Тень зверя

Тюрьма за городом, воскресенье, 16:22

У самого пола бесконечно белой стены красной нитью вилась тонкая полоса. Десять импровизированных кабинок для переговоров. Все огорожены металлическими пластинами, прикрученными на болты. В каждой кабинке — свой телефон. Прямо в бетоне было вырезано несколько окон, дававших возможность увидеть соседнюю комнату. Дирк сел. Пару минут совсем ничего не происходило, только женщина за одной из перегородок истерически всхлипывала.

Наконец, сквозь плотное стекло он увидел, как отворилась дверь. Сопровождавший офицер на фоне Вила казался толстощеким карликом. Дирк трусливо оглядел друга и забарабанил пальцами по столешнице.

Вил сразу взял телефонную трубку.

— Guten Abend, герр полицай! Как сам? — Дирк сглотнул, но посмотреть прямо на Вила так и не решился. — Кислятину эту сотри с морды по-быстрому.

Дирк сделал усилие, чтобы выглядеть более воодушевленно. Он ожидал, что Вил будет держаться молодцом, но не ожидал, что снова увидит его избитым. От этой картины ему стало дурно, как в детстве, и он искал любую возможность, чтобы увильнуть от зрительного контакта.

— Как ты?

— Кайфую! — приторно улыбнулся друг. — Как в отпуске. Жизнь заиграла новыми красками. Коричневыми. Сам как думаешь?

Большая часть белка правого глаза налилась винным цветом, а на веке полумесяцем висел черный синяк.

— Я делаю, что могу. Договорился почти. Тебя переведут в одиночку, надо еще чуть-чуть подождать.

— Давай. — Телефонная линия приглушила вздох. — Пока меня тут в жопу трахать не начали.

— Ты сам кого угодно затрахаешь.

— Не хотелось бы начинать! Есть риск потом не остановиться.

Дирк засмеялся, и Вил ему подыграл.

— Девочку я не убивал, — сказал он уже серьезно, быстро растеряв задор. — Я ее два раза в жизни видел! Мы даже никогда не разговаривали.

— Знаю, — пресек Дирк, морщась от мысли, что Вил и его пытался убедить в своей невиновности. — Не оправдывайся.

Вляпаться в разборки, перейти кому-то дорогу — да, это он мог с легкостью, но убийство ребенка! Чтобы поверить, нужно было совсем его не знать. Дирк отдал бы руку на отсечение, лишь бы отмыть друга от налипшей на него грязи, но конечности в счет уплаты не принимались.

— Рей мне все рассказала. Дело не глядя состряпают и под шумок закроют, а я уже ничем тебе помочь не смогу.

В смешке Вила дребезжала нервозность.

— Обнадеживающе! Спасибо, что подбадриваешь.

— Что ты хотел? У Драммонда в участке приятели через одного. Сколько он там работал, лет двенадцать? — он примолк, чувствуя, что машинально поджимал подбородок. — Пальцы твои вроде как там проскочили, на одежде, что ли. Даже запрос в Германию делали, чтоб оттуда прислали отпечатки для сравнения.

Вил помрачнел и быстро откинул со лба упавшие волосы.

— Как заморочился! Наверняка немерено бабла отвалил, чтоб я тут сгнил.

— Не сгниешь. Рей ищет хорошего адвоката. А пока попробуем вытащить тебя под залог.

Дирк не хотел сейчас навязывать ему нравоучения, однако последние события — все, что он узнал от Рей и Эрика — не помещались в голове. И если тот факт, что Вил связался бог знает с кем, удивителен не был, то вторая его оплошность была для Дирка в новинку. Додумался! Умыкнуть девчонку прямо из-под носа ее семьи! И как только уломал ее на такое! А он-то, дурак, уши развесил, наобещал ему присматривать за Эриком и отзываться по первому зову после того, как в квартиру к нему вломились! Просил в полицию обратиться! Он и не знал, что Вил собирался забрать его кузину с собой!

Предугадывая, что надо добить друга еще более шокирующей информацией, Вил придвинулся ближе к стеклу и понизил голос:

— Tu mir einen Gefallen? (Сделаешь одолжение?) — хоть это и никак не влияло на качество переговоров, Дирк тоже подался вперед. — Ich habe eine Waffe. In der Wohnung. (У меня есть пистолет. В квартире.)

Сдержав отпадающую челюсть, он только спросил:

— Wo? (Где?)

— Unter der Badewanne. Ich brauche Sie! Und... Kannst du mein Auto in die Werkstatt bringen? (Под ванной. Он мне нужен! И... Отвезешь машину в ремонт?) Дед, старая сволочь, сломал замок! Так дверью ударил!

— Как он тебе голову не сломал, вот что удивительно!

Вил цыкнул, отклонившись на спинку стула.

— И тебе уже донесли все-таки.

— Тут и доносить ничего не надо было! У тебя на роже все написано. Мне просто не до того было, чтобы вглядываться.

— Ну да... Еще не научился притворяться равнодушным к женщинам. А ты передай, раз так, чтоб она сильно слезы не лила. Не говори, что я тут с побитым хлебалом сижу. Пусть не переживает. Эрику скажи следить за ней получше, чтоб дел не натворила. С нее станет! — Дирк кивнул. — Тачку отвези обязательно к Мартину. С моим большим приветом. И...

Сзади подкрался офицер, намекая, что положенное время закончилось и им пора прощаться.

— Дирк... — быстро пробормотал Вил, будто боясь, что у него сейчас отнимут телефон. Тревога кинжалом полоснула ему по лицу, искривив все черты.

— Спокойно. Ты тут сидеть не будешь. Я тебя не брошу.

— Знаю. — Он пересилил себя и снова выдавил подобие улыбки, но выглядело оно так жалко, что у Дирка спазмом сдавило горло. Вил встал, все еще держа трубку: — Давай, чтоб я без анального рандеву обошелся.

На улице сразу стало легче дышать. Тюрьма цепляла решетку на грудь. Дирк поднял воротник куртки, чтобы не надуло в шею, и набрал рабочий номер Рей. Очень хотел услышать ее голос, пусть и знал, что говорить придется только по делу.

— Ну, что там? — спросила она без прелюдий. — Как он?

— Терпимо. Все шутит, но выглядит так себе. Надо деньги искать. Чем быстрее, тем лучше. Я позвонил Крису, он собирает по возможности.

На том конце расплескалось возмущение.

— Крису восемнадцать лет! Что он там соберет? У него своих денег нет, а мамаша их сумасшедшая только рада будет, что Вил сидит.

— Есть другие идеи?

— Да, есть, — заявила она, плохо скрывая гордость. — Я позвоню Мел.

Дирк ускорился, надеясь, что это только ветер нашептал ему в уши, но здесь, за чертой города, даже он боялся разрушить тишину своим свистом.

— Вил тебя убьет.

— Пусть! Зато мы его из тюрьмы вытащим. Или он хочет там до суда торчать? Бог знает, когда он еще будет!

— Мел не даст денег. Ты забыла, как они разошлись?

— Знаешь, что? — По настрою Рей было уже понятно, что от цели она не отступится, и никого не послушает. — Мало ли, как они разошлись! Надо попробовать. Я ей сейчас расскажу, как Вил по ней скучал, переживал, как он страдал тут без нее. В конце концов, она же его любила! Вдруг в ней чувства заиграют? Поплачется своему папочке, и он поможет. Уже сколько времени прошло! Вдруг она отошла уже от своей обиды?

— Он тебя точно убьет.

Школа, понедельник, 15:03

Ви перестала ходить по улицам одна и даже в собственной квартире не могла найти себе места. Периодически она просыпалась в ночи и долго прислушивалась прежде чем выйти из спальни, а потом, скинув с горла когтистую лапу паники, ступала в прихожую и усердно проверяла на входной двери все замки. Не помогало. Страх уже был внутри. Он пустил метастазы и только рос, отвоевывая клетки день ото дня.

Дед хотел перевести Ви на домашнее обучение, но решил пока повременить. Отчасти ей казалось, что он оттягивал специально — наслаждался ее мучениями. Спасибо, что хотя бы избавил ее от беседы с директрисой и постарался опровергнуть все слухи. Эрику он больше не доверял и теперь торчал у них почти постоянно. Приносило ли это облегчение? В их присутствии Ви было чуть спокойнее, но ни в ком из них она не ощущала защиты. Даже наоборот. Иногда казалось, что это она должна защитить их. Дед уже старый, а Эрик и жука на дороге перешагнул бы, лишь бы не сделать ему больно.

Все еще немного обижаясь на нее не только за связь с Фойербахом, но и за вспышку гнева, Эрик держался с Ви холодно, а она, не уступая, злилась, что он принял сторону деда и недостаточно помогал ей уговаривать его внести за Вила залог. Но ее злость выгорала. Когда они оставались вдвоем, ей хотелось извиниться за сказанное в порыве гнева. Признаться, что она перестаралась, что даже толком не понимала, зачем так его обидела.

Однажды вечером, услышав хлопок двери, за которым не последовало никаких звуков, Ви вышла в прихожую и застала Эрика сидевшим на табуретке без движения. Весь зеленый он привалился к тумбе.

— Там кто-то шел за мной от магазина. Или у меня уже крыша едет.

«Мразь!»

Потушив в комнате свет, она простояла у окна почти до утра. Пыталась отделить человеческую тень от тьмы. Не имело значения правда это или разыгравшаяся фантазия. Совесть, очнувшись от забытья, стала рвать на куски. Ведь Ви собиралась уехать! Здорово придумала! Главное, убедила себя, что тогда Эрик будет в безопасности, что о нем позаботится кто-то другой. Поразительный идиотизм! Или... трусость.

Хуже, чем идти в пасть к тигру добровольно, было только сидеть и ждать, когда он придет самостоятельно.

Пока Ви думала, как бы ей вырваться из-под домашнего ареста, возможность сама пришла к ней в руки. Через пару дней Эрик задержался в университете и не смог вовремя забрать ее из школы. Он уже угрожал появлением деда, но Ви наврала, что ее отвезет Мартин. Его телефон с ошибкой в номере, о которой Эрик не догадывался, подействовал на него успокаивающе. Мартину она сказала, что останется в библиотеке еще на час. Наконец-то скинув с себя все хвосты, Ви вышла из здания сразу, как знакомый мотоцикл скрылся вдали. Уже в дверях ей померещилась детская фигурка, наблюдавшая за ней из-за поворота. Ви обернулась, но та пропала мгновенно.

Не все ученики разъехались по домам. Многие стояли у автомобилей, сбившись в стаи, и слушали музыку, переговариваясь и громко смеясь. Мэтт оперся на капот рэндж ровера, держа куртку в руках. Футболка, которую он не переодел после урока физкультуры, плотно облегала бицепсы. Ви зашагала быстрее, душа в себе накатывающий ужас.

Не успела она приблизиться, как с пассажирского сидения вынырнул Алек и повис на дверце:

— Гутен морген, фройляйн! — заорал он, а у Ви скрутило живот. — Сегодня без охраны?

— Я хочу поговорить.

— Чет ты много болтать стала, как...

— Не с тобой, Алек.

Кадманн затих, подавившись этим выпадом, а Мэтт наоборот обезобразил лицо улыбкой, хоть оно и без того рябило призрачными всполохами радости. Он явно ждал, что Ви придет.

— Ну, садись, поедем. Тут как-то несподручно.

Автомобиль с открытыми дверцами приглашал ее залезть к себе в утробу. Внутренние органы потяжелели, весили теперь не меньше тонны. Ви заставила колени стоять прямо.

— Нет, здесь, — отчеканила она. Огромные шершавые ладони Мэтта замерли перед глазами. — Только наедине.

— Тогда не! Настроя нет.

Он изобразил скуку, и Ви сразу превратилась для него в пустое место, но лишь для виду.

Сзади раздались торопливые шаги. Чьи-то руки обхватили Ви за плечи и невесомый аромат вишневых духов ласково погладил по щекам. Агата прижалась к ней, шурша белой дутой курткой.

— Привет! — обратилась она ко всем сразу. — Что делаете?

— Собираемся на вечеринку, — наврал Алек, подсмеиваясь.

Агата исподтишка взглянула на Ви. На губах у нее пестрел немой вопрос. Не просто так она подошла. Думала, наверное, что сможет помочь ей чем-то. Только чем? Заговорив, она пыталась изобразить удивление, но все равно звучала скорее неуверенно, чем изумленно.

— Ого! Можно с вами?

— Нет! — отмахнулся Кадманн. — Иди домой!

Мэтт думал иначе.

— Пусть едет. Чем больше народу, тем веселее. Вон, и Ника с собой возьмем! — он поманил мальчика к себе. — Иди сюда!

Ви обернулась, превратившись в комок нервов. Паника смычком ерзала по нервам. Ник отбивал напряженными шагами плитку у школьного крыльца. Достаточно далеко, чтобы не услышать, о чем шел разговор, но близко, чтобы распознать жест.

— Я щас в полицию позвоню! — в ярости крикнул он и спровоцировал у парней взрыв хохота.

— Все хорошо! — отозвалась Ви. — Давай домой, Ник! — а потом повернулась и сказала то, что Мэтт жаждал услышать: — Я поеду.

Алек завопил, отбивая крик ладонью как индеец. Ви слышала его так отстраненно, будто уши заткнули ватой. Она не верила, что согласилась, даже когда добровольно пошла к машине. Страх скулил внутри жалобным щенком, и Ви сжимала ему пасть, чтобы он перестал издавать звуки.

— Нет! — гаркнул Мэтт, видя, что Алек спешит занять место подле водителя. — Не ты, — обрубил он тоном, не позволявшим пререкаться, и развязно ткнул пальцем в Ви. — Вперед сядет она.

Довольная ухмылка сползла с лица Алека всего на секунду. Этого мгновения хватило, чтобы разглядеть разгневанное чудовище, которое пряталось в тени лучезарной маски. Кадманн подобрался, снова напуская на себя приторно-доброжелательный вид. Он шире распахнул дверь и театрально склонился Ви в ноги.

— Прошу!

В салоне было душно. Из открытой пачки, лежавшей на приборной панели, доносился пряный аромат чипсов. Пока остальные занимали кресла, Ви словно по ошибке уселась на чужой трон и ютилась на нем, сжимая бедра. Сквозь мутное лобовое стекло она по-прежнему следила за Ником, упрямо испепелявшим машину взглядом.

Мэтт газанул, разворачивая автомобиль к выезду, и Ник бросился следом. В зеркало заднего вида на крыле рэндж ровера Ви видела, как мальчик вскочил на скейтборд. Ветер трепал его за края куртки, пытаясь удержать от погони, но Ник боролся с ним, перескакивая впадины и быстро перебирал ногами асфальт. Школа осталась позади.

Мэтт издевался: то тащился медленно, давая пареньку надежду, то ускорялся в последний момент. В глазах у него блестел азарт, а у Ника сдавала дыхалка. Алек высунулся в окно на полном ходу и закричал:

— Давай, зайчишка! Давай! Резвее! Оп-оп! — Кадманн ржал, отхаркивая в воздух слюну: — Лови!

Мэтт, наблюдая мельком, ухмылялся каким-то своим мыслям, а Агата, вжавшись в угол, только и могла, что кидать на друга изумленные взгляды.

Ярость уже покалывала пальцы.

— Ты что, не можешь ехать быстрее?! — рявкнула Ви на Драммонда и обернулась к Алеку: — Угомонись!

— Пошла ты! Покомандуй тут еще!

Автомобиль рванул вперед и все вокруг смазалось.

«Хватит, Ник! — молила Ви, с сожалением смотря, как мальчик продолжал попытки угнаться за ними. — Хватит».

Еще пара толчков. Догнать машину стало невозможно.

Было уже все равно, куда они ехали. В дом Мэтта? Ладно. Будучи обломанной веткой на теле живого растения; обузой, уже отжившей свое, в пропасть шагалось гораздо смелее. Дальше земли не упадешь, а хуже смерти ничего не будет. Правда, голос внутри настойчиво твердил иное. Смерть — это еще ничего, терпимо. После нее ничего не чувствуешь. Можно подумать, Ви когда-то страстно мечтала жить!

Сложив руки на груди, она закрыла глаза и придвинулась ближе к окну, терзая ногтями плотную ткань толстовки.

Здания встречались все реже. Лес отвоевывал городскую территорию и свистел в оконную щель, обдавая распаленное лицо хвойным дыханием. Забыться не получалось — музыка выдергивала назад в реальность.

— Хорошо, что ты подстриглась, — сказал Мэтт, перебивая басы. — Волосы стремные были. Как у ебанных фриков.

«Спасибо. И когда я спросила твое мнение?»

Она бы и дальше притворялась полуспящей, если бы в пространство между сидениями не втиснулся Алек. В нос ударил запах дешевых сигарет и новой кожаной куртки. Опасаясь быть замеченной, Ви стремительно глянула на него из-под ресниц. Кадманн был бледный и мрачный. Надменно приподнятая верхняя губа почти оголяла зубы. Он потянулся и размашистым движением хватанул с приборной панели чипсы.

— Хочешь пожрать? — спросил он, шелестя оберткой. Недолго думая и не слыша ответа, он ткнул пачкой Ви в щеку. — Че такое? Брезгуешь нами?

Ви раздраженно отпихнула ладонь, но Алек повис на спинке кресла. Он сунул руку в пакет, смял сухие картофельные дольки в кулаке и стал швырять ей в лицо.

— Да отвали ты!

Дунув в пачку, Кадманн зажал концы и... Бах! Взорвал ее как хлопушку. От резкого звука по телу прошла вибрация. Остатки чипсов фейерверком разлетелись по салону. Мэтт, который до этих пор только посмеивался, смотря, как Кадманн пытался посыпать голову Ви крошками, неожиданно очнулся.

— Блядь! — ругнулся он, осматривая пол. Все было закидано картофельными осколками. — Ты долбоеб? Сейчас будешь языком собирать!

Он со всей дури пихнул Алека в плечо. Тот удержался, намертво присосавшись к пассажирскому сидению.

— Ебанный фрик, да. — Смешок Кадманна отдавал кислым привкусом огорчения.

— Сел на место!

Мэтт щелкнул ремнем безопасности. От вида руля, покинутого руками водителя, у Ви кольнуло в боку. Драммонд отшвырнул Алека назад, и Ви ощутила, как Кадманн ударил копытами ей в спину. Она отклонилась вперед. Парни переругивались, но слова слились в одно неразборчивое пятно. Машина без управления летела на скорости семьдесят миль в час. Не хватало совсем немного, чтобы расшибиться в кучу бесформенного фарша.

«Ну и что? Ну и что?!» — От ужаса ныли глаза. Встречная полоса движения подмигивала желтыми вспышками фар. Мысль толкнуть автомобиль в ту сторону была слишком навязчивой для случайности.

— Мэтт! — вскрикнула Агата. — Дорога!

Ви еще никогда в жизни не водила. Она рванулась к рулю, чувствуя, как съехавшая полоса ремня передавила шею. Машина уже напоминала цирковой вагончик, в котором Ви по ошибке тряслась в клетке с агрессивными обезьянами.

Алек присмирел, и Драммонд прервал ее старания схватиться за руль.

— Спокойно. Не трогай тут ничего.

Он снова повел, как ни в чем не бывало, а у Ви сердце выпрыгивало прямо на коленки. Пальцы, точно вылитые из бетона, вцепились в обивку. Мэтт накренился в сторону пассажирского сидения:

— Испугалась?

Видеть его улыбающуюся рожу с дырой между зубов было тошно. Что угодно, только не она! На приборной панели был прикреплен крошечный стеклянный флакончик с освежителем воздуха, отдававший скорее спиртом, чем апельсином, и Ви стала смотреть на него, чтобы отвлечься.

Сзади раздался девичий писк:

— Я хочу в туалет.

— Потерпишь, — отмахнулся Мэтт, упрямо прибавляя скорость.

— Не могу. Мне срочно надо.

Агата продолжала просить и в конце концов Драммонд сдался, хоть на щеках у него и играли желваки. Рэндж ровер тормознул на обочине. Вокруг были только деревья, сторожившие дорогу в умиротворяющем молчании.

— Ну чего?! — Агата мялась, а Мэтту не доставало терпения. — Долго ждать? Пиздуй давай!

— Я боюсь одна.

— И че, нам с тобой ссать пойти?

— Я хочу пойти с Ви.

Алек прыснул, не удержавшись от ироничного замечания:

— Так вы теперь подружки? У вас, баб, прикол какой-то по двое в туалет бегать?

Взгляд Драммонда лизнул шею.

— Идите. Быстро и без вещей.

Агата вышла, оставив в машине рюкзак, сама открыла дверь со стороны Ви и схватила ее за руку, не встретив сопротивления. Они сошли с дороги, нырнули в кусты и перепрыгнули крошечный овраг, в котором лентой вилась вода. Лес, величественно-спокойный, захватил их в хоровод стволов. Чем дальше, тем плотнее смыкались ветви.

— Ты читала мои записки? — бросила Агата из-за плеча. Ее светлые волосы, тяжелыми прядями падавшие на спину, отливали цветом крем-брюле. Ви понятия не имела, о чем шла речь. — Я клала их в твой шкафчик.

Снег уже сходил, выпуская из плена прошлогоднюю траву. Месиво из уставшей листвы и влажной земли засасывало ботинки.

— Жаль, — сказала Агата, немного погодя, очевидно, не зная, что еще добавить. Голос у нее потух как погасшая спичка: — Думала, ты их читаешь. Хотела тебя поддержать.

— Мне было не до того.

— Знаю. Я не верю. Про вас с Фойербахом. Я знаю, что это все сплетни.

Сплетни... Захотелось ухмыльнуться. Хорошо, пусть думает так. Странное желание, жженым сиропом стекавшее по гортани, подталкивало признаться. Просто так. Чтобы и она тоже знала, какая Ви дрянь. Не обманывалась.

Она вырвала руку:

— Куда мы идем?

— Подальше отсюда. Зачем ты села к нему в машину? Я же говорила тебе с ним не связываться!

— Потому что если бы я не села, он бы опять пристал к Нику! Или к моему брату!

«А я этого больше не позволю».

В напряженном взгляде карих глаз читалось непонимание. Агата явно ждала, что ей объяснят, в чем дело, ловила из уст Ви каждое словечко.

— Он тебе угрожает? — не дождавшись ответа, она добавила: — Вдруг он и Алеку угрожает тоже?

— Ты серьезно? Твой Алек просто придурок!

— Нет! Разве ты не заметила, как странно он себя ведет? Конкретно сейчас. Он такой нервный. Не обратила внимание?

— По-моему, он всегда был тот еще псих.

Агата понурилась, сжав рукава куртки розовыми непослушными пальцами. Она хотела возразить, Ви угадывала точно. В реальности Агаты все грехи Алека автоматически записывались на счет Мэтта. Да, бедный, попал под влияние! Кто вел колонну, тот и виноват, а тот, кто шел следом, он так... он ведь только повторял, слушался. Разве это преступление?

— Это он не на тебя злился. Вообще-то на переднем кресле кроме него никто не ездит. А тут Мэтт тебя посадил.

— Сейчас бы обижаться из-за кресла!

— Ты не понимаешь... Нам нельзя возвращаться, — выдавила Агата, дрожа то ли от холода, то ли от страха. — Все будет плохо! Чувствую, все будет плохо.

Будто бы Ви ждала от них хорошего!

Где-то вдалеке застучал дятел, и эхо разнесло этот звук. Шорох ветвей обличил преследователя. Агата подорвалась и прежде, чем сорваться с места, шикнула только:

— Беги!

Она бросилась в объятия еловых лап, и они проглотили ее, лаская иглами спину. Мэтт подошел, чертыхаясь. На штанах у него висели гроздья сухих колючек.

— Где эта идиотка?

О присутствии Агаты напоминали лишь следы, пунктиром петлявшие к лесу.