Глава седьмая.
Для того, чтобы попасть в деревню Малые Бережцы, нужно было переплавляться на пароме, который ходил три раза в день. После утомительной поездки (большую часть которой Ярослав проспал в неудобной позе) парни сидели на берегу реки, ожидая переправы.
Небольшая водомерка скользнула по поверхности воды, рассекая отражение зеленой кроны ивы. Все замерло, застыло и не хотело в такой знойный день подавать признаков жизни. Летнее марево жаркого дня создавало рябую завесу, поднимающуюся от земли. Хотелось протереть глаза и убедиться, что невесомая дымка реальна. Пожухлая вытоптанная трава, не гармонировала с буйной растительностью камыша и выделялась на поверхности ландшафта, как чернильная клякса на девственно-белом листе. Солнце стояло в зените и поблескивало лучами на зеркальной глади реки.
Экзорцист поднял с земли плоский камешек и резким движением кисти отправил его в полет. Камень ударился о поверхность реки и по инерции проскакал, словно лягушка, еще несколько раз. Студент нахмурился, ему никогда не удавался этот трюк. Предательский камешек всегда, громко бултыхнувшись, быстро уходил на дно как...камень. Где-то неподалеку в кустах раздалось веселое кваканье. Ему вторил хор с другого берега.
Ярослав достал старенький мобильник из кармана и попытался связаться с дядей, дабы убедиться, что тот без проблем добрался до дома. Но на том конце, приятный женский голос сообщил ему, что такого номера у данного оператора не существует. Опешив, парень еще три раза повторил манипуляцию, ссылаясь на плохую связь за городом, но каждый раз натыкался на бездушную, надоевшую фразу.
Димитрий исподтишка молча наблюдал за провальными попытками студента и только тихонько качал головой. Его безумно порывало отвесить нерадивому пацану затрещину и с видом строгого наставника сказать: «Я же тебе говорил». Но, видя и так никуда не годное состояние парня, экзорцист из последних сил сдерживал в себе воспитательные порывы. Мужчина чувствовал, что на данный момент студенту не хватает именно друга, которого он так тщательно пытается найти в его лице. Сейчас нравоучения он пропустит мимо ушей, даже пытаться не стоит. Но в его душе творился сумбур: что же он испытывает по отношению к парню? Какие эмоции отголоском отзываются в его душе, когда этот юнец смотрит на него восхищенными глазами? Димитрий сразу почувствовал непреодолимое желание взять студента под свою опеку. Он заметил, что в хрупком теле юноши творится настоящий переворот: его разрывают на части долг и любовь. Точно: он походил на щуплого слепого котенка, которого силой вытолкнули из уютной материнской коробки и заставили ступить в трудную жизнь. Он был к этому не готов, совсем не готов, и Димитрий понимал это. Значит, котенок? А что, ему очень подходит...
«Неужели этот напыщенный индюк оказался прав? Неужели я своим скудоумием привел Еву прямо в лапы демону? Не может быть! Так какого же черта я тут сижу, когда моя девушка в опасности, совсем одна?»
Ярослав резко подорвался с места и бросился бежать, куда глаза глядят. Он бросил Димитрия, оставив его одного на безмятежном берегу. Разрываясь между двух огней - любовью и долгом, он выбрал то, что казалось ему правильным. Да, экзорцист его за такое по головке не погладит, но он должен был прийти на помощь любимой, даже если он и безбожно опоздает с подмогой. Его изнутри снедало чувство тревоги и стыда. Он не знал, какое из них больше давило на грудь, заставляя сердце биться чаще.
Ярослав представлял себе ужасные картины из возможного будущего: вот, склонившись над хрупким, почти невесомым телом девушки, мерзкий рогатый тип вгрызается в ее белоснежную кожу зубами и рвет на куски. Студент не знал, как на самом деле выглядит Круэль, но представлял его себе именно так, по старым сказкам, по бабушкиным рассказам и русскому фольклору: страшный, волосатый, с копытами вместо ног.
Он не разбирал дороги, просто несся по узкой тропинке, сбивая с ног зазевавшихся прохожих. Он понимал, что просить экзорциста вернуться в город бесполезно, но чувство тревоги давило на грудь тяжким грузом. Ярослав петлял по сельской местности, сворачивая в один темный проулок за другим, пробегая мимо обшарпанных деревянных домов, высоких железных заборов и лающих цепных псов, пока у него не сбилось дыхание. Тяжело дыша, студент прислонился спиной к дереву и огляделся: река неподвижно застыла в нескольких метрах, черная «Нива» выглядывала из кустов малинника, и экзорцист весело махал ему рукой с берега. Он вернулся туда, откуда начал.
Внутри все перевернулось и на миг замерло. Ярослав больше не находился здесь, среди листвы ив и размеренного стрекота цикад. Он перенесся в свою спальню, сел рядом со спящей любимой на краешек кровати и, чуть дыша, прикоснулся губами к ее виску. Он шептал ей на ухо слова поддержки, говорил, что больше никогда не оставит ее одну и будет защищать до последнего вздоха. Парень умолял вселенную донести его мысли до любимой, чтобы она не чувствовала себя одинокой, борясь с неравной демонической силой. Его неловкую медитацию прервал грубый голос экзорциста:
- Эй, парень, если ты продолжишь в том же духе, то глядишь, и мышцы появятся! А-то, вон, тощий какой! – Димитрий оглядел студента с головы до пят и, закинув в рот сигарету, вальяжно растянулся на земле.
- Нам срочно нужно вернуться в город! – Ярослав подбежал к мужчине и из последних сил упал перед ним на колени. Он готов был рухнуть перед ним ниц, склонив голову к земле, лишь бы мужчина только послушал его отчаянные мольбы и не стал спорить.
- С какого, собственно... дерева ты рухнул, раз делаешь такое заявление? – экзорцист лениво потянулся и повернулся задом к Ярославу, наглядно показывая, что он думает обо всей этой задумке.
- Ева там совсем одна! Я...я виноват! Да, я признаю это! Я был не прав по отношению к вам, мне нужно было прислушаться, но я, как последний эгоист, пропустил ваши наставления мимо ушей, и теперь из-за меня страдает любимая!
Димитрий застыл в неудобной позе, боясь пошевелиться. Лица Ярослава он не видел, но в его голосе, полном раскаяния и мольбы мужчина уловил слезы. Он никогда не мог решить для себя, как относиться к мужским слезам. Он много раз видел, как напарники оплакивали рано ушедшего сослуживца, провожая его в последний путь, видел как беззвучно, сжимая кулаки и стиснув зубы, рыдал его командир, когда они нашли логово упырей в пекарне. Но еще никто и никогда не плакал при нем от осознания собственного ничтожества, от принятия своей сущности и раскаяния в собственных грехах. Он был экзорцистом! Да, он носил это звание гордо и достойно, но, по сути, являлся обычным воякой. Он не умел слушать и слышать, не отпускал грехов и не прощал грешников. К нему никогда не обращались с просьбой о помощи по спасению души. Он и сам не умел этого делать. Его никто этому не учил. А теперь, когда невинная, но уже познавшая горе душа Ярослава молила, стоя на коленях, его о спасении, он не знал, что делать. Димитрий растерялся, впервые в жизни его уверенность в собственных силах пошатнулась. Он хотел утешить студента, дать ему духовное наставление, потрепать по голове и сказать: «Я прощаю тебя», но вместо этого он достал телефон из кармана жилета и набрал номер старого знакомого. На третьем гудке трубку подняли.
- Кого я слышу, Димитрий, сукин ты сын! Где тебя черти носят? - в телефонной трубке раздался задорный, звонкий голос молодого парня.
- Я тоже рад тебя слышать, Матвей. Но сейчас я звоню не для обмена любезностями. Я засек подозрительную активность демонов по адресу: Терешкова, дом 12, корпус 3. Возьми своих лучших бойцов и отправляйся туда. Да, - голос экзорциста дрогнул и потеплел, - прошу, береги себя! - Димитрий нажал на кнопку отбоя и нервно затолкал аппарат в узкий карман штанов.
Вся палитра чувств за долю секунды отобразилась на его лице. В неловком смятении он почувствовал горячие, обжигающе горячие капли на своей щеке и услышал тяжелый всхлип около уха. Экзорцист повернул голову и столкнулся с небесно голубыми глазами, блестевшими от слез, словно сапфиры в свете рампы. Ярослав, нервно всхлипывая, пытался что-то выговорить, но с его губ слетало лишь прерывистое сипение и тихий стон. Увидев, что Димитрий обратил на него внимание, студент, в отчаянной попытке поблагодарить, закивал головой, как китайский болванчик. Он не мог выразить сейчас все то чувство, что охватило его: слезы душили в нем слова благодарности. Димитрий коротко кивнул головой, давая понять, что понял его.
Вдали раздался приглушенный звук мотора. Плоский, словно кусок фанеры, переправочный плот уже показался на горизонте и приближался к берегу, рассекая водную гладь. Экзорцист поднялся с земли и отряхнул с себя налипшие стебли сухой травы.
- Нам пора выдвигаться. Надеюсь, что в следующий раз ты сразу послушаешься меня, и мне не придется расхлебывать твои проблемы. – Ярослав закивал еще энергичнее и кулаком, совсем по детски, смахнул слезы с глаз, размазав их по щекам.
«Глупый- глупый кошачий сын! Сколько хлопот мне достанется от него? Сколько придется пережить предательств и побед, чтобы вырастить из него бойца, как в свое время я вырастил Матвея?» - Димитрий расплатился с паромщиком и устремил взгляд вдаль, пытаясь там найти ответы на все насущное, но глаза лишь натыкались на верхушки деревьев на той стороне реки.
***
Деревня встретила их радостным гомоном и звуками оркестра. На берегу веселился народ, вливая в себя спиртное и участвуя в мордобоях. На деревянном настиле, имитирующем сцену, играл духовой оркестр, отбивающийся от назойливых пропойц, которые хотели танцевать под блатняк. Дирижер одной рукой плавно выделывал в воздухе палочкой пируэты, а второй мутузил особо назойливого пьяницу.
Повсюду были развешаны плакаты, неумело намалеванные гуашью на ватмане, с пожеланиями клева и большого улова. Бумажные гирлянды(Ярослав вспомнил, что точно такие же делал в детском саду на Новый Год) украшали деревья и кусты. Вдоль лесополосы растянулись праздничные столы, покрытые газетой, на которых ровным рядом выстроились запотевшие бутылки. Народ веселился и совсем не замечал новоприбывших, что было парням только на руку.
В воздухе витал соблазнительный аромат жареной рыбы. Желудок студента издал недовольное ворчание. Парень вспомнил, что ел в последний раз утром, в доме у Сысоевых, а сейчас солнце уже клонилось к закату. Димитрий тяжело вздохнул и потащил парня к небольшим торговым палаткам, ровным строем стоящих вдоль берега. Ярослав не стал сопротивляться.
За прилавком, весело что-то напевая, стояла пожилая женщина и жарила куски рыбы на гриле. Когда парни подошли к ней, женщина расплылась в улыбке и положила на прилавок меню. Экзорцист бросил взгляд на цены. Ярослав очень смутился. Он и не помнил, когда в последний раз кто-нибудь платил за него. Стипендии и небольшого оклада вполне хватало на жизнь студенту. Его мать пыталась высылать ему деньги, но каждый раз он отправлял ей их обратно. Независимая жизнь ему очень нравилась, студент даже подумывал о приобретении машины - старенькой жертвы русского автопрома. На первое время этого было вполне достаточно.
Он так торопился утром, что совершенно забыл про кошелек. Но чувство стыда резко испарилось, когда студент вспомнил, как экзорцист чуть ли не пинками подгонял его. «Сам виноват, нечего было меня так торопить, будто на пожаре», - подумал Ярик, принимая из рук Димитрия порцию рыбы в пивном кляре.
- Бабушка, что за праздник? – экзорцист поддел кусок щуки пластиковой вилкой и отправил его в рот.
- Это, милок, праздник рыбаков. Наша деревушка только и держится за счет щучьего улова. Земля-то тут плохая, неплодородная, урожая не дает. Люди постепенно в большие города перебираются, деревня пустеет, вот местная администрация и устраивает такие праздники, для поддержания морального духа. А я смотрю: наконец-то людей с «большой земли» прислали, чтобы то убийство расследовать? – последнее предложение бабушка произнесла полушепотом.
Ярослав заметно напрягся. Надо было додуматься и еще на том берегу переодеться в гражданское. Полицейская форма привлекает к себе слишком много внимания в этом захолустье. По хмурому виду Димитрия студент понял, что тот подумал о том же.
- Конечно, бабушка. Только это тайна следствия! Никто не должен знать об этом, - Димитрий заговорщицки подмигнул женщине.
- Что ты, милок, буду молчать, аки рыба! – по ее тону парни поняли, что стоит им только скрыться со старухиных глаз, как уже половина деревни будет в курсе их прибытия.
- Так, снимаем кители, фуражки, отрываем нашивки с рубашек и молим Господа о том, чтобы упыри не прознали о нашем приезде!
Димитрий затащил парня в ближайшие кусты и принялся снимать с себя все, что выдавало в нем сотрудника полиции. Но то, что осталось от их обмундирования: серые штаны, с красными лампасами и голубая рубашка было не очень хорошей маскировкой.
Ярослав долго не мог решить, что снять в первую очередь. Он колебался и искал глазами укромное местечко, куда можно бы было спрятать одежду.
- Чего таращишься, раздевайся давай! – Димитрий схватил парня за ворот кителя и дернул руку вниз. Китель слетел на землю и обреченно утонул в луже.
"Что ж, можно и так", - подумал парень.
В кустах началась возня: экзорцист пытался вынуть из петель застрявший армейский ремень, Ярослав мысленно помогал ему, посылая лучи добра и позитива матерящемуся мужчине. У самого парня таких проблем не возникло, ибо он никогда не носил ремней.
- У меня есть ножик, - Ярославу надоело наблюдать за провальными попытками Димитрия справиться с ремнем, и он решил, что, все же настоящая помощь тому не помешает. Он опустился перед мужчиной на колени и ловким движением руки разрезал упрямую петельку.
- Тьфу, гомосеки!
Парни встрепенулись, словно от удара током. В этой суматошной возне они и не заметили, как кусты раздвинулись, являя миру полуголых людей. Местный рыбак, забредший в кустарник справить малую нужду, с открытым ртом наблюдал за ними. Секундный ступор прервал звук упавшего тела и мирный храп рыбака. Видать, нежная душа повелителя щук и карасей не выдержала сего срамного зрелища и решила ненадолго покинуть тело своего хозяина.
Ярослав залился краской и подскочил с корточек, словно ошпаренный. Он неловко поглядел на экзорциста и тут же отвел взгляд. Димитрия душил хохот. Не в силах больше себя сдерживать, он запрокинул голову назад и взорвался громким смехом.
- Ты бы видел свое лицо! Оно у тебя было, как у школьницы, которую учителя на выпускном застали в туалете с местным гопником!
- Отлично, мало того, что уже вся деревня знает, что сюда приехали менты, так теперь будут думать, что эти самые менты голубого цвета! – Ярослав зло сорвал с себя последнюю нашивку и отправил ее плавать вместе с кителем.
- Да этот пьяница не проснется еще очень долго, а после и не вспомнит ничего. Не переживай, о том, что ты – девочка, знаю только я! – Димитрий похлопал парня по плечу и одарил успокаивающим взглядом.
«Да сколько можно уже надо мной издеваться? Неужели он думает, что я вечно буду терпеть эти подколы?», - подумал Ярослав, стряхивая руку экзорциста со своего плеча.
Он решил не ввязываться с ним в конфликт. Димитрий отправил Еве подмогу, хотя мог бы этого и не делать. Зачем экзорцисту защищать демона, пусть и бывшего? Ангелы его явно по головке за такое не погладят. Ярослав уже представил себе гневное выражение лица Акима и грозно поднятый вверх указующий перст Ефима. Он свалил кучу проблем мужчине на голову, но тот ни разу не упрекнул его за это. Ярослав понял, что да - он будет терпеть едкие замечания Димитрия столько, сколько тот посчитает нужным, ибо кроме экзорциста доверить свою бренную жизнь студент больше никому не мог.
- Что мы будем делать дальше? – спросил Ярослав.
- Откуда мне знать? – удивился Димитрий. Он потер пятерней затылок и задумчиво уставился вдаль.
- То есть, вы приехали сюда, не имея никакого плана действий? – студент начинал закипать. Беспечность и неорганизованность экзорциста выводили его из себя. Как можно быть настолько легкомысленным, чтобы не продумать план по захвату упырей? Что вообще творится в его перекачанной башке?
- Давай сгоняем на место преступления, может, и найдем чего? – предложил Димитрий.
Студент согласно кивнул, хоть и не мог представить, что, собственно, они собрались там искать. Следственный отдел уже наверняка перерыл все в радиусе километра от места убийства. Но это было лучше, чем ничего, и Ярославу оставалось только слепо следовать за экзорцистом.
***
Парни пробирались вглубь лесополосы молча. Звуки праздника уже давно стихли вдали. Густые кроны деревьев закрывали небо, не давая лучам солнца возможности проникнуть в чащобу. С каждым их шагом вглубь лес наполнялся все новыми звуками: шелестом листвы, пением птиц, веселым стрекотом кузнечиков.
Под ногами хрустел хворост. Мирная и умиротворяющая обстановка действовала на студента совсем не так, как ему хотелось бы. Он нервно сжимал рукоять УЗИ и вздрагивал от каждого шороха. Ярослав и сам не мог понять, что же так сильно тревожит его. Осознание того, что рядом, совсем неподалеку от них было совершенно убийство, вводило парня в благоговейный трепет. Расслабиться не давали и мысли об упырях, которые, возможно, это самое убийство и совершили. Так себе прогулочка, по достопримечательностям деревни Малые Бережцы.
Местность была испещерена оврагами и мелкими ручьями. Когда не приходилось лезть в гору, то требовалось прыгать, как сайгак, по камням и бревнам, дабы не замочить ноги в воде. Вязкая, сырая земля комьями липла к подошвам ботинок, мешая передвижению. Во рту довольно быстро стало сухо, студент очень пожалел, что не прихватил с собой бутылку с водой из машины.
Ноги подкашивались от усталости. Такую прогулку сложно было назвать вечерним моционом. Скорее это походило на туристический поход в горы. Довольно быстро парень физически вымотался и рухнул без сил на огромный булыжник.
- О, а вот и место преступления! – радостно известил его Димитрий.
Ярослав огляделся вокруг, но ничего не увидел. Он с удивлением посмотрел на экзорциста и пожал плечами. Димитрий тяжело вздохнул, подошел к студенту и мыском ботинка спихнул того с камня. Ярослав плюхнулся на сырую землю, словно мешок с песком. Он подскочил, воздел указательный палец к небу и собрался было отчитать грубияна за его поступок, но проклятья застряли в глотке, как только парень взглянул на булыжник. Тонкой белой линией на приплюснутой поверхности камня был обведен контур трупа. За долгие недели контур потускнел и выцвел, но все еще отчетливо прослеживался. Ярослав ужаснулся: руки и ноги трупа, по всей видимости, были вывернуты под немыслимыми углами, будто беднягу намотало на вал. И еще: не хватало головы. Ярослав смутно помнил то, что происходило в морге. Была ли у трупа голова? Димитрий, видя затруднения парня, коротко кивнул сторону правой ноги Ярослава. Студент изумленно уставился на небольшой круг, сделанный из кусочков желтой ленты, внутри которого находилась его нога, и в ужасе отпрянул. Сегодня был явно не его день.
Димитрий ухмыльнулся своей фирменной презрительной усмешкой. Он всегда так делал, когда студент вляпывался в неприятности или нес отборную чушь. Делал он это, видимо, для того, чтобы парень понял, что попал впросак и устыдился, но Ярослав хотел только побить его за это. Никаких угрызений совести он не испытывал.
Сгущались сумерки. Димитрий достал из кармана телефон, включил фонарик и принялся шарить по земле глазами, ища улики. Ярослав подумал, что это бесполезное занятие: все улики уже давно были найдены и приобщены к делу. Пока экзорцист слепо блуждал по окрестностям, парень снял с предохранителя УЗИ и направлял его дуло на различные предметы, пытаясь привыкнуть к тяжести оружия.
Вдруг по округе разлетелся гомон птиц и хлопанье крыльев. Ярослав поднял голову вверх, пытаясь сквозь кроны деревьев разглядеть стаю. В чаще повисла гробовая тишина. Димитрий замер, прислушиваясь. Он медленно погасил фонарик и жестом подозвал к себе студента. Ярослав, стараясь не ступать на сухие ветки, быстро подошел к экзорцисту. В воздухе повисла напряженная атмосфера. Димитрий указал на оружие, потом обвел рукой пространство, давая понять, чтобы студент держал УЗИ наготове и следил за местностью. Ярослав коротко кивнул. Нервы натянулись, словно гитарные струны. Студент спиной чувствовал на себе чей-то взгляд. Куда бы он ни повернулся, какой бы стороной ни встал, пронизывающий взгляд обжигал затылок. Казалось, что невидимый враг был одновременно повсюду. Студент поежился и прижался спиной к экзорцисту. Вдруг, в нескольких метрах от них, в самой темной части леса, хрустнула ветка. Та тонкая нить, что сдерживала студента в здравом рассудке, с громким хлопком порвалась. Он, сам не понимая, что делает, дал длинную очередь в сторону звука. Ему вторил Димитрий, одиночными выстрелами паля из пистолета.
Ярослав убрал палец с курка только тогда, когда он щелкнул вхолостую. Патроны закончились вместе с энтузиазмом студента. В ушах звенело. Слова экзорциста доносились до парня, словно из-под толщи воды. Димитрий махал руками и указывал куда-то в сторону. Студент помотал головой, словно мокрый пес, пытаясь прийти в себя, и вдруг заметил мельтешение в той стороне, куда рукой указывал экзорцист. Парень нервно поднял ствол оружия и тут же опустил его, разглядев в вечерних сумерках небольшую собаку.
- Тимоша? – донесся до парня приглушенный возглас экзорциста.
«Тимоша? Димитрий знает эту собаку?» - подумал парень, ковыряясь мизинцем в ухе.
- Чего буяните? Всех упырей в округе распугали! - раздался веселый звонкий голос позади парней.
Ярослав вздрогнул и резко повернулся. На булыжнике, скрестив ноги по-турецки, восседала белокурая девчонка и весело наблюдала за их паникой. Ее белоснежные волосы были собраны в высокий хвост на затылке, а правый глаз закрывала ярко-розовая челка. Она показалась студенту болезненно-худой. Не по размеру огромная, кислотно-желтая футболка болталась на ее тощем теле, словно на вешалке. Узкие черные штаны только подчеркивали ужасную худобу. Нелепо смотрелись на ней и черные берцы. Громоздкие армейские ботинки, никак не вязались с ее образом, словно кто-то взял и поменял местами детальки конструктора "Лего".
«Она похожа на циркуль», - решил для себя Ярослав.
Девочка – циркуль спрыгнула с камня, звякнув браслетами и в три прыжка преодолела расстояние, разделяющее ее с парнями.
Ярослав невольно обратил внимание на ее украшения. Один из браслетов плотно прилегал к ее запястью. Серебряный круг посередине украшал красный крест из граната. Студент мог поклясться, что крест пульсировал приятным теплым светом, в такт биению сердца девушки. Еще он подметил одну странность: браслет был без застежки. Вообще... Складывалось ощущение, что девчонка уже родилась с побрякушкой на руке и браслет рос и изменялся вместе с ее телом. Когда девушка подошла поближе к экзорцисту, крест запылал ярче прежнего и зашелся приступом тахикардии.
- Так и знал, что без твоей белобрысой головушки тут не обошлось!
Димитрий притянул к себе девушку за руку и дружественно похлопал по спине. Девчонка крепко обняла экзорциста в ответ, прильнув к нему всем телом, и что-то нежно замурлыкала Димитрию на ухо. Мужчина тут же изменился в лице, поняв, какую ошибку совершил, и попытался оторвать от себя назойливую девицу. Та только заливисто хохотала и еще крепче прижималась щекой к могучей груди экзорциста.
- Димочка, так нечестно, ты чуть мою собаку не убил! Постой хоть парочку минут смирно, дай насладиться приятной встречей! – ворковала девица, нежно прощупывая торс экзорциста сквозь рубашку.
В ногу Ярослава что-то уперлось. Он, оторвавшись от любования сладкой парочкой, бросил взгляд вниз и встретился с черными глазами пса. Собака еще раз ткнулась мордой в ногу студента, напрашиваясь на ласку. Ярослав не смог определить ее породу. Коричневый окрас туловища с мелкими черными пятнами... Такое ощущение, что на нее брызнули краской из баллончика. Морда узкая и длинная, как у лисицы. Уши прижаты к голове. Куцый хвост весело вилял из стороны в сторону. Собака была такой же тощей и нелепой, как и ее хозяйка. Ярослав тяжело вздохнул и потрепал пса по холке.
- Извини, Тимоша, что чуть не убил тебя! Нервы сегодня ни к черту, понимаешь? - попросил у собаки прощения парень. Пес громко тявкнул, давая понять, что не обижается.
- Он, что, у тебя совсем дурак? – спросила экзорциста девица и грозно зыркнула на студента. Если бы взглядом можно было убивать, то Ярослав бы сейчас пал замертво, придавив своим телом несчастного пса. – Эй, парень, Тимоша – это я!