12
Машина остановилась у огромного серого здания с глухими стенами и металлическими воротами. Ни вывесок, ни окон — только камеры по периметру и охрана на входе. Саша не хотела выходить, но дверь открылась, и Глеб сам взял её за руку. Не больно, но крепко. Так, что не вырваться.
— Пошли, — сказал он спокойно, как будто они шли на свидание.
Он вёл её за собой, как куклу. Артём шёл сзади, не поднимая глаз. Саша чувствовала, как дрожат колени, но молчала. Она запомнила урок — не задавать вопросов.
Они зашли внутрь. Коридоры пахли дешёвыми духами и чем-то кислым. Из-за дверей доносились голоса, иногда — смех, иногда — всхлипы. Саша сжалась, но Глеб только сильнее сжал её ладонь.
Они вошли в просторную комнату с чёрной кожаной мебелью и стеклянным столом. У окна в кресле сидел мужчина. Пожилой, седой, но с такими же холодными глазами, как у Глеба. В руке — сигара, на столе — коньяк.
— Пап, — кивнул Глеб. — Принимай гостей.
Геннадий медленно поднялся, окинул Сашу взглядом с ног до головы, будто сканировал. Она почувствовала себя вещью на осмотре.
— Хорошая, — хрипло сказал он. — Упитанная, глаза живые. Долго держаться будет.
— Это моя, — спокойно ответил Глеб. — Не для работы. Я её так... с собой привёл. Показать.
— А, — усмехнулся Геннадий. — Влюбился, что ли? Сынок, я тебя не так воспитывал.
— Не влюбился, — отрезал Глеб и посмотрел на Сашу. — Она моя вещь. И я сам решу, когда ей работать. А пока — просто посмотрит, как мы выбираем товар.
Геннадий хмыкнул, но спорить не стал. Плюхнулся обратно в кресло и махнул рукой в сторону стены.
— Артём, открывай.
Артём подошёл к стальной двери, которую Саша сначала не заметила, набрал код. Дверь бесшумно отъехала в сторону. За ней оказалась комната, где стояли в ряд семь девушек — молодых, перепуганных, в одинаковых халатах. У каждой на руке был бумажный браслет с номером.
Глеб отпустил руку Саши, подошёл к ним и медленно прошёлся вдоль шеренги. Одна из девушек всхлипнула, другая опустила глаза. Глеб остановился перед третьей — худой блондинкой лет восемнадцати.
— Эта, — сказал он, не оборачиваясь к отцу. — У неё глаза грустные. Такие нравятся клиентам.
— Согласен, — кивнул Геннадий. — Артём, оформишь.
Артём молча кивнул и повёл девушку в другую дверь. Та шла, не сопротивляясь. Видно, уже знала, что бесполезно.
Глеб вернулся к Саше, взял за подбородок и заставил смотреть себе в глаза.
— Смотри и запоминай, — тихо сказал он. — Ты пока не здесь. Но если пикнешь — будешь на её месте. Поняла?
Саша молча кивнула. Внутри всё кричало, но губы не слушались.
— Умница, — Глеб поцеловал её в лоб, как маленькую, и снова взял за руку. — Поехали домой.
Геннадий проводил их тяжёлым взглядом и покачал головой.
— Совсем сынок с катушек съехал, — пробормотал он, затягиваясь сигарой. — Вещь нашёл... сам на неё вешается. Ай, молодёжь.
Они вышли на улицу. Саша шла, не чувствуя ног. В голове билась одна мысль: «Я следующая. Я следующая. Я следующая». Но Глеб шёл рядом, держал её за руку и улыбался. И от этой улыбки становилось страшнее, чем от подвала.