVE

Эпиграф: «Иногда самый яркий свет отбрасывает самые тёмные тени»
Саундтрек: Hania Rani — Glass

— Ты уверена, что хочешь это увидеть? — Чимин вертел флешку в руке.

Я кивнула, сжав кулаки так, что ногти впились в ладони:

— Да.

Блондин вставил носитель в ноутбук. Экран мигнул, появилась папка «Сонхва-47» с файлами. Но когда он попытался открыть первый документ, система выдала ошибку:
«Доступ запрещен. Требуется авторизация уровня 7».

— Что за хрень?! — Чимин попробовал другой файл. Та же ошибка.

Тэхён молча взял ноутбук, его пальцы затанцевали по клавиатуре с неестественной скоростью. Через минуту он отодвинул устройство:

— Файлы защищены квантовым шифрованием. Взломать невозможно — система самоуничтожит данные после третьей попытки.

По комнате пронесся разочарованный вздох. Чонгук тяжело опустился в кожаное кресло, жестом предложив мне сесть рядом.

— Теперь ты понимаешь, почему мы должны действовать осторожно, — он обвел взглядом всех присутствующих. — Все здесь знают о нашем плане наблюдения.

Я перевела взгляд с одного на другого: Чимин, развалившийся на диване; Тэхён, склонившийся над своим планшетом; Юнги, нервно теребящий страницы блокнота; Лиса, свернувшаяся калачиком в углу дивана.

— Откуда ты знал про ту комнату? — спросила я Чонгука.

Он замер на секунду, его пальцы застыли на подлокотнике.

— Я провел здесь все детство с отцом. Помню каждую потайную дверь в этих стенах.

Потом он посмотрел на меня так, будто хотел что-то сказать, но вместо этого произнес:

— Ты тоже могла бы догадаться, как устроены подземелья Сонхва.

В комнате повисло напряженное молчание. Чимин приподнял бровь, Ким замер, даже Юнги оторвался от блокнота.

— Окей! — Манобан внезапно хлопнула в ладоши, вскакивая с дивана. — Хватит мрачных лиц! Мы же собрались играть в покер, а не хоронить кого-то!

Она с размаху швырнула на стол колоду карт, которая рассыпалась веером. Пак неожиданно рассмеялся:

— Наконец-то что-то интересное! Чонгук, ставки принимаются?

Чон взглянул на меня, словно спрашивая разрешения. Я едва заметно кивнула — напряжение последних часов требовало разрядки.

— Правила простые, — блондин ловко тасовал карты, делая эффектные флориши. — Проигравший выполняет желание победителя.

— Ты же знаешь, что я всегда обыгрываю тебя, — проворчал Мин, откладывая блокнот.

Тэхён молча подвинулся, освобождая место за столом. Его длинные пальцы уже тянулись к фишкам.

***

Первый раунд я проиграла ужасно — карты словно сговорились против меня. Чимин торжествующе потребовал, чтобы я рассказала самый постыдный случай из детства.

— Я однажды украла курицу у соседей и умоляла маму оставить её у нас. Соседи, тем временем, истерически искали эту курицу по всей округе. — выпалила я, чувствуя, как горят уши. Все разразились смехом.

К третьему раунду атмосфера стала почти домашней. Лиса, уже изрядно навеселе, пыталась научить Юнги делать карточный домик. Чонгук, закатав рукава, вдруг стал удивительно человечным.

— Твой ход, Золушка, — он бросил мне через стол фишку, и она попала прямо в мой стакан. Я засмеялась, ловя брызги.

Так пролетели часы.

Когда стрелка часов перевалила за полночь в комнате Драконов стало спокойно.
Я сидела у огромного окна, наблюдая, как первые капли дождя стекают по стеклу. В отражении мелькнуло движение — Чимин, осторожно переступая через спящих, нес два стакана с чем-то дымящимся.

— Чай с медом, — он протянул мне один, усевшись на подоконник рядом. — Секретное средство от ночных мыслей.

Мы молча смотрели на спящую академию. Дождь усиливался, превращая огни фонарей в размытые пятна.

— Почему он меня так ненавидел с первого взгляда? — спросила я неожиданно для себя.
— Чонгук, я имею в виду.

— О-хо, — он растянул слово. — Ты спрашиваешь о вещах, которые мне не положено рассказывать.

Я нахмурилась, но он лишь покачал головой:

— Не смотри так. Он сам тебе все объяснит, когда будет готов.

Чимин отхлебнул чая, оставив на стекле отпечаток от горячей кружки.

— А вот что мне действительно интересно — как ты, Золушка, еще не сломалась под этим прессом? — его голос неожиданно потерял привычную насмешливость.

Дождь застучал сильнее. Я прижала ладони к теплой чашке.

— Иногда мне кажется, что я уже сломалась, — прошептала я. — Просто еще не поняла этого.

— Знаешь, в нашей игре есть термин — «блеф с пустыми руками», — он повернул свою чашку, наблюдая за кружением пара. — Когда игрок делает вид, что у него сильная комбинация, хотя на самом деле держит мусор.

Я подняла на него вопросительный взгляд.

— Ты думаешь, что у тебя нет сил, — продолжил он. — Но твой блеф настолько убедителен, что даже мы, Драконы, начали в него верить.

Я фыркнула, неожиданно тронутая его странной поддержкой.

— Это самая дурацкая метафора, которую я когда-либо слышала.

Пак широко улыбнулся, его глаза озорно блеснули:

— Зато запомнишь. А теперь иди спать, Чеён. Завтра тебе снова предстоит блефовать перед целым миром.

Он встал, потянулся и неожиданно погладил меня по голове, как ребенка:

— И да, Чонгук ненавидел тебя ровно до того момента, когда ты в столовой пролила на него кофе. После этого он начал тебя изучать.

Оставив меня с этим загадочным заявлением, он улегся на ковре перед камином, демонстративно закрыв глаза.

Я осталась у окна, слушая, как дождь ритмично стучит по крыше, а чай постепенно остывает в моих руках.

***

Я ворочалась перед зеркалом, пытаясь заколоть непослушную прядь волос, которая упорно выбивалась из хвоста.

— Оооох, я умру... — стонала подруга, валяясь на кровати и натягивая чулки. — Ты вообще представляешь, как я сейчас упаду лицом в учебник по макроэкономике?

Я неожиданно фыркнула, поправляя воротник блузки.

— Что?! — Лиса приподнялась на локтях, уставившись на меня. — Ты что, в хорошем настроении? После этой ночи?

Я лишь пожала плечами, до конца не понимая сама, почему мне было легко. Может, из-за того странного разговора с Чимином. Или из-за того, что впервые за долгое время я не чувствовала себя одинокой.

— Ты определенно сошла с ума, — проворчала Лиса, запихивая учебники в сумку. — Ладно, пошли, а то опоздаем.

Коридоры академии были непривычно пустынны. Ни смеха, ни обычной суеты перед уроками — только приглушенные голоса и поспешные шаги.

— Где же наши блестящие Драконы? — озиралась Лиса. — Неужели проспали?

Я хотела ответить, когда громкоговорители вдруг оглушительно взревели.

— Внимание всему персоналу и учащимся.

Мы замерли. Голос директрисы звучал неестественно плоско:

— С глубокой скорбью сообщаем, что тело пропавшей студентки Ким Соён было обнаружено в прилегающем лесу. В связи с трагедией академия объявляет трехдневный траур. Все занятия отменяются.

Тишина. Затем коридор взорвался шепотом.

— Вместо уроков будут проводиться памятные мероприятия и работы по благоустройству территории. Явка обязательна для всех.

Лалиса схватила меня за руку. Ее пальцы были ледяными

— Они действительно убили ее, — прошептала она.

Я кивнула, чувствуя, как хорошее настроение испаряется. Мы знали, что это произойдет. Но знать и услышать официальное подтверждение — разные вещи.

— Идем, — я потянула рыжцю за собой.

Мы почти бежали по пустым теперь коридорам к комнате Драконов. Дверь была приоткрыта — внутри, за покерным столом, собрались все четверо. Чонгук поднял голову, когда мы ворвались. Его лицо было каменным.

— Вы слышали, — это был не вопрос.

— Три дня, — тут же вступил Тэхён, перебирая какие-то бумаги. — Три дня, пока охрана и преподаватели будут заняты траурными церемониями.

Чимин, неожиданно серьезный, разложил на столе схему академии:

— Работы будут идти по всему периметру. Это наш шанс проверить те места, куда обычно нет доступа.

Юнги молча протянул мне и Лисе по черной повязке с вышитым серебром гербом Сонхва — официальный траурный атрибут.

— Вы с Лисой будете в группе по уборке библиотечного крыла, — сказал Чонгук. Его взгляд стал тяжелым. — Там есть архивные комнаты, которые обычно закрыты.

Лиса нервно облизнула губы:

— А что мы ищем?

Комната погрузилась в тишину. Дождь за окном усилился.

— Любые упоминания о проекте «Сонхва-47», — наконец ответил Ким. — И... — он перевел взгляд на меня, — любые записи о твоей матери.

Чонгук встал, его тень легла на стену, искажаясь в причудливые очертания.

— Будьте осторожны. Если вас поймают... — он не договорил, но все поняли.

Пак вдруг хлопнул в ладоши, нарушая мрачное настроение:

— Ну что, команда, начинаем нашу маленькую игру в детективов! — Но его улыбка не добралась до глаз.

***

После обеда нас построили в холле перед библиотекой. Госпожа Су раздавала задания.

— Команда 3 — уборка западного крыла. Полки с 200 по 250. Проверить состояние книг, протереть пыль.

Лиса незаметно толкнула меня локтем — именно те стеллажи, что находились рядом с закрытым архивным сектором.

Мы получили тряпки и перчатки, и вместе с десятком других учеников направились в глубь библиотеки.

— Смотрите внимательно, — предупредила нас девушка. — Некоторые издания XIX века, не повредите.

Как только группа рассредоточилась между стеллажами, Манобан схватила меня за руку и потянула в сторону.

— По плану, — прошептала она, доставая из кармана крошечный гаджет — подарок Кима.

Устройство издало тихий писк, когда она поднесла его к металлической двери с табличкой «Архив. Вход посторонним запрещен».

— Электронный замок, — Лиса ухмыльнулась. — Тэхён сказал, его взломает за 30 секунд.

Я прикрывала ее, пока маленький экранчик мигал красным, затем зеленым. Дверь щелкнула.

— Пошли!

Архив встретил нас затхлым воздухом и густой темнотой. Лиса включила фонарик. Луч света выхватил ряды металлических шкафов, забитых папками.

— Ищем что-то связанное с научными проектами, — я пробежала пальцами по корешкам. — Или с фамилией мамы.

Мы лихорадочно рылись в папках, поднимая клубы пыли.

— «Отчеты о мероприятиях 2008-2010», — прочитала вслух Лалиса. — Может, здесь?

Я схватила толстую папку. Внутри — скучные отчеты о родительских собраниях и ремонтах.

— Чёрт!

Внезапно снаружи раздались шаги. Мы замерли.

— Вы здесь? — донесся голос одноклассницы.

Лиса судорожно схватила первую попавшуюся папку с маркировкой «Лабораторные работы. 2009» и сунула ее мне под олимпийку.

— Надо валить!

Мы выскользнули обратно как раз в тот момент, когда дверь в дальнем конце зала скрипнула.

— Вы! — резкий голос заставил нас обернуться.

Замдиректора Су стояла в проходе между стеллажами, ее острый взгляд переходил с нас на закрытую дверь архива.

— Что вы делаете в этом крыле?

— Протирали полки, госпожа, — Лиса сделала невинное лицо, демонстрируя тряпку.

Женщина медленно обошла нас, словно хищница.

— Полки 200-250 находятся там, — она указала в противоположную сторону.
Мое сердце бешено колотилось.

— Мы заблудились, — я сглотнула. — Эта библиотека такая большая.

Госпожа Су замерла, изучая наши лица. Казалось, что она знала.

— Возвращайтесь к своей группе, — наконец сказала она. — И будьте внимательнее.

Когда мы поспешили прочь, я почувствовала ее взгляд у себя в спине.

— Считай, что легко отделались, — прошептала подруга, когда мы вернулись к другим.

Я лишь кивнула, чувствуя, как краденная папка жжет мне кожу под одеждой.

Мы вернулись к своим стеллажам, стараясь не смотреть друг другу в глаза. Манобан с преувеличенным усердием принялась протирать корешки книг, ее пальцы дрожали.

— Золушка, — прошипела она, наклонившись ко мне, — ты вообще понимаешь, что мы только что сделали?

Я провела тряпкой по уже сияющей полке, чувствуя, как предательская папка давит мне на живот.

— Ты сама сказала — легко отделались.
Лиса фыркнула, выдергивая из ряда потрепанный том:

— О да, конечно. Просто замдиректора нас точно не запомнила. Особенно тебя, любимую ученицу Сонхва.

Я сжала тряпку так, что капли воды брызнули на паркет.

— Перестань. Мы ничего не нашли, значит и проблем быть не должно.

— Ага, только вот эта штука, — она ткнула пальцем в мою кофту, где угадывались контуры папки, — кричит «мы что-то украли!» на всех языках мира.

Мы продолжили работу в напряженном молчании, пока Лиса вдруг не захихикала:

— Представляешь, если бы нас поймали? «Да, госпожа, мы просто Золушка и ее верный скворец ищем тыкву для кареты».

Я не смогла сдержать улыбку.

— Тогда бы ты точно превратилась в мышку или в ящерицу.

— Ооо, ящерица! Стильно! — Лиса сделала вид, что поправляет несущественный галстук. — Могу быть вашим гидом по подземельям, сэр Чонгук.

Мы засмеялись, и напряжение немного спало.

***

Столовая была непривычно тихой. Даже Драконы, обычно собиравшиеся за отдельным столом, сегодня сидели рассредоточенно среди других студентов.

Я заметила, как Чонгук трижды посмотрел в нашу сторону, но не подошел. Только когда мы вставали, его пальцы легонько коснулись моего запястья, оставив смятый бумажный шарик. Опять голубиная почта.

«Комната. 21:00».

***

Чонгук запер дверь на ключ, пока Чимин с преувеличенной важностью водружал на стол нашу добычу.

— Итак, дамы и господа, перед вами... — он с пафосом раскрыл папку, — ...список лабораторных работ за 2009 год. О боже, смотрите — здесь даже оценки есть!

Ким выхватил у него документы и начал листать с убийственной концентрацией.

— Бесполезно, — наконец заключил он. — Обычные студенческие работы.

Лиса громко ахнула:

— Значит, мы рисковали ради этого?!

— Не совсем, — Чонгук взял папку и вытащил из глубины сложенный вдвое листок. — Посмотрите на штамп.

Я наклонилась ближе. Крошечный логотип в углу: «Ханул. Сектор B».

— Это из лабораторий моего отца, — его голос стал жестким. — Как оно попало в школьный архив?

Чимин свистнул:

— Значит, Золушка все же нашла свою туфельку. Точнее, тыкву.

Тишину в комнате нарушил резкий звук уведомления на планшете Тэхёна. Все взгляды устремились на него, когда его пальцы замерли над экраном.

— Проблема, — произнес он ровным голосом. — Система зафиксировала несанкционированный доступ в архив.

Лалиса схватилась за мой рукав.

— Это было ожидаемо. Госпожа Су пилила нас и дверь архива своим взглядом. Понятно, что после того, что она увидела, они будут проверять. — сказала я.

— Нас поймали?

— Пока нет, — Тэхён повернул экран к нам, где мигал красный значок. — Общий сигнал тревоги. Но если кто-то проверит логи доступа за сегодня, то всё станет понятно.

— Есть время до завтрашнего утра, — сказал Чонгук. — Потом охрана начнет проверку.

Чимин свистнул, развалившись в кресле:

— Ну что, детективы, начинаем нашу ночную смену?

***

Мы собрались вокруг стола, как настоящая оперативная группа. Тэхён подключил листок с печатью к сканеру, увеличив изображение на экране.

— «Ханул. Сектор B», — прочитала я вслух. — Что это значит?

— Сектор B — закрытая зона в исследовательском корпусе, — сказал Чонгук, скрестив руки. — Там работают над проектами особой важности. — Он избегал моего взгляда.

Чимин поднял бровь:

— И как школьная лабораторная работа попала в «особый проект»?

Тэхён тем временем запустил поиск по базе данных.

— Файл создан 12 марта 2009 года, — он прокрутил метаданные. — Автор...

Экран завис, затем выдал ошибку.

— Удалено, — прошептал Ким. — Намеренно стерто.

Мин Юнги, до сих пор молчавший, неожиданно швырнул на стол старую карту кампуса.

— Сектор B здесь, — он ткнул пальцем в зону за главным корпусом. — Но вход не через главные ворота.

Я наклонилась ближе, разглядывая схему. Что-то щелкнуло в памяти...

— Туннели, — вдруг сказала я. Все взгляды устремились на меня. — В детстве я видела эти туннели.

Чон резко поднял голову. Его глаза вспыхнули.

— Ты помнишь?

Я зажмурилась, пытаясь поймать ускользающий образ.

— Темно. Металлические двери. Знак три круга?

Чонгук и Тэхён переглянулись.

— Триада, — прошептал Чимин. — Чёрт возьми.

Лиса сглотнула:​

— И что это значит?

Чонгук медленно поднялся.

— Триада — один из символов Ханул. Изначально этой меткой Ханул помечал свои лучшие научные работы, с которыми сотрудники выступали на конференциях. Отец разработал свой первый лучший проект и пометил его печатью Триады. Потом проект стал успешный и его развивали много лет. Несколько лет назад в академии пропал парень, а в его тетрадях были найдены рисунки этого символа. Нам показал его сосед по комнате. В дальнейшем этот символ иногда мелькал в академии в самых незначительных вещах, но логику мы так и не нашли.

— Очередной бред и мистика. — заключила Манобан, тяжело вздохнув.

— Значит, завтра мы проникаем в Сектор B? — спросил Юнги.

Мы переглядывались, осознавая безумие этого плана. Проникнуть в Сектор B? Это было больше, чем риск — это было самоубийство.

— Когда? — спросил Тэхён, первым нарушив молчание.

Чонгук посмотрел на часы.

— Завтра ночью в два часа.

— Почему именно тогда? — я сжала край стола, чувствуя, как подступает паника.

Тэхён, не отрываясь от экрана, ответил за него:

— Смена охраны. Окно в тридцать семь минут.

Чимин засмеялся, но в его глазах не было веселья:

— О, всего-то тридцать семь минут, чтобы нас не поймали, не убили и не...

— Тихо! — Чонгук резко поднял руку.
Все замерли. Где-то в коридоре раздавались шаги.

— Преподаватель, — прошептал Ким, уже закрывая файлы на компьютере.

Мы бросились прятать улики. Лиса сунула карту под ковер, я схватила бумаги и запихнула их за пазуху. Чимин с невинным видом разложил покерные фишки, а Чонгук просто сел в кресло, приняв вид короля, принимающего подданных.

Дверь распахнулась.

— Что здесь происходит?

Профессор Кан, преподаватель математики, стоял на пороге, его очки блестели в свете люстры.

— Играем в покер, сэр, — сладко произнес Чимин.

Профессор Кан даже не взглянул на него. Его холодные глаза остановились на мне и Лалисе.

— Мисс Пак, мисс Манобан, вы что, забыли, что вам запрещено находиться в этой части кампуса после отбоя?

Лиса открыла рот, чтобы что-то сказать, но Чонгук незаметно тронул ее локоть.

— Простите, профессор, — я опустила глаза. — Мы заблудились. — Боже, какой бред.

— Заблудились, — он повторил, словно пробуя это слово на вкус. — В академии, где вы живете уже месяц, а ваша подруга больше года. Интересно.

Тишина.

— Немедленно возвращайтесь в свое крыло, — наконец сказал он. — И если я еще раз увижу вас здесь будете отрабатывать по полной.

Мы встали. Лиса дрожала, как лист. Я чувствовала, как бумаги царапают кожу под одеждой.

— Хорошей ночи, профессор, — пробормотала я, потянув рыжую за собой.

Дверь захлопнулась за нами. Мы бежали по темному коридору, пока не оказались в безопасности нашего крыла.

— Чёрт, — Лиса прислонилась к стене, закрыв лицо руками. — Рано или поздно нас спалят.

Я кивнула. Разведка у нас так себе.

***

Колокола в академии пробили два, когда мы выскользнули из своих комнат. Я шла следом за Чонгукм стараясь ступать бесшумно.
Лалиса шла позади, её пальцы время от времени цеплялись за мой рукав, как будто она боялась потерять меня в темноте. Тэхён и Чимин двигались по флангам, постоянно озираясь, а Юнги замыкал шествие, его массивная фигура отбрасывала огромную тень на стены.

Мы спустились по служебной лестнице, избегая лифтов — Чонгук знал каждый камерный угол в этом здании. В подвале запахло сыростью и металлом. Здесь, за грузовым лифтом, скрывался узкий проход, о существовании которого знали лишь избранные.

— Здесь, — Чонгук приложил ладонь к неприметной панели на стене.

Слабый щелчок — и часть стены отошла, открывая тёмный туннель. Воздух оттуда пахнул пылью и чем-то ещё — химикатами, может быть.

— Вперёд, — прошептал он.

Туннель оказался уже, чем я думала. Пришлось идти гуськом, пригнувшись, чтобы не задеть головой низкий потолок. Стены были холодными и слегка влажными на ощупь.

— Сколько ещё? — прошипела рыжая.

— Тихо, — резко оборвал её Ким.

Мы шли ещё минут десять, пока туннель не упёрся в массивную металлическую дверь. На ней был символ Триады и небольшой экран с клавиатурой сбоку.

— Вот и Сектор B, — пробормотал Пак.

Чонгук вытащил из кармана карту, поднёс её к считывателю — экран мигнул красным.

— Не работает, — сказал он, пробуя ещё раз.

— Дай мне, — русый выхватил карту, подключил к ней свой планшет и начал что-то набирать.

Минуту мы стояли в напряжённом молчании, пока он работал. Экран снова замигал красным.

— Чёрт, — выругался Тэхён. — Они сменили протокол. Это не взломать без доступа к серверу.

— Давайте просто выбьем её, — предложил Юнги, упираясь плечом в дверь.

Он напрягся, мышцы на его спине выступили под тканью рубашки. Дверь даже не дрогнула.
— Бесполезно, — прошептал Чон. — Она бронированная.

Мы попробовали всё — разные карты, коды, которые Тэхён достал бог знает откуда, даже физическую силу. Ничего не работало.

— Время вышло, — наконец сказал Чимин, глядя на часы. — Через пятнадцать минут будет обход. Надо уходить.

Чонгук сжал кулаки, его лицо в тусклом свете экрана выглядело почти злым.

— Возвращаемся, — сквозь зубы произнёс он.

Обратный путь казался втрое длиннее. Мы шли молча, каждый погружённый в свои мысли. Лиса всхлипывала, но старалась делать это тихо. Даже Чимин не шутил.

Когда мы выбрались обратно в подвал академии, первые лучи рассвета уже пробивались сквозь узкие окна.

— Значит, всё зря, — прошептала я.

Чонгук резко обернулся.

— Нет. Это только начало.

_________________________________

всем привет!! скажите, пожалуйста, вы в деле изображения в шапке главы? (над названием)