Глава 2
Вернувшись в свои покои, Дженни не упала на кровать в рыданиях, как сделала бы прежняя владелица этого тела. Вместо этого она подошла к массивному дубовому столу и рывком вытащила из нижнего ящика тяжелую шкатулку, обитую бархатом.
Внутри сверкали целые состояния. Рубины размером с голубиное яйцо, бриллиантовые колье, фамильные сапфиры рода Ким. Прежняя Дженни скупала всё это, чтобы заполнить пустоту в душе, надеясь, что блеск камней затмит холод в глазах мужа.
— Слишком много улик, — прошептала Дженни, перебирая украшения. — Если я попытаюсь продать это в столице, Тэхён узнает об этом раньше, чем я получу деньги.
Она знала сюжет новеллы. Тэхён был не просто герцогом, он был главой тайной службы империи. Его «тени» были повсюду. Чтобы сбежать и затеряться в южных провинциях, ей нужны были наличные, которые невозможно отследить.
В дверь робко постучали. Это была Элла, молодая горничная, чьи руки до сих пор дрожали при виде хозяйки.
— Ваша Светлость... я принесла чай. И... повар спрашивает, что готовить на ужин. Вы ведь обычно требуете омаров из северных морей, но их доставка займет три дня...
Дженни посмотрела на девушку. В оригинале Дженни ударила Эллу по лицу за то, что чай был «недостаточно горячим».
— Элла, подойди, — мягко сказала она.
Служанка замерла, зажмурившись, ожидая удара или крика. Но вместо этого она почувствовала, как в её ладонь легло что-то тяжелое и холодное. Открыв глаза, Элла ахнула: на её руке сияло кольцо с крупным изумрудом.
— Это тебе, — буднично произнесла Дженни. — Продай его через посредников, не в центре города. Часть денег оставь себе и своей семье, а остальное принеси мне золотыми монетами. И помни: если об этом узнает герцог, мы обе лишимся голов. Ты мне веришь?
Элла смотрела на герцогиню широко открытыми глазами. В них больше не было того безумного блеска ярости. Только спокойная, властная уверенность.
— Я... я всё сделаю, госпожа. Клянусь.
Когда служанка ушла, Дженни выдохнула. Первый шаг сделан. Ей нужно было вербовать людей, и преданность, купленная добротой (и парой камней), была куда крепче, чем преданность, основанная на страхе.
Тем временем в кабинете герцога царил хаос. Хотя внешне Тэхён казался спокойным, его адъютант Намджун видел, как опасно побелели костяшки пальцев его господина, сжимающих перо.
— Она действительно подала бумаги? — спросил Намджун, не веря своим ушам.
— Подписала, поставила печать и даже не потребовала алиментов, — Тэхён швырнул скомканный черновик в камин. — Она ведет какую-то игру, Намджун. Женщина, которая еще неделю назад пыталась отравить мою фаворитку из ревности, вдруг решает уйти в монастырь? Не верю.
— Возможно, она просто устала? — осторожно предположил адъютант. — Вы ведь не скрывали своего пренебрежения.
Тэхён резко встал. Его высокий рост и широкие плечи заслонили свет из окна.
— Устала? Нет. Она что-то задумала. Возможно, она хочет привлечь внимание императора, выставив меня тираном, который выгнал жену. Найми лучших шпионов. Я хочу знать, о чем она шепчется со служанками, что ест и даже какие сны ей снятся.
Тэхён не мог признаться самому себе, что его задело не само предложение о разводе, а то, как легко она это сделала. Без слез. Без обвинений. Как будто он был просто скучной главой в её жизни, которую она наконец-то дочитала и перевернула.
Вечером того же дня Дженни решила принять ванну с солью и аромамаслами, чтобы обдумать дальнейшие шаги. Она распустила волосы, и они черным водопадом закрыли её спину. Окунувшись в теплую воду, она наконец позволила себе расслабиться.
Но тишина была недолгой. Дверь в её ванную комнату распахнулась без стука. Дженни вскрикнула, инстинктивно прижимаясь к стенке мраморной чаши и прикрываясь густой пеной.
На пороге стоял Тэхён. Он всё еще был в своем мундире, но галстук был развязан, а верхняя пуговица рубашки расстегнута, открывая вид на острые ключицы. В его руках был тот самый конверт с разводом.
— Я не давал тебе права входить! — вспыхнула Дженни. — Это частные покои!
Тэхён проигнорировал её слова. Он прошел вглубь комнаты аты, и каждый его шаг отдавался эхом в её сердце. Он сел на край ванны, слишком близко. Его взгляд медленно скользнул по её обнаженным плечам, на которых блестели капли воды.
— Частные покои? — его голос был низким и вибрирующим. — По законам империи, пока я не подписал эти бумаги, каждый дюйм этого дома и каждое слово, которое ты произносишь, принадлежат мне.
Он поднял конверт и медленно, глядя ей прямо в глаза, разорвал его пополам. Затем еще раз. И еще. Клочки бумаги посыпались в воду, плавая на поверхности рядом с Дженни, как мертвые лепестки.
— Что ты творишь?! — Дженни попыталась встать, но он тут же перехватил её за запястье. Его ладонь была горячей, как обжигающее железо.
— Ты думала, что можешь просто бросить мне вызов и уйти? — Тэхён наклонился так близко, что она почувствовала запах коньяка и его горячее дыхание. — Ты три года мучила меня своей любовью, Дженни. Теперь моя очередь мучить тебя своим отказом.
— Ты ведь ненавидишь меня! — выкрикнула она, пытаясь вырвать руку. — Ты сам говорил, что каждый день со мной для тебя — пытка! Почему ты не подписываешь?!
Тэхён на мгновение замер. Его глаза потемнели, становясь почти черными. Он не знал ответа. Он просто знал, что когда она посмотрела на него в столовой тем холодным взглядом, внутри него что-то надломилось.
— Потому что я так решил, — отрезал он. — Завтра мы идем на императорский прием. Вместе. Ты наденешь самые дорогие бриллианты и будешь улыбаться так, словно ты самая счастливая женщина в мире. Если я замечу хоть тень грусти на твоем лице — твоя горничная отправится в темницу за воровство.
Дженни замерла. Он уже узнал про кольцо? Или это была просто догадка?
Тэхён отпустил её руку и встал.
— Доброй ночи, жена. Не забудь смыть обрывки своих мечтаний о разводе с кожи. Они тебе больше не понадобятся.
Он вышел, с грохотом закрыв дверь. Дженни осталась в остывающей воде, глядя на плавающие клочки бумаги.
— Черт возьми, Ким Тэхён... — прошептала она, сжимая кулаки. — Ты действительно ред флаг в человеческом обличье. Но если ты не даешь мне уйти миром, я заставлю тебя самого умолять о том, чтобы я исчезла.