Темный охотник: Душа демона

Вспоминания давно минувших дней заставили Ричарда непроизвольно дотронуться до левого глаза. Не каждому удавалось провернуть нечто подобные, и для подавляющего большинства это всегда плохо закачивалось. Но об этом он узнал позже, перерыв архивы Братства в поисках ответов. А тогда... тогда он был юнцом. Напуганным, ошеломлённым и гордым юнцом. После прошествия у Тёмного леса, как напоминание о слабости перед тьмой, его левый глаз превратился в настоящий сгусток тьмы, в которой тонул любой свет. Самое интересное, что Ричард абсолютно не чувствовал никакого дискомфорта, а даже наоборот. «Подарок Бездны», как он часто его называл, видел даже лучше, чем когда-либо. Вот только людей он безумно пугал, никто не мог объяснить чего они боятся, но даже его собратья, побывавшие в разных передрягах, старались не смотреть ему в глаза, а многие и в лицо боялись взглянуть. Поэтому долгое время он носил повязку. Отчасти ему это даже нравилось, ибо мало кто знал о его маленьком секрете - демонический глаз был способен видеть сквозь любую преграду на многие мили. Каменные стены крепости, дубовые двери домов, густая лесная чаща или земля - ничто из этого не могло помешать найти искомую цель.

Поначалу это пугало, Ричард считал что постепенно превращается в порождение Бездны. Потом раздражало, ведь глаз различал любую деталь даже сквозь закрытое веко, но в конце концов Рик всё же смирился и научился использовать это проклятье в своих целях. Тем не менее он опасался часто прибегать к его помощи, а после смерти Анны и вовсе перестал использовать его скрытые возможности. Этот всепроникающий взор она считала настоящим проклятьем, и хотя никаких последствий, кроме головной боли, у Ричарда не наблюдалось, она всегда его просила использовать как можно реже. У неё была своя нелишенная логики теория, согласно которой каждый раз когда он использовал возможности чёрного глаза, демон внутри одерживал небольшую победу, забирая часть человека, часть его души. Что, в свою очередь, приближало Рика к порогу демонического безумия. И вот однажды, спустя двадцать лет после её смерти, тьма из глаза исчезла. Теперь, вместо томного поглощающего любой свет провала, был яркий голубой глаз юноши, что только недавно закончил обучение в одном из самых мрачных мест на земле. Он сильно контрастировал, соседствуя с выцветшим глазом старика, успевшего многое повидать в этом мире.

Оставшийся путь до города был пройден без приключений. Ричард успел точно к открытию городских врат, а значит ему не придётся тратить драгоценное время, блуждая под стенами города и вызывая подозрение. Первым делом он отправился на воздушную станцию за билетами, но его ждало разочарование - билетов до Унгвика, а уж тем более прямых, на сегодня не было. Это несколько ухудшало ситуацию, он надеялся поскорее убраться из этого города, пока слухи о странном незнакомце, убившем тварь, вырвавшуюся из Бездны, не дойдут до ненужных ушей. В противном случае церковники не упустят возможности познакомиться поближе с «героем», а Рик бы предпочёл подобного знакомства избежать. Но выбора не было, многие стремились убраться с севера Литы до того, как придут дожди. Иначе вырваться отсюда до первых морозов, будет практически невозможно. Ближайший пузырь, на который оставался билет, отправлялся послезавтра утром и это не радовало. Но у Ричарда было несколько уловок, которые значительно повышали шансы остаться в живых.

Купив билет он отправился на поиски подходящей таверны, нужно было выбрать нечто среднее между воровским притоном и популярным местом отдыха приезжих. Рику было жизненно важно затеряться в толпе, слиться с общим людским потоком, что в таком городе, как Унгвар сделать было сложно. Внезапно пересекая главную рыночную площадь, он услышал исступлённый голос старика-проповедника.

- Покайтесь грешники, покайтесь. Грядёт Великая война, в которой свет даст бой тьме. Бездна извернётся наружу выпустит тварей доселе невиданных, они будут рвать и пытать всех нечестивцев отвергнувших Единого и церковь. Лишь праведникам удастся спастись, ибо их защищать будет святое воинство.

Вопли старика перекрывали общий шум рыночной площади, но зевак вокруг него собралось не много. Ричард ухмыльнулся. От момента своего появления кругоносцы обещали Великую битву, каждый раз говоря, что она должна произойти со дня на день, но, за двести лет из криков, война так и не разразилась. Это, правда, ничуть не смущало проповедников, продолжавших изо дня в день говорить о её скором наступлении. И каким бы тупым стадом не была их паства, но мало-помалу до всех начинало доходить, что святые отцы где-то темнят. Церковь теряла позиции достигнув пика своей власти, наука сменяла магию и если первую побаивались из-за её недоступности, то на вторую уже уповали. Маг, для просто человека, был фигурой загадочной, странной и опасной. У них была сила недоступная более никому. Сила повергать в бегство войска и сворачивать горы. А ещё они могли спорить о власти с королями, что последним не очень нравилось и святоши, поддерживаемые правящими династиями, пользовались этим, настраивая свою паству против магов. Ричард помнил времена гонений, Аралон, Гольд, Лита и Повир потопали в кострах, на которых сжигались рыночные гадалки и деревенские ворожеи. А сними костёр шли и все остальные, кому «повезло» попасть в добрые руки церкви - учёные, философы, изобретатели и просто неудачники, на которых пало подозрение о связи с Бездной.

Крики старика заставили его ухмыльнуться. Когда-то он верил им. Нет, не фанатикам, а религии. Он помнил времена когда над первыми кругоносцами жестоко измывались из-за их веры, но тех это не останавливало. Они проповедовали мир и прощение, призывали помогать слабым и нуждающимся в трудные времена. Потом всё переменилось. Раз, и уже разговоры о равноправии и помощи поутихли. Теперь помогать нужно иерархам Святого Ордена, ибо именно они ведут борьбу со злом, лёжа в своих роскошных палатах и потягивая вино из золотых бокалов. Если бы не они, человечество давно пало под волной первозданной тьмы - так кричали уличные проповедники и храмовые настоятели, мечтая однажды тоже обзавестись золотыми кубками и собственным дворцом, а пока приходилось довольствоваться золотыми перстнями, купленными на подаяния прихожан. А ежели ты крамолу какую затаил на верных слуг всевышнего, попрекая их роскошью и сомневаясь в из избранности, так костёр развести дело нехитрое. Но власть кругоносцев слабела, наука, активно развиваемая на востоке, подтачивала камень их власти. Вот уже и в Лите воздушные пузыри перестали быть редкостью, а здесь Орден был силён, как нигде. В отличие от магии, техника доступна каждому, в ней нет страшных тайн, поэтому с ней тяжело бороться. Поначалу орден противился, пользуясь своим влиянием запрещал исследования, сжигал учёных, запугивал паству, но продолжалось это не долго, один за другим правители западных королевств начали осознавать выгоды от изобретений. Поражение в десятке пограничных конфликтов и двух полномасштабных войнах из-за слабого вооружения, способны прочисть мозги каждому, поэтому гнев сменился на милость, и сумасбродные запреты сняли. Даже в Лите, хоть и со скрипом, наука начала развиваться. Но старания святошь не прошли даром, западные королевства сильно отставали, в плане науки, востока и юга.

После долгих поисков, ближе вечеру, Рику всё же удалось найти подходящее место. Это было отличное заведение, до статочно плохое, чтобы сюда не заглянули дворяне или богатые купцы, но недостаточно паскудное, чтобы стать излюбленным местом всякого отребья.

В таверне было не слишком людно, но это не удивительно, обычно посетители подобных заведений подтягивается уже после заката, а до него еще не мало времени. Заказав выпивки и еды он занял стол в углу напротив выхода в этом месте открывался замечательный вид на всю таверну а сам он при этом оставался в тени. Заказ принесли достаточно быстро чему Рик немного удивился и обрадовался, что не пришлось долго ждать. Он быстро покончил с едой и принялся за вино, лишь на четверть разбавленное водой. Тем временем помещение начало наполнятся людьми. Недалеко от Ричарда, села группа купцов, недавно вернувшаяся с долгого путешествия за товарами, по ним было видно, что они если не друзья, то хорошие знакомцы, коим не терпелось рассказать друг другу о своих приключениях. Поначалу разговор у них шёл о товарах, да о тяжёлой жизни купца, и Рик уже собирался уходить, как вдруг посетители плавно сменили тему.

- Друзья а вы часом не знаете что произошло с Трувором, ведь я давно о нем ничего не слышал? - спросил один из купцов.

- Рикиль ты не один такой, кто не слышал от него вестей, и боюсь что не услышишь. Одни говорят что Трувора уже давно нет среди живых, а другие считают что его нет и среди мертвых! - ответил сидевший спиной к Рику человек.

- Это как? - не понял тот кого называли Рикилом.

- Да вот так, ты что совсем не слышал об обстановке в восточных границах? - спросил купец с седой окладистой бородой, слева от Рикила.

- Какой ещё обстановке? - удивился Рикил.

- Да, брат, - протяжно сказал купец. - Где ты странствовал, хотел бы я знать. Ну да ладно. Ворнгард говорят снова оживился и время от времени выплёвывает из своих глубин странных тварей, не похожих ни на что известное нам доселе. Но это ещё полбеды Пограничье справиться с этим, я надеюсь, у Ворнгарда уже бывали приступы периодического оживления, но его всегда удавалось подавить.

- Я с тобой не согласен Ларг - сказал купец до этого сохранявший молчание - Прецеденты были, но Пограничье никогда не просило помощи в подавлении тех вспышек, а теперь все сложнее, если даже гордые степняки, пересилив себя, попросили о помощи.

- Волт я думаю ты всё-таки преувеличиваешь и...

- Подожди Ларг, но почему ты считаешь что это лишь полбеды? - перебив товарища спросил Рикил.

- Хм. Понимаешь, Родония, как мне кажется, столкнулась с новой, доселе невиданной, напастью, которая создаст очень много хлопот.

- И что же это за напасть?

- Мертвецы, - сказал купец с испугом в голосе.

- Что-то я тебя не до конца понимаю Волт, как могут мёртвые навредить живым? - удивился Рикил.

- Ох, ещё как могут, уж поверь, мне довелось это видеть когда торговал в тех краях. А все этот старый пройдоха Борх насуливший мне невероятные барыши, будь он трижды проклят. Вначале, конечно, когда я только прибыл в Бородки, небольшой городок что расположен недалеко от Кандракаррских гор, ничего такого не было, да и вояки утверждали что у них все под контролем. И я уже было успокоился, но в третью ночь, от времени моего приезда, словно Бездны распахнула свои врата. Твари прорвались с северо-запада, стража не могла их остановить, умёртвия не видели на своём пути ничего, все живое что им попадалось они разрывали в клочья и тут же пожирали. Если ты думаешь что мертвецы безобидны то ты глубоко заблуждаешься Рикиль. Те мертвецы не знали ни страха, ни боли они не знали ничего кроме чувства голода, которое стремились утолить всеми возможными способами. Убить их было очень сложно им нужно было отсечь голову или отрубить руки и ноги что бы они не могли передвигаться, любые другие ранения они попросту не замечали. Все усложнялось также и тем что каждый убитый умертвием человек которого по той или иной причине не съели, присоединялся к их «армии немёртвых». Маги и техника, что были приставлены к городскому гарнизону, не справлялись, мертвецов было слишком много, а человеческие силы не бесконечны. В ту ночь я увидел столько крови, сколько не увидел за всю свою предыдущую жизнь, а ведь я много где побывал. Мне только чудом удалось спастись во время той суматохи, что творилась в городе. Так что я знаю что говорю.

- Но я никогда не слышал ни о чем подобном, - удивился человек который спорил с Ларгом, кажется, его звали Волт.

- Ха, конечно не слышал, ведь выживших счастливчиков не так много, и это не только заслуга мертвецов. Родонийские отряды отлавливали уцелевших и делали так, чтобы они не смогли болтать. Мне лишь удом удалось выбраться из той передряги.

- А что случилось там дальше и как обстоят дела с городком его все таки отвоевали или нет? - поинтересовался Рикиль.

- Не знаю, говорят нет больше такого города. Ходит слух, что возник случайный пожар сжёгший городок дотла, но мне в это почему-то не вериться.

На этой фразе купцы замолчали, задумавшись каждый о своём, а когда разговор возобновился, то все старательно делали вид, что не слышали странной истории. Торговцы вновь начали говорить о товарах и их стоимости.