ЧЕРТОВКА [16+]

Голова девушки разрывается от настолько огромного потока мыслей, и это даже не водопад Игуасу.

"Зачем я изначально звонила Сэму? Что ему говорить и как просить о помощи? Да что же я наделала? Как смотреть ему в глаза, может, не стоило назначать встречу? И к тому же, дома Герман... Джес, ну почему ты сначала делаешь, а потом думаешь? Что если он откажется, а если... А если пошлет, что будет с Даниэлем, что будет с нами?.."

Слезы снова обжигают розовые щеки девушки. Сомнения въедаются в каждую клетку мозга Джессики, отчего та нервно дергает подол платья и отчужденно глядит на свои босоножки.

"Я такая плакса. Будто вместе со слезами выйдут все мои проблемы."

Лифт.

Нужный этаж.

Джессика делает всё на автопилоте, словно она марионетка в руках опытного кукольника, который просто дергает за ниточку, а она тут как тут. Или же она - телефон, в который просто загрузили необходимые микросхемы, и она выполняет их по заданному алгоритму.

— Дорогая, ты начинаешь медленно сходить с ума, — смеется девушка  и смотрит на себя в зеркало, улыбаясь и убирая пальцем с лица потёкшую тушь.

Сама того не замечая, Джессика оказывается на пороге квартиры. Только коснувшись ручки двери, ее будто током прошибает. Она и правда не заметила, как уже стоит на входном коврике своего жилища.

"Что за чертовщина, Боже мой?"

И вновь вопросы в голове, которые заставляют екать и без того больное сердце. Вдох. Выдох. Ручка двери опускается вниз и девушка переступает порог.

— Где ты ходила? — встречает ее Герман, сложив руки на груди и недовольно хмыкнув.

Увидев диск в руке девушки, его брови  сложились домиком и в голове появилось множество вопросов.

— Это что? — спрашивает он, указывая пальцем на диск.

— Какая разница? — спрашивает в ответ девушка. — Это  мое личное. Тебя не должно касаться.

— Да что ты? Давно ли? — блондин подходит к девушке вплотную.

— Герман, отойди, — начинает она махать рукой, — от тебя алкоголем за километр тащит. Ты решил спиться?

— Нет, я решил узнать, — прошипел он, — какого дьявола я прохожу мимо ресепшна и вижу, как моя девушка мило беседует с каким-то мужчиной. Даже не просто с каким-то, а с  другом этого гребанного Даниэля, — тон парня резко меняется на крик.

— Не смей так говорить про него! — осмелев, выкрикнула девушка, о чем уже тысячу раз пожалела. —  Вместо того,чтобы следить за мной, сходи лучше проспись, а то окончательно алкоголиком станешь!

— Ах, вот как ты заговорила. — поправляет парень край своей футболки. — Я знаю, что ты ходила к нему в квартиру, — он указал на ключи, торчащие из-за упаковки с диском.

"Черт, — проскочило в голове у Джессики, — как ты могла забыть отдать ключи обратно на ресепшн"

—  Но я не знаю одного, —парень сделал небольшую паузу, — куда делась такая большая сумма денег из нашего сейфа? Что же ты молчишь? – не дожидаясь ответа Джессики, Герман смотрит на нее своими разъярёнными голубыми глазами и продолжает. – В этом доме ничего нет твоего, совершенно ничего. Какого дьявола ты взяла МОИ деньги? Я тебе разрешал? Давно ты стала такой самодостаточной, что оплачиваешь лечение своему любовнику?

— Какой, к чертям собачьим, любовник? Ты совсем сдурел? — кричит девушка, задаваясь только одним вопросом: откуда Герман всё узнал.

— Хотя, знаешь... – небольшая пауза. Ох, парень, не подливай масла в огонь. — Можешь не отвечать на мои вопросы. Мне надоело это всё. Ведешь себя, как дешевая прошмандовка, шатающаяся из крайности в крайность, — квартира вновь наполняется криками. У парня расширяются крылышки носа, а губы поджимаются в тонкую нить. — Как будто нет своей крыши над головой, и ведешь себя так, словно тебе мало меня! Какого черта ты вообще его защищаешь? Какого черта ты оплачиваешь ему лечение, он что, маленький ребенок, который не в состоянии сам себя обеспечивать?!

Глаза Джессики расширяются от услышанного, она не успевает подумать, не успевает осмыслить. По ее лицу скатываются слезы. Герман никогда не разговаривал с ней так грубо. Да, он прав, безусловно прав, но нельзя решать такие вещи в порыве эмоций. Замах рукой. Удар по щеке парня. Тот отшатывается от Джессики, гневно смотря ей в глаза.

— Прекрати! — кричит она, — Как у тебя язык поворачивается такое про меня говорить?

— Больше не повернется вообще что-либо  сказать в твою сторону, — парень хватает куртку, — только потом не беги ко мне в слезах, когда твой Даниэль трахнет тебя и бросит, — и вовсе уходит, громко хлопнув не только входной дверью, но и дверью в сердце девушки, где, как она поняла, уже ничего не осталось от чувств к нему.

Ничего нет. Только пустота, сжимающая сердце в своих ледяных объятьях, обжигающая лицо морозным дыханием, вцепляепляющаяся в хрупкие плечи девушки так, что невольно заставляет вздрогнуть и даже вскрикнуть. Это не любовь. Нет тех чувств, что когда-либо она  испытывала. А, быть может, их и не было? Может, это был мираж, который девушке привиделся в этом оазисе под названием жизнь? Но тут ее приводят в чувство другие мысли. Она дотрагивается до картин на стене, затем ведет пальцем по дорогим обоям и понимает, что Герман прав. Всё это не её. Ни квартиры, ни машины у девушки нет, нет ни работы, ничего. Джессику передергивает. На карте у нее 2000$. Деньги, которые она не тратила с самого появления в Манхеттене. Деньги, которые копили ее родители, копила она сама. Снять квартиру или студию ей труда не составит. Но готова ли она отказаться от такой беззаботной жизни с Германом ради черствого грубияна с серьезными проблемами?

Ответ приходит незамедлительно. Терять девушке уже нечего. 

Джессика подходит к окну. На улице светит солнышко. В такой прекрасный день совершенно не хочется сидеть в слезах, но, к сожалению, приходится, ведь впереди ее ждут тяжелые будни.

Она горько усмехается и судорожно набирает номер своего брата. Спасательный круг для нее в этом бездонном море событий, где она захлебывается с головой.

— Сэм, извини,что отвлекаю,  — поникшим голосом говорит она, — бери что-то намного крепче, чем просто крепкое.

— Что-то случилось, малышка? У тебя тревожный голос, ты в порядке? — с ноткой волнения спрашивает брат, но девушка не успевает ответить. — Не говори ничего. Я сейчас же всё отложу и приеду. 

Гудки...

*****

Джессика никак не может собраться с мыслями. Тяжело.

Звонок в дверь.

— Открыто! — кричит девушка и видит, как в квартиру заходит ее брат. — Как же я тебя чертовски рада видеть, — бросается она на него и еле сдерживает волну надвигающихся слез.

Брат точная копия отца - голубоглазый брюнет с черными, как смоль, волосами, тогда как сестра пошла в мать - симпатичная русоволосая девушка с карими глазами. Сэм приехал с работы сразу же, в темно-синем костюме с великолепным красным галстуком. Парень на несколько лет старше Джессики, поэтому всегда старался помогать ей, указывать правильный путь, быть наставником девушке, показывать, как мужчины должны относиться к женщинам. Впрочем, это все Сэму не помешало связаться с Бироном и боями на ринге, но с другой стороны это не повлияло на карьеру успешного бизнесмена.

— Я весь во внимании, — обнимает парень ее в ответ, крепко прижимая к себе, параллельно кидая ключи от Bentley Continental GT на тумбу.

— Пойдем в гостиную. Хочешь чай или кофе? — девушка берет парня за руку и тянет за собой.

— Нет, спасибо. Я так устал. Представляешь, два часа стоял на повороте на твою улицу. Там безумнейшая пробка.

— Авария?

— Нет, суицид, — зевая, отвечает Сэм, — Какой-то подросток спрыгнул с балкона 20-го этажа.

— Ужас, — охает девушка и сводит брови к переносице.

— Так что у тебя случилось? — спрашивает парень и смотрит на свою сестру.

Джессика не знает с чего начать. Сомнения накрывают с головой, но обратного пути нет.

— Сэм, это сложно, но... Дани...  — не успевает договорить она, как ее перебивают.

— Ну нееет, — тянет Сэм, — не говори, что этот разговор снова про Дэниэля.

— Не говорю,— тихо прошептала она.

— Господи, говори, коротко и быстро, мне уже надоела вся эта Санта-Барбара, — который раз она уже это слышит? Джес даже невольно улыбнулась,  — милая, у меня правда и без тебя проблем много.

— Сэм, пожалуйста, помоги ему, — говорит девушка и указывает глазами на плазму, на которой была остановлена запись с того самого диска.

— Откуда это у тебя? — слегка запнувшись, спросил он, смотря своими синими проницательными глазами на сестру.

— Он ни в чем не виноват, — протороторила она, — Даниэль ничего не сделал для того, чтобы сейчас ему грозились убийством и преследованиями, — она хватает своего брата за плечи и смотрит в его глаза,— Поговори с Бироном. Пожалуйста.

— Но...— Сэм озирается по сторонам, будто ему кажется, что за ними кто-то следит. — Что я могу сделать, Джес? Я не главный в этом деле. Условия были четко оглашены, его проблемы, что он пропустил их мимо ушей.

— Да пойми ты, — слегка повысила девушка свой тон, — он бился за свою честь, но никак не за деньги! Пожалуйста, Сэм, только ты можешь помочь в этом деле. Пойми, мне... — русоволосая закусила губу и почувствовала металический привкус, — мне не безразличен он и его жизнь.

Тишина. Сердцебиение стало настолько громким, что его можно было услышать в этом минутном молчании.  Брови парня высоко подняты, в результате чего на лбу появляются продольные морщины, а глаза расширяются и округляются от шока. Сэм смотрит на свою сестру. Ее лицо выглядит поблекшим, лишенным мышечного тонуса. Глаза кажутся совершенно тусклыми и серыми. 

—  Господи, — промямлил он,  — малышка, ох... — парень садится на диван и хватается за голову, — ты хоть понимаешь, во что ввязалась? А как же Герман? — показывает он на фотографию, где Джессика и Герман стоят в обнимку. — Ты понимаешь, что с ним будет? Он же любит тебя.

— Он назвал меня дешевой прошмандовкой и сказал, чтобы я не прибегала больше к нему, — Джессика садится рядом с братом, — Сэм, скажи мне, какой от него толк? Он ни то что бы по дому ничего сделать не может, он даже элементарно заступиться за свою девушку не смог. Я же делала это всё ради него, хотя даже обыкновенного "извини" от него я ни разу не услышала.

— Я понимаю, но Даниэль тоже тебе не пара. Разумеется, решать тебе самой, но... — парень тянется к сумке, которую принес с собой и достает оттуда бутылку Джэк Дэниэлса, — у меня просто шок. Принеси стаканы.

*****

— А помнишь, как ты влюбилась в того рыжего из соседнего дома? — квартира наполняется громким смехом Сэма. — Черт, я даже уже не помню его имени, но он был такой смешной. 

— Я тоже не помню, как его зовут,  — смеется Джессика, — зато я помню, как вы курили с ним за сараем, а потом вышла какая-то бабушка и начала избивать вас граблями,  — смех переходит в истерику, которую подхватывает и Сэм.

— Каким же я мелким тогда был, твою мать! — парень берет голову сестры и кладет ее на свою грудь, целуя в макушку. —А кто-то до сих пор еще не вырос.

— Я так скучаю по нашим родителям, — шепчет Джессика, обнимая своего брата. На ум приходят образы старой мамы с вечной улыбкой на лице и папы, всегда строгого, но справедливого. — и по тебе. Я жалею, что мы перестали тогда  общаться после твоего переезда.

— Ничего страшного. Главное, что сейчас общаемся, — улыбаясь, говорит Сэм, — надо как-нибудь навестить родителей.

— Полностью согласна, — еле выговаривает девушка, заикаясь.

И вновь квартира заливается смехом.

— Ты такая пьяная, — натирает макушку своей сестры Сэм, — давай спать ложись.

— Не лягу, пока ты мне не пообещаешь поговорить с Бироном. — сурово смотрит на своего брата Джессика, но улыбка снова появляется на ее ясном лице. На душе так легко после появления в квартире Сэма.

— Честно? Я безумно не хочу это делать. Но на какие только жертвы не пойдешь, ради любимой сестры, — парень обворожительно улыбается девушке и достает мобильный телефон, тут же убирая его обратно, — уговорила. Завтра поговорю.

— Спасибо, — отвечает девушка, сжимая белоснежную рубашку своего брата.

— Для тебя всё, что угодно, — парень слышит тихие посапывания и успокаивающе поглаживает Джессику по мягким шелковистым волосам. — Куда же тебя занесло, малышка? Он совсем не тот человек, который тебе нужен. Он старше тебя на 10 с лишним лет, за спиной столько проблем, скелетов в шкафу и подводных камней. Если бы не его дружок Леон, Даниэль погряз бы с головой и никогда не выбрался из такой ситуации. Знала бы ты всю правду, Джессика, тебя не тянуло бы к этому мужчине. Он на своем пути многое повидал и многое попробовал. К сожалению, и сейчас пробует, средства позволяют.

Парень зачесывает красивые черные волосы назад и закрывает пронзительные синие глаза. Очевидно, он сделает все для сестры, но нужно задуматься о последствиях. И ясно, что они будут не самые лучшие и благоприятные. Сэм устало потирает глаза и выдыхает, оглядывая сестру на его груди.

Джессика уснула.