Загляни в мои глаза

Рей все еще спал. Его веки были плотно сомкнуты, и глаза под ними двигались так, словно он видел сон. Я вглядывалась в лицо темного принца пристально и внимательно, но так и не могла понять, мучает ли его новый кошмар или же наоборот – Рей наконец забыл о боли. В любом случае я останусь рядом. Больше Рей не будет один на один со всем тем, что черным дымом вилось за его спиной. Слишком тяжело. Я чувствовала, что еще хоть грамм боли, и Рей – тот Рей, которого я знала, – исчезнет и иссякнет, лишь бы дать шанс выжить маленькому мальчику, что когда-то сбежал из темного замка.

Я сжала похолодевшие ладони в кулак, поднесла к губам тонкие пальцы, несколько раз шумно выдохнула, чтобы согреть их, и только после этого осторожно коснулась лица Рея. Пусть он меня не слышит, пусть. Не страшно. Перед глазами заплясали алые блики, и я тут же почувствовала, как меня наполняет тепло, которое мечется, рвется наружу, жаждет окутать темного принца искрящими светом и навсегда спрятать нас от всего мира. Ладонь ласково легла на лоб Рея. Я улыбнулась, склонилась и еле слышно прошептала:

— Я останусь с тобой. Спи...

Я просидела рядом с темным принцем много часов. В комнате не было окон, поэтому не ясно, сколько точно времени мы провели вместе. Рей все еще беспокойно спал, а я все еще гладила его по лицу и иногда говорила то, что никогда бы не решилась сказать, если бы темный принц был в сознании. Собственный голос убаюкивал. Голова медленно опускалась, я подпирала ее рукой, разлепляла глаза, но хватило меня ненадолго. Реальный мир заволокло сладкой пеленой, сопротивляться усталости больше не было сил. Я уложила голову на край кровати, рядом с грудью Рея и провалилась в дремоту, слушая дыхание, которое становилось все ровнее и ровнее с каждым новым вздохом.

Меня разбудил протяжный скрип винтовой лестницы. Я медленно открыла сонные глаза и, даже не поднимая голову, уставилась на входную дверь. Когда она тихо и осторожно открылась, на пороге возникла невысокая фигура королевы Николь.

— Мам? – промурлыкала я и приподнялась. – Что-то случилось?

— Тише, — прошептала она, — ничего, просто принесла вам ужин и вещи для Рея.

В руках королева несла большую, глубокую тарелку, накрытую полотенцем, и три поменьше. Мама поставила все это на тумбу, подошла и положила руку мне на спину.

— Не просыпался? – тихо спросила она.

Я мотнула головой и взглянула на маму. На ее лице не было ни капли злости или презрения. Не было там и жалости. Королева смотрела на Рея так мягко и нежно, будто это был ее собственный ребенок, так, будто она смотрела на меня. Я опешила и быстро отвела взгляд.

— Не слушай Гилберта, — вдруг заговорила мама. – Я отличаю Рей от Дракона. Не беспокойся за меня, хорошо?

Она точно читала мои мысли и спешила бережно их успокоить. Мама гладила меня по спине, и от ее касаний на сердце становилось тепло. Да, все-такие она всегда знала, что нужно сказать.

— Хорошо, — склонила голову я, — спасибо, мам.

— Знаешь, это ведь я разрушила связь Джека и Кэйдана, — грустно вздохнула королева, — и в том, что случилось с Реем, есть и моя вина. Вот что я думаю, когда смотрю на него. А еще это ведь мы с Норой запечатали парня и сами отдали в руки Джека, решили, что он стал слишком опасен, на самом деле сошел с ума...

Я поймала мамину руку на своем плече и сжала ее холодные пальцы. Королева Николь замерла и недовольно поморщилась от каких-то своих мыслей.

— Я видела, что Дракон сотворил с тем городом, — шепотом произнесла я, — на твоем месте любой бы так поступил.

Перед глазами невольно всплыли ужасные картины той ночи. Впервые за все время с событий в городке, где жила Нора, я вдруг поняла, что мама ведь не просто охотилась за Реем, она защищала людей. Своих людей.

— Мне пора сменить Лану, а то эта упрямая девушка не отходит от Блэра ни на шаг уже сутки, будто боится, что если отвернется, то он снова... — мама осеклась, замолчала и шумно вздохнула. – В общем, зови меня, если понадоблюсь, и постарайся немного поспать.

Ее рука нежно скользнула по моему плечу, и родное касание растаяло, отзываясь приятным пульсирующим теплом. С лица не сходила легкая улыбка, даже когда мама переступила порог и прикрыла за собой дверь, окинув комнату последним проверяющим взглядом. И когда здесь снова стало тихо, я опустила плечи, вздохнула и ощутила вдруг навалившуюся слабость. Желудок громко заурчал, словно опережая мои мысли. Черт, как же есть хочется...

Ноги немного затекли, но запах еды манил меня все сильнее и сильнее. Я не спеша встала, на цыпочках прокралась к тумбе, взяла тарелку и наложила себе мясо с овощами, которое, наверное, осталось после ужина в крепости. Шуметь не хотелось так сильно, что я, не оборачиваясь, принялась быстро глотать большие куски. Было на редкость вкусно. Когда же с этой тарелкой было покончено, я мысленно поблагодарила маму, вытерла рот рукавом рубахи и повернулась.

На меня с мягкой улыбкой во взгляде смотрели глаза цвета бури.

— Проголодалась? – его голос пронзала приятная хрипотца.

Рей только лишь приподнял голову. За улыбкой я видела смазанную, размытую по всему лицу усталость, вымученность. Несколько часов сна все-таки не могут избавить от шрамов многолетней борьбы, и ждать иного было бы вершиной глупости. Но Рей улыбался. Слабо, едва заметно. И этого было достаточно для того, чтобы где-то под ребрами вспыхнуло искрящееся, захватывающее чувство восхищения и надежды.

— Рей! – я вскинула брови и еще раз потерла губы рукавом. – Ты очнулся, как себя чувствуешь?

— Как будто всю ночь бился головой о стену, — прикрыл глаза темный принц и снова откинулся на подушку, — но в целом терпимо.

Я в два шага оказалась у кровати, присела на табуретку и уставилась на Рея. Он положил одну руку себе на лоб и вздохнул так, будто его мир кружился в пьяном вальсе.

— Совсем не помню последние два дня, — вдруг прошептал Рей чуть испугано. – Как я здесь оказался? Кстати, здесь – это где?

Наверное, такая потеря памяти была результатом того, что Кэйдан силой взял контроль над телом истощенного принца и притащил его сюда. Эта мысль быстро пронеслась в голове, но говорить я так и не посмела, чтобы лишний раз не вспоминать о Темном Драконе, который все еще до ужаса пугал Рея.

— Тебя принес Март, ты ведь помнишь его? – так же тихо отозвалась я.
Рей слабо кивнул.

— Мы под сторожевой башней имения Бирн, все хорошо, ты в безопасности, — как можно мягче произносила я.

Темный принц опустил руку, медленно раскрыл глаза и насторожено проскользил взглядом по погруженной в полумрак комнате. Несколько свечей уже погасли, и теперь помещение тонуло в мутно-оранжевой пучине. А запылившиеся стены будто поглощали последние свечные отблески.

— Я... — Рей нахмурил брови и перевел хрустальный взгляд на меня, — я здесь пленник?

Меня обдало холодом. Я давно заметила, как взгляд темного принца сковывает льдом каждый раз, когда он боится. Эта удивительная черта Рея помогала выжить, пугала и оберегала одновременно. Словно дикое животное темный принц научился смотреть в лицо всем ужасам, с какими мог столкнуться, и при этом сохранять во взгляде колючий мороз, ведь самым страшным монстром, собственным палачом и мучителем был он сам.

Я склонилась над Реем. Казалось, что еще немного – и я разобьюсь о ледяную гладь. Ну и пусть. Мне не страшно, я понимаю, вижу Рея. Перед моими глазами он настоящий. Те сотни переломанных масок, что темный принц менял одну за другой, были прозрачны и невесомы и больше не могли меня обмануть.

— Если ты пленник, то я тоже, — прошептала я, подперла щеки руками и улыбкой прошлась по синему льду.

Рей тут же отвел взгляд и рвано вздохнул. Я отстранилась, чтобы дать ему пространство, но все еще была достаточно близко, чтобы видеть, как трещит лед. Мне было нужно лишь одно – чтобы Рей наконец почувствовал себя в безопасности. Чтобы поверил в то, что я на его стороне.

— А ты как? – вдруг тихо спросил он. – Что было после того, как я ранил тебя?

Темный принц замер. Кажется, он и вовсе перестал дышать в ожидании моего ответа, в ожидании очередного болезненного воспоминания, которое обернется виной и горечью.

— Рей, посмотри на меня... — прошептала я, но он не шелохнулся.

Рука мягко легла на щеку темного принца, и я медленно повернула его голову так, чтобы снова окунуться в такую желанную пучину этого взгляда. Рей не сопротивлялся. Он был податлив, словно только этого и хотел, и на лице его скользнула надежда.

— Ты просто испугался, слышишь? – я хотела было убрать руку с его лица, но темный принц вдруг крепко прижал ее к щеке и едва заметно мотнул головой. – Это была не твоя вина. Ты хотел защитить меня, я видела, как отчаянно ты сопротивлялся.

— Я спросил другое, — поджал губы Рей. – Как твоя рана, Ева?

Тихий вздох сорвался с губ, и я непроизвольно коснулась живота.

— Я не буду лгать тебе, – прищурила глаза я. – Она была большая, но мне быстро помогли, и теперь не осталось даже шрама. Со мной все хорошо.

— Я ведь думал, что мог убить тебя, — перебил меня Рей, и губы его дрогнули.

— Знаешь, в чем разница между нами? – после мгновения тишины произнесла я.

— В чем же? – спросил принц.

— Все берегут меня так, словно я хрустальная, — голос дрогнул, — а у тебя никого нет.

Рей горько усмехнулся и проскользил взглядом по моему лицу. Когда я поняла, что сказала, то прикусила губу и только хотела добавить хоть что-нибудь, как Рей остановился на моих глазах и произнес:

— Ты неправа. Есть одна до глупости отважная девушка, которая каждый раз спасает мою жизнь.

— Если бы ты не рвался умирать при каждом удобном случае, ей было бы гораздо легче, — вздохнула я и прижала руки к груди. – Неужели у тебя совсем нет причин остаться в живых?

Темный принц слабо улыбнулся, с трудом приподнялся и устало опустил плечи.

— Конечно, есть, — прошептал он, — есть...

— Почему же тогда не борешься? – так же тихо спросила я. – Ты умолял Аду убить тебя, почему?

— Я боролся всю жизнь, Ева, — Рей поднял на меня свои чистые глаза, — всю жизнь вырывался и сбегал, уничтожал тех, кто пытался лишить меня свободы, и при этом сам сделал Кэйдана своим узником. Я воевал на два фронта, только бы выжить и не сойти с ума. И ты тоже была нужна мне именно для этого. Единственная, с кем я мог говорить, будучи плененным, единственная, кто могла вытащить меня, но, когда пришло время, я уже не хотел быть спасенным.

— Почему? – по груди разлилась горечь.

— Потому что в один момент ты стала важнее, чем все остальное, — одними губами произнес Рей и провел пальцами по моему лицу, — чем свобода, чем жизнь, чем я весь и полностью. Если не станет меня, то не станет и Джека, и тогда ты вернешься на свое место, будешь в безопасности, больше никто не сможет причинить тебе боли. Ни Джек, ни я.

Дыхание застыло, будто скованное многовековым льдом. Я обеими руками накрыла ладонь Рея и прижала его холодные пальцы к своей щеке. Глаза мои вмиг округлились, и я смотрела на темного принца сквозь боль. Все-таки Кир был прав тогда. Неправильная любовь заставляла душу кровоточить, и я уже не могла видеть Рея, не могла поверить, что это я сотворила с ним такое... Но ни за что на свете я бы сейчас не отвела взгляд. Как бы ни было тяжело.

— Почему ты замолчала? – с испугом в голосе спросил Рей. – Скажи что-нибудь, Ева.

— Потому что могу повторить твои слова тебе же, и это будет чистая правда, — несокрушимая сила пропитала мой голос. – Не нужна мне безопасность, если рядом не будет тебя.

На последнем слове голос дрогнул, к горлу вдруг подкатил ком, и я прищурилась, пытаясь сдержать слезы, но не вышло. Уголки глаз защекотало. Я смотрела на Рея, а по щекам скатывались горячие капельки чистых, настоящих и живых чувств. Лицо темного принца вмиг скривилось в удивлении и испуге. Рей приоткрыл рот и на мгновение замер, не зная, что делать со мной, а затем вдруг улыбнулся. По-настоящему, неподдельной, доброй улыбкой.

Стоило мне только увидеть это, как слезы потекли с новой силой. Я всхлипнула и прижала ладонь Рея к своим глазам в глупой, почти детской попытке унять слезы, но это тоже не помогло. Да и выглядело, наверное, ужасно странно.

Рей ласково усмехнулся и подался вперед, ко мне. Второй рукой он принялся вытирать слезы, нежно гладить по лицу, и каждое его касание приятным холодком расползалось словно по всему телу. Кажется, Рей шептал что-то успокаивающее, что-то такое, что обычно говорят, когда дуют на ссадины на коленках у маленьких детей, но я не слышала. Прикосновения темного принца говорили намного больше.

Невесомые, аккуратные, бережные.

Наверное, так чувствуется любовь тогда, когда боль отступает.

— Прости, это так глупо, — хныкнула я и рассмеялась, — не понимаю, почему...

— Не извиняйся, — Рей в очередной раз смахнул мне слезы. – Ох, иди сюда уже, — не выдержал он и развел руки.

Я украдкой глянула в глаза Рея и тут же потонула в их ледяных водах. Но только теперь холод отрезвлял, окутывал и убаюкивал, а не пугал своей молчаливой, неизведанной глубиной. В ту же секунду я оказалась в объятиях Рея. Он обвивал меня руками, гладил по волосам и несильно, едва ощутимо прижимал к груди, но этого было так чертовски мало. Я хотела всем телом прильнуть к Рею и чтобы он обнял меня так, чтобы дышать стало бы трудно. Но то ли темный принц все еще был слишком слаб, то ли и он тоже беспокоился о том, как бы случайно не спугнуть этот удивительный миг.

— Плакса, — шепнул Рей мне на ухо.

— Знаю, — пробурчала я и сильнее прижалась к его груди.

Темный принц уложил подбородок на мою макушку и протяжно выдохнул. Его сердце забилось быстрее. Объятия неожиданно стали крепче.

— Когда я с тобой, то чувствую, будто могу все, — сказал Рей медленно.

– Я тоже это чувствую.

Нас окутала терпкая тишина. Это был первый раз, когда Рей обнимал меня, и никто из нас двоих не был в смертельной опасности. Казалось, будто все время мира теперь наше, будто эти объятия будут длиться, пока вселенная снова не схлопнется до размера острия клинка, и ничего не может заставить меня отстраниться. Хотелось молчать. Любой звук мог разрушить веру в бесконечность объятий, поэтому я старалась даже дышать осторожно. Единственное, что я сейчас слышала, это частое биение сердца Рея. Та самая сила, о которой говорил темный принц, разлилась под ребрами и грела изнутри, словно маленькая звезда.

— Ева, послушай, — вдруг заговорил Рей. – Хочу сказать тебе кое-что важное.

— Что?

— Я не позволю себе умереть, — после паузы произнес Рей. – Буду бороться, все силы отдам, только бы остаться рядом с тобой. Раньше мне казалось, будто я защищу тебя, если буду как можно дальше, но... Я больше не стану отталкивать, не могу, не хочу.

Я замерла, не веря своим ушам, а по пустому сознанию продолжали блуждать слова Рея. Его голос был подобен лучу, попавшему в зеркальную ловушку, — отражался и усиливался с каждой секундой. Только я хотела отстраниться, чтоб взглянуть в глаза темного принца, он вдруг поднял голову, осторожно поцеловал меня в макушку и застыл в такой позе на несколько безумно коротких секунд.

— Я помогу тебе, — моя рука поднялась выше, на затылок Рея. – Только позволь мне, и я сделаю все, чтобы ты остался.

— После всего того, что я совершал? — Рей рвано вздохнул. – Ты ведь даже и не знаешь, что мы...

— О, нет, замолчи, — вскрикнула я, подалась вверх и уложила голову Рея на свое плечо. – Послушай меня один раз и запомни. Мне все равно, что делал Кэйдан твоими руками, все равно. Это не ты. Он это не ты. И никто из нас не осмелится судить двенадцатилетнего ребенка, оказавшегося один на один с разгневанным и отвергнутым существом, слышишь?

Темный принц вздрогнул. Я сильнее прижимала его голову к себе, будто хотела разделить все те тяжелые чувства, что отравляли душу Рея. Невозможно спасти человека, который верит в то, что не заслуживает этого, пусть даже надежда на это все еще слабо теплится в его сердце. Но ждать от Рея осознания этого так быстро было бы очень опрометчиво. Такая вина не растворится из-за одних лишь моих слов, и только сам темный принц может отмыть кровь со своих рук, а я лишь буду говорить снова и снова, что это все не его вина.

— Мне кажется, я готов жизнь отдать, лишь бы ты повторила это еще раз, — Рей печально усмехнулся и уткнулся в мою шею.

— Это на самом деле не твоя вина, Рей, — шепнула я, — а свою жизнь оставь при себе. Если хочешь я повторю еще. И еще.

— Спасибо, Ева, — пробурчал Рей. – Скажи, мы можем подняться наверх? Мне так хочется на воздух.

Мартин велел нам оставаться здесь, потому что беспокоился о Темном Драконе, но Кэйдан истощен и спит где-то в глубинах сознания Рея. После мощного колдовства мой Кир не отзывался несколько дней, и это значило, что сейчас нам ничего не угрожает, даже если вдруг Кэйдан по-настоящему сойдет с ума и захочет всех здесь перебить. Все равно у него не выйдет. Даже у таких, как он, – тех, кто уже себя не жалеет – есть свой предел, и я это знала лучше многих. Больше Дракона меня беспокоил сам Рей.

— А ты стоять-то можешь? – отстранилась я. – Выглядишь так, будто тебе нужно поспать еще пару суток. А еще умыться и переодеться. Рей легко ухмыльнулся и осторожно спустил ноги на пол.

— Я привык к такому, — пожал плечами парень как ни в чем ни бывало.

— Отвыкай, — перебила его я и быстро поднялась на ноги.

— Кажется, какой-то мастер печати поработал надо мной, и я больше не ощущаю огня Охотников, — Рей коснулся руками своей груди. – Только это одно заставляет меня чувствовать себя в разы лучше, чем обычно. А то, что прямо сейчас истинная наследница Лилии, последняя надежда Элариона, принцесса Ева наливает для меня воду в таз, делает этот момент почти невозможным.

Рей говорил это шутливым, несерьезным голосом, таким, которого я не слышала никогда. На секунду я замерла. Теперь этот момент перешел в разряд невозможных и для меня. Эта интонация больше напоминала мне вечный и неиссякаемый сарказм директора Блэра, но оказалось, что и темный принц тоже собирался шутить надо мной в перерывах между смертельной опасностью, чудовищной болью и пленом.

Я повернула голову на Рея и натянуто улыбнулась так, чтобы он понял, что сейчас не до шуток. Хотя, конечно, приподнятое настроение Рея обнадеживало меня. После того, как темный принц добрался до нас, лишенный памяти и последних сил, я думала, что еще долго придется приводить его в себя, но все шло не так плохо, как могло бы. Рей был не таким, как близнецы. Братья все еще смотрели на меня с виной и страхом, надежно скрытым за усталым взглядом, Ник и вовсе отказывался говорить со мной первые несколько дней, а Рей... Ему будто было достаточно того, что я здесь, вместе с ним прямо сейчас. Будто он не думал о будущем вовсе, а я укрывала его от прошлого. Так что все, что у нас оставалось, — это мимолетное настоящее, в котором я поставила таз на табурет перед Реем, а он склонился над ним, зачерпнул воду и легким движением омыл все еще болезненно бледное лицо.

— Кстати, кто снял печати с моего тела? – спросил Рей, вытирая лицо воротом своей рубахи.

Я достала из сумки, которую принесла мама, одежду, положила ее рядом с Реем, отошла немного назад и перевела взгляд за спину темного принца, на кровать, где, укутавшись в одеяло с головой, беззвучно спала Нора. Рей проследил за моим взглядом и медленно обернулся.

— Это кто? – его глаза округлились, а голос растаял до шепота. – Мы что, не одни все это время были?

Изумление Рея граничило с приятным, невинным смущением, и я тут же прикрыла рот рукой, чтобы скрыть довольную ухмылку. Наконец бледная кожа темного принца налилась полупрозрачным румянцем, и это сделало его похожим на обыкновенного, живого человека.

— Это что, Нора? – с неподдельным страхом спросил Рей. – Святые Девы, Ева, ты бы хоть сказала, что мы не одни!

— Не волнуйся, она глубоко спит, — я поспешила успокоить Рея, пока из его ушей не пошел пар. – Нора не слышала нас, не бойся.

— Да не боюсь я, — встрепенулся Рей и снова плеснул водой на лицо. – Просто... Не думал, что здесь кто-то есть.

— Прости меня, стоило сказать тебе раньше, — нахмурилась я. – Совсем из головы вылетело.

Конечно, вылетело... Я и сама была так поглощена тем, что Рей рядом, что вовсе забыла про сестру, которая спала мертвым сном на соседней кровати.

— Так значит, она из-за меня без сил осталась, — вздохнул Рей и отвел взгляд.

— О, нет, — глупо замахала руками я, — это из-за того, что она вытащила Роя с того света.

— Который оказался там тоже из-за меня? – нервно хмыкнул темный принц, и я поняла, что разговор снова пошел не туда.

— Скорее, из-за твоего старшего братца, — я скривила губы, — это он ранил Блэра, пока тот защищал меня. Так что, смерть Роя — больше моя вина.

Рей закусил губу взглянул на меня глазами, полными немого понимания. Не отрицания или утешения, а именно неподдельного, истинного понимания. Я улыбнулась и мимолетная боль, которую мне причинили мои же слова, тут же растворилась в глазах Рея.

— Встань перед зеркалом и скажи себе то, что говорила мне, — тихо, но уверено проговорил Рей. – И повторяй, пока, не поверишь.

— Говорила, — хмыкнула я. – Мне стало легче только тогда, когда я услышала, как сердце Блэра снова бьется.

— Тебе так повезло, Ева, — произнес Рей и начал стягивать грязную рубашку. – В один день ты чуть не потеряла их обоих – Роя и Мартина. И оба выжили чудом.

Рей остался без одежды. На его теле было много мелких ссадин, под которыми залегали побелевшие от времени шрамы. Самый большой тянулся с груди вверх по шее и заканчивался за ухом. Я шумно вздохнула и резко отвернулась, но, кажется, Рей нисколько не смущался. Он сдавленно усмехнулся и точно бы что-то выдал, если бы я не подняла руку и жестом не попросила промолчать. Нагое тело беспокоило темного принца гораздо меньше, чем обнаженная душа, поэтому Рей так переживал, что нас мог слышать кто-то еще. Пусть этим кем-то была даже Нора.

— Можешь поворачиваться, я оделся, — со слабо скрываемым удовольствием протянул Рей. – Ты ведь видела меня без одежды, чего так покраснела?

— Те разы, когда ты был ранен и истекал кровью, не считаются! – сдавленно прошипела я.

— Тогда не видела, — задумавшись на секунду, выдал Рей и глупо улыбнулся.

— Это точно не то, чем стоит гордиться, — я скрестила руки на груди. 

Рей осторожно поднялся на ноги и остановился, наверное, пытаясь решить, хорошая ли это была идея. Но не думаю, что что-то сейчас могло остановить темного принца, каменные стены наверняка напоминали ему камеру, а застоявшийся воздух подвала башни был не лучше, чем в темницах дворца.

— Я в порядке, — произнес Рей скорее для себя самого, — идем.

Хотя я и была в сторожевой башне впервые, мне сразу стало понятно, что выхода здесь два – наверх, к балконам, и наружу. Поэтому я уверенно потянула Рея к лестнице, которая оказалась такой длинной, что ей будто не было конца. Мы медленно поднимались по невысоким ступенькам, и каждый новый шаг давался сложнее предыдущего. Я прислушивалась к дыханию Рея, а он иногда оглядывался на меня, чтобы убедиться в том, что я не отстала. И каждый такой взгляд заставлял меня улыбаться.

— Может, хватит? – взмолилась я на очередном витке лестницы. – Здесь есть выход на балкон.

— Не хочешь подняться на самый верх? – шутливо прищурился Рей.

— Если я умру от усталости из-за этой чертовой лестницы, то нет, — сквозь сбивчивое дыхание выговорила я.

— Если хочешь, запрыгивай на спину, — Рей спустился на пару ступенек ко мне. – Я донесу тебя.

— Ага, ты только что кое-как на ноги поднялся, — закивала я. – Мне страшно, что ты сам вот-вот свалишься.

— Ох, Ева, я выносливее, чем ты думаешь, — продолжал подначивать меня темный принц. – Давай, идем наверх.

Я надулась, потому что идти дальше не было никакого желания, но Рей, который стоял на пару ступеней выше, совсем рядом, смотрел прямо мне в глаза и по-детски невинно улыбался. Я вздохнула и только потянулась к двери на балкон, чтобы хоть немного перевести дух, как вдруг темный принц перехватил мою руку и потянул на себя. Один неловкий шаг – и вот мы с Реем несемся вверх по ступенькам. Голос застыл где-то на подходе к горлу, и я просто бежала за парнем и чувствовала, как он крепко держит мою руку и совсем не собирается отпускать.

Откуда вдруг у Рея появились силы, все еще оставалось для меня загадкой. Но если подумать, что этот парень весь противоречит законам этого мира, то все вопросы исчезают сами собой. Рей не был такой, как остальные люди, он не мог колдовать и исцеляться, его истинный хранитель погиб, а в теле запечатан другой не самый дружелюбный дух. Но почему же сейчас темный принц ловко преодолевает ступеньку за ступенькой и так жаждет оказаться на самом верху башни?

Ответ был прост и сложен одновременно. Сегодня все зависело от одного Рея, был только он, башня и моя рука, которую он крепко сжимал в своей ладони. И эта лестница, в конце которой искрилась свобода, была каплей желанного контроля в море из цепей, кандалов и ошейников.

Это осознание пришло в один миг, и я тут же сильнее вцепилась в холодные пальцы Рея и словно с новыми силами помчалась за ним. Я бежала и уже не думала о том, как устала, теперь я представляла, что же почувствую, когда наконец доберусь до самого верхнего балкона башни.

И вот мы оказались перед последней дверью и замерли. Я слышала, как сильно сбилось дыхание Рея, как часто и громко колотится его сердце.

— Открывай, — произнесла я на выдохе и чуть сжала ладонь Рея.

Темный принц быстро взглянул на меня и одним движением распахнул старую дверь. Балкон восточной сторожевой башни выходил на бескрайние снежные холмы. Как оказалось, была глубокая ночь, и сегодня даже луне не нашлось места на высоком небе. Одни лишь яркие звезды мягко и ласково освещали ту замерзшую пустоту, что лежала восточнее твердыни Дракона и Феникса, и выглядело это так, будто мы оказались посреди зеркальной астральной степи. В свежем воздухе уже слабо ощущалось дыхание ранней весны. С этой стороны башни мы были укрыты от ветра, а от самих стен будто исходило чудесное тепло. Печальная пустота была далека и одновременно близка настолько, что можно было протянуть руку и коснуться ее. От этого казалось, будто сейчас мы одни во всей вселенной.

Так близки, и так далеки.

Рей сделал шаг на балкон, и восточный ветер проскользнул по его растрепанным волосам. Темный принц словно прислушался, чуть повернул голову и боязливо улыбнулся. Он понял, что чудовище, монстр, которого он так боялся, спит мертвым сном и вовсе не собирается брать контроль над ним в момент уязвимости. Пахло зимой. Ночью. Одиночеством и невесомой болью, такой, будто мороз щиплет кончики пальцев.

Мне вдруг стало страшно за то, что темный принц растворится в ноябрьском мраке, просто сольется с ним воедино и исчезнет. Вдруг это все не по-настоящему? Вдруг это снова просто душа Рея, а тело, скованное печатями и цепями, недвижимо лежит где-нибудь под замком?

— Не замерзнешь? – спросил Рей с заботой, прервав тревожные мысли. – Я совсем не подумал, что сейчас так поздно.

— Ничего, — я поднесла руку к лицу и сжала ладонь в кулак, — добавим немного тепла.

В глазах уже привычно встали алые искры. Магия потекла от груди к кончикам пальцев, ладонь медленно разжалась, и вот в воздух взвились три язычка пламени. Я взмахнула рукой, а огоньки расплылись по сторонам, окружая нас слабым светом. Стало немного теплее, но от свежести ночного влажного воздуха все еще захватывало дыхание.

Рей поднял глаза и подошел к хлипким перилам. Он склонился вниз, глубоко вдохнул зимний мороз и опустил плечи. Я сделала шаг вперед и замерла рядом, не решаясь снова нарушить звенящую тишину. Рей положил ладони на перила и сжал пальцы так сильно, что побелели суставы. Мне уже было не угадать, что он вдруг ощутил. Воздух вокруг словно потяжелел. Силуэт темного принца на фоне бесконечной ночи выглядел напряженным, совсем не таким, как две минуты назад. В груди защемило. Мы ведь добрались до вершины... Мы там, куда подниматься было запрещено.

— Я ведь правда использовал тебя, — полушепотом наконец сказал Рей. – Все, что угодно, лишь бы выжить, не сойти с ума в заключении, лишь бы выиграть хотя бы шанс...

Темный принц поморщился и отвернулся. Он не ждал ответа. Это было то, что я должна была услышать, то, что ему нужно было рассказать. Последний шанс на самом деле показать, кто же он такой. Мы ведь добрались до вершины, а на вершине, согласно всем законам естества, что-то должно было произойти.

— Та печать, которую я оставил, могла позволить Джеку отыскать тебя, — Рей осекся, — но я даже и не думал об этом. Я столько раз подвергал тебя опасности хуже смертельной, а ты защищала меня вновь и вновь. Дай угадаю, Мартин не запечатал нас только из-за тебя?

Я слабо улыбнулась и накрыла его напряженные пальцы своей ладонью. От моего теплого прикосновения Рей еле заметно дрогнул, но я не собиралась останавливаться сильнее сжала его руку. Пусть продолжает, пусть говорит все, что грузом скопилось на его и без того тяжелой душе. Я точно знаю, что должна с этим сделать. И сделаю.

— Молчишь... — прерывисто выдохнул парень. – Знаешь, Ева, — он вдруг повернулся, и наши взгляды встретились, — я никогда не думал, что кто-то по собственной воле будет касаться меня... Я знал, что обречен в итоге остаться один.

Рей опустил глаза вниз и проскользил болезненным взглядом на нашим сплетенным пальцам. Его руки были ледяные, но не было ничего приятнее, чем чувствовать этот холод. Он был настоящим, а это значило, одно – Рей прямо передо мной, живой и свободный. Пусть его самого это и немного пугало.

— Я прощаю тебя за это, — вторая рука мягко легла на его щеку.

— Ты не должна... – перебил меня темный принц и грустно усмехнулся.

Парень отвел штормовые глаза в сторону, а на его лице застыла неестественная, наполненная печалью, улыбка. Он вглядывался в снежные поля, но словно смотрел в прошлое, и я даже и представить не могу, что он там видел.

— Меня не должно быть здесь, — едва слышно произнес Рей, — как и тебя. Ты ведь рано или поздно поймешь, что я был прав, что я тот, кто все разрушил, что это я тень. Просто заблуждение, ошибка...

— Я так не думаю, — уверенно, но тихо произнесла я и осторожно повернула голову Рея так, чтобы наши глаза вновь встретились.

Он был напуган. Возможно, сильнее, чем когда-либо еще. Обжигающе холодный синевато-белый ореол обрамлял его радужку тусклым свечением, давая понять, что в душе темного принца разразилась настоящая буря.

— Мне страшно...чувствовать, — признался он, и голос его был необычайно низок. – Я не могу, — одними губами пошептал он и склонился ближе. — Знаю, что хочу произнести это, но тогда все станет настоящим. Ты станешь настоящей, и тогда я смогу потерять тебя на самом деле.

Рей прищурился словно от боли и рвано вздохнул. Эти слова дались ему слишком тяжело, они душили и отравляли. Страшно... Как же ему было страшно присвоить то, что его по праву, поверить и наконец сдаться.

Внутри похолодело от предвкушения и ужаса. Я близко. Почти получилось.

— Не отводи взгляд, Рей, — он дрогнул, когда его имя сорвалось с моих губ, — смотри прямо на меня.

Я снова провела ладонью по щеке темного принца и ощутила, как глаза медленно наполнились едва заметным закатным свечением теплой магии.

— Не произноси, — улыбнулась я с горечью, — это вовсе не обязательно.

— Ева... — его дыхание вдруг обожгло лицо, — у меня ведь ничего нет, совсем ничего. Я обещал тебе стараться выжить, но на самом деле у меня ведь нет ни шанса. Что я могу тебе дать?

Он смотрел на меня с мольбой, я тяжелой, давящей тоской в уставшем и вдруг опустевшем взгляде. Что же он просит? Отказаться? Сейчас? Я приоткрыла рот и только хотела что-то сказать, как вдруг Рей отстранился и сбросил мою руку со своей щеки. Его била мелкая дрожь. Я услышала, как от напряжения заскрипели зубы, темный принц опустил голову, точно собираясь сбежать.

Но он так и не отпустил моей руки.

— Я... — начал он, но так и не успел закончить.

— Я здесь, Рей, — громче, чем нужно, сказала я, — и буду здесь, с тобой, до тех пор, пока ты сам в это не поверишь. Я ведь уже настоящая.

Рей тут же вскинул голову сначала к бесконечно темному небу, а затем также резко перевел на меня свой искрящийся взгляд. Удивление и отчаяние отпечаталось на его лице. Наверное, он наконец понял, что я уже его. Что я с самого начала была его. Я почувствовала, как Рей напрягся, но он не отстранился еще сильнее, не сбежал, хотя я знала, как сильно он этого хочет.

— Когда? – тихо спросил он и притянул меня к себе.

Не нужно было других слов, чтобы понять этого вопрос. Он ведь интересовал и меня тоже. Его пальцы вдруг медленно обхватили мои и сжали их так осторожно, будто бы темный принц все еще не верил мне, думал, будто бы я передумаю, уйду.

Я опустила глаза и жадно, стараясь запомнить каждое мгновение, провела взглядом по нашим сцепленным пальцам. Будто зачарованная, полушепотом произнесла:

— Когда обнимала тебя после того, как Мартин и мама запечатали Дракона,

— Это было очень глупо, — горько усмехнулся Рей и вдруг опустил голову, и коснулся моего лба своим, — глупо и смело. Если бы ты тогда испугалась и не бросилась к тому израненному чудовищу, то меня бы здесь не было. Может быть, меня уже не было бы вовсе.

Это жест... Это было нечто большее, чем я могла желать. Не признание и не благодарность, а совсем иное. Это было доверие, которое Рей не мог позволить себе чувствовать слишком долго.

Когда Рей поднял голову, его взгляд переменился. Не было больше того холодного света, он сдался. Мне.

— Скажи, что ты не пожалеешь, — с мольбой в голосе просил темный принц, — пожалуйста, скажи.

— Я никогда не пожалею, что выбрала тебя.

Едва я успела договорить фразу, как его губы коснулись моих – мучительно нежно и будто осторожно, как если бы он все еще не верил, что ему позволено это. Я прикрыла глаза и ответила на поцелуй. И все тут же изменилось. Его руки вдруг ставшие удивительно сильными, сжали меня в отчаянных объятиях так крепко, что перехватило дыхание. Поцелуй стал крепче, и я остро чувствовала каждое движение сухих и горячих губ темного принца.

Все то, что Рей не хотел говорить, вдруг обрело форму. Я точно, будто вживую видела каждое невыраженное слово, каждое спрятанное, запрещенное чувство. Они запеклись на моих губах.

Рей отстранился лишь на мгновение, не отпуская меня даже на сантиметр. Его грудь широко вздымалась, взгляд торопливо бегал то по моим глазам, изредка касаясь губ. Рею нужно было запомнить, оставить этот удивительный и почти невероятный миг в памяти, вырезать картину сегодняшней ночи в сердце, которое вдруг снова впустило в себя надежду.

Я почувствовала, как его рука поднялась, проскольнула к моему лицу. Большим пальцем Рей провел по скуле, невесомо, едва касаясь, как если бы боялся, что я исчезну от этого. Я будто была слишком хрупка для него. Мое же сердце билось так сильно, что уверена, Рей слышал его.

— Ты не должна выбирать меня, — хриплый голос Рея звучал надломлено, но в нем чувствовалась странная, болезненная нежность.

На дне его штормовых глаз, полных вечного льда, я наконец рассмотрела уязвимость, которая так пугала самого темного принца.

— Хорошо, что это не тебе решать, — прошептала я ему в губы, и Рей вновь опустил голову и с ухмылкой коснулся моих губ.

На этот раз не было места прежней сдержанности. Я запустила пальцы в волосы Рея и надеялась, что этот миг никогда не кончится. Не хочу больше расставаться, даже на секунду не хочу. Мне нужен только Рей целиком и полностью. Его душа, его тело – все мое.

— Когда?.. – дыхание сбилось, но я все равно подняла взгляд на Рея, мне нужно было это знать.

Темный принц чуть замешкался, снова погладил меня по щеке, а затем мягко улыбнулся и с облегчением произнес:

— Когда ты принесла аптечку и наклеила мне на лоб пару пластырей вместо того, чтоб бежать прочь.

Я улыбнулась и тихо рассмеялась. Рей возмущенно вдохнул, но будто передумав что-либо говорить, прижал меня к своей груди, уткнулся лицом в макушку и тоже залился настоящим, ничуть не печальным смехом. Пусть это продлится всего пару мгновений, и как только я снова взгляну в глаза Рея, то увижу молчаливую тень страха, но сейчас темный принц был счастлив. Этого пока вполне достаточно.

— Давай дождемся рассвета, — прошептал Рей мне на ухо, и дыхание снова обожгло кожу, — побудешь со мной, пока не закончится ночь?

— Рассвет ничего не изменит, — пообещала я тихо. – Когда встанет солнце, я буду здесь, с тобой. Не исчезну.

Рей едва ощутимо дрогнул и глубже зарылся в мои волосы. Его прерывистое дыхание щекотало шею, и стало так спокойно, будто я вновь обрела дом. Темный принц на мгновение замер, сердце его, кажется, пропустило удар, и он вдруг произнес боязливо, так тихо, что бескрайней ночи не досталось ни звука:

— Ты даже и не представляешь, что это значит для такого, как я. Спасибо, Ева.