Песнь глубокой воды

Сумерки опустились на Ава'атлу мягким, прохладным покрывалом. Полифем скрылся за горизонтом, уступив место  ярким звездам, которые тут же отразились в спокойных водах лагуны.

Деревня готовилась ко сну: костры постепенно угасали, а звуки дневной суеты сменились тихим шепотом волн и стрекотанием ночных насекомых.

Аэйра сидела в своем маруи, переплетая косу. Она вплела в темные волосы несколько свежих, едва распустившихся морских лилий, источающих тонкий, сладковатый аромат.

Её пальцы на секунду задержались на перламутровой ракушке с лесным семенем, покоящейся на ключицах. Губы девушки тронула невольная улыбка.

Собравшись, она бесшумно выскользнула на плетеный настил. Но стоило ей сделать пару шагов в сторону южного пляжа, как из тени соседней хижины вынырнула знакомая фигура.

— Куда ты собралась на ночь глядя? — глухо спросил Ротхо. Его голос звучал хрипло, словно он долго молчал.

Аэйра мысленно чертыхнулась, но внешне осталась абсолютно спокойной.
— На южный пляж, — ровным тоном ответила Аэйра, останавливаясь и складывая руки на груди. — Хочу послушать прибой. Мне нужно побыть одной, Ротхо.

Парень сделал шаг навстречу, и в слабом свете биолюминесцентных фонарей Аэйра увидела, каким уставшим он выглядел. Под его глазами залегли тени, а плечи были опущены.

— Одной? Или с тем, кто не умеет даже плавать без твоих подсказок? — с горечью выплюнул Ротхо. — Я видел, как вы переглядывались сегодня у загонов. Ты думаешь, я слепой?

— Я думаю, что ты переходишь границы, которые мы сегодня утром установили на Скале Испытаний, — ледяным тоном осадила его Аэйра. — С кем я провожу время — это мое дело. И если ты не прекратишь вести себя как обиженный детеныш элу, мы перестанем общаться совсем.

Ротхо вздрогнул, словно от пощечины. Его уши прижались к голове.
— Океан меняется, Аэйра. И ты тоже, — тихо, почти с отчаянием произнес Ротхо. — Ты забываешь, кто ты есть, ради этого чужака. Смотри, чтобы лесные сказки не утянули тебя на дно.

Не дожидаясь её ответа, он развернулся и быстро зашагал прочь, растворяясь в темноте. Аэйра тяжело вздохнула, чувствуя неприятный осадок в груди. Ей было жаль друга, но его удушающая ревность не оставляла ей выбора.

Отогнав мрачные мысли, она ускорила шаг и направилась к южной окраине острова.
Старое мангровое дерево возвышалось над белым песком, его  корни уходили прямо в воду. Это было тихое, уединенное место, скрытое от посторонних глаз густыми зарослями гигантских папоротников.

Подойдя ближе, Аэйра заметила высокую фигуру. Нетейам сидел на одном из массивных изогнутых корней, свесив ноги над водой. В руках он крутил тонкий прутик, задумчиво чертя им узоры на мокром песке.

— Пришел раньше времени, древолаз? Боялся заблудиться в трех соснах... точнее, в трех корнях? — с насмешкой спросила Аэйра, грациозно выходя из тени деревьев.

Нетейам резко поднял голову, и его янтарные глаза мгновенно потеплели. Он отбросил прутик и чуть сдвинулся, освобождая для неё место.

— В лесу пунктуальность спасает жизнь, наставница, — парировал Нетейам, его губы изогнулись в лукавой полуулыбке. — К тому же, я привык к дисциплине. Если сказано прийти, когда луна скроется за облаками, воин Оматикайя будет на месте.

Аэйра фыркнула и легко запрыгнула на корень рядом с ним. Между ними оставалось около ладони расстояния.

— У вас в лесу все такие напряженные, словно проглотили боевое копье? — подколола Аэйра, устраиваясь поудобнее и подтягивая одно колено к груди.

— А у вас на рифах все такие скользкие, что не ухватишь даже за слово? — не остался в долгу Нетейам, слегка склонив голову набок. Он внимательно посмотрел на её волосы. — Морские лилии. Красиво. И пахнут... необычно.

— Они отпугивают ночных мошек, — быстро нашлась Аэйра, стараясь скрыть легкое смущение. Она не хотела признаваться, что вплела их специально ради этой встречи.

— Итак, ты просил научить тебя жестам охотников. Готов напрячь свои извилины?

— Всегда готов, — серьезно кивнул Нетейам, поворачиваясь к ней всем корпусом.

— Смотри внимательно, повторять дважды не буду, — строго сказала Аэйра, принимая роль учителя. — Под водой крик не поможет. Если ты увидишь акулу или другого крупного хищника, ты должен показать это.

Она сжала руку в кулак, а затем резко выбросила два пальца вперед, имитируя клацающую пасть.

— Хищник впереди. Попробуй, — скомандовала Аэйра.
Нетейам повторил жест, но его пальцы сложились слишком прямо и жестко.

Аэйра со вздохом покачала головой и, не задумываясь, взяла его руку в свои. Кожа к коже.

— У тебя слишком жесткие суставы, Салли, — прошептала Аэйра, её большие пальцы мягко надавили на костяшки его руки, заставляя пальцы чуть согнуться. — Жесткий жест в воде создает лишнюю вибрацию. Вода требует плавности даже в предупреждении.

— Это от того, что я держу тяжелый лук с пяти лет, — так же тихо ответил Нетейам. Его голос стал глубже, бархатнее. Он не смотрел на свои руки, его взгляд был прикован к её лицу. — Мой отец вкладывал оружие в мои руки, когда другие дети еще играли с деревянными игрушками.

— Тяжелое бремя для старшего сына, — понимающе произнесла Аэйра, не отпуская его ладонь. Она провела подушечкой пальца по небольшому старому шраму на его запястье. — А этот знак?

Она плавно провела ребром ладони по своей шее, а затем указала двумя пальцами на свои глаза.

— Опасность позади меня. Я вижу её, — объяснила Аэйра, её голос дрогнул, когда она поняла, насколько близко они сидят.

Нетейам медленно высвободил свою руку из её хватки, но лишь для того, чтобы поднять её к лицу девушки. Он неумело, но очень старательно повторил жест: прикоснулся ребром ладони к своей шее, затем указал на свои глаза, а после... плавно перевел два пальца на Аэйру.

— А я вижу тебя, — хрипло прошептал Нетейам. Это был не охотничий жест. Это было самое сокровенное признание на языке На'ви.

Сердце Аэйры пропустило удар. Воздух между ними внезапно стал густым, наэлектризованным, словно перед мощным тропическим штормом.

Она сидела неподвижно, затаив дыхание. Нетейам подался вперед, его взгляд скользнул от её мерцающих зеленых глаз к губам.

Его рука неуверенно легла на её талию, притягивая чуть ближе. Аэйра прикрыла глаза, чувствуя, как мир вокруг перестает существовать, сужаясь до тепла его тела и запаха древесной смолы, который всегда исходил от него.

Внезапно вода прямо под их ногами вспыхнула ослепительным, пульсирующим серебристо-голубым светом.

Они оба вздрогнули и резко отстранились друг от друга, устремляя взгляды вниз.
Из темной глубины к поверхности поднялась стая звездных скатов — редких и невероятно красивых созданий.
Их широкие, полупрозрачные крылья светились в темноте, а длинные хвосты оставляли за собой мерцающий шлейф. Десятки скатов закружились в завораживающем танце прямо между корнями мангрового дерева, освещая лица Аэйры и Нетейама призрачным светом.

— Великая Эйва... — выдохнул Нетейам, завороженно глядя на это чудо. Он никогда не видел ничего подобного в лесах Оматикайя. — Что это?

— Звездные скаты, — шепотом ответила Аэйра, её губы тронула восторженная улыбка. Смущение от прерванного поцелуя отступило перед величием природы. — Они поднимаются из бездны только раз в несколько лет, в сезон, когда вода становится самой теплой. Легенды говорят, что они приносят благословение тем, кто увидит их танец.

Она осторожно опустила руку к самой поверхности воды. Один из скатов, словно почувствовав её энергию, подплыл ближе и мягко ткнулся плоским носом в её пальцы, вспыхнув ярче.

Нетейам наблюдал за Аэйрой с не меньшим восхищением, чем за светящимися существами. В этот момент, освещенная голубым сиянием, с морскими лилиями в волосах, она казалась ему божеством, рожденным из самой пены океана.

Он осторожно протянул свою руку и накрыл её ладонь, покоящуюся в воде. Скат не испугался, лишь плавно скользнул под их соединенными пальцами, оставляя ощущение шелковистой прохлады.

— Значит, мы получили благословение? — тихо спросил Нетейам, не отрывая взгляда от её профиля.

— Похоже на то, лесной воин, — с теплой улыбкой ответила Аэйра, поворачивая к нему голову. Их глаза снова встретились, и на этот раз между ними не было ни вызова, ни гордости.

Только тихое, глубокое понимание.
Они просидели на корне еще долго, наблюдая за танцем скатов и разговаривая обо всем на свете.

Нетейам рассказывал о парящих горах Аллилуйя, о том, как впервые приручил своего икрана, и о тяжести ответственности за младших. Аэйра делилась историями о дальних рифах, о суровом отце, который учил её не бояться шторма, и о том, как однажды она спасла детеныша тулкуна от хищников.

Когда скаты один за другим начали уходить на глубину, забирая с собой волшебное свечение, Нетейам первым поднялся на ноги и подал девушке руку.

— Нам пора возвращаться. Если отец заметит, что меня нет в маруи, он поднимет по тревоге всю деревню, — с легкой досадой произнес Нетейам.

Аэйра вложила свою руку в его и легко спрыгнула на песок.
— Идем. Я покажу тебе короткую тропу через заросли, чтобы нас не заметил ночной патруль, — сказала Аэйра, увлекая его за собой.

Они шли по узкой, заросшей папоротниками тропинке в полном молчании. Но это молчание больше не давило, оно было уютным и комфортным.

Выйдя к краю деревни, Аэйра внезапно остановилась и потянула Нетейама за руку, прячась за широким стволом пальмы.

— Тише, — одними губами прошептала Аэйра, указывая пальцем вперед.

На дальнем конце пирса, скрытом в тени, сидели двое. Ло'ак и Цирея. Младший Салли что-то увлеченно рассказывал, размахивая руками, а дочь вождя сидела рядом, подтянув колени к груди, и смотрела на него с обожанием. В лунном свете было отчетливо видно, как Ло'ак неуверенно потянулся и убрал прядь волос с лица Циреи, а она, вместо того чтобы отстраниться, подалась навстречу его прикосновению.

— Твой брат неисправим, — вздохнула Аэйра, качая головой. — Он словно специально ищет неприятности.

— Если отец узнает... или Оло'эктан Тоновари увидит их... — напрягся Нетейам, его старшебратские инстинкты мгновенно взяли верх.

Он дернулся, чтобы выйти из укрытия и отругать Ло'ака, но Аэйра удержала его за предплечье.
— Оставь их, Нетейам, — мягко, но настойчиво сказала Аэйра. — Пусть любят, пока могут. Мы на пороге войны с "небесными людьми", ты сам это знаешь. Завтра может не наступить. Не забирай у них эти крохи счастья своими правилами.

Нетейам остановился, пораженный её словами. Он посмотрел на брата, который выглядел таким безмятежным и счастливым, каким не был уже очень давно. Затем он перевел взгляд на Аэйру, чья рука всё еще лежала на его предплечье.

— Ты слишком мудра для своих лет, наставница, — тихо произнес Нетейам, накрывая её руку своей.

— Я просто живу у океана, а он учит ценить моменты штиля, — усмехнулась Аэйра.

Они стояли в тени деревьев, наблюдая за Ло'аком и Циреей, и каждый из них думал о своем. Но их пальцы, переплетенные вместе, говорили громче любых слов.

Границы между лесом и рифом стирались, оставляя лишь два бьющихся в унисон сердца под бескрайним звездным небом Пандоры.