Пролог
Я поставил флакон с кровью на столик и огляделся. Заглянул под стол, в шкаф, за дверь.
— Фредди? — позвал я негромко.
Зверёныша нигде нет. Я тихонько выругался, затем замер, отдышался и прислушался другим слухом. Гул в голове усилился, но сквозь него я расслышал, как в библиотеке копошатся в книгах двое рекрутов. Я повернул ухо в другую сторону. Вот в фонтане на улице плещется вода, вот ползут муравьи и... стоп, а это что за звук? Я цыкнул. Нет, не то, это цокот копыт лошадей в амазонской резервации. Далеко зашёл. Он должен быть где-то в замке, слушай, Джонатан, слушай...
— Да, слушай, Джонни, — произнёс ленивый, тягучий как патока голос за спиной, и я едва не подпрыгнул от неожиданности.
Машинально я потянулся к кинжалу, лежащему в кармане, хоть и знал: он мне не поможет.
— Ты, — выдохнул я ему в лицо.
Он прошагал от окна к моему столу и взял в руки флакон.
— Я, — ухмыльнулся мужчина с чёрными глазами, откупорил флакон и выпил кровь. — Ммм... Кажется, чую нотки анемии, — он покатал кровь на языке и проглотил. — Чё как, брат?
Единственный человек, чьи мысли я не могу прочесть. Единственный, кто может застать меня врасплох. И единственный, кого я создал сам.
— Обнимашки? — невозмутимо предложил он, простирая ко мне руки. — Ну нет так нет.
— Что ты тут делаешь? — отчеканил я, не двигаясь с места и не спуская с него глаз.
— Я? — удивлённо спросил он, как будто тут кто-то ещё был. — Да просто мимо крокодил. Дай, думается, заскочу.
Он двумя пальцами сжал флакон, и тот с оглушительным треском лопнул, разлетевшись на осколки по всему кабинету. Остатками крови забрызгало пол и кипельно белый стол.
— Убери, пожалуйста, руку с кинжала, я не собираюсь тебя убивать и, если честно, тебе это вряд ли поможет, — вежливо, но с едва уловимой угрозой в голосе проговорил гость.
Я не собирался выпускать из рук оружие. Всё моё внимание приковано только к его лицу, с этими отвратительными, мерзкими глазами, в которых темнота покрыла каждый миллиметр глазных яблок. Я смотрел на эти ужасные шрамы на его шее, которые разрезали знак рваными розоватыми полосами. Я помню каждое мгновение, как сейчас. Помню невыносимый запах крови, гниения и смерти. Помню его крики, конвульсии и как он потом затих, когда я осуществил свой замысел. Я до мурашек помню тот момент, когда его глаза заволокло чёрной дымкой, а потом он замолчал. Помню, как я уходил, молясь, чтобы он выжил. Теперь я молюсь об обратном. Но вряд ли сейчас это возможно.
— У меня есть наводка для тебя, — сказал он, — одна прекрасная особа: огненные локоны, голубые глаза... которые, впрочем, довольно скоро станут фиалковыми. Дерзкий характер и эта вечная смелость юных лет! — он мечтательно вздохнул. — Ты, кажется, таких коллекционируешь?
— Она не в нашем мире. И Кристина не хотела бы, чтобы она была в нашем, — проговорил я, зная, о ком он говорит. — И у меня всего семь человек. Даже будь она здесь, мы бы не смогли выдвинуться против Фаундера. Нужны сотни. У него тысяча плащей, а у меня даже на школьный класс не наберется.
— С ней тебе не нужны тысячи, ведь она такой же выродок, как я, — произнёс мужчина. — И ты явно преуменьшаешь! — он прислушался и медленно добавил: — Кажется, в подвале кто-то есть. Да и изба на опушке Золотого леса не просто так стоит.
Он сделал шаг ко мне, и я вскинул руку с кинжалом вперёд.
— Не подходи!
— Не собираюсь, — он примирительно развёл руки, показывая, что безоружен.
Но я знал, что оружие ему и не нужно.
— Эта девушка — ключ к вашей победе. Или «Протест» перестал протестовать?
Я не отвечал, только ждал, что он скажет дальше.
— Без неё тебе каюк, друг. Я это знаю, ты это знаешь.
— Тебе-то это зачем? — вырвалось у меня, несмотря на осторожность. — Или слухи о том, что ты на него работаешь, возникли на пустом месте?
— Ты прав, — он склонил голову вбок, — у меня, как всегда, свои заморочки. Не забивай сейчас себе этим голову. Лучше начинай искать брешь до Лондона.
Он повернулся ко мне спиной и зашагал к открытому окну.
— На чай не задержусь. Проверяй «мыло». Пора повторить Великое переселение!
С этими словами он вспрыгнул на подоконник, последний раз взглянул на меня, ухмыльнулся, а затем полетел из окна вниз.
Я не стал выглядывать. Я знал, что ни зги не увижу. Он исчез. Тишину прервало уведомление о входящем письме.
"Ричмонд-апон-Темс, Мерилебон лейн, 79. Советую взять белый шоколад."
*Интересно? Тогда нажми «голосовать» и листай дальше!*