16 глава
Ведь не могло же мне показаться?
После того, как мы сдали велосипеды в пункт проката, остановились вместе у входа в парк. Неподалеку от парковки, где стоял автомобиль Гаврилины.
Юля взглянула на часы.
- Ну что, пора расставаться, Милохин, - сказала с сожалением. - Уже двенадцать. Я сегодня хочу учебу подогнать, да и тебе на твой проект нужно время. Ты ведь наверняка еще и Клюкве пообещал что-то сделать, так?
Я посмотрел в сторону, сунув руки в карманы спортивных брюк.
- Даже если и так, - заметил упрямо, - то нашего с тобой договора это не касается.
Девушка хмыкнула – не удивительно. Ее отношение к Клюквиной не было для меня секретом, но зачем-то вдруг захотелось оправдать перед ней не себя, а Эллу.
- Ты к Элле несправедлива, - я вновь вернул на девушку взгляд, - и я не могу понять, почему? Все выходные она сидит с больной родственницей. У нее просто нет возможности нормально учиться. Так еще и ты…
Юля вскинула брови.
- А что я?
- Цепляешься к ней. Не даешь ко мне подойти, как будто я - твоя собственность.
Зря надеялся, Гаврилину мои слова не смутили. Сняв бейсболку, девушка стянула с хвоста резинку и тряхнула головой, распуская волосы. Встряхнула их – шикарные и блестящие на солнце - пятерней. Не специально, а словно устала от прически. Сказала просто и прямо:
- Я буду несправедлива к любой, кто захочет тебя у меня отнять – прими уже этот факт, Даня. Дело совсем не в Клюкве, а в тебе. Надо будет, я ей и в сотый раз скажу держаться подальше.
Я моргнул и тяжело сглотнул, засмотревшись на длинные черные ресницы, поднявшиеся вверх. Сказал, на миг очутившись, словно в тумане, в омуте зеленых глаз:
- Я тебе не принадлежу, Гаврилина.
Сказал, а руки сами выползли из карманов. Она стояла так близко.
- Еще как принадлежишь, - тихо, но уверенно возразила ведьма. Глаза светились, и девушка облизнула нежные губы. - Целый месяц, помнишь?
- Да.
Интересно, это секунды застыли, или мы в этих длинных секундах, словно оба выпали из времени? Ведь решили же, что пора прощаться.
- Ну, поцелуй уже меня, Милохин, ты же хочешь, - первой не выдержала Юля. – Я тоже хочу, но не могу этого сделать. Я тебе пообещала!
- Что? - По затылку будто мешком с мукой шарахнуло, и вмиг выбросило из омута на берег.
Трущобин. Контора. Договор.
Инесса, которая оказалась подругой Юли.
И я - послушной марионеткой в руках избалованной девчонки, решившей купить отношения по воле каприза. Вот только чувства мои она купить не могла.
Что со мной? Это же Дементор! Та, что вот уже месяц, как не дает мне прохода в университете, выставляя посмешищем. Совсем я чокнулся, что ли?
Я сморгнул с глаз туман и постарался сказать, как можно холоднее, вновь спрятав руки в карманы:
- Надень бейсболку, Гаврилина, и остынь. Я смотрю, тебе солнце голову напекло. С чего бы вдруг я вздумал тебя целовать? Я еще не успел забыть, как здесь оказался. К тому же, мы сейчас с тобой вдвоем, а значит мне незачем проявлять внимание. Помнишь?
Юля, кажется, не дышала.
- А может, Даня, нам не нужна причина, чтобы решиться? – негромко спросила, распахнув зеленый взгляд. - Бывают моменты, когда легче сделать, чем отказаться. Разве ты этого не чувствуешь?
Не знаю. Возможно.
Но я заставил себя мотнуть головой.
- Нет. Видимо, я не тот человек, кто тебе нужен. Для меня важна причина. Если хочешь целоваться из спортивного интереса, - глядя на нее, я обкусал пересохшие губы, - еще не поздно вернуться на мост… красотка! Там желающих предостаточно. А у нас с тобой другие правила игры!
Да, я хотел ее задеть - слишком легко ей сходили с рук манипуляции людьми. Слишком смелой она казалась, а еще… вот уже целую минуту я уговаривал себя отступить назад, но так и не сделал и шага.
Вопреки всему Юля усмехнулась – как всегда уверенно. Спокойно взмахнула ресницами и подняла подбородок, как будто я только что не обидел ее. Даже не знаю, что бы смогло ее вывести из себя.
- Ну, откровенно говоря, Милохин, у тебя не слишком хорошо получается играть по правилам, - заметила не без колкости. – Мог бы и лучше стараться за такое щедрое вознаграждение.
Я перешел на английский, давая понять, что помню условия.
- Поверь, я стараюсь на самом пределе. Я сейчас с тобой, а ты сказала, что это все, чего ты хочешь. Извини, но не хочу после того, как ты наиграешься, чувствовать себя использованным.
Она тоже ответила на английском – с хорошим произношением, вот только коротко, чтобы я смог заметить хоть один изъян в речи.
- Еще скажи, что это было худшее в твоей жизни свидание, Ромашка, и, пожалуй, я, и правда, остыну.
Сейчас она смотрела на меня так же твердо, как я, и почему-то не получилось ей соврать.
- Не скажу. Но у меня их было не так много, чтобы судить.
Гаврилина убрала волосы на плечо и натянула бейсболку. Тоже сунула руки в карманы кофты, отвечая на русском:
- Ладно, я поняла, что тебе не понравилось. Домой подвезти? – неопределенно пожала плечами. - После того, как я тебя сегодня наглым образом использовала, голова не кружится? – вернула издевку.
- Нет, спасибо. Сам доберусь!
- Тогда пока!
Она развернулась и направилась к машине, но теперь уже я окликнул ее.
- Гаврилина?
- Что? – Юля оглянулась.
Как бы я ни злился, но ее предложение на самом деле оказалось для меня щедрым, так что я был намерен следовать договору до конца, раз уж не мог вернуть вчерашний день и отказать Трущобину.
- Что насчет завтра?
Она прищурилась, а затем вскинула идеальную бровь:
- А ты меня на свидание приглашаешь?
Я даже оторопел. Наверняка, я должен был ее пригласить, но… черт его знает. Мы снова уставились друг на друга.
- В три часа, Милохин. В центре, у Книжного бульвара. Я буду тебя ждать, и никакого роуп-джампинга, обещаю.
- Хорошо, я приду.
- Ромашка?
- Что? – теперь уже я обернулся, не успев отойти. Какое-то идиотское у нас расставание получается.
Гаврилина улыбалась, стоя у открытой двери своего белого автомобиля.
- Можешь упрямиться, но твой прыжок на мосту был бесподобным! Когда-нибудь я обязательно тебя за него поцелую! Я ведь знаю, что ты из-за меня прыгнул!
Девчонка села в машину, дверь захлопнулась… прошла секунда-другая… и она умчалась, оставив меня стоять.
Вот же ведьма! Неужели так необходимо, чтобы последнее слово непременно было за ней?
***
Домой доехал быстро и уже без приключений.
Войдя во двор, неподалеку от детской площадки заметил сестру с подругами. Увидев меня, Крис подбежала ближе, а за ней и вся стайка девчонок подтянулась. Остановившись в стороне, они принялись хихикать без причины, бросая на нас с сестрой косые взгляды.
- Что случилось, Крис? У меня вырос рог, а я не заметил? – спросил, удивившись. Голова была занята собственными мыслями.
- Не обращай внимания! – отмахнулась мелкая, как от несущественного пустяка. – Ты просто им нравишься! Ты же у меня взрослый, симпатичный и это… брутальный, вот!
- Чего?! – я сморщил лоб. Это было что-то новое. – Ты что им там насочиняла про меня? Тебе кто разрешил языком болтать?!
- Ничего! – открестилась вредина и, кашлянув, громко и звонко спросила, стараясь явно для публики: - Данюшка, а ты где это был с утра пораньше? На свидании, да?! А у вас все серьезно?!
Я нахмурился. Узнать про Юлю сестра точно не могла, но запомнила мои сборы на встречу к Инессе, а значит и остальное домыслила на ходу – недаром вчера с расспросами приставала.
- В библиотеке! – ответил так же громко, решив раз и навсегда обрубить интерес к своей персоне. – Городской! Тебе, кстати, с подружками туда тоже не помешает заглянуть! Почитать умные советы про то, как не совать нос в чужие дела!
Рявкнул, обошел сестру и направился к подъезду. Услышав за спиной:
- Не верьте ему, он сочиняет! Он ей даже цветы покупал, я точно знаю!
Я только дверью от досады хлопнул.
Вот так и имей младших сестер! Никакой личной жизни с ними!
Дома отчима не оказалось: он, как всегда, уехал с ночевкой на рыбалку, зато у матери выпал редкий выходной, и она суетилась с обедом на кухне.
Уловив вкусные запахи, в организме тут же проснулся голод и жутко захотелось есть.
Не удивительно, после такого-то выброса адреналина!
- Привет, сынок! – отозвалась мама, выглянув в прихожую. - А ты куда это пропал с утра пораньше? – спросила с любопытством. – Мы с Крис проснулись, а тебя нет. Ты же вчера сказал, что сегодня выходной. Хотела тебе позвонить, но Кристина не дала. Ох, и упрямая растет девчонка! Не понимаю, что с ней происходит? Взрослеет, наверное.
- Да так… Договорился кое с кем встретиться.
- А-а…
Когда уже сидел за столом с чашкой чая, слушая мамино щебетание, прежде умолотив тарелку спагетти с тефтелями и пару больших бутербродов, вернулся мыслями к утренней прогулке.
Вспомнил солнечный парк, велосипеды и Тарзанку. Своё падение в кусты и прыжок. И Юлю на перилах моста.
Да уж, с такой девушкой не соскучишься. А ведь ее бабушка не соврала – попробуй огонь удержать в руках. Прозвище у Гаврилины очень точное. Только ладони опалишь.
И как меня угораздило с ней сблизиться? И не хочу думать о девчонке, а думаю.
- Данюш, а ты чего это сидишь и улыбаешься? Я ему тут о ремонте рассказываю, а он не слышит, - насторожилась мама, присев за стол. – С девушкой, что ли, познакомился?
Я смутился. Мама хорошо меня знала и запросто могла домыслить многое, так что решил сказать часть правды.
- Вроде того.
- Симпатичная хоть? – голубые глаза родительницы зажглись интересом. Совсем как у Кристины.
- Как сказать. Понимаешь, симпатичная – не совсем подходящее слово, - выкрутился, сунув нос в чашку с чаем. – Извини, мне бы не хотелось о ней говорить. Вряд ли у нас выйдет что-то серьезное.
Мама огорчилась. Не сводя с меня глаз, тяжело вздохнула, подперев подбородок кулаком.
- Ясно.
- Ты чего?
- Говорю, все с тобой ясно, Данюшка! Раз не хочешь говорить, значит, умную себе нашел, да? Ох, Даня-Даня, - покачала головой, - цены ты себе не знаешь, сын! Слушай, а может быть, тебе действительно Татьянину Аню в кино пригласить? А почему нет? Девчонка она у нее симпатичная, и по возрасту тебе подходит! Ну, сколько можно быть таким неуверенным в себе?!
***
Ночью написала Нюша. Вскоре после того, как я выложил в Фейсбук книжный обзор на роман Чака Паланика «Невидимки» - книгу неоднозначную, не особо меня впечатлившую, но безусловно достойную обсуждения.
Нюша Тихуша: Доброй ночи, неспящий чел! Хороший отзыв! Думаю, что ознакомлюсь с романом, но если в нем все так, как ты говоришь… Боюсь, он мне не понравится. Не люблю читать о душевном уродстве и надломе личности. Пазлы из слов меня не привлекают, я привыкла доверять автору. Слушать, а не домысливать, так легче проникнуть в суть романа.
Данил Милохин: Доброй ночи, Нюша! А если сути как таковой нет? Что, если посыл автора не рассчитан на лень читательской мысли?
Нюша Тихуша: А что же есть?
Данил Милохин: Ребус из вопросов. Смена лиц. Шок, как ключ к пониманию поступков героев. Если их поступки вообще можно понять.
Нюша Тихуша: Вот именно – если! Ты никогда не думал, что крах личности описать легче, чем становление? Что объяснить разрушение проще, чем борьбу с непреодолимыми обстоятельствами? Что это не всегда честный прием в писательстве?
Данил Милохин: А ты никогда не думала, что от беды легче убежать, чем оглянуться? Продлить момент, прежде чем тебя настигнет неизбежное?.. Мне кажется, показать реалистично и талантливо, чтобы читатель безоговорочно поверил, и то и другое - равнозначно сложно. В любом случае, мне будет интересно узнать твое мнение.
Нюша Тихуша: Договорились!
П.С. Эх, ну почему с тобой мне разговаривать намного легче, чем с объектом моей симпатии? Вы, парни – такие разные! Мне кажется, объект меня боится.
Данил Милохи: Чего именно?
Нюша Тихуша: Всего. Того, что я толстушка. А главное, что я могу ему понравиться. Вот такая, какая есть. Думаешь, это тот самый стереотип, от которого не избавиться?
Данил Милохин: Думаю, что если чувства настоящие, то они все равно победят любые убеждения и стереотипы. Во всяком случае, так говорят книги)
Нюша Тихуша: Спасибо, друг, ты меня обнадежил! Ха-ха!) Значит, буду верить в лучшее и в то, что стрела у Купидона всегда пронзает сердца двоих. Иначе какой смысл в чувствах?
П.С. Как прошла встреча с Дементором?
Данил Милохин: Я выжил)
Нюша Тихуша: Оу! Все оказалось настолько плохо?
Данил Милохин: Скорее, насыщенно и неожиданно. Но мне неудобно об этом говорить, извини.
Нюша Тихуша: Ты прав. Выключаю любопытство и прощаюсь – пора спать!
Пока, Даня?
Данил Милохин: Пока, Нюша!
Вот такой разговор.
Спал спокойно – к вечеру пережитые в парке эмоции вытеснили мысли о проекте – мне предстояло найти немало материала по квантово-полевым системам и его изучить, чем я и занялся. А ночью Гаврилина отвоевала свое, вогнав сознание в краску.
Когда проснулся и позавтракал, на мессенджер упало сообщение от Эллы Клюквиной:
«Данюшенька, выручай! Завтра срочно нужно сдать лабораторную, а я целый день сижу с больной тетей! Ты поможешь? Задание прикрепляю к сообщению файлом!»
Ответил девушке:
«Конечно! Сделаю!»
«Спасибо, ты замечательный! Как бы я хотела тебя отблагодарить!»
Я задумался, засмотревшись на смайлики. На этот раз очнулся быстрее, вспомнив, что на столе лежит еще пара лабораторных для Жилина, и решил не терять время.
***
Черные берцы, расклешенный желтый сарафан выше стройных колен и черная кожаная куртка с задернутыми к локтю рукавами. Тонкие металлические браслеты на гладких голых запястьях. Волосы цвета белого шоколада у девушки немного вились, рассыпаясь при каждом шаге. Подведенные тенями глаза смотрели прямо, а на растянутых в усмешке губах блестел розовый блеск.
Потрясающая Юлия Гаврилина шла ко мне через всю площадь, граничащую с Книжным бульваром, несла с собой запах весны и пионов… И я снова уставился на нее, как идиот.
Юлия
- Да отстань, Терри! И не смей тянуть пододеяльник – порвешь! – я высунула из-под одеяла пятку, и ее тут же куснули длинные зубы добермана. Подбежав к изголовью кровати, пес лизнул меня в нос и громко гавкнул. И еще раз. И еще.
И, конечно, рядом с другом послушно затявкала мелкая подпевала Гретта.
Один Чарльз молчаливо взирал с порога, сунув в спальню лобастую голову.
Нет, ну что за досада! Эти собаки – совершенно невыносимые животные! Иногда их хочется затискать, а иногда – прихлопнуть подушкой! Особенно в утро выходного дня!
- Да слышу я, слышу… Уже встаю, - ворчливо пообещала, переворачиваясь набок. - Сегодня, между прочим, воскресенье. Могли бы и дать поспать человеку, - упрекнула питомцев. – Тем более, что человек - царь природы. Хочет - встает, а хочет – нет, ясно? Брысь, банда!
Царь-то царь, вот только когда это псов волновало?!
Шершавый язык добермана коснулся щеки, через секунду Терри умудрился вновь куснуть мою пятку, а еще через одну уже требовательно гавкнул у лица.
«Да, хозяйка же! Не спи! Слышишь, в дом звонят!»
Нет, с такими надсмотрщиками точно поспать не получится.
Я села в кровати и широко зевнула, прикрыв рот ладонью. На ум сразу же пришел Милохин – не удивительно, последнее время он упорно не покидал мои мысли. Но в отличие от мыслей ночных, сейчас я подумала о том, как же Ромашка умудряется все успевать и высыпаться? Да еще и работать по ночам?
Понятно, конечно, что он способный и многое ему дается легче, чем другим. Никогда не видела, чтобы он на занятиях над чем-нибудь особо корпел – просто брал и делал. Но все равно учиться и работать - это вам не плюшку съесть. Лично я после того, как вчерашний день и вечер просидела над заданиями по дискретной математике и программированию, да еще и залпом прочла роман Паланика – уснула около четырех утра без задних ног. А телефон и вовсе ещё раньше отключила, чтобы не мешал.