Глава 5 - 4
4.
Поезд проскочил старую, давно заброшенную станцию метро, с грудами мусора и щебня на платформах и грохоча занырнул в тоннель, унося Уну в сторону Старого Города.
Уна не видела, да и не могла догадываться, что это был вход в Тёмный Мир – царство Морока. Точнее один из многочисленных путей, ведущих туда.
Здесь, в полной темноте что-то тихо скрежетало, гулко капала вода и чем-то шебуршали крысы. Их красные глазки то и дело появлялись тут и там. Вездесущие грызуны проверяли всё ли в порядке, не подкрадывается ли к ним враг или какой опасный хищник. Всё было спокойно, это ветер, который создал поезд, гонял по платформе старые газеты.
Однако крысы предпочли бесшумно исчезнуть.
Через какое-то время на платформу вышли несколько клыкастых монстров. Их силуэты были едва различимы в темноте. Они бесшумно двигались по платформе, аккуратно обходя груды щебня и переступая через металлические балки и бутылки. Ростом каждый из них был под полметра, морды вытянутые, руки длинные. В руках у каждого был короткий топор.
Это отряд гличеров пробирался к Мороку.
Вдали от них из-под старой газеты вылезла ещё одна крыса. Довольно большая, размером с целую морскую свинку. Не такая шустрая, как остальные, она всё-таки двигалась быстро и бесшумно.
Крыса нашла дыру в полу и окунулась в леденящую тьму подземелий. Оказавшись под платформой, зверёк быстро побежал по перекрытиям. Он оказался гораздо проворнее, чем это могло показаться.
Отыскав дыру в стене, зверёк ловко пополз вниз, отыскивая в кромешной тьме только одному ему известный путь.
Вот он вынырнул из проёма, прыгнул на замшелую трубу, идущую вдоль полузатопленного туннеля, и остановился, принюхиваясь. Теперь можно было различить, что это совсем не крыса, а ещё один представитель подземного мира.
Звали его Перешмыг.
Выглядел он как человечек с телом как у ящерицы. На его тельце была накинута шкура крысы, а её голова служила ему капюшоном. Поэтому, когда он полз его так легко было перепутать с крупным грызуном.
У Перешмыга был очень длинный и чувствительный нос, который он скатывал при передвижении. Но стоило ему остановиться, как он расправлял этот свой хоботок и тщательно принюхивался.
Этот этвор хоть и казался неуклюжим, бегал он по подземельям быстрее любой крысы и благодаря своим тонким длинным пальцам мог передвигаться по стенам и потолкам.
Перешмыг был довольно древним существом. Его предки с незапамятных времён жили в пещерах, а сам он обосновался в катакомбах Мидбурга задолго до того, как тёмные существа под предводительством Морока переселились сюда.
Он знал здесь каждый закоулок и предпочитал передвигаться там, где не бывали даже самые смелые и ловкие обитатели Тёмного Мира.
Поэтому до сих пор ни единой душе не то, что не удалось поймать его, никто даже не подозревал о его существовании.
Перешмыг побежал вдоль трубы и вскоре оказался в тоннеле, заваленном покорёженными рельсами, колёсными парами от поездов и проржавевшими скелетами вагонов.
Он легко протиснулся через завал и через прореху в стене перелез в затопленные подземные склады, заставленные трухлявыми винными бочками. В бочках урчали и почавкивали какие-то даже ему неизвестные твари.
Он пробежал через помещения складов, прыгнул в соседний проход, заваленный грудами старинной полусгнившей мебели, пролез через джунгли ржавой арматуры и через узкую щель приоткрытых дверей попал в заброшенные помещения, где всё ещё горели тусклые лампочки.
Здесь он нашёл ещё одну пробоину в полу и спустился в канализацию, где было гораздо безопаснее и теплее.
Он быстро проскочил грязные проходы с покрытыми коростами, вечно капающими трубами. Пролез под длинными бородами корней, проросшими сквозь трещины в потолке, и покачивающимися от малейшего дуновения воздуха.
Пробежал вдоль сырых грубых стен, по которым путешествовали армии прозрачных жуков.
Вдоль подземных рек, несущих нечистоты во тьму.
Мимо луж, в которых копошились длинные жирные черви.
У топких каналов, заполненных серовато-коричневой жижей, он полакомился сочной сороконожкой. После чего юркнул в жерло трубы, прополз по ней несколько сотен метров и выскочил к подземным водопадам, бурлящим жёлтой вонючей водой.
Перешмыг направлялся в средневековую часть катакомб, которая располагалась под современным, индустриальным уровнем. Там было гораздо суше и ещё теплее.
Дальше его путь лежал вдоль старинного туннеля с красивой каменной кладкой, по песчаному ложу которого протекал мелкий прозрачный ручей. Туннель вывел его к древней замурованной штольне.
Он проскользнул в узкое вентиляционное отверстие под потолком, выскочил на другой стороне, перебежал через груду камней и оказался в старинном, пробитом в камне проходе. В одном из его ответвлений он нашел лестницу с полустёртыми ступенями, ведущую глубоко вниз и стал спускаться по ней.
Лестница вывела его к галереям высеченным в камне. Эти галереи связывали между собой небольшие пещеры, в которых гроздья сталактитов свисали с потолка. И снова галереи и переходы.
В выдолбленных нишах коридоров были выложены целые стены из рядов человеческих черепов, глазницы которых горели неярким оранжевым светом.
Перешмыг проскользнул между черепами и продолжил свой путь за ними. Здесь ему нужно было быть гораздо осторожнее, так как он пересекал наиболее населённую часть Тёмного мира.
Протиснувшись сквозь узкое отверстие в стене, он попал в большой зал, где сновали сотни хелионов и этворов. Волоты, верные солдаты Морока, шагали в шеренгах, звеня мечами и сотрясая металлические перекрытия и мостки.
Суетливые злыдни командовали разношерстной публикой, толкавшейся внизу. Своими криками и рогатинами, между зубьев которых проскакивал электрический ток, они старались поддерживать порядок. Как и в заброшенном элеваторе большинство этворов тащили на себе связки волшебных трав и целебных растений.
Тут же торговали жареными крысами, сушеными жуками и разнообразнейшей мелочёвкой – нарезанным тряпьем, бутылочными горлышками, жестяными банками и прочими товарами, которые для людей были самым обыкновенным мусором.
Перешмыг нашел ещё один потайной ход и спустился ниже. На этом этаже подземелий волоты изготавливали оружие из металлических изделий, собранных на верхних уровнях. Бесконечные удары молотов о металл разлетались по пещерам и отдавались в его ушах.
Этвор стал спускаться ещё ниже.
Следующий уровень был влажным и пустынным, здесь он никогда не задерживался, потому что в свистящей темноте этого уровня водилось что-то настолько мерзкое, что даже на его крысиной шубе шерсть вставала дыбом от ужаса.
Ниже находился самый древний уровень катакомб. Его широкие коридоры с высокими потолками были выложены костями древних гигантов. Здесь обитатели Тёмного Мира бывали редко, поэтому Перешмыг мог немного расслабиться.