Загляни в мои глаза

Кэйдан довольно ухмылялся, старательно игнорируя презрительные взгляды и брезгливые прикосновения Вейлина. Симуран осмотрел печати Дракона и с глубокой задумчивостью на лице принялся вычерчивать в воздухе, казалось бы, случайный набор рун, словно подбирая необходимую комбинацию. Второй рукой он едва касался синеватой кожи пленника, и символы, что крепко отпечатались на ней, загорались, отражаясь на лице Кэя вспышками боли. Но привыкший к этому Дракон продолжал ухмыляться и терпеливо ждать, пока волк закончит свое дело.

– Вейлин, сначала сними дрянь, что блокирует мою связь с Киром, – попросила я, не решаясь подойти ближе, чем на пять шагов. – Вдруг он поможет.

– А ты сразу не могла сказать, что тут и такое есть? – вздохнул волк, хмуря брови.

– А ты, прославленный мастер печатей, не почуял что ли? – оскалился Дракон. – Какой-то ты хиленький Симуран. Те, что я знал, были поспособнее.

– Умолкни, – повысил голос Вейлин, прикладывая руку к стене.

Ни один мускул на лице волка не дрогнул, когда восемь строк рунных предложений, соединяющихся в самом центре потолка, распались серебристыми осколками и с треском посыпались на каменный пол. Я инстинктивно прикрыла голову и снова вжалась в стену. Черт, мне не терпится выбраться отсюда, и если это вскоре не произойдёт, то от нескончаемого напряжения я поседею в свои восемнадцать.

– Не представляешь, как я переживал, – прохрипел вдруг голос в голове. – Я пытался докричаться до тебя, но не выходило.

– Кир! – вскрикнула я так, что Симуран и Дракон на меня синхронно обернулись.

– Привет чешуйчатому брату, – ядовито протянул Кэй. – И не мешайте волчонку ради своего же блага.

Тепло разлилось по грудной клетке, и от этого непередаваемого ощущения стало в разы легче. Я больше не чувствовала себя беспомощной, но сила Кира принесла с собой звонкие аккорды его собственной скорби, которую Алый Дракон испытывал, гладя на изувеченного и измученного Темного.

– На теле триада мощных печатей, – начал говорить Вейлин, возвращаясь к Кэйдану, – Печати Трех Врат. Одна не позволяет тебе двигаться, вторая держит дух внутри тела, а третья блокирует магию, и она самая хрупкая. Если я сниму первую, то третья сразу же сломается, и сдерживать Дракона снова будет только Рей.

– Я в курсе, волчонок, – закатил глаза Кэй, – снимай самую мерзкую, а дальше я сам. Тем более, мальчишка уже и не собирается мне противиться.

– Не позволю тебе вырваться, – спокойно заявил Вейлин, наблюдая за тем, как ярость зарождается на лице Дракона. – Я знаю одно заклинание, которое позволит нам держать тебя на цепи еще много лет, Кэй, – волк самодовольно ухмыльнулся, обнажая клыки и делая акцент на имени Дракона. – Это магия принадлежала последнему Симурану, и никто, кроме нас, не может ее использовать. Печать Восьми Шипов, слыхал про такую, змей?

Глаза Кэйдана расширились и, налившись кровью, вспыхнули яркими огнями. Скалясь, словно подбитый зверь, Дракон с испепеляющей ненавистью смотрел на Симурана, силясь подняться на ноги, но каждая такая попытка заставляла руны на его теле мигать и дымиться. Жар снова обжигающей волной прокатился по камере. И запахло гарью.

– Ты не посмеешь... – срывающимся голосом рычал разгневанный дух. – Слышишь, Симуран, не посмеешь!

– Помешай мне.

– Я уничтожу тебя и всех, кто тебе дорог, клянусь! – ощутимая кожей ярость исходила от Кэя. – Знаешь же, что не сможешь держать меня вечно.

– Поспорим, змей?

Дыхание Дракона участилось. Метая ожесточившийся взгляд из стороны в сторону, он замотал головой, будто пытаясь смахнуть напавшее наваждение. Сдавленный рык исходил из самой груди чудовища, и дрожь пробила каждую клеточку моего тела. Вейлин же с довольным лицом наблюдал за агонией Кэйдана, и ему это приносило невероятное наслаждение.

– Ева! – вскрикнул Дракон. – Ты ведь ему не позволишь?! Вы не можете со мной так поступить. Я не хочу опять боли, пожалуйста, останови его, останови, я говорю! Умоляю, не надо боли. Только не снова...

– Эй, Ева, – голос Кира заглушил мольбы Темного, – держи себя в руках, хорошо? Не слушай его. Кэй скажет все что угодно, лишь бы снова не оказаться запечатанным, он будет клясться, но обещаний не сдержит. Вейлин создаст особое подпространство внутри души Рея, и Дракон не сможет даже говорить с твоим другом. Так мы спасем Рея.

Я глядела в глаза Темного дракона и видела лишь отчаяние и ужас. Слушая такие жестокие, лишенные хоть капли сочувствия слова моего Кираэля, я не могла его узнать. Он чувствовал скорбь, глядя на Темного Дракона, которого охватило отчаяние и безумная жажда мести. А сейчас он абсолютно беспристрастно обрекал Темного на новые муки. И больше всего на свете Кэйдан боялся боли.

– Я... не могу, – прошептала я, глядя прямо на Дракона. – Если мне нужно выбирать между тобой и Реем, я выберу его.

– Как же я вас всех ненавижу... – взревел Кэй. – Хоть тысячу раз назови себя Лилией, все равно ты тот же Лотос! Люди одинаковые. И я не прощу тебя, Ева, слышишь? Я все равно вырвусь из очередной темницы, и тогда все, что тебе дорого, обернется пеплом! Лучше пусть Симуран сразу прикончит меня, пока может... Другого шанса не будет, ведь в следующую нашу встречу, я вырву его сердце!

«Мне нужен Рей, а не твое прощение, Дракон. Угрозы – всего лишь слова», – эхом пронеслось в голове.

Кэйдан из последних сил поднял кулак и ударил по скользкому полу так, что уже в следующий момент под ослабевшей ладонью разлилась небольшая кровавая лужица. И как бы я не пыталась разглядеть того монстра, которого так яростно описывали все вокруг, так и не смогла этого сделать. Передо мной был брошенный, преданный дух, которого больше некому защитить.

Все снова обернулось туманом. Образы перед глазами расплывались, а решения все никак не принимались. Не понимаю, как я до сих пор выдерживаю то, что происходит. Вокруг безумие. Сейчас даже Кир показался мне чужим. Нет, он все еще был на моей стороне и защищал меня от потенциальной опасности. Но всегда ли нарисованные кистью чужих слов образы совпадают с реальностью?

Я не верила, что Дракон безумен. Хотела уничтожить его ради Рея. И при этом душа моя кричала, что он нуждается в спасении. Вся жизнь – погоня за зовом сердца, и я ему верю. Что вся ответственность за мои действия останется только на моих плечах. И от этого принимать решение было неимоверно страшно, что-то внутри головы словно снова затормозило, душа окуталось непробиваемой броней, и так потяжелела, что я слабо застонала.

В следующий миг, только почувствовав, как тело потихоньку оттаивает, я сделала неуверенный шаг к Дракону, что тряпичной куклой сидел у стены и омертвевшим взглядом смотрел в пустоту. Вейлин недовольно зафырчал, но останавливать меня не стал. Сложив руки на груди, Симуран лишь наблюдал за дальнейшим развитием событий и тихо предупредил меня:

– Он, может, и не убьет тебя, но покалечит – запросто.

Кэйдан промолчал, даже и не взглянув на волка. Дракон уже давно смирился с тем, что ему не доверяли, считая безумцем, чудовищем, недостойным даже понимания и сочувствия. Его лишь била мелкая дрожь от страха новых пыток, что следовали за духом по пятам с тех самых пор, как Джек отверг его.

– Отойди, – прошептал Кэйдан, как только я присела около него, – а то как брошусь, как сломаю тебе позвоночник. Или глазенки твои красивые вырву. Или язык. Еще предложения?

На кончиках пальцев заплясала магия. Осторожно взяв Дракона за раненую руку, я снова почувствовала смертельный холод, который вдруг сменил собой неистовый жар.

– Есть у меня одно предложение, – я ласково провела по напряженной ладони Дракона, а искры магии осели на окровавленной коже, заживляя ссадины. – Я буду защищать тебя. Хочешь?

Оторопев от моих слов, Кэйдан с трудом вскинул голову и с искренним непониманием уставился на меня. В его искрящихся от разрядов боли глазах я видела только лишь ужас.

– Себя сначала научись защищать... – проворчал Вейлин.

– Ева, ты что такое говоришь? – вклинился Кир. – Тебя надо от него защищать!

– Ты с ума сошла, принцесса? – недоверчиво пробурчал Темный Дракон. – Кираэль уже в ужасе от твоего поведения?

– В ужасе, – согласилась я, пытаясь заглушить протесты Кира. – Но мы больше никому не скажем о нашем договоре. Даже Рею. И ты оставишь его в покое, а взамен мы не станем запечатывать тебя внутри его сознания.

– И ты позволишь мне убить Джека, – ухмыльнулся Кэйдан.

– Но больше никого, – отрезала я. – Тебе можно верить?

– Нет! – в один голос вскрикнули Вейлин и Кир и инстинкт самосохранения.

– Мне нечего терять, принцесса Ева, – пожал плечами Темный. – И я бы на твоем месте так не поступал, но мне уже понятно, что большим умом ты не отличаешься, поэтому предлагаю вот что...

Кэйдан протянул мне руку вверх запястьем и выжидающе посмотрел прямо в глаза. Теперь взгляд его успокоился, а защитная ухмылка снова вспыхнула на бледном лице. Я непонимающе глянула на Дракона, как вдруг недовольно заговорил Кир:

– Возьми его за руку, а дальше я сам. Обещал же, всегда буду на твоей стороне.

Я чуть кивнула и последовала указаниям Кираэля. Ладонь еле ощутимо защипало, и в ту же секунду на запястье Дракона возник небольшой рисунок, до боли в груди напоминающий печать, что связывала меня и Рея. Только теперь это была Лилия.

– Печать де Лагар на хранителе главы династии Альбоэр, – иронично протянул Кэйдан, – как забавно. Теперь сможешь отыскать меня, когда захочешь. Ну что ж, одной печатью больше, другой меньше.

– Мы договорились, Кэйдан? – осторожно спросила я. – Мой поступок противоречит здравому смыслу, но я чувствую, что это правильно. И все последствия будут на моей совести. Постарайся не сделать так, чтобы я до конца жизни мучилась чувством вины, хорошо?

– Доброе сердце – это самая большая твоя беда, принцесса Ева, – поджал губы Кэй. – Оно, наверное, такое тяжелое.

– Обещай.

– Обещаю, – сталь сверкнула в рубиновых глазах. – И ты веришь моим клятвам? – прищурившись, уточнил Дракон.

– Верю, – уверенно заявила я, хотя внутри все похолодело от ужаса.

– Единственная во всех мирах, – уже знакомо печально ухмыльнулся Дракон.

Я отпустила запястье хранителя и быстро встала. К Дракону снова подошел Вейлин, а на лице его до сих пор красовалась довольная полуулыбка. Это успело меня насторожить и только. В следующее же мгновение волк прижал ладонь ко лбу Кэйдана, и тот взвыл так, что остановилось сердце. Его рык был наполнен животным ужасом и вызывал неконтролируемую волну первобытного страха, подобно противопожарным сиренам, воющим прямо над ухом.

Не понимая, что происходит, я кинулась к Вейлину, но тот, будто ожидая этого, вытянул свободную руку назад, и я тут же отлетела к самой стене. Магия вихрями металась вокруг волка, а руны на теле извивающегося Дракона то вспыхивали яркими огнями, то снова затухали, тая невесомым дымом.

– Что ты делаешь?! – взвизгнула я, пытаясь перекричать Дракона. – Вейлин!

– Это ты ему глупых обещаний надавала, а я не я, – тяжело выговорил Симуран, вжимая тело Рея в стену. – Глупая принцесса, наверное, позабыла один факт. Джек подчинил его снова! И он не может обещать тебе не следовать его приказам, потому что не будет контролировать себя.

Крики Дракона перешли на прерывистые хрипы. Алые огни во взгляде потухли и стали словно матовая стекляшка. Кэйдан силился повернуть голову набок, чтобы посмотреть на меня, но каждую такую попытку Симуран грубо пресекал. На губах Дракона танцевало мое имя. От обиды и вновь нахлынувшего бессилия я рухнула на колени, а по лицу потекли слезы. И Кир предательски молчал, даже и не думая вмешиваться. Он просто хотел меня защитить, несмотря на все остальное. Я понимала, но принять не могла.

– Не позволяй... – задыхаясь, просил Дракон. – Ева, пожалуйста, останови это!

Я зажала рот руками и не могла даже пошевелиться. Вейлин был прав. Я совсем сбросила Джека со счетов, и если он действительно вернул контроль, то единственный путь – запечатать Дракона. Это слишком жестоко, но другого выхода я не видела. Все-таки единицы несравнимы с сотнями. И кто-то должен страдать.

– Прости, – одними губами проговорила я, жмурясь в бессильном порыве. – Прости!

И вдруг Дракон снова разразился животным криком, который оглушал меня и заставлял обхватывать голову руками так сильно, как только могла. Вспышка света, и Вейлина откинуло на несколько шагов назад. Симуран упал на спину и, тяжело вздохнув, раскинул руки в стороны. Голова Рея обессиленно упала на грудь, а сам парень, скатившись на бок, рухнул на каменный пол.

Я не знала, к кому броситься первой и, до скрипа стиснув зубы, наблюдала за тем, как волк осторожно поднимается и вытирает кровь, что от сложной магии пошла из носа и алых глаз. Симуран, хмурясь, перевел волнительный взгляд на меня и тихо спросил:

– Уже ненавидишь меня?

Раскрыв рот, я смотрела на волка и не понимала, что за чудовищный ритм отбивает мое настрадавшееся за последнее время сердце. Я будто не знала, что чувствовать.

– Я всего лишь спас Рея, – сухо заявил Вейлин, – брата моей Ады, невинного мальчишку, чью душу много лет терзало чудовище. А монстра я наказал. За все, что он сделал, и за то, что еще сделает. За смерть Гвен. Заслужил.

Слезы снова потекли по щекам, и я хотела что-то выкрикнуть, хотя еще сама не решила, что именно. Слова просто застряли где-то в горле, отдаваясь по груди слабой вибрацией. Как вдруг Рей зашевелился и, сдавленно хрипя, поднял на нас свои голубые глаза, которые теперь снова напоминали мне штормовое небо.

– Привет, парень, – довольно протянул Вейлин. – Как себя чувствуешь?

– Где он? – непонимающе протянул Рей. – Где монстр?

– Боже... – меня передернуло от нахлынувшей радости, и я вмиг забыла о Драконе. – Рей, ты в порядке?

– Кажется...

Плюнув на все приличия, я вскочила и, сделав пару быстрых шагов, рухнула прямо перед Реем. Сквозь пелену слез я молча смотрела на него и чувствовала, что больше подобных потрясений не вынесу. Бумажный лист мира скомкали в плотный комок, и все мои чувства так спутались, что разобраться в них я не могла. Что-то горело в груди, пожаром разливаясь по всему телу, но что именно – непонятно.

– Ева? – дрожащим голосом звал меня Рей. – Что произошло? Это кто вообще такой? – тише спросил он, кивая в сторону Вейлина.

– Симуран я, – устало буркнул дух. – Принцесса притащила меня сюда, чтобы я помог ей с печатями. Но что-то мне подсказывает, что она не в восторге от этого.

– Ева? – Рей протянул ко мне руку и осторожно провел по лицу. – Вы его уничтожили? Не молчи, ты меня пугаешь.

– Пугаю?! – вскрикнула я, заливаясь слезами. – Я от ужаса чуть не умерла, когда ты позволил Дракону говорить со мной! Ты ведь специально! Чтобы я все-таки убила вас обоих, да?!

Рей закусил губу и со стыдом отвел глаза в сторону.

– Я использовал последний шанс, – на выдохе проговорил парень. – Я не хотел, чтобы он довел тебя до такого состояния, но у меня выбора не было. Ты слишком упряма. Что он наговорил тебе, Ева? Я... понимаю, какими ужасающими могут быть его слова. Угрозы, проклятия, печень, позвоночник и дальше по списку, я теперь вовсе его не чувствую, будто его нет. Даже боль прошла.

– Ага, если бы ты сейчас чувствовал то же, что и он, то молил бы о смерти, – довольный своей работой Вейлин поднялся на ноги. – Спасибо потом скажешь, а сейчас будем выбираться. Ты как, нормально соображаешь, парень? Ева в шоке, ей сейчас сложно трезво мыслить.

– Говори, – твердо отозвался Рей.

– Я не использовал портал, когда попал сюда. Я напрямую связался с инисом Евы и просто материализовался в нужном месте. Вам же придется открывать портал, но не отсюда. Стены этого подземелья зачарованы, – Вейлин с надеждой глянул на меня, пытаясь уловить хоть отражение понимания на лице. – Эту иллюзию наложил ведьмак, снять ее я не могу, но мы знаем, что грубой силы будет достаточно. Призывай Кираэля, Ева, и он о вас позаботится.

– Не могу... – скулила я, утирая все никак не прекращающиеся слезы. – Ноги будто ватные, совсем не держат.

– Тише, – Рей вдруг притянул меня к себе и уложил на грудь. – Все ведь нормально, чудовище не вырвется, а с помощью Алого мы быстро выберемся и уже скоро ты будешь в безопасности. Прости меня, Ева. Я сожалею о том, что тебе пришлось пережить такое из-за меня. Ты сильная. Я знаю это.

От такой перемены в настроении Рея мне стало тошно. Еще совсем недавно он умолял меня лишить его жизни, а теперь чуть дыша заявляет, что все будет хорошо, и обнимает меня, пытаясь унять дрожь, что никак не отступала. Я не могла поверить, что все прошло.

– Он так кричал, – пробормотала я, прижимаясь к темному принцу. – Рей, он страдает, ему страшно, и ярость поглощает Дракона изнутри. Он не монстр. Его самого нужно спасать!

– Милая Ева, какая же ты наивная, – парень ласково провел по моим волосам, а затем еще крепче прижал меня к себе. – Он манипулировал тобой. Дракон – искусный лжец, который скажет то, что ты хочешь услышать. У тебя ведь на лице написано, что доброте твоей нет предела, и вот это – твоя слабость.

– Но ведь ему правда больно! – шептала я, пытаясь унять бурю в сердце. – Я видела его глаза, и ничего, кроме ужаса и ярости, в них не было.

– Вот именно, – вклинился волк. – Ничего.

– Он творил ужасные вещи, Ева, – Рей осторожно поднял мою голову и заглянул в глаза. – И продолжит это делать, если его не остановить. И поверь, это не конец.

В эту секунду я поняла, что получила то, чего так жгуче желала несколько последние сутки. В грозовых глазах Рея, таких прозрачных и чистых, покрасневших и усталых, больше не было боли. Они смотрели на меня с упоением. Быстро мечась от одной черты лица к другой, Рей рассматривал меня трепетно и тепло. Его потрескавшиеся губы изогнулись в слабой улыбке, ради которой я была готова отдать что угодно. Но два алых огня, трагично пылающие страхом и болью, все никак не отпускали мои мысли. Я чувствовала себя виноватой и ничего не могла с этим поделать.

– Я буду с вами, – мягко произнес Вейлин. – Рей, владеешь клинком?

Парень быстро кивнул, а волк материализовал свой меч и протянул его Рею.

– У меня есть магия, у тебя нет, – хмыкнул волк. – Тебе нужнее. Ева, очень прошу приходи в себя, хватит слезы пускать. Нужно убираться отсюда. Поднимайтесь.

Вейлин протянул руку сначала Рею, а затем и мне. И как бы я не презирала волка за его поступок, но что-то внутри настойчиво повторяло и повторяло, что Симуран принял это решение, считая его единственным правильным. И далось ему это не так легко, как казалось с первого взгляда. Волк выглядел истощенным. Его длинные пальцы посинели и непослушно дрожали, а багровые глаза в полумраке камеры казались теперь и вовсе черными. Но Симуран продолжал держаться уверенно и изо всех сил не показывал своей слабости.

Как только я встала с каменного пола, волк отвернулся и принялся ощупывать стену. Темный принц же, опираясь на клинок хранителя, разминал шею, плечи и ноги. И вдруг меч, процарапав толстую полосу, с жутким скрежетом соскользнул, а Рей, не устояв, пошатнулся и начал падать.

– Стоять! – стиснув зубы, вскрикнул Вейлин, хватая его за предплечье. – Тебя ноги не держат, парень?

– Какой быстрый, – выпучив глаза, проворчал Рей. – Посиди полгода без движения, я посмотрю на тебя.

Когда же парень снова крепко стоял на ногах. Вейлин в очередной раз вздохнул и с видом бывалого солдата произнес:

– Значит, план меняется. Отдай мне меч. Ева, бери Рея под руку, а то потеряем по дороге, обидно будет. Держитесь за моей спиной и не отставайте.

– Я не собираюсь быть бесполезной, – злоба сверкнула в моих красных от слез глазах, а магия закружилась в воздухе. – Можешь рассчитывать на меня.

Слезы все еще не останавливались и упрямо стекали по щекам. Сделать с этим я ничего могла и уже просто не обращала внимания. В груди вспыхнула магия, и я тонкими пальцами крепко сжала белоснежную рукоять волшебного клинка моего отца. Рей восхищенно ухмыльнулся и, стараясь держаться на ногах, подошел ко мне вплотную.

– Всегда знал, что ты сильная, – прошептал он мне на ухо, и от этого ярость бешеным пламенем разгорелась в моем сердце. Думаю, так действует адреналин. Бей или беги.

Сильная. Недостаточно, чтобы помочь тем, кто в этом отчаянно нуждается. Значит слабая. Рей ждал меня много месяцев, мучаясь от бессилия и боли. И он молчал, а я боялась подпускать любые мысли о нем близко к сердцу. И теперь этот Дракон, которому я обещала защиту. История словно сделала замысловатый винт. Но эти обжигающие мысли я снова прятала в самые пыльные уголки разума. Прошлое ничему меня не научило.

– Готовы? – перекидывая меч в рабочую руку, ухмыльнулся Вейлин.

– Да, – в один голос отозвались мы, и я, вцепившись как можно сильнее, взяла темного принца под руку.

– Аду вытащил и вас вытащу, – еле слышно прошептал Симуран, наверное, больше для себя.

Вмиг стало трудно дышать. Магия уплотнилась вокруг Вейлина, вихрями вырываясь из его тела. В следующий миг под ладонью волка вспыхнул небольшой плотный шар энергии, которым он тут же ударил по стене. Руны на камнях в последний раз сверкнули магическим светом и пеплом посыпались нам на голову. Симуран закашлялся, закрывая рот рукавом и вытирая им же кровь. Криво улыбаясь, волк еще раз ударил по стене, и теперь она рассыпалась на мелкие камни, открывая выход в узкий коридор, освещённый факелами и парящими сферами. Грохот оглушал. И я была уверена, что сейчас сюда сбегутся абсолютно все охранники.

И предчувствие меня не подвело. Только мы перелезли через груду камней, как слева послышались быстрые тяжелые шаги. Вдалеке светились огни летающих сфер, сверкали доспехи и клинки. Но стража была еще далеко, и я решила не тратить время зря.

– Заклинание печати – Стеклянная стена! – уверенно произнесла я, призывая руны, что прочно засели в сознании после первой встречи с Вейлином.

Резкий порыв колдовского ветра заставил меня раскрыть рот в попытке вздохнуть. Рей закрыл лицо рукой, а Вейлин глухо выругался и вмиг оказался за моей спиной. Подняв камень, он швырнул его в сторону моей печати и, когда тот отскочил, довольно хмыкнул.

– Хорошо, что нам не в эту сторону, – тихо проговорил волк. – Надеюсь, что не в эту.

Вейлин быстро зашагал по коридору, иногда оглядываясь на нас, но никогда не смотря по сторонам. Это была тюрьма. И только камера Рея не имела выхода. А остальные помещения закрывались решетками с тяжелыми замками, напоминающие лиртийские амбарные. Внутри висело по одной светящейся сфере, но этого было недостаточно для того, чтобы увидеть больше, чем просто темный силуэт.

– Ева, нам нужен Кир, иначе мы не выберемся, – напомнил Симуран, в очередной раз оглядываясь. – Скажи, пусть будет осторожен, иначе все подземелье рухнет нам на голову.

– Понял, – тут же отозвался Дракон. – Отпусти Рея на секундочку.

Осторожно сняв руку парня со своего плеча, я напряглась, и мой кулон вспыхнул, чуть обжигая грудь. Жар разлился по телу, дыхание перехватило всего на мгновение, и уже в следующую секунду изящный образ Алого Дракона возник позади Вейлина и, извиваясь подобно порыву весеннего ветра, ринулся вперед, терзая пространство оглушительным рыком. Из камер начали доноситься испуганные крики, да и я сама не сдержалась и что-то пробормотала, в очередной раз восхищаясь силой Кираэля. Он оставлял после себя искрящуюся магией пыль, что трепетно оседала на влажные стены, и от этого они чуть заметно светились всеми цветами утренней зари.

– Идем, – прикрикнул Вейлин, хватая меня за руку. – Ай, горячо! – взвыл Симуран дергаясь и инстинктивно прижимая пальцы к шее. – Так, парень, держись пока за меня. Еве нужно остыть.

Кожа моя действительно словно пылала, но я и подумать не могла, что она настолько горячая. Тряхнув руками, я быстро зашагала вперед, а Вейлин схватил Рея под локоть и ринулся за мной. В груди клокотало от волнения, которое я старательно утрамбовывала в плотный комок и гнала прочь, но мерзкое предчувствие никак меня не оставляло. Я была уверена, что с секунды на секунду из темноты коридора возникнет Джек или Эрнест, и битву с ними мы точно проиграем.

И сердце дрогнуло, когда вдалеке вновь загремели латы. Я остановилась, крепче сжимая меч в обеих руках и принимая боевую стойку. Вейлин тихо зарычал.

– Мне повезло успеть первым, – высокий мужской голос неприятно резанул по ушам. – Здравствуй, Ева.

Из полумрака уверенными шагами к нам направлялся мужчина, закованный в серую, почти матовую броню. Темно-синий плащ парил за спиной, а на груди слабо переливались воздушные линии, складывающиеся в очертания Лотоса. Удлиненные, острые черты лица делали мужчину похожим на хищника, а отчетливые тени только подчеркивали это. Блеклые отблески факелов пятнами блестели в его льняных густых волосах. И несмотря на полумрак, я отчетливо видела его полупрозрачные серо-голубые глаза.

– Я полковник королевской гвардии Мора, – с застывшим лицом серьезно проговорил мужчина. – Сдавайся, иначе тебе будет больно, а мне придется чистить латы от крови.

– Если только от своей! – прорычала я, бросаясь на Хенрика. – Прочь с моего пути!

Вейлин что-то крикнул мне в след, но я уже его не слышала. Ярость обуяла меня. И как только наши мечи схлестнулись, чудовищная магическая волна прокатилась по коридору. Кулон снова запылал, а глаза застлала алая пелена. Я обхватывала рукоять двумя руками так крепко, как только могла, а Мора держал свой небольшой клинок в правой руке и, только лишь хмуря брови, с усмешкой смотрел на меня.

– Давно я тебя ищу, принцесса, – поджимая губы, прошептал он прямо мне в лицо. – Потанцуем?

Мужчина с силой надавил на клинок и, крутанув его, сбросил мой меч, и я отскочила в сторону. Быстрые шаги сзади, и вот уже рядом стоял Вейлин. Скалясь подобно зверю, Симуран с гневом взглянул на меня, будто говоря: «Куда ты лезешь, дура?»

– Двое против одного? – хмыкнул полковник, прищуриваясь. – Может, тогда у вас хоть шанс будет.

Вейлин, стараясь отвести от меня атаку, первым бросился на Хенрика, но тот, продолжая держать горделивый стан и ледяное спокойствие на лице, легко махнул рукой, и ударная волна сбила волка с ног. Тот кубарем покатился по каменному полу и остановился прямо у ног Рея.

– А вы, господин принц, сегодня же вернетесь в свою камеру, – пообещал полковник.

– Еще чего, – хмыкнула я и атаковала мужчину.

В своих ударах я воплощала все то, чему меня успел обучить Рой. Его стиль изматывал противника с самого начала и добивал несколькими мощными атаками под конец. Так действовала и я. Череда быстрых и не очень сильных ударов посыпалась на самоуверенного полковника со всех сторон. Он защищался, выжидающе глядя на меня, и пытаясь понять, к чему ему стоит готовиться.

– Интересно, чего ты стоишь, наследница Даана, – неприятная ухмылка расползлась на его сухих губах.

– Сейчас проверим, – тяжело дыша, нервно ответила я.

Продолжая череду атак, я перебросила меч в правую руку, а под освободившимися пальцами начала уплотняться незаметная глазу магия. Уже в следующее мгновение фарфоровая маска безразличия на лице Моры треснула, как и, наверное, его ребра. Энергетический шар полетел прямо ему в грудь, и мужчина, взмахнув клинком, успел задеть меня по предплечью левой руки. Я слышала, как его латы смялись при столкновении со стеной, и это заставило меня улыбаться. Хотя боль медленно разливалась по раненной конечности, но я почувствовала это не сразу.

– Хорошо, девочка, – хмуро прорычал полковник, – для ребенка.

Мужчина тяжело дышал, а его светлые волосы залила кровь. Кажется, он крепко приложился затылком, но сдаваться даже не собирался. Когда он начал подниматься на ноги, я вдруг поняла, что левой рукой меч сжать больше не могу. Поэтому я как можно сильнее сжала пальцы правой. Магия забурлила в венах, но и Хенрик не планировал останавливаться на ближнем бою. Перед ним вспыхнула одна единственная руна, и мощный поток раскалённого воздуха ударил в лицо. Я зажмурилась и, повинуясь, инстинктам, уклонилась. И в то место, где только что была моя голова, ударил белый магический шар, а стена за мной вдруг покрылась инеем.

Я поняла, что не успеваю парировать следующую атаку и снова отпрыгнула в сторону. Но мужчина был быстрее. Скрежет металла раздался прямо над головой, и цепкая рука Вейлина, впившись в мою рубашку, быстро отшвырнула меня назад. Собрав на своем пути все камни, я рухнула прямо на колени подоспевшего Рея. Ссадины алыми пятнами расползлись по коленям, локтям, плечам и левому боку. С раненной руки каплями стекала алая кровь. Я глядела на нее зачарованно и еще некоторое время не осознавала, что это моя собственная конечность. Звуки боя вывели меня из транса, и я пережала рану, вручив клинок Рею.

– Ты ведь можешь лечить себя? – выпалил парень с волнением. – Лечи!

– Мне больно, – закряхтела я, в панике сильнее надавливая на рану. – Вот черт!

– На меня смотри, – жутко серьезно скомандовал Рей. – Расслабь правую руку и пусти сквозь нее это лечебное заклинание.

Парень быстро схватил острый камень и начертил на полу три старшие руны. Я их знала, но использовать вместе никогда не пыталась. Сконцентрировавшись на колдовстве, я призвала нужные символы и отпечатала их на ладони здоровой руки. И стоило мне только направить каплю магии в это место, как рану зажгло от мощного колдовства. Буквально через несколько болезненных секунд рана затянулась, оставляя после себя твердую корку.

– Вот это да, – выпучила глаза я и попробовала сжать левую ладонь в кулак. Получилось.

– Берегись! – вскрикнул Рей, резко разворачивая меня, добавляя тем самым еще пару ссадин. – Дьявол...

Каменный пол вскрылся прямо перед нами. Повинуясь ударной волне, в нас полетели булыжники. В воздух взмыла плотная пыль. Мы с Реем отлетели на несколько шагов назад, и от удара головой перед глазами все поплыло, а в ушах противно запищало. Как бы я не прислушивалась, как бы не напрягалась, но так и не могла услышать звуки боя. Металлический скрежет затих, но его место занял звон покореженных лат и глухие, хромающие шаги полковника Моры.

– Если ранить хранителя, то он вернется к хозяину. И как я понял, это не ваш дух. Детишки остались без защиты, какая беда.

Я с трудом разлепила глаза. Рей оказался отброшен к соседней камере и лежал на боку, лбом утыкаясь в толстую решетку. Я же, к своему счастью, все еще сжимала в руке клинок. Отползая назад, я только и могла, что видеть наполненные ледяным блеском глаза Хенрика. Они светились холодным сизым огнем и все приближались и приближались. Резко вскочив на ноги, я мгновенно об этом пожалела, потому что голова заныла так, будто по ней проехал грузовой состав.

– Нападай, урод, – прорычала я, выставляя меч перед собой.

Вытерев кровь, что пошла из носа, я снова сжала меч в дрожащих руках. Страх отошел на второй план. И сейчас я слепо сражалась за свою жизнь. Пыль немного осела, и передо мной, словно из неоткуда, возник силуэт полковника Моры. Выражение его лица пугало намного больше, чем клинок. Опущенные тонкие брови, едкая ухмылка, напряженные до дрожи скулы и кровь, что брызгами впиталась в светлые волосы. Мужчина остановился в нескольких шагах от меня и взглядом хищника уставился прямо в глаза. Ему нравилось то, что я слабее. Но он глупец, если думает, что я просто так проиграю.

Сцепив зубы, я была готова выпустить всю магию, что свирепыми потоками бушевала в груди. Сжать меч до онемения в пальцах, смотреть на противника, не бояться, быть хитрее. Я знала, что сила во мне огромна, но картинка перед глазами все еще предательски плыла. И за секунду до того, как я собралась броситься на Хенрика, за его спиной, словно летний гром, разразился глубокий, грубый голос, сталь в котором заставила содрогнуться даже меня:

– Обернись, сволочь!