часть 9.
через какое-то время, когда слёзы окончательно высохли, а в комнате повисла тишина с редкими вдохами, эмма чуть приподнялась с колен дженны, тёрла нос и шмыгала.
— хочешь… чай? — прошептала она, будто боялась нарушить хрупкий момент.
дженна удивлённо моргнула, но кивнула.
— ну… давай.
эмма кивнула, почти деловито. встав, заметила, что свёрток и пузырёк с таблетками всё ещё лежат у дженны в руках. она осторожно протянула ладони, заглядывая ей в глаза.
— можно?.. я уберу.
дженна сжала пальцы. взгляд стал колючим, будто она собиралась что-то резко ляпнуть… но в итоге, чуть выдохнув, отдала. эмма пошла к шкафчику, открыла верхнюю полку и убрала туда всё. аккуратно, как будто это были хрупкие вещи.
дженна наблюдала за ней с прищуром, нахмуренная.
— ты понимаешь, что это… блядь, не игрушки? — бросила она, чуть грубовато.
— понимаю, — спокойно ответила эмма, не оборачиваясь. — я… потом отдам. просто сейчас не хочу, чтобы они были на виду.
дженна молчала, но уголок её рта дёрнулся. и когда эмма вернулась к ней — уже с кружкой и тарелкой — настроение сменилось. чай был ярко-рубиновый, с кислинкой и ароматом лета. в маленькой тарелке лежали печеньки — разной формы, сердечки, звездочки. с золотистой корочкой.
— это... я сама пекла. — эмма поставила всё на стол. — тебе.
— ты готовила? — дженна удивлённо приподняла бровь. — серьёзно?
эмма кивнула, чуть улыбнувшись. но когда дженна протянула руку к кружке, заметила:
— а ты?
— что?
— ты будешь кушать?
эмма замялась. взгляд метнулся в сторону. потом на печеньки. потом снова на дженну. и слабо покачала головой:
— нет… я не хочу. не сейчас.
— эмма, — дженна отложила печеньку, всерьёз. — давай не будем врать. ты не хочешь не потому что не голодная, а потому что тебе страшно.
эмма сжала губы.
— я… — она тихо вздохнула. — просто не хочу.. и всё.
дженна пересела ближе, не навязчиво, а твёрдо. взяла одну печеньку, отломила кусочек — и протянула ей.
— просто маленький укус. ради меня. а потом — сколько хочешь, хоть ничего. просто попробуй.
эмма замерла. дыхание сбилось, щеки порозовели. но она медленно, почти как в замедленном кино, взяла кусочек и положила на язык.
жевала медленно. смотрела в пол. потом — на дженну.
— вкусно?
— угу… — шепнула эмма.
— вот видишь, — дженна чуть улыбнулась. — готовишь ты офигенно.
эмма тихо фыркнула, снова сгорая от смущения.
потом эмма потянулась за ещё одной печенькой, будто неуверенно. в глазах — смесь стыда и жадного голода. она съела её быстро, чуть быстрее, чем собиралась. потом — ещё одну. уже не глядя на дженну, с опущенными глазами, будто боялась поймать на себе чужой взгляд, осуждение, даже удивление.
— ты ешь так, будто не ела два дня, — заметила дженна, приподняв бровь, но без насмешки. скорее с обеспокоенностью.
эмма вздрогнула, покраснела, но продолжала жевать. спрятала лицо за рукой, будто это спасёт от смущения.
— я… — с набитым ртом не рискнула говорить. прожевала. — прости, я просто… немного кушать хочу..
— эм, — дженна пододвинулась чуть ближе, мягко, без давления. — не извиняйся. ешь спокойно. не надо стыдиться того, что тебе нужно.
эмма кивнула, глядя в кружку с чаем, словно там был правильный ответ, как себя вести. у неё по щекам чуть прошлись краской уши, но она продолжила — теперь чуть медленнее, чуть более осознанно. как будто позволила себе это.
дженна не отводила взгляда. потом встала, прошлась по комнате, нашла плед, скомканный на кресле, и вернулась, накинула его на плечи эмме.
— тепло будет.
эмма вздрогнула от заботы, чуть повернула к ней лицо. уголки губ дрогнули — неуверенно, почти неловко, но это была улыбка. такая настоящая, очень детская. и в этот момент дженна — дерзкая, резкая, с глазами, в которых всегда сверкало что-то колючее — вдруг наклонилась и легко чмокнула её в щёку.
— ты молодец, что поела.
эмма вся залилась краской. чуть не уронила печеньку. прикрыла лицо ладонями.
— не смейся…
— да кто смеётся, — дженна хмыкнула, усевшись рядом и лениво подмигнув. — я просто наблюдаю, как ты краснеешь. как томатик.
— не томатик я… — пробормотала эмма, натягивая плед выше, чуть ли не на нос. но уголок губ всё равно дрожал от смущённого веселья.
дженна вдруг резко сунула руку под плед и пощекотала её по боку.
— ага! говоришь, не томатик?
эмма пискнула, захихикала, пытаясь отмахнуться:
— джееенна! не надо! — слабо хлопала её по руке, но не по-настоящему, а будто играла.
— а то что, майерс? — хищно прищурилась дженна и снова щекотнула.
эмма с визгом попыталась вывернуться, но всё равно осталась в пледе, вцепившись в него, как в броню.
они ещё немного посмеялись, но смех постепенно затих, оставив после себя тёплую тишину. дженна притянула эмму ближе, будто без слов, просто так. обняла за плечи, прислонилась щекой к её голове.
эмма не оттолкнулась. наоборот — прижалась, будто наконец-то позволила себе расслабиться. её пальцы сжались на ткани дженниной кофты, как будто боялась, что та уйдёт.
несколько секунд тишины. только чай остывает в кружках и за окном шорох ветра.
— мы что… уже не враги?.. — пробормотала эмма тихо, с лёгкой хрипотцой, почти себе под нос, но дженна услышала.
она чуть отстранилась, посмотрела на неё, как будто в первый раз всерьёз. тень ухмылки тронула уголки губ.
— ты правда хочешь, чтобы я тебя снова назвала тупой малышкой и шлюхой? — с усмешкой, но без злобы. как будто это было сто лет назад.
эмма вздохнула. — ну ты же называла… — глаза опустила.
— а ты называла меня дурой, вспоминаешь? — усмехнулась дженна, но в голосе звучала почти нежность. — и фальшивой.
эмма смущённо хмыкнула. — ну.. э..
она снова обняла эмму. крепче. теплее.
— я не враг. если ты не хочешь, чтобы я им была.
эмма кивнула. потом прошептала в её плечо:
— не хочу..
дженна немного задержала дыхание. потом тихо:
— и я не хочу.
дженна чуть улыбнулась, чувствуя, как эмма прижимается к ней, такая маленькая, теплая, почти домашняя.
— ну что, сладенькая, — проговорила она, легко ткнув пальцем эмме в бок, — выходит, ты теперь моя маленькая подружка?
эмма тут же заёрзала и попыталась отвернуться, но дженна её не отпустила.
— я не маленькая... — пробурчала та, но это звучало неубедительно, особенно на фоне того, как она выглядела в объятиях дженны: тонкая, хрупкая, с покрасневшими щёками.
они ещё немного посидели в обнимку, пока чай совсем не остыл. за окном темнело — осенний вечер быстро накрыл город, и в комнате стало уютно от света тёплой лампы. эмма первой шевельнулась:
— хочешь… фильм посмотреть? у меня ноут, плед есть. — она старалась звучать уверенно, но голос выдал лёгкое волнение.
дженна приподняла бровь, усмехнулась.
— малышка, ты что, приглашаешь меня в свою комнату?
эмма залилась краской. — это просто фильм…
— ага, — дженна встала, подошла и нагнулась к самому её уху. — фильм. под пледом. с королевой универа. — она хмыкнула и, не дав эмме ничего сказать, уже направилась в сторону спальни. — ну, сладенькая, веди. я вся в внимании.
эмма только всплеснула руками и за ней поплелась, борясь с тем, чтобы не утонуть в смущении. сердце стучало где-то в горле.
комната эммы была такой же, как и сама она — уютной, немного наивной. на подоконнике — книги, свечка, рисунки, мягкий плед. ноутбук стоял на прикроватной тумбе. эмма включила его и стала рыться в списке фильмов.
— выбирай, — буркнула она, садясь на кровать. — только не ужастик, я не выживу..
— ты и без ужастика еле живая, — хмыкнула дженна, плюхаясь рядом и тут же притягивая эмму к себе. — иди ко мне, маленькая моя. не кусаю… если не просишь..)
эмма пискнула сквозь смех и ткнулась носом в её плечо.
— ты невыносима.
— но секси, — лениво отозвалась дженна, перекидывая через них плед. — и ты это знаешь.
они выбрали фильм — что-то спокойное, вроде романтической драмы, где герои вечно ходят под дождём и смотрят друг на друга слишком долго. эмма включила, поправила подушки и легла первой, чуть повернувшись на правый бок. её сердце уже билось быстро просто от осознания, что дженна рядом… а когда дженна улеглась следом, прижалась вплотную, обняв её со спины, у эммы, казалось, вовсе остановилось дыхание.
тёплая рука обвилась вокруг её талии, дженна легко закинула бедро на её бёдра, словно обняв её полностью. тепло от неё ощущалось каждой клеточкой, и эмма с трудом сдержала дрожь.
— дже… дженна, — прошептала она, едва слышно, краснея до ушей.
— мм? — голос дженны звучал лениво, расслабленно, прямо возле уха. дыхание касалось шеи эммы, заставляя её сжаться.
— ты… так легла, — пробормотала эмма, не зная, куда деть руки и куда смотреть, хотя, казалось бы, она смотрела в экран.
— так, как мне удобно, — хмыкнула дженна. — и тебе, кажется, тоже. ты аж дышать перестала, сладенькая.
эмма вспыхнула ещё больше и зажмурилась.
— ты невыносима..!
— ты уже говорила, — усмехнулась дженна, чуть сильнее прижимая её к себе.
эмма чувствовала, как в груди что-то щемит — от смущения. её ладони легли поверх рук дженны, и она прижалась чуть сильнее.
— ты горячая, — пробормотала эмма, скорее себе под нос, чем в голос. — в смысле… теплая! — она тут же сама себя мысленно ударила.
дженна тихо рассмеялась.
— о, я знаю, малышка. я и горячая, и теплая. тебе повезло.
эмма пискнула, уткнувшись щекой в подушку, чтобы дженна не увидела так сильно она покраснела.
они продолжали смотреть фильм, хотя сложно было сказать, кто вообще следил за сюжетом. эмма вся сгорела, но не двигалась ни на миллиметр.
в комнате было тихо, только приглушённые звуки фильма и редкие завывания ветра за окном — осень вовсю показывала свой характер. на двоих — один тёплый плед, пахнущий чем-то домашним, уютным. эмма старалась смотреть на экран, старалась не думать о том, как дженна прижалась к ней, обвив руками, как тёплое бедро всё ещё лежит сверху, и как нос её уткнулся прямо в шею.
но мысль не слушалась.
в груди щекотно, в животе покалывает, дыхание сбивается… и вот дженна, не открывая глаз, чуть сильнее прижимается и едва слышно мурлычет:
— о боже… какая ты тёплая…
голос её сонный, хрипловатый, почти ленивый — но от этого ещё более интимный. дыхание коснулось шеи эммы, и по её коже тут же пробежали мурашки.
— д-дженна… — прошептала она, чувствуя, как сердце колотится будто в ушах.
— мм? — всё тем же голосом, не открывая глаз.
— ты… ты же совсем близко, — еле выдавила эмма, даже не зная, хочет она, чтобы та отодвинулась… или наоборот.
— так и задумано, малышка, — тихо усмехнулась дженна и чуть потёрлась носом о её шею. — ты как грелка… самая сладкая грелка.
эмма вся сжалась, в щёках загорелось, уши пылали. она нервно повела плечом, но не отстранилась, просто зажмурилась и попыталась сосредоточиться на фильме, хотя всё внутри горело.
— дженна… ты же… просто издеваешься..? — прошептала она, кусая губу.
— ни капельки, — дженна наконец приоткрыла глаза, чуть приподняла голову и посмотрела на неё с ухмылкой. — ты просто... чертовски милая, когда смущаешься.
эмма ничего не ответила. просто тихо буркнула что-то нечленораздельное, спрятала лицо в подушку и уткнулась щекой в её руку.
а дженна всё ещё улыбалась — нагло, тепло и… как будто ей очень хорошо здесь. рядом. именно с эммой.
дженна перестала двигаться. дыхание стало ровным, глубоким, горячий воздух больше не щекотал шею эммы. та замерла на несколько секунд, прислушиваясь — и только тогда поняла: дженна уснула.
фильм продолжал идти, но смысла в нём не осталось — никто его и не смотрел. эмма нащупала рукой тачпад и аккуратно выключила ноутбук, чтобы не тревожить ту, что мирно спала, всё ещё прижавшись к ней. в комнате сразу стало тише.
медленно, смущённо, эмма повернулась на спину, потом — ещё немного, на бок, чтобы видеть лицо дженны. и затаила дыхание.
во сне у дженны не было ни той дерзости, ни уверенности, ни привычной маски стервы. только расслабленное лицо, чуть приоткрытые губы, длинные ресницы на щеке и растрёпанные тёмные волосы. она выглядела так… по-другому. так мягко.
эмма невольно улыбнулась. сердце откуда-то изнутри кольнуло так трогательно, как от чего-то очень дорогого и хрупкого. она протянула руку и тихонько, почти не дыша, провела пальцами по её волосам. погладила пару раз, аккуратно, с замиранием внутри. дженна даже не шелохнулась, только чуть глубже вздохнула.
— какая ты милашка… — едва слышно прошептала эмма, глядя на неё с тем самым взглядом, который старалась прятать даже от самой себя.
на несколько секунд показалось, что весь мир остановился. всё было слишком тихо. слишком светло — внутри.
но потом... взгляд её скользнул вниз — на свои руки. тонкие запястья, знакомые до каждой прожилки. на левом — в складке между вен — тонкий беловатый след, не свежий, но не совсем старый. рядом — ещё один, едва заметный, словно случайный. но эмма знала, какие из них случайные, а какие — нет. и дженна могла бы тоже заметить, если бы смотрела. но дженна спала.
эмма быстро спрятала руки под плед, стиснула их, будто этим можно стереть прошлое. сглотнула и посмотрела снова на лицо дженны.
та всё ещё спала, тёплая, тихая, совсем не грозная. эмма прижалась лбом к её лбу — нежно, осторожно — и закрыла глаза.
спустя час.
дженна пошевелилась, тихо фыркнула носом и приоткрыла глаза. плед чуть сполз с плеча, и она тут же зарылась обратно в тепло, уткнувшись в подушку. эмма лежала рядом, тоже под пледом, не спала — просто лежала, наблюдая за ней и думая о чём-то своём.
— ммм… сколько времени?.. — прохрипела дженна сонно, сев на локоть и потирая лицо ладонью. волосы растрепались, глаза были слегка припухшие от сна.
— девять вечера, — прошептала эмма, тоже немного хрипло. — ты спала около часа.
— чёрт… — дженна выдохнула и села полностью, растягиваясь. — мне надо идти. пока мои не подумали, что я сдохла.
она встала, поправила майку, зевнула, потянулась. эмма тоже поднялась — неуверенно, чуть неуверенно поправив волосы. провела дженну до двери, обутая в носки, сжав руки перед собой.
на пороге дженна обернулась. лицо всё ещё было немного сонным, но взгляд — ясный.
— спасибо за чай, малышка.
эмма стушевалась, опустила глаза, но всё же улыбнулась. — пожалуйста..
дженна уже взялась за ручку двери, как вдруг остановилась, посмотрела на неё и без слов шагнула ближе. просто подошла и обняла — крепко, уверенно, как будто это было нужно им обеим. эмма на мгновение замерла, но обняла в ответ, уткнулась лицом ей в плечо. запах дженны был тот же — тёплый, немного парфюма и кожи.
— всё будет хорошо, — негромко пробормотала дженна где-то у неё над ухом. — если что пиши.
эмма кивнула, не отстраняясь.
— хорошо, спасибо..
дженна отпустила её, ухмыльнулась — уже в своей манере, но мягче, чем обычно.
— до завтра, сладенькая, — подмигнула и вышла в коридор.
дверь захлопнулась. эмма осталась стоять на месте, немного растерянная, но с тёплым ощущением внутри.