Скелеты в винном погребе
Дом казался вымершим. Каспиан и Леон уехали два часа назад, оставив после себя лишь запах гари и гнетущую тишину. Мира сидела на кухонном острове, бездумно помешивая остывший кофе.
— Он не вернется к ужину, если ты об этом думаешь, — Маркус вошел, подбрасывая в воздухе связку ключей. Он сменил костюм на помятую футболку, но кобура на боку напоминала о реальности. — У Каспиана есть привычка: сначала сжигать мосты, а потом проверять, не остался ли кто-то на той стороне.
— Почему он так со мной обращается? — Мира подняла глаза. — То сжимает в объятиях так, что ребра трещат, то смотрит как на пустое место.
Маркус вздохнул, доставая из холодильника банку пива. Он сел напротив, и его обычная шутливая маска на мгновение дала трещину.
— Слушай, малявка. Рику сорок два. Двадцать из них он провел, выстраивая вокруг себя стену из трупов и банковских счетов. Ты для него — системный сбой.
— Сбой?
— Десять лет назад у него была… скажем так, привязанность. Женщина его круга. Она была старше тебя, умнее и знала правила игры. Но её использовали, чтобы добраться до него. Её не просто убили, Мира. Её превратили в послание. — Маркус сделал долгий глоток. — Каспиан тогда лично вырезал целую семью тех, кто это сделал. С тех пор он не прикасается к тому, что может сгореть. А ты… ты выглядишь как идеальный фитиль.
Маркус внезапно подался вперед, и его взгляд стал пугающе серьезным.
— Он боится не того, что ты его предашь. Он боится, что он не сможет тебя защитить. Когда он вчера целовал тебя, он прощался со своим спокойствием. Для такого человека, как он, почувствовать что-то к двадцатилетней девчонке — это всё равно что подписать себе смертный приговор. Ты его слабость, Мира. А в нашем мире слабости долго не живут.
Мира почувствовала, как холод пробежал по позвоночнику. Она вспомнила тяжесть его рук и ту отчаянную жажду в его глазах на балконе.
— Ты думаешь, он меня выгонит? — прошептала она.
— Хуже, — Маркус криво усмехнулся, возвращая себе привычный тон. — Он запрёт тебя в золотой клетке, окружит охраной и будет ненавидеть себя за то, что хочет заходить в эту клетку каждую ночь. Старик чертовски упрям. Он скорее сломает тебя, чем признает, что ты ему нужна больше, чем воздух.
В этот момент на панели охраны замигал красный свет. Маркус мгновенно вскочил, проверяя телефон.
— Черт. Кажется, «уборка» затянулась. Леон пишет, что они возвращаются, но Каспиан ранен.
Мира вскочила, опрокинув чашку. Кофе коричневой лужей растекся по мрамору.
— Насколько серьезно?
— Он жив, а значит — в ярости, — Маркус уже проверял затвор пистолета. — Иди в его кабинет. Достань аптечку из сейфа за картиной. Код — дата его первого убийства, но ты её не знаешь… Попробуй 0412. Это дата, когда он нашел тебя в багажнике. Этот старый романтик предсказуем, как швейцарские часы.