Мой учитель математики

Бип-бип-бип...

Я просыпаюсь от неизвестного звона ворвавшегося в мой сон и с трудом открываю глаза, вижу несколько красных огней перед собой, от которых исходит шум, и пытаюсь разобрать, что это. По мере пробуждения красные пятна стали приобретать форму, форму цифр, и изображали семь тридцать утра. Быстро стало понятно, что это не мой будильник, который стоит на не моей тумбочке, рядом с не моей кроватью, в не моей комнате!

Я мигом провела взглядом по окружающему пространству, хотя едва можно что-то заметить в такое темное утро, только свет фонаря касался пола. Будильник продолжал трещать, и кто-то прямо у моего затылка раздраженно выдохнул.

О, боже...

Внезапно я почувствовала, как дернулась рука на моей талии, крепкая, сильная мужская рука. А затем я вспомнила, что нахожусь рядом с обнаженным мужским телом моего математика полностью голая, и события вчерашнего дня пулями пронеслись перед глазами. От вчерашнего блаженства остались только нескончаемые въедающиеся в мозг вопросы, они трезвонили дуэтом с будильником в моей голове.

Мужчина отлип от меня и все же поднялся, я замерла, решив притвориться спящей, для верности даже открыла рот. Сохранять спокойствие было очень тяжело под гнетом неизвестного будущего, да и под грузом самого тела математика, перевалившегося через меня, чтобы отключить часы. Затем он встал с кровати и вышел из комнаты, прикрыв за собой дверь. Я же пошевелилась только тогда, когда услышала звук включенного чайника и шум воды из ванной.

Итак, теперь, я наконец осталась наедине с собой, время сломить себя вопросами без ответа: что будет дальше? Мы теперь встречаемся? Ну мы же занялись сексом, разве это не начало любовных отношений? Что скажет мама? Что скажут в школе? Как мы будем дальше жить, если кто-то узнает?

"Пускай Игорь Константинович ответит на эти вопросы", - подумала я, - "он более опытный, сам заварил эту кашу, он уж точно знает, что делать".

От мысли спихнуть всю ответственность на учителя мне стало чуточку спокойнее и я стала одеваться. Выглядела я не супер: неумытая, во всем вчерашнем, с грязной головой, но мне было все равно, я смотрела на себя и видела только те места, где меня касался Игорь Константинович. Своей рукой я дотронулась до груди, вспоминая, как жилистые пальцы мужчины проводили по ней, сжимая. Ох, черт, как теперь я буду ходить к нему на уроки? Я буду смотреть на него, с учебником в руках, строго поправляющего очки и видеть только секс, секс, секс...

"Хах, я от себя такого не ожидала", - подумала я, не то с отвращением, не то с усмешкой.
Между тем, пока я одевалась, я успела заметить стену напротив кровати. Эта стена была примечательна тем, что была от начала до конца увешана грамотами, благодарностями и награждениями в рамках. «Да сколько еще?» - вновь усмехнулась я, рассматривая их поближе. Но самым примечательным объектом среди всей этой пестроты наград была фотография, тоже в рамке, на самой середине стены.
На ней было изображено человек тридцать школьников разных возрастов, разместившихся на ступеньках в три стройных ряда, а посередине внизу несколько взрослых, вероятно, учителей, в самой середине стоял директор со своим заместителем, а справа от них едва узнаваемый, молодой и еще более привлекательный Игорь Константинович.  У него здесь совершенно иная прическа, какие-то старомодные очки, сразу было видно, фотографии уже несколько лет. Все люди были одеты в легкие ветровки, кажется, на улице или осень или ранняя весна. А сразу позади детей была кирпичная стена, входная дверь и табличка с надписью «Школа № 1199».
Чайник на кухне закипел и выключился, дверь в ванной захлопнулась и я поспешила выйти из комнаты. С кухни потянуло сладким запахом какао и бодрящим запахом кофе, от чего в животе заурчало. 
Игорь Константинович уже был одет в рубашку и штаны, на щеках выступила легкая щетина, на переносице блестели очки, он совершенно ничем не отличался от моего завсегдатого учителя математики. К тому же, он отреагировал на меня совершенно спокойно, не выражая никакой привязанности, страсти или хотя бы намека, на вчерашние чувства.
-Доброе утро, - мужчина любезно улыбнулся и протянул мне какао.
Еще не хватает, чтобы он сказал, не забудьте сделать домашнее задание, почистить зубы перед сном и не налегать на мучное. Он вообще помнит о вчерашнем?
А может быть ему не понравилось и он делает вид, что ничего не было? Боже, неужели я настолько бревно в постели?! Пока я трусила и металась в мыслях, боясь спросить у учителя хоть что-то, Игорь Константинович сам заговорил.
-Я вызвал нам два такси, ты поедешь раньше меня, - констатировал математик, словно гипнотизируя, - будет лучше, если мы никому не расскажем об этом, - проговорив последнее репетитор слегка улыбнулся.
И это все, что он сказал в то утро, я же не проронила не слова, даже когда выходила за порог его квартиры, тогда же меня словно отрезвило. Уже в машине я почувствовала себя странно, ноги затряслись совершенно не от холода, голова совершенно была пуста, я была лишь безумно рада тому, что сегодня у меня нет уроков математики.
В школе стало еще тяжелее, на занятиях было невозможно сосредоточиться, как только я начинала вникать в происходящее, в голове все резко обрывалось и включались кадры вчерашнего дня, словно спам какой-то. Будто«Азино три топора» прямо в моей голове, черт возьми. Чувство паранойи усиливалось с каждой секундой, казалось, что каждый одноклассник сверлит меня взглядом, улавливая мои мысли, да и Вадим сегодня был чернее тучи.
Наконец этот ад закончился, а я даже успела привыкнуть к этому чувству постоянного беспокойства, мне уже стало даже все равно. Даже на маму, которая засыпет меня дома вопросами, уже плевать, скорее бы добрать до дома и поспать для расстановки мыслей по полочкам.
Вернувшись домой я была приятно удивлена пустотой, мама ушла на работу, поэтому я с полным спокойствием выдохнула и поставила чайник. «Попью чай и лягу спать», - размышляла я, предвкушая спокойный сон, как вдруг позвонили в дверь. Я мигом кинулась открывать, сердце забилось быстрее. Я посмотрела в глазок и увидела явно раздраженное лицо Светы. «Боже, как я про нее могла забыть!» - сетовала я и нехотя отпирая дверь.
-Когда ты наконец научишься отвечать на звонки! - укоряла меня подруга, даже не зайдя за порог порог квартиры.
-И тебе привет.
Мы прошли на кухню, чайник очень удачно подоспел, Света плюхнулась на стул и выжидающе смотрела на меня, я предпочла проигнорировать ее взгляд (вот видно, как чувствовал себя Игорь Константинович с утра).
-Маш, я все понимаю и, поверь, я всегда тебя прикрою в случае чего, но ты тоже предупреждай заранее!
-Да, прости, - извинилась я, - спасибо тебе.
-Так, ладно, все рассказывай и во всех подробностях. Ты была у него дома? Вы занимались сексом? Как это? - терроризировала меня подруга, а я мигом побелела, от осознания того, что не знаю, что ответить. Я обещала Игорю Константиновичу держать все в секрете, поэтому не могу рассказать ей правды, но что-то же я должна сказать, иначе она не отстанет.
-Ну да, было, было хорошо, приятно, не так, как я себе представляла.
-Ты что, издеваешься? Я прошу подробностей! Хотя бы кто это был? - не унималась Света, ее глаза горели от нетерпения.
-Ну, в общем, помнишь я рассказывала тебе про дискотеку, там я...
-А, это тот самый Вадим! - воскликнула подруга.
«Ну конечно же Вадим!» - ликовала я про себя, Вадим, вот мое решение проблемы!
-Да, тот самый. Мы уже очень давно общаемся, много раз оставались наедине, он отличный парень, прекрасно понимает меня, слушает. Вчера мы выпили у него вина и затем, эм, ну сделали это, - я спокойно говорила про Игоря Константиновича просто заменив его Вадимом, Света все равно учится в другой школе, она ничего не узнает.
-Вы делали это с презервативами? Это сильно больно? - какой кошмар, у моей подруги только сейчас началось половое созревание?
Сначала я стеснялась рассказывать ей, как-то обходила и вуалировала некоторые подробности, но затем, почувствовав себя гуру и первопроходцем в такой пикантной области, стала без стыда и с уверенностью, присущей только опытным, говорила о произошедшем. Насытившись историей, Света спросила:
-Значит, теперь вы встречаетесь?
И тут я замешкалась. Увидев мою неуверенность, подруга спросила еще:
-Он говорил что-нибудь об этом? Может он сказал, что любит тебя до или хотя бы после секса?
-Нет, - внезапно осознала я и все во мне сжалось, - но он так восхищался мной, я не могу поверить, что он не любит меня.
Света всегда было немного легкомысленной и ветреной девушкой, но сейчас она нахмурилась и как никогда с назиданием сказала:
-Не дай ему вскружить тебе голову, ты не игрушка, Маша, подойди и спроси у него прямо, что происходит между вами.
Хотя на душе сейчас скребли кошки, в голове перемешались все мысли, только строгий назидательный голос Светы был лучом разума в этой тьме чувств. Она права, первое, что я сделаю, это наконец спрошу у Игоря Константиновича все.