29 глава
- Ты одна ездила?
- Нет, не одна, - я снова взглянула на парня и усмехнулась. – А ты что же, ревнуешь?
Даня озадаченно нахмурился и на секунду опустил голову. Сказал неопределенно – то ли всерьез, а то ли пошутив:
- Может быть.
- Милохин, я хочу предупредить…
Мы выехали на проспект и помчались к выезду из города.
- О чем?
- В отеле вместе с нами будут мои знакомые. Не обращай внимания, если они станут вести себя, как идиоты, ладно? Если бы два месяца назад я знала, что у меня будешь ты, - неожиданно призналась, - я бы выбрала тебя. Помни, что ты им ничего не должен.
Теперь усмехнулся Милохин. Невесело.
- Хочешь предупредить, что меня вряд ли примет твоя компания? – своеобразно догадался. – Стесняешься? Так я это и сам знаю.
- Дурак. Это я так хочу, чтобы тебе понравилось, - мягко возразила. – Вот и всё. До мнения остальных мне дела нет.
Но сегодня в голове Милохина витали странные мысли и складывались странные следственные цепочки, потому что он вновь спросил:
- А если бы сейчас ты была не со мной, поехала бы к друзьям… с другим?
Я в изумлении взглянула на парня.
- Что на тебя нашло, Милохин? Еще чуть-чуть и зарычишь, как Отелло. Я ведь с тобой.
- Да. Просто понять хочу и не могу.
Он не задал вопрос «Почему?», но о чем думал – догадаться было не трудно. Однако мне об этом думать совершенно не хотелось. Я никогда в жизни ни перед кем не оправдывалась, не играла и не старалась казаться иной. Я лучше других знала о своих ошибках.
Впившись пальцами в руль «Ауди», нажала на газ.
- Нет, не поехала бы. Такой ответ устроит? Если не с тобой, значит, ни с кем. Или за неделю ты решил, что я недостаточно для тебя хороша, Ромашка?
Мне все-таки удалось смутить Даню, зато теперь он вновь смотрел на меня.
- Я такого не говорил, - твердо ответил. - Ты знаешь, что это не так.
Я кивнула и вернула на лицо улыбку.
- Тогда в будущем лучше обойдемся без подобных вопросов, ладно? Я уже сказала, что ты можешь мне доверять. Давай попробуем двигаться дальше.
Мы проехали молча несколько километров, прежде чем я договорила:
- Речь не о понимании, Милохин. Ты не хочешь верить – в этом причина сомнений. И если я тебе сейчас прямо отвечу, почему ты – это ничего не изменит. Пока не захочешь, ты меня не услышишь, как не слышал до нашей последней встречи. Но я умею ждать. И сегодня я уже на целую неделю к тебе ближе!
***
Дорогой ривер-отель «Butterfly» располагался на широком берегу реки и занимал довольно большую огражденную территорию, окруженную лесом, на которой расположились теннисные корты, бассейн, мини-поле для гольфа, ресторан, лодочный причал, парковка и само трехэтажное здание отеля – узкое и длинное, в форме ломанной буквы «С».
Номеров в отеле было немало, но даже их не хватило бы, чтобы вместись всех желающих приехать на рок-фестиваль (да и не всем эти номера были по карману), поэтому сразу за территорией отеля съехавшийся на мероприятие народ разбил большой палаточный городок – кто-то расположился на берегу, а кто-то углубился в лес.
Когда мы с Даней подъехали к «Butterfly», здесь уже было довольно оживленно.
Миновав в веренице машин пропускные ворота, я въехала на стоянку и припарковала «Ауди» неподалеку от зоны летнего кафе. До заезда в номер еще оставалось время и не имело смысла торопиться на ресепшн. Я предложила Милохину взять по стаканчику кофе и прогуляться по территории – он согласился.
Дорожка от кафе вела узкая, выложенная из декоративного камня, она петляла между полянками зеленого газона и аккуратно подстриженного можжевельника, и я с удовольствием направилась по ней, ощущая на себе пристальный взгляд парня. В кафе Даня расплатился за напитки сам и пусть пытался казаться спокойным, но этот взгляд просто обжигал лопатки, заставляя кровь в моих венах плавится и бежать быстрее.
Обернувшись, я пошла спиной вперед, широко улыбаясь Милохину. Стройный, голубоглазый, блондинистые волосы, парень выглядел ужасно милым и симпатичным. И смотрел только на меня.
- Ну, скажи уже, Милохин! – не выдержала. - Я ведь знаю! Что же ты у меня такой молчун!
Он мог сколько угодно скрывать, что скучал, но все говорили его глаза. И если при встрече ему удалось спрятать чувства за напряжением, то сейчас, когда он никого вокруг не видел, стало ясно: не только мне эта неделя показалась бесконечной.
Мы никуда не спешили, светило солнце, и я дала себе слово окончательно добраться к сердцу Дани. Потому что мое сердце, вблизи от него, просто пело!
Мне показалось, или на губах парня мелькнул намек на улыбку? Он больше не смотрел на меня растерянно и смущенно. Он шел за мной и сам этого хотел.
- Ладно, так и быть, Гаврилина, - сказал, смягчая взгляд теплых глаз. – Слушай!
- Да-а? – я поправила у виска волосы и облизнула губы, заставив его сглотнуть. Определённо мне нравилось, как начались выходные.
- Ты упрямая, избалованная, и совершенно не считающаяся с личным пространством других людей девчонка.
Я повела плечами.
- Не совсем то, что я ожидала услышать, но… Согласна. Когда дело касается тебя, у меня напрочь отключаются тормоза и пропадает терпение.
- Настырная и докучливая.
- Ну, это скорее достоинство, чем недостаток.
- Невозможная.
- Где-то я это уже слышала…
- Ничего. Будет полезным напомнить, - невозмутимо ответил Милохин.
- Еще? – я улыбалась.
- Красивая, - подумав, добавил он.
- Ты правда так считаешь?
- Правда.
- И?
- Непредсказуемая. Я никогда не знаю, чего от тебя ожидать.
Я остановилась, Милохин догнал меня, и мы пошли вместе.
- Это хорошо или плохо?
- Не знаю. Как только ты появилась, я уже ничего не знаю. Но ты права, я тоже…
Но что «он тоже» Милохин договорить не успел. Мы вышли ко входу в отель, и нас окликнула компания молодых людей.
- Юлечка! Эй, мы здесь! Идите к нам!
Я сразу узнала Миленку с Марджановым и Жанку с Владом. А вот третью пару здесь точно увидеть не ожидала, поэтому сбавила шаг.
Точнее, то, что приедет Ирка, я знала, а вот с кем – этого не предвидела.
Заметив нас, Эрик притянул Ирку к себе, закинув на плечо девушки руку.
- Привет, солнце! - поздоровался с ухмылочкой. - Какие люди! Давно не виделись!
- Юляш, я не знала, что Ирка его притащит. Клянусь! – затараторила Миленка, кинувшись мне на шею, словно мы не виделись год. – Я сама только пять минут назад их увидела. Я вообще не понимаю, что происходит? И почему ты со своим блондином?
- В смысле? – я оторвала от себя руки Миленки и хмыкнула: - А с кем я, по-твоему, должна быть?
Подруга покосилась на Покровского, но выяснять причину ее удивления я не собиралась, как не собиралась вообще ничего и ни с кем из них выяснять. Однако поздороваться стоило. У нас был заказан общий обед и ужин в ресторане, так что хочешь - не хочешь, а мимо не пройдешь.
- Привет всем, - повернувшись к компании, обвела всех взглядом, намереваясь познакомить Даню с ребятами и найти повод уйти, и чуть не выдала своего изумления, когда Милохин вдруг взял… и сам обнял меня за плечи.
- Осторожнее, - сказал, отбирая из моих пальцев стаканчик с остатками кофе (со своим он сразу справился), и выбросил его в урну. – А вот теперь, - улыбнулся, - можешь обниматься с подругами. Не хочу, чтобы ты испачкалась. Привет, - обратился к незнакомцам. – Я – Даня. Рад познакомиться. А вы, так понимаю, друзья моей девушки?
Из парней руку протянул только Влад, с ним Ромашка и поздоровался, а дальше спрятал руку в карман джинсов. Судя по лицу Милохина, его ни капли не напрягла такая реакция, и я выдохнула, не увидев румянца на его щеках. Девчонки же рассматривали парня с любопытством.
- Правильно понимаешь, - отозвался Марджанов, окидывая Милохина насмешливым взглядом. – Друзья, но не факт, что твои, блондинчик.
- Я Даня, - спокойно поправил брюнета Милохин. - Но запомню. До сих пор у меня в друзьях не было любителя использовать уменьшительно-ласкательные прозвища, значит, и не будет.
- Эй, ты чего, Русик! – пихнула своего парня Миленка, заметив выражение моего лица. – Тебе-то что?
Вот никогда не любила Руслана за его пакостный язык. До сих пор он опасался отпускать в мою сторону любые шуточки, но, видимо, забылся. Или это присутствие Эрика вдохновило его рискнуть? В любом случае, мне это не понравилось.
Милохин отвлекся на Миленку, которая прощебетала какую-то шутку, и сама же ей засмеялась, а я незаметно показала Марджанову, в какое место воткну ему вилку, если он не захлопнется. Парень примирительно поднял руки.
Жаль, Эрик не увидел. Честно говоря, устала я от него.
- Ну, привет… Даня, - кривая ухмылка вышла неискренней и перекосила красивое лицо Покровского. – Я – Эрик. А ты, выходит, парень Юли… - он не спрашивал, он оценивал соперника и этого не скрывал. - Интересный расклад. Ириш, смотри! – не очень-то нежно погладил Ирку по подбородку, словно собачонку. – Так вот он какой, оказывается, северный олень! А ты говорила, что Юлечка приедет одна.
Милохин неожиданно напрягся. Казавшийся расслабленным, вдруг застыл. Ответил Покровскому сухо:
- Нормальный расклад, если ее все устраивает.
Меня все более чем устраивало, особенно тепло ладони Дани на моем голом плече, чего я не могла сказать о неожиданном присутствии в отеле Эрика и растерянном взгляде Ирки. Зря я привезла сюда Ромашку, но если сейчас попрошу уехать, он ведь из принципа останется.
Подумав об этом, не выдержала, и ответить получилось резко:
- Покровский, воздержись от комментариев относительно моей личной жизни. Тебя она совершенно не касается. Лучше удовлетвори, наконец, свою девушку, а не только свое любопытство! Меня еще как все устраивает!
Вмешался Влад – я знала его не слишком хорошо. С Жанкой они встречались не так давно, но, кажется, у парня был шанс оказаться нормальным.
- Даня, не обращай внимания, - он приветливо усмехнулся Милохину и по-дружески хлопнул его по плечу, - мы все тут немного придурки. Иногда нас заносит, но иногда мы вполне вменяемые люди, честное слово!
- Просто парни бесятся, - поддакнула Жанка, - так всегда было, там где Юля. Поверь мне, я Гаврилину со школы знаю. Тебе повезло, а им нет, вот и не могут смириться. Я бы и сама стала с ней встречаться, только я ей не нравлюсь! – девушка засмеялась, а я вздохнула:
- Васильева, хоть ты не начинай…
- Да подумаешь! – Жанка скосила глаза на Милохина. - Я просто пытаюсь разрядить обстановку, только и всего.
Даня кивнул и отпустил мое плечо.
- Да, мне повезло, - холодно согласился, отвечая девушке. – А сейчас, пожалуй, самое время забрать наши сумки. Ты как? – повернулся ко мне, и я с удовольствием вплела в его пальцы свои, понимая, что для него это дело решенное – он не останется стоять.
Такой Милохин мне нравился еще больше.
Сумку мне Даня нести не дал, так и вошла в вестибюль отеля налегке.
Получив на ресепшене ключи, поднялись на второй этаж и вошли в номер. Я уже жила в нем год назад и знала, что с балкона открывается отличный вид на внутренний двор и бассейн с длинным рядом шезлонгов, и сразу же отдернула шторы, впуская в комнату больше света.
После того, как мы отошли от компании, Милохин снова замолчал. Не отдалялся, но и не приближался, оставляя между нами молчаливое расстояние. А вот у меня напротив, настроение вернулось на отметку «Отлично».
- Да, это номер на двоих, Ромашка. Неужели так ничего и не скажешь? - с этими словами плюхнулась в кресло, закинув ногу на ногу. - Я знаю, о чем ты думаешь, но наше условие в договоре до сих пор в силе, имей в виду.
Я чувствовала себя акулой, в акваторию которой заплыл аппетитный карась. И я собиралась им если не поужинать, то уж точно ласково и в волю покусать за бока.
Номер был не очень просторным, но светлым. С центральным окном во всю стену, которое являлось так же выходом на балкон. С телевизором, со встроенным платяным шкафом, ванной комнатой и двуспальной кроватью.
Даня поставил рюкзак и сумку в шкаф и повернулся, сунув руки в карманы джинсов.
- Нет, не знаешь. Я с тобой уже ничему не удивляюсь.
Я смотрела на него в упор, и он немного растерянно огляделся. Но потом вновь вернув ко мне взгляд.
- Интересные у тебя друзья, - заметил. – Я бы с такими в разведку не пошел.
Он был прав. В походы я ходила с совершенно другими людьми.
- Я бы тоже, - призналась. – Но уж какие есть. Просто не обращай внимания на их выходки, и все. Я на самом деле с тобой, Ромашка, нравится это кому-то или нет.
Я улыбнулась, но Даня смотрел серьезно. И все же его взгляд уже не был прежним – закрытым и недоверчивым, как в начале моей к нему симпатии, когда он мечтал от меня избавиться. Сейчас я много чего угадывала в его глазах такого, что грело душу надеждой – мы оба на верном пути. Но мне бы хотелось увидеть это открыто – так, чтобы ослепило и обожгло. На меньшее я была не согласна.
- Ничего не хочешь ни о ком из них рассказать? – вдруг спросил Даня. - Возможно, есть что-то, о чем мне стоить узнать от тебя?
Улыбка пропала. Не было ничего такого, во что бы я хотела его посвящать.
- Нет, не хочу. Я не думаю, что есть что-то по-настоящему важное, достойное твоего внимания.
Я медленно покачала головой и встала из кресла. Сбросив с ног мокасины, взялась за подол платья и сдернула его через голову.
- Черт, Гаврилина… - Даня стремительно отвернулся и уперся ладонью в стену, едва не налетев на шкаф. Похоже, мое обнажение действовало на парня ну просто убийственно-пугающе, и с этим надо было что-то делать. - Предупреждать надо! Что с тобой?
Со мной было все в полном порядке, особенно вблизи него.
- Осторожно, Ромашка! Ты мне нужен живой и невредимый! – я подошла к Милохину со спины и шутливо взъерошила рукой светлый затылок. – Если будешь так шарахаться всякий раз, когда мне захочется переодеться, то, боюсь, всё закончится травматологией, и мне придется за тобой ухаживать! – Задержав пальцы на плече, шепнула на ухо: – О чем предупреждать? О том, что мы в номере одни, ты мой парень, а я хочу раздеться? Ты не находишь в этом ничего странного?
Он шумно вдохнул, но промолчал.
- Вот и я не нахожу, - вновь погладила светлые волосы. - Ведь у нас с тобой все всерьез, правда?
Не удержавшись, привстала на носочки и куснула парня за горячую скулу. Господи, это какой-то личный фетиш, сводящий с ума! Решилась бы на большее, но сдержало данное Милохину глупое обещание не целовать его первой.
Шагнув к шкафу, взяла сумку и направилась с ней в ванную комнату. Сказала, оглянувшись, со смехом:
- Привыкай, Милохин. И выдохни наконец! Ну не собираюсь я от тебя прятаться! Так и быть, сейчас не стану смущать, но так будет не всегда!
Данил
Гаврилина скрылась за закрытой дверью; я ждал, но в тишине комнаты так и не услышал, как щелкнул замок. Зато через минуту послышался приятный голос, напевающий легкую песню, и зашуршали бьющие в кафель упругие струи душа.
Сейчас я бы и сам с удовольствием хотел оказался под их прохладой.
Девушка скрылась, но легче не стало. Юля по-прежнему находилась в моих мыслях, в моей голове, сводя с ума потрясающей улыбкой, запахом, смелым вызовом в зеленых глазах… и своим жарким телом. А то, что оно обжигало, я больше не сомневался. Я буквально ощущал его и реагировал так, что мышцам становилось больно, а рукам нестерпимо от желания дотянуться и почувствовать.
Если бы не последние три дня, все, возможно, оказалось бы легче. Но эти три дня, после разговора с Трущобиным, буквально вывернули душу так, что я заставил себя, наконец, честно ответить на все вопросы: кто для меня Гаврилина, чего хочу и что мне нужно.
Я ехал сюда, дав себе слово во всем разобраться. Поставить точку «до» сомнений, чтобы не оставить им места ни во вчерашнем дне, ни в завтрашнем.