Глава 32🍁
«Справедливость не всегда приходит с громом и молнией. Иногда она тихий шаг того, кто решил больше не молчать»
Дэвид Золотов
«Я стоял неподалеку от обрыва. Впереди сияли лучи, словно от солнца. Любопытство не оставляло сердце. Я прикрыл глаза рукой, чтобы ясный свет не резал взор. Вдали показалась изящная женская фигура. Какая‑то потусторонняя сила, словно магнит, тянула меня к таинственной даме.
Дул сильный ветер, мешавший мне приблизиться к ней, но, несмотря на это, я шаг за шагом шел вперед. Спотыкался о камни, но, не сдаваясь, вставал, видя перед собой цель. С большим трудом я все же оказался в нескольких метрах от нее. Я замер в ожидании чуда когда же она покажет свой лик.
Белый платок девушки красиво развивались на ветру. Песок на скале попадал в глаза, приходилось уворачиватся. Когда она осознала, что кто‑то стоит позади, дыхание затихло. Девушка застопорилась, а затем медленно стала поворачивать голову боковым зрением она уловила мой силуэт. А затем в страхе обернулась.
Карие глаза с медовым отливом отзывались в сердце чем_то родным. Внезапно она споткнулась, и я завопил:
« О, Господи, она падает!»
Таинственная незнакомка потеряла равновесие. Я не сразу понял, что делать. Я был ошеломлен, узнав в ней хрустальную шкатулку, и от этого стало еще беспокойней.
Я бросился к ней быстрее ветра, схватил за руку и мигом оттянул от провала. Сердце забилось так, будто готово было выпрыгнуть из груди. Страх за жизнь Рамины поражал тело до самых кончиков пальцев».
Мои серые глаза открылись. Наверняка мимо проходившие медсестры и посетители считывали в них испуг. Я жадно глотал воздух, прокручивая события сна в голове. Страх сохранился, словно все было наяву. Я схватился за голову и стал переосмысливать этот странный сон, похожий на видение. Но, как назло, большая его часть ускользнула из памяти за считанные секунды.
Я стал копошиться в кармане, чтобы найти телефон. Вытащил его и пришел в полнейший шок при виде часов. С небольшими нотками разочарования понял, что уже без двадцати пять. Я и двух часов не поспал.
Встал с кровати, потирая шею от боли. Кто бы сомневался, что она все‑таки начнет болеть ведь я лег не в самой удобной позе. В ужасном самочувствии выхожу на балкон. Свежий ветер взбодрил меня, но не надолго.
О, я встал очень вовремя. Удастся увидеть рассвет.
Какие же это красивые цвета от синего к желтому. Невероятное зрелище, хоть что‑то скрасит череду последних серых дней. Но, как говорится, во всех прелестях есть минусы. В столь сырую голову врезались мысли о Рамине. Я достаточно мутно помню сон. Можно сказать, толком ничего не помню, но красота ее прекрасных глаз так и манит.
Из‑за чего это случилось? Из‑за кого? Единственный, у кого я могу что‑либо узнать, это у главного сплетника Питера Николаса Агаева. Он еще тот болтун, что очень плохо, но порой выручает. Я не стал медлить и решил позвонить ему. Да, в последнее время наша дружба пошла по одному место, но попробовать стоит.
Хорошо, что телефон под рукой, бегать никуда не нужно. Мне абсолютно плевать, спит он или нет. В любом случае проснется.
Ало, он довольно быстро поднимает трубку, но не сразу отвечает.
Че за привычка звонить в такую рань? Я из‑за тебя проснулся, сонно пробормотал Ник.
Я в шоке, что ты в такой день не стоишь на ушах усмехаюсь над этим обалдуем.
Вот тебе смешно, а я больше не усну!
Ну, извиняйте_еее нарочно вытягиваю слово по буквам.
Говори, что хотел.
С утра он не такой уж и веселый, но что поделаешь.
Давай я тебе быстро задам вопрос, а ты, не задумываясь, ответишь. Из‑за чего Рамина упала в обморок?
У меня, честно говоря, времени особо не было на двухчасовые разговоры, да и настроения тоже. Поэтому я решил сыграть в вопрос‑ответ. В конце трубки ничего не было слышно значит, Николас весь во внимании.
Оу, я даже не знаю, что сказать замялся он, чего я и боялся. Я думал, ты знаешь по нему было видно, что говорить об этом он не очень‑то и хочет, и видно, не спроста.
Я же сказал, кратко.
Ну, если вкратце, то из‑за Лали аккуратно пробормотал Агаев. Значит, она попросила его молчать.
В смысле? я все прекрасно понимал, но не мог принять этого.
Да, вроде в прямом.
Нет, я не об этом. Как это произошло?
Да она две недели вынашивала этот план. Попросила ее раздать листовки, якобы с приглашениями на благотворительный вечер, а на обратной стороне было распечатано что_то вроде: «давайте разгромим эту школу».
И ты все это время молчал?! грозно бросил я, ошарашенный услышанным.
Затем я замолк. Хоть я и знал, что Лали еще та змея, но не до такой же степени. Мне тяжело было поверить в услышанное, но я не мог его отрицать.
Дэви, ты тут? Алло! Дэви! Николас пытался убедиться, что со мной все в порядке.
Но я не мог ничего сказать и просто сбросил трубку. Знали бы вы, как мне сейчас больно. Какой ужас пережила Рамина, а теперь стало ясно, что во всем этом замешана Лали. Я не могу оставить это просто так.
В конце концов, справедливость должна восторжествовать.
Я накинул черную ветровку и рванул к машине. Через двадцать минут я был на месте. Усадьба у них роскошная, в принципе, как и у меня самого. Недолго размышляя, я позвонил Лали, стоя у ворот. Она, на удивление, сразу же взяла трубку. Обычно в это время она спит. Может, ее совесть мучает. Кто знает.
О, Дэви_иии, привет заигрывая, тянула она.
Господи, зачем делать такой голос? Настолько мило, что аж блевать хочется. Она все еще считает, что после этого наши отношения будут такими же, как и раньше?
Выйди, нам нужно поговорить, цежу твердо.
Ты что приехал? удивилась Лали, а затем выглянула в окно. И в правду, приехал.
Думаю, она забеспокоилась. Я стоял, облокотившись о свою желтенькую «ламборгини», сложив руки на груди. Наши взгляды столкнулись. Через несколько минут, она как миленькая, стояла передо мной. Она до сих пор осмеливается вести себя так, будто ничего не сделала.
Мои слова будут для нее неожиданностью, и, возможно, ее иллюзии на счет нашего счастливого будущего, наконец, разобьются.
Лали открыла калитку и пригласила меня в дом, но я отказался. У меня не было никакого желания любезничать с ее отцом. Мы сели во дворе, под навесом. Большая часть интерьера выполнена в розовом цвете и это только улица. А вот что творится в самом доме и в ее комнате полный караул.
Для меня это самое сложное испытание под названием «вырви глаз».
И что ты хотел сказать? легонько произнесла она, словно невинная овечка.
Не буду томить, скажу сразу: я пришел поговорить насчет Рамины.
Она побледнела, понимая, о чем я. Ей было неловко как никогда. Передо мной Лали всегда теряла шарм уверенной львицы прямо как сейчас. Хотя это больше смахивает на манипуляции, правда, меня уже не так легко обвести вокруг пальца.
Рамина А что с ней? Лали решила сделать вид, что не в курсе произошедшего. Но я пришел сюда не играться и шутить не стану.
Было ясно, что она змея, но никто не знал, какой натуры. Когда она сбросила свою старую знакомую кожу, выяснилось, что то, что было внутри, было не ангелом, а демонессой.
Лали, хватит притворяться. Мы знакомы с самого детства, я знаю тебя очень хорошо.
Ей было нечего сказать. Теперь от собственных грехов ее не спасет любимый папочка с кучей денег, готовый каждому ими рот закрыть. Чтобы его дочурку, не дай Боже, никто не задел. Я был зол и не в лучшем расположении духа. В моем сердце таился дикий гнев, который мне так не терпится показать.
Для чего ты это делаешь? Один я верил в тебя. Верил до последнего что ты не такая, а что в итоге? Я оказался очередным глупцом, который поверил твоим манипуляциям. Я не знаю, как у тебя получается это делать. Каждый слух я пропускал мимо ушей, доверяя тебе. Говорил себе: «Да они все врут, им просто делать нечего». А оказалось, что это тебе скучно. Что это ты бесстыжая, а не они! Она стояла как вкопанная и не знала, какую еще ложь придумать. Теперь я вообще узнаю, что это из‑за тебя Рамина сейчас находится при смерти!
Да Господи, что ты зацепился за нее?! не выдержала Лали и решила, наконец, показать себя настоящую.
Крысалонова держалась очень долго. Браво ей! Однако она сама еще не признает, что своей ненавистью и завистью чуть не убила человека. Многим всего одно плохое слово может сделать так больно, что не захочется жить. Я в порыве гнева подскочил со стула. Слишком сложно сдерживать эмоции и оставаться равнодушным.
Она не алчная и высокомерная как ты! Ей не нужно унижать других, чтобы чувствовать свою ценность. У нее доброе сердце на этой фразе мой голос сорвался.
А что если Рамина не очнется и со временем станет лишь приятным воспоминанием?...
По коже прошелся холод, я не хотел думать об этом, но что_то внутри не давало покоя.
Лали была ошеломлена от услышанного. Ей нечего сказать в ответ, да, и не нужно, ведь все ее отношения к сумасшедшей давно ясно. Я обернулся и пошел как можно быстрей к машине, а руки сжались в кулак от неприязни.
Она смотрела мне, вслед осознавая, что пути обратно нет. Нет и никогда, не будет. На этом все кончено. Лали, наконец, сняла свои розовые очки и будто маленькая девочка, которая осталась посреди улицы реального мира, в поисках опеки, рыдала, но ничего не менялось. Жизнь сурова и это факт.
Однако Крысалонова как зачинщица в этой неразберихи поплатилась. Поплатилась за то, что заставила Рию мучиться, желала смерти, а по итогу сама осталась на грани. В конце концов все это вернулось к ней, только с еще большей силой и это еще не все возмездие
За слезы будет отвечать их причина. Ничего не останется безнаказанным. Потому что несправедливо быть наказанным за то, чего ты не делал, или вообще не быть наказанным за то, что сделал. Хоть и всем известно, что ждать правосудия в этом мире не стоит, но все, же изредка случаются чудеса.
На душе стало как_то легче. Меня даже не волновал дальнейший исход. Скажет ли Лали про это своему отцу? Распадется ли контракт родителей? Главное, что я не оставил это дело незамеченным. С этого момента я никому не позволит обижать хрустальную шкатулку.
У людей просто нет на это право.
Я шел к машине, сжимая и разжимая кулаки. Воздух казался густым и тяжелым, каждый вдох давался с трудом. В голове все еще звучали слова Лали, ее отчаянный вопрос: «Чем она лучше меня?». И в этот момент я понял, что никогда раньше не формулировал для себя ответ так четко.
Рамина Она не просто «лучше» она другая. В ней нет той язвительности, что разъедает изнутри Лали. Нет жажды власти, нет желания возвыситься за счет других. Ее доброта не показная, она исходит из самого сердца. Когда она улыбается, кажется, будто солнце пробивается сквозь тучи. А когда грустит даже воздух вокруг становится тяжелее.
Я сел в машину, но не сразу завел двигатель. Пальцы дрожали то ли от остаточного гнева, то ли от осознания масштабов случившегося. Лали не просто распустила слухи она целенаправленно травила Рамину, методично подтачивала ее силы, пока это не привело к катастрофе.
И все из‑за чего? Из‑за зависти? Из‑за страха, что кто‑то может оказаться светлее, чище, чем она сама?
Когда я вошел в больницу, сердце снова сжалось. Все здесь напоминало о том, что произошло: белые стены, запах антисептиков, приглушенные голоса врачей. Но сейчас я пришел не просто проведать я пришел бороться.
Я подошел к палате и неуверенно постучал, но в ответ лишь звонкая тишина. Не удивительно, но так больно. Мне хотелось увидеть Рамину, но в то же время я боялся, мысли о том, что она навсегда останется в таком состоянии.
Моя хрустальная шкатулка...
