twelve.
Адская головная боль разливается по всей окружности головы. Виски сдавливает, а в ушах стоит противный звон.
Эдди закрывает глаза. Его знобит.
Он не в порядке.
— Хей, Эдди, — Эдди открывает глаза. Он стоит посреди маленькой комнаты. Ричи приближается к нему с наисчастливейшим лицом. — Мне только что звонила мама, — говорит он. И улыбается, обнажая ряд неестественно-белых зубов.
— И что? — Эдди чувствует головокружение и сильную тошноту. Кухонная раковина полна грязной посуды, на полу валяются какие-то бумаги.
— Они простили меня, Эдди, — Эдди вздрагивает; мерзкая волна пульсирует по всему телу, будто тысяча сороконожек бродят по его плоти. Хочется разодрать кожу до крови, вцепиться в нее ногтями, лишь бы это чувство прошло. — Они снова любят меня.
— Что?
— Я ухожу, вот что, — широкая улыбка с лица Ричи мгновенно исчезает, он становится серьезным. Настолько серьезным, что Эдди чувствует, как земля уходит из-под его ног. — Мама и папа ждут меня дома.
— Подожди, подожди, подожди.. — Эдди несколько раз моргает, пытаясь переварить то, что только что сказал Ричи. — Ты не можешь вот так вот просто взять и уйти.. мы же.. Ричи, я ведь люблю тебя, а ты.. — голос Эдди дрожит.
Ричи молча выходит из комнаты. Эдди срывается с места. Он чувствует, что вот-вот заплачет, пытаясь прикоснуться к Ричи, но тот упорно делает вид, будто Эдди не существует.
— Ты и правда уходишь? — Эдди глотает собственные слезы, его вот-вот вырвет. — Почему ты это делаешь?! Ты не можешь меня оставить! — Эдди цепляется за рубашку Ричи, но тот, не обращая никакого внимания продолжает идти в сторону входной двери. Эдди рыдает, кричит. Тогда Ричи кулаком проходится по его скуле, затем пинает его в живот, выбивая весь воздух из легких.
Глаза Эдди расширяются от дикой боли. Он хватается за живот, судорожно ловит ртом воздух, сплевывает алую жидкость с отвратительным металлическим привкусом. Затем Эдди пытается подняться, но рукой подскальзывается на сгустке крови.
— Ты такой мерзкий.. — Ричи садится на корточки перед лицом Эдди и наклоняет голову в бок, с отвращением рассматривая его лицо. — Такой жалкий..
Эдди не выдерживает. Он блюет кровью и желудочным соком, из его глаз льются слезы, не давая разглядеть лица Ричи.
— Н-нет.. — с трудом хрипит Эдди, пытаясь нормально дышать. — Н-не ухо..
Эдди не успевает что-либо досказать. Он просто захлебывается в собственной крови и желчи, чувствуя, как в глазах темнеет. Последнее, что он слышит, как Ричи громко захлопывает за собой дверь.
— Нет! — Эдди вскакивает с постели. Его лицо липкое от пота и слез, руки до ужаса дрожат. Он падает на пол, сильно ударяясь головой. — Не уходи, не уходи, прошу!
Ричи распахивает глаза, подрывается за ним, врубает ночник и, отбросив одеяло, приземляется на полу рядом с Эдди.
— Эдди! Эй, эй, эй! — он обхватывает его лицо руками, но тот сопротивляется, дрожащим, из-за рыдания, голосом повторяя «Нет, прошу, прошу, не уходи! Не уходи, пожалуйста, я не хочу снова быть один!». Ричи трясет Эдди за плечи. — Успокойся, слышишь?!
Сердце Ричи бешено стучит, кровь бурлит в венах, пока он трясущимися руками пытается убрать запутавшиеся мокрые пряди с лица Эдди. Тот дышит отрывисто, почти через раз, его рот перекосился в немом крике. Ричи всей силой прижимает Эдди к себе, раскачиваясь из стороны в сторону.
— Я здесь.. — Эдди беззвучно рыдает, содрогаясь всем телом настолько, что Ричи трясется вместе с ним. — Пожалуйста, маленький, успокойся, я никуда не уйду, слышишь?
Эдди сжимает футболку Ричи до боли в пальцах, все еще плача на его плече. Он не обращает внимания на то, что из его носа течет кровь, на то, что слюни и слезы капают на футболку Ричи, на то, что лампа, которую он задел рукой, разбита, что его руки все в крови.
— Ты ушел.. — Эдди пытается дышать носом, глубоко вдыхая и выдыхая. — Твои родители сказали, что ты можешь вернуться, и ты ушел.. и ударил меня, а я блевал кровью.. — отчаянно бормочет он.
— Боже мой, Эдс.. — Ричи отвращенно морщится, представляя сию картину в голове. — Я так испугался, я думал, что у тебя опять началась астма и ты, блять, умираешь.
Они сидят в тишине. Эдди льнет к Ричи всем своим хрупким телом, боясь, что тот исчезнет, растворится в воздухе, но Ричи не собирается отстраняться.
Пока не замечает, что запястье Эдди разодрано.
— Так, Эдс, — Ричи слегка ослабляет хватку. — Смотри на меня. Я рядом, так? — Эдди неуверенно кивает, носом утыкаясь ему в шею. — Нам нужно обработать рану, потом я снова обниму тебя, хорошо? — Ричи аккуратно отстраняет Эдди, не прекращая гладить того по спине, затем видит, что область вокруг носа Эдди испачкана кровью. — Ебаный в рот, Эдди..
Ричи помогает Эдди встать и усаживает на кровать. Тот все еще дрожит, его глаза красные от слез. Когда влажная теплая тряпка касается щеки и носа Эдди, он немного расслабляется, здоровой рукой сжимая чужие пальцы. Ричи смачивает вату в перекиси и прикладывает к порезанным местам. Эдди тихо шипит; у него возникает желание отдернуть руку, но затем он смотрит на дрожащие руки Ричи, на его взволнованное лицо, и судорожно выдыхает.
Если честно, то уже плевать, лишь бы Ричи был рядом.
— Так.. что ты там видел, говоришь? — Ричи пытается сделать голос как можно спокойнее, чтобы Эдди больше не пугался. — Что-то про моих родителей.
— Д-да, — Эдди сглатывает. — Они тебя простили и.. ты вернулся к ним.
Ричи медленно кивает, зубами разрывая упаковку бинтов.
— Еще ты сказал, что я тебя ударил, — Ричи нервно облизывает губы, наматывая бинт на тонкое запястье.
— Я вцепился в тебя, но ты врезал мне в лицо и живот, потом назвал меня мерзким и.. — У Эдди сбивается дыхание. — ..отвратительным и оставил меня на полу, а я захлебнулся в крови и..
Ричи резко встает и обнимает испуганного парня настолько, что тому кажется, будто его ребра вот-вот дадут трещину. Рулон бинта катится куда-то в угол, стеля за собой дорожку.
— Даже если родители вдруг, упаси Господь, сжалятся надо мной, я никогда тебя не оставлю. Я же, блин, люблю тебя..
— Правда..?
— Правда, — Ричи отстраняется, чтобы невесомо коснуться губами губ Эдди. Затем он лбом прислоняется к его лбу, смотря в полные страха и неуверенности глаза. — И вообще: мои ебанутые родаки никогда в жизни не простят меня.
— Н-но ты не можешь знать наверняка, они могут..
— Поверь, я знаю. Я им нахуй не нужен. Они, как мне кажется, давно искали повод избавиться от меня. И вот нашли. Если бы не ты, Богом клянусь, суициднулся бы давно.
— Пожалуйста, не говори такие вещи, — Эдди ложится на кровать, утягивая за собой Ричи. Затем он кладет голову на его грудь, слушая, как его сердце до сих пор колотится, словно сумасшедшее. — Во-первых, я не настолько особенный, — Ричи хочет возразить, но Эдди его перебивает. — Во-вторых, то, что ты сейчас произнес, считается богохульством, а на наших плечах грехов предостаточно. Мне кажется, мы попадем в преисподнюю, за то, что просто.. — любим друг-друга — ..существуем.
— Срать я хотел на это, — Ричи накрывает их одеялом. — И вообще: если за то, чтобы тебя любить, мне придется потом рвать жопу в аду, пока мистер Сатана будет валяться под столом от смеха, глядя на мою перекошенную рожу, то я, в общем-то, не против.
Ричи, как кажется Эдди, перегибает палку, но почему-то эти эти слова заставляют его сердце трепетать. Он сжимает ладонь Ричи почти до боли, чувствуя, как чужое тепло передается ему. У него нет ни малейшего желания отпускать ее.
Потом Ричи рассказывает какие-то истории, вставляя свои дурацкие шутки, чтобы Эдди больше не было страшно. Ну а затем медленно засыпает, а Эдди еще долго смотрит на его спокойное лицо.
Он зажмуривает глаза, переворачиваясь на бок, и в голове снова всплывают те безразличные глаза, то выражение лица, тот голос.
Эдди чувствует теплое дыхание на своем затылке, и понимает, что в том сне был не Ричи.
Ричи здесь, рядом. И всегда будет.
Эдди закрывает глаза. Ему тепло.
Он в безопасности.