часть 7.
дженна, вся такая расслабленная, с полууголубым взглядом, продолжала обнимать эмму, не убирая руки с её тонкой талии. пальцы мягко скользили под тканью, поглаживая кожу, будто бы лениво, будто бы случайно — но эмма уже поняла, что ни одно прикосновение не было случайным.
она вся пылала. лицо горячее, уши алые, дыхание сбилось. дженна будто игралась с ней, как кошка с мышкой, а сама сидела позади, всё так же уютно прижавшись, положив подбородок на её плечо и дыша ей в шею.
— ммм... — мурлыкнула она, скользнув пальцами чуть ниже — и попала на какую-то особенно чувствительную точку, возможно, в районе живота, там, где кожа особенно нежная.
эмма вздрогнула так резко, что чуть не вывернулась из её рук.
— ах! дженна! — она резко повернула голову, ярко-красная. — хватит!
дженна ухмыльнулась, совсем не смутившись.
— что такое? — протянула она, медленно отстраняясь, но не убирая рук. — разве я что-то сделала?
— ты... — эмма запнулась, прижав руки к животу, как будто пытаясь себя защитить. — ты просто... не трогай так, ладно?
— мм, прости, — произнесла дженна, но с такой дерзкой полуулыбкой, что извинения звучали скорее как насмешка. — просто не знала, что ты такая чувствительная, майерс. прямо нежное создание.
эмма отвернулась, надувшись.
— я не нежное, я... просто не надо так делать, ясно? — и сжалась сильнее в её худи.
— окей, не буду, — сказала дженна, мягко обнимая её вновь, уже чуть более спокойно. — хотя, если хочешь знать… у тебя это лицо, когда ты злишься от смущения, — это просто сладость..
— дженна!..
— ладно-ладно. молчу. но знай — ты супергорячая, когда краснеешь.
эмма закатила глаза, но сердце всё ещё бешено колотилось. она ненавидит её. правда. просто сейчас почему-то это совсем не ощущается.
эмма чуть дрожащими руками медленно убрала пальцы дженны со своей талии — мягко, не резко, но с твёрдой решимостью. сердце всё ещё стучало в горле, а лицо не спадало с пунцового. она вывернулась из её объятий и медленно села рядом, снова закутавшись в огромную худи, как в панцирь, и подогнув ноги под себя.
дженна лишь усмехнулась уголком губ и не сказала ни слова — сделала вид, что вся в фильме, глаза на экране, руки в покое.
на экране снова всплеск крика, кровавый момент — типичный ужастик. эмма вздрогнула, и в тот же момент почти автоматически придвинулась ближе к дженне.
— ой, ну ты серьёзно? — усмехнулась та, не отрывая взгляда от экрана. — боишься?
— заткнись, — пробормотала эмма сквозь смущённую ухмылку и снова спряталась в плечо дженны.
— вот так-то лучше, — выдохнула та и обняла её снова, на этот раз спокойно, одной рукой за плечи, притягивая ближе.
они сидели в обнимку. уже даже не задумывались, как это выглядит со стороны. на полу валялись стаканы, на столе остались наполовину съеденные тосты и пакет с апельсиновым соком. за окном было яркое утро, но в комнате всё ещё царила тёплая полутьма, и телевизор освещал их мягким светом.
эмма с трудом могла сосредоточиться на фильме — с каждой минутой она вспоминала всё больше фрагментов со вчера. эти видео. поцелуи. колени. губы. всё это. и то, как приятно было сидеть в объятиях дженны.
а дженна молчала, смотрела экран, но время от времени водила пальцем по плечу эммы — лениво, будто бы машинально. и это почему-то грело.
из динамиков раздалась тревожная финальная мелодия, титры закрутились по экрану, и в комнате воцарилась тишина. дженна зевнула, потянулась — в том же чёрном топе, только сейчас на ней были серые свободные шорты. она откинулась на спинку дивана, взглянула на эмму, которая уже почти дремала, кутаясь в её худи.
— слышь, майерс, — лениво протянула дженна, щёлкнув пультом и выключая телек. — пошли гулять. делать нехуй.
эмма медленно моргнула, всё ещё немного в полуобморочном состоянии от утреннего кошмара, и хрипло ответила:
— ты с ума сошла? мы же с похмелья..
— да блин, ну ты чё как бабка. — дженна уже встала и потянула эмму за руку. — воздухом подышим. будешь ныть — снова расцелую в щёки до истерики.
эмма закатила глаза, но всё-таки поднялась, натянув кроссовки на босу ногу. шорты были ей большие, а худи дженны почти до колен, рукава постоянно спадали.
они вышли на улицу — утреннее солнце било в глаза, воздух был прохладным. на районе почти никого. эмма тут же попыталась заправить волосы за уши, но сильный ветер их разметал.
— ты выглядишь как мокрая кошка, — усмехнулась дженна и сразу же обняла её сбоку, навалившись. — только милая. прям как всегда.
— прекрати, — буркнула эмма, пытаясь вырваться. — мы вообще-то враги.
— ага. смертельные, — хмыкнула дженна и чмокнула её в висок.
— дженна! — эмма замерла, уставившись на неё.
— что? — усмехнулась та, схватив её за руку и переплетая пальцы. — я не целуюсь. я чмокаю. это другое.
они шли по пустой дорожке между домами — эмма, низенькая и кутающаяся в худи, и дженна, держащая её руку и время от времени тянущая к себе, как будто для прикола, но слишком уж ласково для прикола.
— ты вечно такая дерганая, — снова подколола дженна, уже остановившись и обняв эмму сзади, просто обвив руками за талию. — прям дотронуться нельзя.
— да потому что ты странная! — возмутилась эмма, краснея.
— ну конечно, — усмехнулась дженна и, не разжимая объятий, снова быстро чмокнула её в щёку. — я просто по тебе скучаю. с тех пор как ты начала бесить меня каждый день.
они шли не спеша, солнце уже поднималось выше, подсвечивая мокрый асфальт после ночного дождя. ветер тёплый, но ощутимый — эмма всё ещё кутается в огромную худи, рукава почти по локоть спадают. дженна то держит её за руку, то подталкивает плечом, иногда просто крепко прижимает к себе на ходу — как будто ради прикола, но не отпускает.
на небольшом скверике возле кампуса они нашли свободную лавочку, слегка облупленную, но с хорошим видом на дерево с раскидистой кроной. дженна первой шлёпнулась, раздвинув колени и потянув эмму за собой:
— садись, скелетина.
эмма на автомате села рядом, аккуратно, как будто стараясь не задеть, но дженна тут же притянула её к себе и закинула руку на плечи, прижав ближе.
— ну и что это за поза? как будто я тебе враг.
— ты и есть мне враг, — пробурчала эмма, но не уходила. наоборот — через пару секунд медленно придвинулась, робко обняв дженну в ответ, положила голову ей на плечо.
— вот, другое дело, — довольно выдохнула дженна и мягко потерлась носом о её висок.
эмма тихо вздохнула, устроившись в её объятиях как маленькая. так нежно, так доверчиво — её тонкие пальцы сцепились у дженны за спиной, а сама она зарылась лицом в шею, прикрыла глаза.
— теплее с тобой, — почти шёпотом.
— ты милая, когда не пытаешься быть занозой, — усмехнулась дженна и подтянула её ближе. — прям как котёнок, завернувшийся в меня.
— не начинай… — прошептала эмма, голос чуть дрожал, и неясно от чего — то ли от смущения, то ли от утренней прохлады.
эмма сидела тихо, почти не шевелилась, вцепившись пальцами в край худи дженны. сначала дженна не обратила внимания — подумала, просто мёрзнет или стесняется как всегда, но потом почувствовала, как та немного дрожит. обвила её рукой крепче и только собралась пошутить, как эмма вдруг чуть всхлипнула, уткнувшись лицом глубже ей в плечо.
— эй, ты чего? — дженна чуть отстранилась, чтобы посмотреть ей в лицо.
эмма была бледная, почти прозрачная, даже губы потеряли цвет. глаза глянцевые, словно на грани слёз, и в них — беспомощное, жалобное выражение. она судорожно сглотнула и прошептала:
— мне... хреново…
— бля, ты опять? проблевалась же с утра. — дженна нахмурилась, но голос был не злой, а скорее встревоженный. — ты чего, укачало, перегрелась или...
эмма не ответила, просто прижалась ближе и тихо, слабо всхлипнула. пальцы её сцепились в рукаве худи дженны, как будто только это удерживало от того, чтобы не упасть.
— блин, майерс… — дженна сразу же мягко притянула её к себе, обняла крепко, поглаживая по спине. — тихо-тихо, сейчас, подожди.
она поднесла руку к её щеке — кожа была прохладной, но липкой от пота.
— ты же больше всех нажралась, конечно, блин… — выдохнула дженна, целуя её в висок. — зачем столько пила, скелет, ты ж два кило весишь.
эмма снова всхлипнула, зажмурилась, будто извиняясь, и уткнулась в дженну ещё сильнее, почти забираясь ей на колени.
— я не хотела… просто...
— ну всё, ну всё, — дженна качала её на руках, прижимая, поглаживая по спине и по тонкой талии под худи. — сейчас пройдёт.
эмма тихо, жалобно всхлипывала, как будто ей снова лет шесть, и она боится, что её оставят одну. и дженна — хоть и привыкла быть стервой — сейчас даже не думала оттолкнуть её. наоборот, гладила аккуратно, успокаивая, чуть касалась губами её лба и висков.
— ох… дже… нна… — выдохнула эмма, голос слабый, как будто из горла выдирали.
дженна повернулась к ней, приподняв бровь, но не успела ничего сказать — эмма резко отстранилась, отшатнулась к краю лавки, согнулась пополам… и её вырвало.
звук был мерзкий, мокрый, и дженна инстинктивно скривилась, но не дернулась, просто слегка откинулась назад, чтобы не попасть под раздачу.
— ну охуенно, — сухо сказала она, глядя, как бедную эмму трясёт. — позавтракала, называется.
эмма еле держалась на ногах, волосы прилипли ко лбу, руки дрожали. она сидела, закрыв глаза, дышала тяжело, как будто пробежала марафон.
дженна с грубым вздохом сняла с себя худи — теперь в тонкой чёрной майке — и вытерла эмме рот рукавом, хоть та и пыталась отмахнуться.
— не рыпайся, майерс, — буркнула дженна. — ты как тряпка, куда собралась?
эмма тихо хрипнула, будто хотела что-то сказать, но не смогла. только губы дрогнули. дженна схватила её за плечи и аккуратно подтянула к себе.
— сиди уже. — она обвила рукой её тонкую спину и усадила ближе.
эмма не сопротивлялась. наоборот — как только оказалась в объятиях, будто выдохнула всю усталость. осела на груди дженны, прислонилась щекой к ключице. её всё ещё трясло, но дышать стало чуть легче.
— я... — тихо пробормотала она, даже не поднимая головы.
— рот закрой, — перебила дженна беззлобно. — ты выглядишь, как будто тебя кувалдой били. просто сиди.
она держала эмму крепко, без лишней нежности — просто как факт, как будто иначе та развалится прямо на месте.
— господи, — фыркнула она. — кто тебя вообще за уши тянул столько жрать и бухать?
эмма слабо ткнулась лбом в её ключицу. дженна чувствовала, как у неё подрагивают плечи.
ну хоть не ревёт.
— потом отвезу тебя домой. сейчас полежим.
и она, не дожидаясь ответа, только крепче обняла, упираясь подбородком в макушку эммы.
эмма ещё минут пятнадцать просто сидела, уткнувшись в дженну и медленно приходя в себя. её всё ещё знобило, но уже не так сильно мутило. дыхание стало ровнее, а кожа — чуть менее мраморно-бледной.
— дженна… — тихо выдохнула она. — можешь… отвезти меня домой, пожалуйста?.. я, правда… уже всё, — она едва приподняла голову, глядя снизу вверх с таким видом, будто извинялась за сам факт своего существования. — я на бэйкер-стрит живу, десятый этаж…
дженна фыркнула, выдыхая.
— конечно, принцесса. — она подтолкнула её вперёд. — вставай. только если опять проблюёшься — я тебя в багажник запихаю.
эмма слабо усмехнулась, дрожащими пальцами поправляя волосы.
— угу…
дорога до дома была молчаливая, только редкий хриплый голос дженны: "повернуть сюда?" — "тут твой дом?" — и "живёшь не хуже, майерс."
на улице было серо и зябко. осень уже толкалась в плечи, ветер свистел в просветах между домами, поднимал сухие листья с обочины и гнал их по асфальту, будто загнанную стаю. небо — тяжёлое, пасмурное, низкое.
дженна остановилась у парадной.
эмма, уже чуть ожившая, повернулась к ней и, стягивая худи, замерла на секунду.
— я верну… — начала она, но дженна перебила:
— оставь. тебе идёт. ты как лилипут в ней. миленько. — и усмехнулась уголком губ, поднимая бровь.
эмма покраснела.
— ладно… спасибо.
они смотрели друг на друга пару секунд. дженна слегка склонила голову.
— ну всё, марш. пока не завалилась прямо здесь.
эмма кивнула, быстро вылезла из машины и застегнула худи на все пуговицы, будто надеясь спрятаться в ней полностью.
у парадной она обернулась и махнула рукой.
дженна тоже махнула, с ленивой ухмылкой, и, не дожидаясь, пока та скроется в подъезде, развернула машину и уехала.
а эмма, поднимаясь на лифте, стояла, прижавшись лбом к холодному зеркалу, и думала, что это всё какой-то сон.
сон с запахом духов дженны, виски, сигарет и тёплого хлопка её худи.
эмма с трудом дотянулась до двери своей квартиры, приложила ключ — и почти рухнула внутрь, как только замок щёлкнул. закрыв дверь спиной, она тяжело выдохнула и повисла на ней буквально всем телом.
в квартире было тихо и прохладно, пахло лёгкой пылью и… чем-то тревожным.
— уголёк?.. — прошептала она и сделала шаг вперёд, сбрасывая кроссовки. — малыш…
и тут из-под кровати с обиженным "мяу" вылетел крошечный чёрный комочек — чуть больше ладони, с глазами бусинками и пушистым хвостом, как у метёлки. котёнок подскочил к ней, взвизгнув ещё громче, и начал тереться об её ноги, жалобно, возмущённо.
— ой, божечки… малыш, прости меня, пожалуйста! — эмма села прямо на пол, подхватила его на руки, прижимая к груди. — я такая сволочь, такая идиотка, — она целовала его в макушку, в ушко, гладила по шее. — ты, наверное, голодный ужасно… боже, я… я просто ушла, не сказав ничего… ты, конечно, не понимаешь, что я говорю, но я всё равно буду извиняться!
котёнок громко замурчал, как будто всё понял и простил, но при этом продолжал демонстративно грызть её палец — в знак протеста.
эмма вскочила на ноги и побежала на кухню, всё ещё держа котёнка на руках.
— сейчас, сейчас, уголёчек, кормим! извини, что я бухаю.. и безответственная, менч не было дома.. это больше не повторится! ну, по крайней мере, не часто… наверное…
она открыла пакет с кормом, насыпала в миску, рядом поставила воду, и уголёк, наконец, со снисходительным видом спрыгнул и начал есть.
эмма, прислонившись к шкафу, медленно сползла по нему вниз и села на холодный пол, обняв колени.
на ней всё ещё была дженнина худи. она уткнулась в неё носом и прикрыла глаза. пахло худи приятно.