свидание, наказание и действие
— Черт, — произносит девушка, когда роняет учебники соседки на пол.
Грохот разносится по всей комнате, но Юне плевать. Она пытается на ощупь найти свою кровать и быстрее уснуть.
— Ты где была всю ночь, Шин Юна? — девушка протирает глаза, обращая внимание на время, — половина третьего, где ты шлялась? Отвечай!
Юна только усмехается, когда облокачивается руками на мягкий матрац и пытается восстановить дыхание после слишком долгого и трудного подъема по лестницам.
— Ты пьяна? — чуть громче спрашивает Рюджин, — господи, да ты в дерьмо.
— А ты зануда, сестренка, — она наконец заваливается на кровать прямо в одежде, запрокидывая руки за голову.
Голова все ещё гудела, но хотя бы картинки перед глазами не были расплывчатыми. Она уже и не могла вспомнить, как добралась до своей кровати.
— Где ты так? — Рюджин поднимется с кровати, присаживаясь рядом с сестрой, — что-то случилось?
Юна вздыхает слишком громко. Она прикрывает глаза, останавливая рвотный рефлекс.
— Тебя видел кто-нибудь?
POV Юна
Тебя видел кто-нибудь? А меня кто-нибудь видел? Черт, нифига не помню. Похоже, это была не слишком плохая идея напиться в воскресенье вечером. Я хотя бы не думаю о нем. О, черт.
Рюджин не перестаёт заваливать меня вопросами. Я понимаю, почему ей так важно знать где я была, что я делала, зачем напилась. Она же старшая.
Ох, Рюджин-и, если бы ты знала, что я напилась, потому что парень, который вызывает во мне лишь желание убивать, засел в голове и не собирается оттуда выходить. Я каждый долбанный день думаю о том, как поцеловала его. Каждый день я прокручиваю в голове все до мельчайшей подробности и не могу понять зачем я это сделала.
— Ты ведёшь себя странно. Пожалуйста, не заставляй меня волноваться, — заключает Рюджин и возвращается в свою кровать. Она накрывается одеялом и отворачивается от меня.
Странно? Нет, Рюджин, странно я вела себя пару часов назад, когда позволила ему снова и снова сводить меня сума. Я больше не позволю Хюнин Каю манипулировать мной.
Прикрывая глаза, я проваливаюсь в сон, пока весь выпитый алкоголь не начинает вырываться наружу. Надеюсь вместе с содержимым моего желудка я выблюю все свои долбанные чувства.
***
Утром, когда Рюджин поднимает свои учебники с пола и раздвигает шторы, чтобы солнце задало нужное настроение, Юна бросает в неё подушкой, но промахивается.
— Я тебя умоляю, — кричит Юна, — умоляю убери этот свет отсюда.
Старшая лишь усмехается, но не собирается выполнять просьбу. Лекция начинается в девять утра, и если Юна хочет попасть на неё, то это самый лучший вариант.
— Я пол ночи не спала, — произносит Шин, поднимаясь с кровати, — кажется, меня все ещё тошнит.
— Если бы ты не пила столько вчера, то выглядела бы намного лучше, — Рюджин хлопает её по плечу, — увидимся на лекции.
Девушка спускается по лестнице, здороваясь с однокурсниками. Понедельник всегда был самым любимым днём недели Рюджин. Раньше.
В понедельник у них было три урока Травологии, на которых она садилась на заднем ряду и могла спокойно наблюдать за темноволосым когтевранцем, который любил проводить рукой по волосам, проговаривать шепотом слова за преподавателем и усмехаться от глупых шуток своих соседей по парте. Рюджин так любила понедельники.
Но сегодня не тот день, когда она воодушевленно идёт на занятие. Рюджин должна все три лекции сидеть рядом с Бомгю и пытаться не выдать себя, контролировать каждое своё слово, движение, взгляд.
Когда прозвенел звонок, девушка последняя входит в класс и пробегает глазами по кабинету, замечая в самом углу правого ряда причину её смятения. Она подходит к столу, за которым, как ни странно, когтевранец сидел один.
— Я присяду? — Чхве только кивает, переводя взгляд с Рюджин на доску.
Гриффиндорка садится, раскладывая учебники на парту в нужном порядке, достаёт чернила и пару пергаментов, занимая большую часть стола.
— Извини, я опоздала и свободных мест больше нет, — проговаривает Шин, делая вид, что слишком занята раскладыванием своих вещей.
— Ага, — коротко отвечает Чхве, садясь в пол оборота.
Он осматривает соседку по парте, пока та записывает лекцию. Её взгляд сосредоточенный, а скорость письма буквально поражает. Бомгю никогда не писал лекции и тем более не старался успеть за диктовкой преподавателя. Ему хватало услышать пару предложений и после прочитать об этом в учебниках из библиотеки. Но Рюджин не такая. Она старательно выполняет каждое указание профессора, делает все домашние задания и ведёт себя слишком правильно по отношению к учебе.
Чхве нравится наблюдать за гриффиндоркой.
— Я пропустила последнее предложение, — Рюджин обращается к Бомгю, — можно посмотреть у тебя?
Она заглядывает в пустой пергамент соседа по парте и удивляется.
— Ты ничего не пишешь, — заключает Рюджин, — почему?
Чхве лишь пожимает плечами и Рюджин продолжает делать записи.
Бомгю не знает как себя вести. Он сам попросил Йеджи об этом одолжении, чтобы узнать девушку поближе, но вместо того, чтобы немного поболтать, он глупо пялится на неё и односложно отвечает.
Глупо было соглашаться на эту игру.
POV Рюджин
Впервые эта лекция идёт слишком долго. Время будто специально тянется, чтобы все было ещё более неловко. Я и понятия не имею как мне себя вести. Заговорить с ним? Может предложить переписать лекцию? Нет, он самый умный парень из всех факультетов, ему не нужна моя лекция. Скорее всего он хотел сидеть один и моё присутствие все портит. Чертова Йеджи.
Прозвенел звонок, и я решила оставить этого парня в одиночестве хотя бы на пару минут.
— Решила пересесть? — что? он спрашивает меня?
— Эм, нет, — я сажусь обратно. Боже, из-за него я веду себя слишком глупо.
— Хорошо, — отвечает Бомгю, — не хочу, чтобы твоя сестра, — он указывает на вошедшую в кабинет Юну, — сидела рядом и отвлекала меня своей болтовней.
Я улыбаюсь, потому что знаю, как Юна любит комментировать все вокруг себя. Она может не затыкаться добрую часть времени, раздражая окружающих.
— Она выглядит... уставшей, — говорит Бомгю. И я снова смотрю на свою сестру, которая заваливается на парту рядом с Йеджи и просит её освободить место у стены.
Её состояние просто отвратительно. Она полночи провела в туалете, издавая не самые приятные на слух звуки. Ей было так же хреново, как я сейчас ощущаю себя.
— Она пришла ночью, еле стоя на ногах, — отвечаю, — раньше она часто так делала, но я думала, что это уже в прошлом. Опять этот юношеский максимализм или как там его.
Когтевранец понимающе кивает, облокачиваясь на стену. В этой чёрной водолазке с вышивкой его факультета он выглядел слишком привлекательно. Темно-карие глаза прожигали меня насквозь, и я нервно сглатываю.
— Скоро начнётся лекция, — слишком быстро говорю, — нужно подготовиться, и я...
— Хочешь встретиться в субботу?
Что? Мне послышалось? Мне определённо это послышалось. Я удивленно смотрю на парня, даже больше непонимающе. Он улыбается, опуская взгляд в пол.
— Ты плохо слышишь? — Бомгю усмехается, — я спросил тебя, не хочешь ли ты встретиться со мной в субботу?
У меня перехватило дыхание. Я должна что-то ему ответить. Прямо сейчас я должна что-то ему сказать, иначе большей дурой выставить себя я уже не смогу.
— Эм, да, э, конечно, — молодец, Рюджин, ещё более неловко сказать не могла?
Боже мой, земля просто уходит из-под ног. Это не может быть правдой.
— Отлично, мы идём в Хогсмид и можем встретиться с тобой у старой хижины или ещё где-нибудь, — он слишком спокоен, его речь медленная и уверенная, это ещё больше начинает меня пугать.
— Да, хорошо.
Оставшаяся часть лекций проходит в полной тишине. Я делаю записи, а Чхве молча слушает преподавателя. Я, если честно, могу поклясться, что это все мое долбанное воображение. Ну не может он пригласить меня провести с ним время. Вот так просто взять и позвать меня куда-нибудь. Это слишком нереально.
Прозвенел звонок, и я в попыхах собираю свои вещи и хочу быстрее убраться отсюда. Мои книги падают под парту, и я тяжело вздыхаю, потому что ещё более нелепой я быть ну просто не могу. Чхве наклоняется, поднимает их и отдаёт мне в руки, а после произносит то, от чего мои колени начинают дрожать:
— Не забудь о нашем свидании, Шин, я буду ждать.
***
— Ты представляешь, какой это был позор, — смеётся Йеджи, — Субин рассказал мне это по секрету, но я не могу не рассказать вам. Он стоял там как истукан и не мог сказать ни слова. Снейп отчитывал его при всех. Я так расстроена, что нас там не было.
На втором уроке, когда у слизеринцев была лекция по зельям, Хюнин Кай опоздал на пятнадцать минут, врываясь в кабинет. Снейп не разрешил ему занять своё место. Заставил встать рядом с ним, а после учуял запах перегара, и начал тираду о том, что нельзя опаздывать на урок, нарушать правила Школы и снял баллы с их факультета.
Хюнину надоело слушать все это, и он без разрешения покинул кабинет под крики их декана. Он вернулся в общий зал, где съел пару тарелок с мягкой картошкой и выпил несколько стаканов воды. С утра он не успел позавтракать, поэтому был рад, когда смог сбежать с уроков.
— Почему все самое интересное происходит, когда нас нет, — жалуется Хван, — это, наверное, было очень весело.
— А почему он опоздал? — интересуется Юна.
— Не знаю, у Субина было мало времени, чтобы все рассказать, но видимо он был чем-то очень занят ночью и проспал, — отвечает девушка, — скорее всего топил горе в алкоголе после того действия Рюджин-и.
Девушка заходят в большой зал, присаживаясь за один стол. Они хотели дождаться Рюджин, чтобы рассказать ей свежие новости, но она впервые опаздывала на их каждодневный обед.
— Смотри, сейчас будет весело, — шепчет Йеджи, — Эй, Кай, заработал очередное наказание?
Блондин поднимает взгляд на пуффендуйку.
— Захлопнись, — отвечает.
Йеджи смеется.
— Знаешь, все возвращается бумерангом, Кай, сначала ты сдал нас, теперь тебя сдал кто-то, — говорит Хван, — приятно осознавать, что ты оказываешься в таком же дерьме, в которое окунал нас.
Слизеринец усмехается, откладывая вилку в сторону. Он приподнимается с места, облокачиваясь руками о стол.
— Хреново выглядишь, Шин, — произносит парень, — веселая ночь?
Щеки Юны покрываются румянцем, и она резко встаёт со своего места, роняя посуду на пол.
— Не настолько хреново, как ты, — отвечает, изображая самую мерзкую ухмылку, на которую способна.
— Чем ты занималась всю ночь, Шин? — напирает Хюнин, — расскажи нам всем, чем ты занималась этой ночью?
Юна подрывается с места, набрасываясь на Слизеринца, прикрывает ладонью его
рот.
— Заткнись, Хюнин.
— Что здесь происходит? Вы двое, пройдите в мой кабинет немедленно, — профессор Трансфигурации как всегда вовремя.
Они оба проходят по коридорам за профессором, и Юна борется с желанием набить ему лицо.
POV Юна
Как он смел спрашивать меня об этом. Чертов ублюдок. Из-за него я заработаю очередное наказание и подведу всех.
Мы заходим в кабинет, профессор садится на свой стул, а я стараюсь держаться как можно дальше от змеи.
Профессор Макгонагалл просит объяснить причину нашего конфликта, но мы молчим. Хоть что-то Хюнин может сделать правильно — промолчать. Она рассказывает о том, что мы снова нарушили правила и это уже входит в нашу привычку, поэтому наказание, которое получил Хюнин на зельях теперь распространяется и на меня. Чудно.
Я первый вылетаю из кабинета, сталкиваясь с Йеджи, она обеспокоено смотрит на меня, кладёт руку на плечо и сжимает его.
— Что у вас произошло?
Я бросаю взгляд на дверь, из которой выходит слизеринец и кричу как можно громче.
— Ничего, Йеджи, просто этот урод не может смириться с тем, что я лучше него.
На этой фразе я ухожу, оставляя её в полном непонимании. Не могла же я сказать ей, что этот придурок хотел рассказать мой секрет или просто спровоцировать меня на кровопролитие.
Я ненавижу его так сильно, что заработала бы ещё тысячу наказаний, если мне позволят врезать ему хотя бы раз. Это было бы просто чудесно.
Возвращаясь в свою комнату, я натыкаюсь на сестру, которая должна была прийти к нам на обед. Она пролистывает учебник слишком быстро, и я понимаю, что она нервничает.
— Эй, ты впорядке? — спрашиваю, подходя ближе.
Она качает головой, продолжая пролистывать страницы.
— Если тебе станет легче, то я только что поссорилась с Хюнином и заработала очередное наказание, — я знала, что это выведет её из своих мыслей, хотя не очень хотела признаваться в том, что снова облажалась, — теперь твоя очередь.
— Помнишь действие, которое Йеджи попросила меня выполнить?
— Ну да, ты сидишь теперь с этим умником Бомгю, которого я раздражаю, — с усмешкой произнесла я.
— В общем, он, — Рюджин замолкает, — хотя не важно, лучше объясни мне какого черта ты приперлась пьяной?
Ох, черт. Я уже и забыла, что она видела меня в таком состоянии.
— У тебя снова проблемы?
Да, Рюджин, у меня проблемы. Как только этот засранец оказывается рядом, я теряю всякое обладание и творю полный абсурд, но тебе я об этом не скажу.
— Нет, просто нашла банку огненного пива в нашей раздевалке и решила немного расслабиться, — нагло вру.
— Кстати, Шотаро перенёс тренировку на сегодня, хоть на неё не опаздывай.
Если он хочет, чтобы я пришла во время, то сейчас я пойду с свою комнату, лягу на кровать и просплю несколько часов. Да, это определённо лучшее мое решение за день.
Я дохожу до портрета полной дамы, произношу пароль, но эта женщина отказывается меня впускать.
— И какого черта? — спрашиваю, но она лишь размахивает своим бокалом.
— Тебе нельзя приводить гостей, молодая леди, — произносит и снова начинает петь. Боже, от ее голоса мне хочется повеситься.
— Какие гости? Впусти меня сюда немедленно.
— Думаю, она обо мне, — за спиной слышится хриплый голос, который я узнаю из тысячи.
Я оборачиваюсь, замечая его прямо рядом со стеной, на которую он облокотился и скрестил ноги.
— Какого черта ты здесь забыл? — кричу, — В женской части? Как...
— У меня свои связи, — ухмыляется.
— Убирайся, пока я...
Но он меня перебивает.
— Пока ты снова не оказалась сверху, малышка Шин?
Господи, почему он такой мерзкий. Его самодовольстве лицо вызывает отвращение.
— Что тебе надо? — более спокойно спрашиваю.
— Профессор просила передать, что мы отстранены от игры в среду, — вот же черт, я совсем забыла, что у нас важная игра. Я подвела всех ещё сильнее, — и ещё кое-что.
Он подходит ближе ко мне, наклоняется и шепчет на ухо так, что я буквально чувствую прикосновение его губ:
— Не стоит показывать свои эмоции, Шин, они могут догадаться. А если кто-то узнает, будь уверена, я сотру тебя в порошок.
Слизеринец уходит, оставляя меня с этими словами наедине.
Если мне предоставится шанс выполнить действие, я оболью его дерьмом так, что он надолго это запомнит.
Полная дама наконец впускает меня, и я поднимаюсь по лестнице, вкушая несколько часов здорового сна. И пусть он катится ко всем чертям со своими словами. Катится к чертям.
***
Юне запретили тренироваться и участвовать в предстоящем матче. Она так разозлилась на Шотаро, что попыталась сломать собственную метлу. Все были рады, что Юна недостаточно сильна, чтобы это сделать. Она кричала так громко, что профессор травологии выглянула из оранжереи, которая находилась достаточно далеко.
— Какого хрена, Шотаро, почему я не могу просто тренироваться вместе с командой?
Капитан в очередной раз объясняет Юне, что игра слишком серьёзная и нужно наработать новые связки с новым игроком, точнее запасным. Но она не хочет ничего слышать, закрывая уши ладонями.
Она не думала, что так резко отреагирует на своё отстранение, но душу согревает единственная мысль, что капитан змеиной команды будет наблюдать за их проигрышем с трибун, как и Юна, но ничего не сможет с этим сделать.
Хюнин один из лучших ловцов, он приносил победу своей команде слишком много раз, и, может, это единственный шанс вырваться вперёд и забрать кубок в этом году.
— Не облажайтесь, — кричит напоследок гриффиндорка и удаляется с поля.
У входа в школу Йеджи останавливает подругу, запрыгивая к ней на спину. Юна сдаётся под тяжестью и падает на колени, сбрасывая с себя брюнетку.
— Каждый сегодня хочет меня уничтожить, — шипит Юна, — что ты от меня хочешь?
Хван смеётся, готовясь рассказать очередной секрет, которых в их компании становится слишком много. Девушка никогда не умела хранить секреты слишком долго, если они не касались её самой.
— Ты сейчас просто упадёшь, любовь моя, — Юна лишь цокает, отряхивая свою юбку от прилипшей грязи, — Кая отстранили от игры в среду.
— Меня тоже, Йеджи, — недовольный взгляд падает на пуффендуйку и та открывает рот от удивления, — или ты думала, что моя выходка сойдёт мне с рук? Это уже не первый раз и мне повезло, что вообще не выгнали из команды.
Хван кладёт руку на плечо подруги, пытаясь притянуть ее к себе, чтобы обнять, но та отшагивает назад.
— Не надо меня жалеть, — шепотом произносит Юна, — я справлюсь.
Пуффендуйку беспокоит, что в последнее время ее подруга хандрит. Если раньше она опаздывала на уроки, поздно возвращалась в комнату и зарабатывала наказания, все вокруг знали, что там было нечто веселое и необычное. Она никогда ничего не скрывала от них, тем более от Рюджин, но она сейчас в недоумении.
Шин поднимает с пола свою сумку, разворачивается и уходит, чтобы не чувствовать себя дурой ещё больше.
— Куда ты дела мою Юну? — кричит в след Йеджи, но Юна не собирается отвечать на этот вопрос.
***
Во вторник Рюджин везёт немного больше, чем обычно. Никаких совместных лекций с когтевранцами и можно немного расслабиться. Она садится рядом с Юной, которая впервые за месяц пришла во время. Позже к ним присоединяется Йеджи, которая расталкивает девушек и садится между ними.
— Кстати, Рюджин-и, как твои совместные посиделки с Бомгю? — интересуется Хван, — весело проводите время?
Шин вздрагивает об упоминании его имени.
— Следующая лекция только в пятницу, так что, — Рюджин запинается, вспоминая, что случилось вчера, когда она уже собиралась уходить, а этот очаровательный, нет, просто этот парень пригласил её на свидание, — так что, — Рюджин продолжает, — правда или действие, Йеджи?
Девушка улыбается.
— Так не по правилам, Рюджин, — шепчет Хван, потому что лекция уже началась и преподаватель несколько раз уже шикнул в их сторону, — ты знаешь, что ты не можешь спрашивать об этом, пока твоё действие не закончится. Ко всему прочему кое-кто ещё выполняет действие.
Девушка подмигивает, чем вызывает полное недовольство младшей Шин.
— Какого черта, Йеджи? — Юна произносит это чуть громче чем планирует, и преподаватель снова смотрит в их сторону, — извините, — Юна виновато смотрит на профессора, но продолжает раздражаться, — нельзя давать два действия двум разным игрокам одновременно, ты вообще читала правила?
— Поверь, тебе понравится то, что я придумала, — на этом Хван заканчивает и отказывается отвечать на дальнейшие вопросы.
Йеджи скрыла от подруг тот факт, что теперь в их великолепной четверке новый игрок.
Flashback
Поздно вечером, практически перед закрытием библиотеки, Йеджи прогуливается между стеллажей, пытаясь отыскать товарища, который проводит здесь слишком много времени.
Она натыкается на него в восьмом ряду, когда тот сидит на полу с книжкой в руках.
— Лабиринт похуже, чем когда я спрятала алкоголь от Юны в ее «зависимые» дни, — девушка садится рядом, — я выполнил твою просьбу, Чхве, теперь твоя очередь.
Парень откладывает книгу в сторону, скрещивая руки на груди.
— Она будет сидеть с тобой на травологии, — поясняет Йеджи, — все уроки травологии на этой недели.
— Ты уверена, что она согласился?
— Честное слово, ты же умный парень, — Йеджи усмехается, — это правила игры, а она их приняла.
Бомгю неловко от того, что просил её подругу о таком, но это единственная возможность оказаться с ней рядом без лишних глаз. Хоть это и будет во время урока, но никто посторонний ничего не услышит.
Когтевранец хотел встретиться с Рюджин лично, но не мог придумать никакого способа, чтобы заговорить с ней. Казалось, что девушка просто избегает или недолюбливает его.
— Что я должен сделать? — спрашивает Бомгю.
Йеджи радуется как ребёнок, который получил заветную игрушку.
— В среду матч между Гриффиндором Слизерином, и ты должен устроить диверсию.
End flashback
Оставшийся день проходит спокойно и без происшествий. Юна разбирает зелья в подземелье, подписывая каждое и расставляя по местам. Это наказание не было таким плохим, но Юна все ещё злилась.
Хюнин мыл кабинеты на втором этаже, вытирал пыль, и все это без использования палочки.
Они оба были рады, что их не заперли в одном кабинете, это бы закончилось тем, что один из них оказался бы в больничном крыле.
Рюджин весь вечер тренировалась вместе с остальными, Чэрён читала учебник по заклинаниям в своей комнате, а Бомгю никак не мог понять как согласился на эту авантюру
Завтра, во время игры между командами, он должен устроить что-то невозможное и тем более не должен попасться. Чхве разваливается на кровати, пытаясь придумать что-то безобидное и не сильно опасное, но его мозг выдаёт не совсем такие варианты.
***
Большой зал был заполнен студентами, одетыми в зелёно-серебристые и красно-желтые цвета. Все обсуждали предстоявшую игру, даже Йеджи включилась в разговор.
— Если вы выиграете сегодня, а потом обойдете Когтевран, то до кубка подать рукой, — возбуждённо кричит Хван.
— Тебе не кажется, что ты болеешь не за тот клуб, подруга, — Чэрён хлопает её плечу.
— Ты знаешь, что нам не светит этот кубок, так пусть он достанется львам, — Йеджи поднимает стакан с соком, —звучит как тост.
Гриффиндорцы поддерживают и в один голос кричат:
— Кубок достанется львам.
Слизеринцы усмехается такой самоуверенности. Они уверены, что даже без капитана смогут разделаться с этой командой за самый короткий срок.
После посиделок все собираются на поле для квиддича, занимая свои места на трибунах. Болельщики разделились поровну, поэтому с разных уголков слышалось:
— Гриффиндор, Слизерин.
Йеджи пыталксьтразглядеть своего нового друга Бомгю, который, видимо, прятался от неё.
— Не хочу быть здесь, — говорит Юна, — я должна была сейчас слушать речь Шотаро о сплочении и ещё всякой ерунде, а не стоять тут как остальные. Сейчас заплачу.
Хван понимающе кивает. Она знает как нелегко сейчас Юне. Ведь если её команда проиграет, то вина полностью её уничтожит. Она важный игрок.
Голос диктора разносится по трибунам и это означает, что игра началась. Команды вылетели на середину поля, поприветствовав своих фанатов.
Раздаётся свисток и квоффл в игре.
По истечении десяти минут лидирует Гриффиндор. Рюджин забросила несколько раз, чем принесла своей команде тридцать очков. Трибуны ликуют.
— Если так пойдёт, то у зелёных нет шанса, — кричит Хван.
Ещё пару бросков делают слизеринцы, но Шотаро ловко избавляет ворота от них.
— Готовься к представлению, — говорит Йеджи, и Юна не совсем понимает о чем идёт речь, пока не замечает, что все студенты Слизерина одеты в форму Гриффиндора.
Она начинает громко смеяться, когда на плакатах вместо «Слизерин вперёд» появляется «Слизерин отстой».
— Боже, как это произошло? — заливаясь смехом спрашивает Шин.
— О, я знала, что тебе понравился, — Йеджи в восторге, — это было то самое действие, о котором я тебе говорила.
— Твоих рук работа?
— О, нет, намного лучше.
Слизеринцы не сразу замечают подвох, пока диктор не озвучивает это вслух. Они в бешенстве пытаются сорвать с себя шарфы соперников. Но заклинание настолько сильное, что они буквально прилипли.
Игра заканчивается со счетом 250:100 в пользу Гриффиндора, и зрители покидают трибуны с дикими аплодисментами.
Гриффиндорцы праздную свою победу, когда с криками возвращаются в общий зал. Юна счастлива как никогда. Рюджин обнимает её как можно крепче, спрашивая на ухо:
— Что это было на трибунах?
Но Юна только пожимает плечами, и они садятся за общий стол.
Ближе к вечеру все расходятся по своим комнатам, а девушки продолжают обсуждать матч и нелепых слизеринцев.
Хван замечает, что кроме их четверых в зале сидел только Бомгю за своим столом совершенно один. Йеджи поднимается с места и громко произносит:
— А самым крутым болельщикам Гриффиндора, — она улыбается, — тем, что болели против своей команды, мы обязаны вот этому парню, — указывает на Бомгю, — ну же, иди к нам.
Чхве поднимается со своего места и направляется в сторону общего стола, где все с недоверием на него поглядывают.
— Какого черта? — стараясь как можно тише спрашивает Чэрён.
— Позвольте представить, — актерские качества Йеджи явно страдают, она слишком активно жестикулирует, — наш новый игрок и просто хороший парень, который разбил нос моего парня, Чхве Бомгю.
Лицо Рюджин мрачнеет. Она пытается спрятать свои глаза, утыкаясь в собственные ботинки, лишь бы не сталкиваться с ним.
— Эй, — Чэрён встаёт со своего места, — я поцеловала этого парня из-за тебя, — Рюджин чувствует приступ тошноты, — а ты пригласила его играть даже не посоветовавшись с нами.
— Успокойся, ему даже не понравилось, — встревает Юна, хотя сама не очень довольна всем этим, — тебе надо практиковаться.
Бомгю усмехается, вспоминая тот нелепый поцелуй Чэрён по время обеда.
— Она была не так плоха, — Чхве защищает, — если вы против, то я с радостью заберу весь ваш банк.
Глаза Юны блестят от предстоящего азарта.
— Знаешь, чем нас больше, тем больше денег, — продолжает Юна, — и вообще сейчас очередь Рюджин.
Рюджин продолжает смотреть в пол, но проговаривать чуть более увереннее, чем казалось на первый взгляд:
— Правда или действие, Юна?
— Хм, конечно действие, сестрёнка, — младшая облокачивается на стол, подпирая руками лицо, — что ты мне предложишь?
— Любовное зелье, — произносит Рюджин, — с твоим волосом, Юна, а жертву выберем рандомно, каждый бросит в эту шляпу, — она взмахивает волшебной палочкой и на столе появляется котелок, — и сама вытащишь.
Всем эта идея показалась скучной, но они не стали спорить, а просто написали имена на листочках и бросили в котелок.
Юна долго водит рукой и надеется, что вытащит имя какого-нибудь с дурачка, который постоянно глазеет на неё.
— Боже, Юна, доставай уже, — ноет Чэрён.
— Ладно, ладно, — она захватывает пальцами бумажку, поднимает ее вверх, показывая всем.
Она медленно разворачиваете записку и читает вслух:
— Хюнин... Кай.