Факты не лгут

За дверью оказался сад.

Василий с удивлением оглядывался по сторонам. Вместо пола - зеленая, аккуратно подстриженная трава. Вместо стен - уходящие во все стороны ряды плодовых деревьев. Вместо потолка - синее небо.

Пожалуй, эта планета была бы похожа на Землю. Если бы Какойто не помнил, что это никакая не планета, а обычная комната.

Эни потянула его куда-то в сторону. При свете он мог рассмотреть ее получше.

Черный плащ, черный пиджак и юбка в черно-белую клетку. Белая блузка и смешной бант на голове, величиной, пожалуй, с саму голову. Наверное, девочка шла из школы.

Деревья расступились, открывая ровную полянку и деревянный домик на ней.

На высоком крыльце стояла высокая худая женщина в серебристом свободном платье и фартуке. Волосы коротко острижены и зачесаны назад, руки странно изломаны в локтях, а ноги в коленях.

"Не человек", - мелькнуло у Василия в голове.

- Эни, ты где пропадаешь?

Девочка выпустила руку сыщика и побежала к женщине. Та подхватила ее и закружила на руках. Эни заливисто рассмеялась.

Из дома вышел высокий тандуури, одетый в некое подобие халата. Разумеется, для второй пары рук были пришиты дополнительные рукава.

Василий помотал головой, стараясь прогнать наваждение. Неужели в этой нечеловеческой семье мог родиться человеческий ребенок?

- Агата, Рон, кто пришел? - Тихо послышалось из дома. Эни отцепилась от женщины и распахнула дверь.

- Это я, пап!

Василий чуть заметно выдохнул. Ладно, значит эти чужие - не родители девочки.

- Заходи, Эн, - снова услышал сыщик. Девочка обернулась и кивнула Какомуто.

- Пойдем!

Пожав плечами, Василий поднялся по ступеням, затылком чувствуя любопытный взгляд Агаты и изучающий - Рона. Странные имена для уроженцев Тандуури. Очень странные.

Снаружи дом был меньше, чем внутри. Это сыщик понял сразу. Едва его взгляд упал на длинную колоннаду, уходящую в обе стороны от двери. В нишах между колоннами темнели дверные проемы. Много проемов.

Какойто поискал глазами девочку, но услышал лишь, как громко хлопнула дверь где-то справа от него. Помедлив еще мгновение, он двинулся на звук.

Двери потянулись справа и слева от него. Еще минуту он видел входную дверь, но вскоре окончательно потерял ее из виду.

Одинаковые куски дерева, ограненные металлом. Сыщик уже решил, что пора бы искать путь назад, как вдруг позади него что-то тихо скрипнуло.

- Вася? Иди сюда!

Какойто оглянулся и уже совершенно не удивился, увидев в открывшейся двери детский силуэт.

- А я тут это...

- Меня ищешь?

Василий улыбнулся. Логично.

- Ага.

- Говорю, заходи!

И Эни исчезла в комнате, оставив дверь приоткрытой. Из комнаты в коридор падал луч света и вычерчивал на полу узкий светлый конус.

Дверь дернулась и стала закрываться. Какойто ухватился за ручку, потянул на себя и дверь тут же поехала назад, пропуская сыщика внутрь.

***

Чинь аккуратно сложил руки на коленях и сцепил пальцы в замок.

Минуту назад его привели сюда и посадили за стол.

То место, где он оказался, с натяжкой можно было назвать кабинетом. Скорее уж оно походило на камеру пыток.

По стенам были развешаны ножи всех мастей, от самых миниатюрных и до двухметровых громадин, которые, по мнению Ле, вообще поднять было невозможно.

Слева у стены стояла небольшая дыба. Только слегка модифицированная. Не средневековую же ставить! Прогресс не стоит на месте, да...

В углу у маленького, зарешеченного окна примастился черный робот. Его манипуляторы, сейчас убранные до половины, отливали матовым блеском. Назначение робота осталось загадкой. Таких в полиции Маринер явно не было.

Стул, на котором так аккуратно сидел Чинь, был их собственной новейшей разработкой. Полиция Маринер им очень гордилась. Безболезненный считыватель воспоминаний плюс электрический стул. Все вместе. Недорогая и эффективная машинка. Только вот беда: существовала она пока только в единственном экземпляре и законодательство Империи так до сих пор и не решило, является это орудием пыток или психо-терапевтическим прибором.

Как стул оказался на этой планетке, можно было только гадать.

За обычным письменным столом сидел маленький человечек с очень красным лицом. Пухлые щеки свисали с обеих сторон чуть ли не до плеч, а лысина потно блестела в свете ламп.

Пожалуй, человек походил на инспектора Мопса. Чинь внутренне передернулся от такого сравнения. Если характер незнакомца хотя бы наполовину схож с характером начальника Ле, то можно и не рассчитывать уйти отсюда целым и невредимым. Впрочем, такая надежда вообще крайне мала.

С любопытством оглядев человечка еще раз, Чинь решил, что лучше он будет молчать. Мало ли что.

***

Свет падал из распахнутого окна. Алые занавески трепал соленый морской ветер. Где-то вдалеке кричала чайка...

Но постойте! Какое море? Какие чайки? За окном должен быть сад, бесконечный вечноцветущий сад до горизонта. Должен - и его нет.

Василий покачнулся. Даже если и есть технология, устанавливающая микрогиперпереходы, стоить она должна баснословно дорого. Ибо по официальным данным ее нет. Более того, ее не может быть.

Ну не возможно создать прокол в пространстве! Вернее, пространство-то вы проколите, а что будет со временем в этой точке? Кто знает?..

Василий не знал. Да и не стремился узнать. Это Чинь обожает новинки в науке. Ему же вполне хватает подкованного во всем этом бедламе друга, постоянно болтающего об игровых приставках какого-то-там-поколения и компьютерных играх, давно уже переставших быть только компьютерными...

Но сейчас Чиня рядом нет. Некому ухмыльнуться, хлопнуть Какогото по плечу и заявить, что тот отстал от жизни еще задолго до рождения.

Сама же комната смотрелась неброско. Деревянный пол, потолок и стены, книжные шкафы, на полу ковер, на стене картина. Обычная, красками. Массивный стол у окна, два кресла и чей-то портрет в раме...

В кресле сидит не молодой, но и не старый еще мужчина. Медные волосы с легкой проседью, высокий лоб, прямой нос, открытые глаза, сжатые по привычке в струну губы. Лицо человека, привыкшего повелевать, как бы банально это ни звучало. Возможно, власть уже давно перестала быть для него самоцелью. Но он от нее еще не устал, это было видно сразу.

Одет мужчина был в алый халат поверх обычной домашней футболки и полу спортивных брюк. На груди блеснул медальон - тоже чей-то портрет. На руках, жилистых и немного узловатых, дорогие часы, но без кича. Во всем облике - сдержанная независимость. Маска.

Василий всем существом почувствовал близкие неприятности. По спине, торопясь предупредить незадачливого хозяина, побежали сотни маленьких мурашек. Он невольно вздрогнул. "Ненавижу муравьев", - с какой-то тоскливой отстраненностью подумал сыщик.

Мужчина встал и приветливо улыбнулся. Дежурная улыбка, одна из тысяч, что имелись в его арсенале.

- Доброе утро, господин Какойто. Прошу вас.

Его голос, оказавшийся на удивление низким, лучился доброжелательностью. Полный самоконтроль. "Крепкий орешек", - решил Василий, в очередной раз вспоминая любимый сериал детства.

- Благодарю вас, мистер...

- Бил. Для вас просто Бил.

Какойто машинально кивнул. Бил так Бил. Это не его территория, не его стихия. И пускай Чинь сколько угодно раз его подкалывает - не его работа. Не его работа выяснять настоящие имена тех, кто предпочитает их скрывать за дежурными улыбками. Правда, только лишь до определенного момента.

Пока не свершилось преступление.

"А ведь оно уже совершено, дружок!" - Шепнул у него в голове незримый Ле, все такой же веселый и ехидный. - "Сам ведь уже подозреваешь всех и вся, так почему бы не сменить правила у игры, в которой испокон веков правил нету?"

Василий мотнул головой, незаметно и как-то неуверенно выгоняя из мыслей лучшего друга. Вот уже где сидит со своими советами! В голову пролез, скотина блондинистая! Шизофреника из него хочет сделать. Не выйдет!

- Очень приятно, Бил. Кажется, обо мне вы наслышаны?

Мужчина улыбнулся. Мельком, невесомо, как будто признавая уместность шутки.

- О, поверьте, даже куда больше, чем вы можете себе представить, Василий.

Какойто снова пожалел, что Чиня рядом нет. Этот неисправимый оптимист наверняка придумал бы что-нибудь колкое, как нельзя подходящее ситуации. К сожалению, Василий такой фантазией не обладал.

- Верю. Простите за вторжение...

- Ну что вы, что вы!

- Мне, правда, жутко неловко...

- О, прошу вас, не беспокойтесь! Все в полном порядке.

Сыщик решил, что собеседник лжет. Ничего не в порядке.

- Хотите чего нибудь выпить? Возможно, чилийское?

Да что же, во всей Вселенной осталось одно чилийское вино?! Но он, сам себе удивляясь, кивнул головой и попросил:

- Только не много. Мне еще работать...

Мужчина позволил себе смешок. Как будто знал, что никто нигде не работает.

- Ну разумеется! Я понимаю, бизнес, встречи...

Он многозначительно умолк и протянул Василию бокал.

Красное. Какойто чуть не рассмеялся. Но согнать глуповатую улыбку никак не получалось. Он все-таки был прав.

На вкус - ничего особенного. Ни букета, ни вкуса. Виноградный сок не первой свежести. Впрочем, как и любое вино.

Отставив на стол почти полный бокал, сыщик откинулся на спинку кресла. Бил тоже лишь пригубил свое вино, небрежным движением отправляя фужер на стол. Прищурился, заглядывая в глаза. Василий внутренне сжался, внешне оставаясь максимально расслабленным.

Наконец, когда пауза уже стала слишком многозначительной, мужчина вздохнул и отвел глаза, беря в руки несчастную посудину и немилоседно перекатывая ее в длинных узловатых пальцах.

- Вы здесь не случайно.

Какойто сдержанно фыркнул, всем видом показывая, что догадался.

- Прошу простить за не слишком комфортный прием. Но ваш приход стал для меня неожиданностью.

Василий позволил себе скептическую ухмылку, на самой грани дозволенного приличиями. Ну да, конечно. Неожиданность. Ха!

- Вы мне не верите, - улыбнулся Бил, пристально вглядываясь в собеседника. Улыбнулся как-то виновато-понимающе. Нет, поистине уникальный человек! Весь спектр эмоций - в одной улыбке. Вернее, в тысячи разных улыбок. На все случаи жизни.

Какомуто вдруг стало жутко интересно, сколько часов провел этот дяденька перед зеркалом, кривляясь отражению и вырабатывая, оттачивая каждую улыбку до бессознательного состояния, когда участие мозга уже не требовалось? Хотя нет, наверное он четко осознавал, как улыбается в каждую секунду своего бытия. Внутренне оставаясь равнодушным. Чего только не делает человек ради власти. Чего только власть не делает с человеком...

- Позволите объяснить вам произошедшее?

Василий едва не рассмеялся. Но внешне остался до нельзя серьезным.

- Что ж, позволяю.