Vkook

***
Экскурсия подошла к концу, и группа слегка оглушённых студентов снова оказалась в главном холле. Здесь их ждала заключительная, обязательная процедура — выборочная проверка службой безопасности на предмет того, не выносят ли они случайно каких-либо конфиденциальных материалов или сувениров «на память». Охранники с серьёзными лицами и сканерами в руках методично работали с очередью.

Хосок стоял рядом с Ники, лениво переписываясь в телефоне. Вдруг кто-то легко ткнул его в плечо. Он обернулся и увидел знакомое каменное лицо Личхи, личного охранника Чонгука. Но сейчас в его глазах, обычно ледяных, читалась едва уловимая усмешка.
— Парень, ты тут застрял? — спросил Личха. — Босс ждёт. Иди уже.

Рядом стоявшие охранники, услышав это, переглянулись. Они-то знали, что Личха почти никогда не говорит лишних слов, а тут ещё и с какой-то теплотой в голосе. Один из них даже фыркнул, показывая на Хосока:
— Слушай, Личха, этот малыш что, твой протеже?
— Практически родня, — невозмутимо бросил Личха, беря Хосока за локоть и мягко выводя его из общей очереди. — Его тут все охраняют. Особенно тот, наверху. — Он кивнул в сторону потолка.

Хосок, сияя, позволил себя вывести. Он слышал, как за его спиной Ники и другие студенты зашептались с новым витком интереса. «Родня» Личхи? Это было даже круче, чем просто знать босса.

По пути к лифтам Хосок оживлённо болтал:
— Личха-сай, а вы правда того хулигана с третьего этажа тогда так…? — он сделал выразительный жест.
— Не твоё дело, щенок, — буркнул Личха, но уголок его рта дёрнулся. — И прекрати слушать сплетни в курилке. Хотя… да, было дело. Он твоего брата задел. Никто не имеет права.

Этот короткий, почти братский разговор с самым грозным человеком в охране завершился у лифта. Личха нажал кнопку, кивнул Хосоку: «Не задерживай его надолго, у него совещание через сорок», и отошёл, возвращаясь к своему вечному каменному выражению лица.

Когда Хосок вошёл в кабинет, Чонгук сидел не за рабочим столом, а на диване в гостиной зоне. Перед ним на низком столе стояли две чашки горячего шоколада и та самая тарелка с кусочком чизкейка.
— Присаживайся, — сказал он, отложив планшет. — Как экскурсия? Узнал что-то новое или просто от уроков сбежал?
— Немного и того, и другого, — честно признался Хосок, набрасываясь на десерт. — Огромно здесь всё. Сложно. Но… круто.

Они немного поговорили о том, что Хосок увидел, о его планах на будущее. Потом Чонгук сделал паузу. Его выражение стало серьёзным, но не пугающим — скорее, сосредоточенным и немного… уязвимым.
— Хосок-а, мне нужно кое-что обсудить с тобой. Как с семьёй. Как с младшим братом.

Хосок перестал жевать, насторожившись.
— Всё в порядке? С Тэхёном что-то?
— С Тэхёном всё прекрасно, — быстро успокоил его Чонгук. Он взял свою чашку, покрутил её в руках. — Наоборот. Настолько прекрасно, что я больше не хочу ждать. Я хочу, чтобы это было навсегда. Официально.

Хосок замер, его глаза снова округлились.
— Ты о чём…?
— Я хочу сделать предложение твоему брату, — тихо, но очень чётко сказал Чонгук. Он смотрел Хосоку прямо в глаза. — Я хочу жениться на нём. Я знаю, что мы уже семья. Но я хочу дать ему и всем вокруг… нет, не уверенность. Она у нас есть. Я хочу дать ему обещание. Закреплённое всем, чем могу. И хочу спросить… не благословения, ты не отец. А твоего мнения. Как человека, который любит его не меньше меня.

В кабинете повисла тишина. Хосок смотрел на Чонгука, на этого могущественного человека, который сейчас говорил с ним как с равным, делился самым сокровенным. Он видел в его глазах не расчет бизнесмена, а трепет, надежду и ту самую, глубинную любовь, которую невозможно подделать.

Глаза Хосока вдруг наполнились слезами. Он резко встал, подошёл к дивану и… обнял Чонгука. Крепко, по-братски.
— Да, конечно! — его голос срывался. — Конечно, ты должен это сделать! Он… он так счастлив с тобой. Мы все так счастливы. Ты же видишь?

Чонгук, слегка ошеломлённый, но тронутый до глубины души, похлопал его по спине.
— Я вижу. И я хочу, чтобы это длилось вечно. Тайна пока? — он отстранился, улыбаясь.
— Конечно! — Хосок вытер глаза рукавом. — Я ни слова! Это должен быть сюрприз! О, боже, он будет так плакать… Мама тоже. — Он вдруг задумался. — А кольцо? Оно есть?
Чонгук молча потянулся к внутреннему карману пиджака, висевшего на спинке стула, и достал маленькую, бархатную коробочку. Приоткрыл её.

Внутри, на чёрном бархате, лежало кольцо. Не огромный, кричащий бриллиант, а изящное, платиновое, с рядом мелких, но идеально огранённых камней, которые переливались, как капли дождя на солнце. Оно было элегантным, сдержанным и бесконечно красивым — точно таким, какое понравилось бы Тэхёну.
— Оно… идеальное, — прошептал Хосок, заворожённо глядя на него.
— Я надеюсь, — тихо сказал Чонгук, закрывая коробочку. — Я ждал. Искал. Хотел, чтобы оно было похоже на него. Неброское, но сияющее изнутри.

Они поговорили ещё немного — о том, как всё может пройти, о возможных реакциях. Хосок давал советы с пылом подростка, который чувствует себя причастным к великому событию. Когда время истекло и Личха тихо постучал, напоминая о совещании, Хосок уходил, чувствуя себя не просто школьником, а хранителем самой большой тайны на свете.

Спускаясь в лифте, он думал о своём брате, о его счастливых глазах, и о том, что скоро они засияют ещё ярче. А Чонгук, глядя на закрытую коробочку в руке, чувствовал, как последние сомнения уходят. Теперь он был уверен. Не только в своём решении, но и в том, что его новая семья — эта настоящая, шумная, тёплая семья — стоит за ним. И это было самой прочной основой для их общего будущего.

Продолжение следует...