11. Важные детали
Осторожно, очень много разговоров
______________________________
Интересно, как иногда работает наш мозг. Когда мы встречаем кого-то, то сначала примечаем самые выдающиеся детали, составляем для себя общую картинку внешности. Лишь при более длительном общении начинаем видеть мелкие особенности, которые бросаются в глаза не сразу, запоминаем манеру речи, повадки – и вот тогда уже вырисовывается подробный, полный портрет знакомого. И этот портрет мы воспринимаем как должный, из-за чего можем не сразу заметить какие-то незначительные изменения. Ну а в критической ситуации точно будет не до того, чтобы рассмотреть старого приятеля, даже если вы не виделись годами, и только потом придёт осознание, что что-то не так.
Вот Кира, составившая в голове за пару секунд весь этот вывод вместе с таракашками, некоторые из которых – самые эмоциональные – попадали в обморок, испытала после подобного осознания небольшой шок. Ибо не увидеть сразу такую деталь…
— Генри… Прости за, возможно, нескромный вопрос… Но ты где потерял ногу?
Аниматор, до этого копавшийся в ящиках со всякими железками и прочим хламом вместе с Томом, поднял голову и молча вопросительно посмотрел на неё, не сразу уяснив, что имелось ввиду. Он перевёл взгляд на свою правую ногу, к которой был прикован интерес девушки, и медленно протянул что-то вроде «А, ты про это». Штейн поправил задравшуюся штанину брюк, из-за которой и стало видно, что ступни и голени у него-то нет, и вместо неё торчит немного криво обструганная деревянная палка, словно у пирата, а после встал с колена и выпрямился. Теперь на него, помимо Вороновой, смотрели ещё Саша и Марина, которая проснулась чуть ли не раньше всех новоприбывших и также, как и остальные, стала помогать взрослым в обыденных делах. Правда, в отличие от Киры, остальные уже успели приметить, что у Генри нет ноги, но решили, что так и надо, да и спрашивать было как-то неудобно.
— Это случайно вышло, — размыто ответил Штейн и спокойно пожал плечами.
— И на деревяшку она тоже случайно заменилась? — саркастично подняла брови девушка и поставила на табуретку ящик, который устала держать на весу.
— А вот это не совсем, — он, кажется, пару секунд обдумывал, объяснять ли дальше, и всё же закатал левый рукав рубашки чуть выше локтя: бóльшая часть предплечья была покрыта (или сделана) из чернил и словно иссохла до кости – разница в толщине нормального и поражённого участка руки резко выделялась, и выглядело это так, будто мягкой тряпичной кукле туго замотали конечность.
— Ох, Господи… — выдавил из себя Саша, впервые видевший что-то подобное.
Кира слегка скривилась, а таракашки вдруг начали копаться в памяти и вытащили оттуда воспоминания о моменте на время «прохождения» Пятой главы.
— Это не та самая твоя «просто рана», а?
— Она и есть, — вздохнул Генри и раскатал рукав обратно. — Да и на ноге рана тоже была: меня же тогда в Насосной станции осколком от трубы задело. В целом, я бы и не показал это, но лучше сейчас, чтобы вы знали и не пугались, когда вновь у меня будет что-то меняться.
— А это из-за чернил? Вы в кого-то превращаетесь? — аккуратно спросила Марина, но аниматор всё равно вздрогнул от неожиданности – детский голос в студии тут из-за спины не часто услышишь. Хотя, в его взгляде промелькнуло что-то такое, исходящее глубоко изнутри и с болью, когда он посмотрел на девочку, но лёгкая улыбка быстро это прогнала.
— Можно и так сказать. Ну, я надеюсь, что это не зайдёт слишком далеко.
— Если рисковать не будешь – то, может, и не зайдёт, — вдруг раздалось фырчание где-то с верхних полок под самым потолком.
Практически все подняли головы.
— Это ещё кто? — посмотрел наверх Грызин в крайнем удивлении, что над ним, оказывается, кто-то есть.
— Совесть, — всё также отозвалось оттуда что-то невидимое. Исключая аниматора и механика, все только ещё более недоуменно глядели на заставленные полки.
— С рогами и хвостом? — усмехнулся Генри.
Наконец, из тени на свет высунулась мультяшная голова демона. Бенди как-то недовольно, можно сказать, укоризненно посмотрел на создателя и вновь исчез из поля зрения. Появился он уже из-за угла и с серьёзным видом прошёл к Тому, который весь разговор отбирал нужные детали и вообще был в нём не заинтересован.
— Нашёл, — Бенди протянул волку небольшие продолговатые лампочки, и Коннор поднял морду. Механик сначала хмуро посмотрел на него, но потом смягчился и одобрительно кивнул, забирая детали. Демон развернулся к Генри. — И я серьёзно, старик. С твоим «самопожертвованием» тебе так скоро придётся не ноги самому себе отрубать, а голову. Хотя не уверен, что у тебя она потом не отрастёт. Только вот не твоя собственная. Или ты считаешь, что своя – хорошо, а чужая – лучше?
Штейн на это нахмурился, ничего не ответил и молча вернулся к работе. По тому, как он среагировал, было ясно видно, что не нравилась ему эта тема, и он сразу отошёл от неё. Ну, в данном случае, в прямом смысле слова: Генри ушёл относить ящики с деталями вместе с Томом.
— Это очень нехорошо, да? — посмотрела им вслед Кира.
— А ты можешь найти что-то хорошее в медленном превращении в собственные творения? — язвительно произнёс демон и тут вдруг недобро прищурился, повернувшись к ней, – таракашки поспешили перекреститься, а девушка насторожиться и пересчитать все свои косяки. — Кстати, о плохом… Ты, собственно, что тут делаешь, а? Так ещё со всеми своими дружками.
Воронова сглотнула. Саша молча возмутился за такое определение. Марина нашла забавным эту сцену: мультяшка отчитывает человека, которому еле до пояса достаёт по росту.
— Э… Ну, файл игры, который вы меня попросили упрятать подальше, нашли и вновь загрузили?.. — развела руками Кира.
Бенди уже раскрыл рот, чтобы выпалить недовольства, но резко похолодел и задумался на несколько секунд. А после слишком серьёзно посмотрел на неё.
— Ты мне мозги пудришь? Как можно… загрузить бумажный файл? Чем, скрепками? И как ты туда нематериальную систему «игры» уместила?
Девушка в недоумении уставилась на него, а после переглянулась с также озадаченным Сашей. Тараканы в голове вопросительно махнули лапками, мол, «А что тебя не устраивает?».
— Файл на компьютере был. Я и Женя его загрузили и включили игру, — вмешалась Марина, и мультяшка перевёл ещё более строгий и непонимающий взгляд на неё. Та замялась, но всё же уточнила: — Ты не знаешь, что такое компьютер?
— Да, впервые слышу.
Кира хлопнула себе по лбу. Ну конечно! Как же в студии, в шестидесятых годах, могут знать о подобных технологиях?
— Короче, это в нашем мире так можно делать. И студия для нас была просто игрой, выдумкой, проще говоря, — пояснила она. — Я в первый раз попала сюда, именно когда включила игру на компьютере – это такая сложная электронная машина, и они у вас только входят в обиход, судя по годам. Ну а в этот раз… тоже самое случилось. Дети вошли в игру и оказались тут. А потом и мы. Но это я виновата – сплоховала и ненадёжно спрятала файл.
— Ладно, суть я понял. Ошибку ты свою знаешь, отчитывать тебя не стану – ты и так получила достаточно за последние сутки, — Бенди махнул в сторону, и она медленно кивнула, понимая, к чему он клонит. — Но всё же поспорю: Цикла больше нет. Как и «игры». С чего бы вам сюда попадать? И, добавлю, что мы тебя ни о чём не просили. Тем более, о том, чего не знаем.
— А… как же письмо? От, цитирую, всех жителей студии.
— Видишь тут почту? Может, адрес свой скажешь?
Кира выпала в осадок. Действительно, как же ей могли послать письмо на компьютер, в другой мир, когда тут и допотопного телефона-то не найдётся? Нет, она об этом думала когда-то… но ведь вся ситуация в целом не поддавалась логике, и это воспринялось, как должное: как-то, да отправили, что голову ломать? А сейчас стало ясно, что никто и не присылал ей письма. Тогда кто?
«Игра»? Ещё одна «формальность»?
— Похоже, не совсем мы избавились от главных зол… — девушка посмотрела на Марину, и таракашки подкинули ей доказательства. — Да, «игра» не совсем исчезла: мы тут все научились говорить по-английски. Да и нас всех перенесло сюда – значит, система до сих пор работает. Просто из-за отсутствия Цикла не совсем корректно.
— Ага, только сейчас есть опасность посерьёзнее этого. Как говорится: из огня да в полымя, — мрачно подвёл Бенди и скрестил руки на груди. — От одного избавились – появилось другое. Не выберемся мы отсюда. По крайней мере, пока этого не захотят чернила.
— Кстати, Алиса сказала, чтобы мы остерегались чернил и тех, кто не может контролировать своё второе «я», — припомнила Воронова. — Ну, ещё и про внезапные эмоции и подобное. Можешь пояснить подробнее?
— А нам ты не говорила, о чём вы беседовали вдвоём, — с лёгкой укоризной посмотрел на неё Саша, и та лишь махнула рукой, мол, «Не до того было».
— Вау. Она действительно это сказала? Лично тебе? — демон глянул на Киру.
— Да. Она нам в целом помогла, — тот хмыкнул.
— Что ж, не думал, что она сама справится со Сьюзи. Пожму ей как-нибудь руку до хруста костей.
Так как прозвучало это более, чем уверенно и правдоподобно, Марина с небольшим шоком посмотрела сначала на него, а потом на его руки, облаченные в белые перчатки. Бенди, заметив её реакцию, с тяжёлым вздохом пробормотал:
— Да пошутил я, пошутил.
— А причём тут Сьюзи? — поинтересовался Саша в целях уточнить, о том ли он подумал, или нет.
— Вот вам как раз ответ про второе «я»: у Ангела две личности, что со временем всё больше сливаются в одну. Не смотря на то, что Кэмпбэлл была хорошей девушкой, чернила в каждом найдут, за что уцепиться: её тщеславие и самолюбие они усилили во много раз. Она погибла, душа её осталась бродить в Тёмных Лужах. А когда уже Ангела… — он замялся и замолчал на пару секунд, подбирая слова. — …затащило туда же, то Сьюзен слилась с ней, так как связь между ними была крепкая. Вот и вышла Искажённая. Правда, кажется, до сих пор их личности не до конца объединились.
— Но больше проявляет себя Сьюзи, как я понимаю… — Кира задумчиво постучала пальцем по подбородка. — И она же не одна такая? А, Бадди, к примеру!
— Ну-у, он, насколько я понимаю, подавил в себе личность «Бориса». Хотя, с клоном это легче сделать, чем с кем-то самостоятельным, — он пожал плечами. — Но под вторым «я» воспринимается не только, что внутри тебя есть кто-то ещё. Это просто другая сторона, развитая чернилами. К примеру, у меня – Чернильный демон. Только сейчас я уже научился контролировать себя и свои силы. Хотя даже меня могут поглотить Тёмные Лужи… и не уверен, что в следующий раз я смогу выбраться с чистым разумом.
— Ты – Чернильный демон? — как-то удивлённо воскликнула Марина, которая до этого его даже и поставить рядом не могла с чернильным монстром, которого тут все опасаются. Да, видела его на экране компьютера и даже мельком вживую, но… он же сейчас мультяшный и безобидный.
Бенди закрыл глаза, глубоко вздохнул и кратко выдохнул. Он безвольно повесил руки вдоль тела, слегка сгорбившись, и удрученно произнёс:
— Ну да, кто ж меня в этой форме всерьёз воспримет? Особенно ребёнок, — мультяшка кинул убийственный взгляд на Киру, что насмешливо подставила ладонь под его рост, а-ля «Ну ты же мелкий», и отмахнулся от её руки. — Но да, я – демон. И это я спас вас тогда от монстра.
— Спас от монстра? — нахмурилась Воронова, сразу насторожившись, и посмотрела на девочку: она кивнула. Надо будет ей расспросить их, что с ними вообще произошло.
— Мы их к тому моменту уже искали, и я вовремя подоспел – их чуть не прихлопнули, как мух. Это хорошо, что ещё сообразили, что не нужно было на месте стоять, и убежали в лифт в последний момент.
— А какой монстр напал?
— Тот, от которого исходят гнев и ярость. Он, как сказали Том и Эллисон, и вас потом преследовал.
— Откуда такие существа вообще взялись? Их же не было.
— Появились, — пожал плечами Бенди. — Как я понимаю, это какие-то особенные души. Почему-то чернила после поглощения сделали их настолько сильными и со своими «отличиями», что даже мне трудно с ними справляться.
— Это всё, конечно, интересно, но у меня сейчас закипит голова, — Саша поморщился и потёр лоб. — Зачем это вообще всё надо…
— Иди поинтересуйся у чернил, — хмыкнул демон и направился к выходу. — Этого они мне не говорят.
— А разве они умеют говорить? — наивно спросила Мари.
— О, без умолку.
***
Через пару часов, когда Убежище пришло в движение, все собрались в кухне, совмещенной со столовой, для завтрака и чтобы обсудить самые важные вопросы: что делать дальше? Завтрак, конечно, был скудный и состоял только из беконного супа, так как другой еды здесь не наблюдалось и выбирать не приходилось, но, по крайней мере, он был разогретым. Правда, его всё равно приходилось пить из банок – тарелок категорически не хватало. Но всё это были мелочи, и за разговором никто на это не обратил особого внимания.
Некоторые, быстро перекусив, ушли вновь по своим делам и обязанностям, а остальные, в частности, Кира и друзья, остались обсудить сложившуюся ситуацию. А она, мягко говоря, вышла затруднительной: насколько стало понятно, всё меньше этажей остаются относительно чистыми от враждебных чернил, на них стало ещё опаснее ходить, а искать припасы – труднее. Тем временем, в «группу выживших» прибавилось ещё целых шесть человек. В Убежище, каким бы оно ни было просторным, стало теснее – даже спали в комнатах по четыре-пять человек на грубо сколоченных друг с другом ящиках, – а еды нужно было искать в несколько раз больше.
В общем, проблем было по горло. И вышеописанные – даже не самые первостепенные.
Довольно громкий взвизг раздался наряду с грохотом и трещанием жестяных банок. Все присутствующие – а на данный момент в столовой уже не было Эллисон, Лизы и детей, – посмотрели в сторону шума. Точнее, в сторону шкафа-кладовой, около которой стояли Вика и Бадди. Первая как раз-таки и вскрикнула от страха, когда, беря с полки банку супа, за той что-то потянулось, и ей на голову плюхнулось нечто чёрное, длинное и противно махровое. Второй же, просто проходивший мимо, от её реакции весь подобрался, вскинул уши, но стоило ему заглянуть в кладовую, сразу расслабился и возобновил свой путь. Вика, чуть не померевшая со страху, подняла с пола самодельное тканевое чучело, похожее на огромного пушистого паука, и развернулась к остальным с недоумением.
Сэмми весело фыркнул и оторвался от карты, разложенной на столе. Том неодобрительно покачал головой и молча – как и всегда – доел свою порцию супа. Кира и Артём также ничего не сказали, смотря на сложившуюся ситуацию так, словно такое просто в порядке вещей, а вот Саша пробормотал что-то в духе «Теперь не только я пауков буду бояться». Генри нахмурился и строго посмотрел на гаденько ухмыльнувшегося демона:
— Бенди!
Тот в миг принял самое невинное и непонимающее лицо, на которое только был способен – ему, наверное, оставалось лишь нимб над головой пририсовать, – и посмотрел на аниматора. После отпил из банки суп и с тоном «я тут ни при чём» коротко отозвался:
— А?
Генри скрестил руки на груди, вздохнул и тут с лёгкой улыбкой выдал:
— Ты же говорил, что разучился ловушки делать.
Вика, которая уже было подумала, что вот, сейчас прилетит карма этому черту за несколько её новых седых волосков, в сердцах бросила на ближайший ящик подобие тряпичного паука и возмущённо всплеснула руками, впрочем, ни звука не издав – негодовала молча, как в пантомиме.
Бенди довольно покосился на плоды своих стараний, но отстранённого выражения лица не убрал и пожал плечами:
— Так и есть.
Штейн покачал головой и вернулся к столу. Прерванный разговор возобновился.
— Так что с Музыкальным департаментом?
— Да после бойни с Поглотителями с последнего моего посещения там всё вновь верх дном, — тяжело вздохнул Сэмми. — В отделе и так находиться было небезопасно, а сейчас, когда бóльшую часть Искателей нельзя контролировать, трубы окончательно прорвало и чуть ли не все проходы затопило, так и вовсе опасно для жизни. Я могу туда пробраться по нескольким путям, но это ничего не даст – скоро и этих ходов не будет.
— Значит, мы лишились ещё одного этажа… — Генри отметил на карте соответственный участок.
— Не-а, двух: я больше не могу пройти в Сценарный отдел и примыкающие к нему комнаты, — добавил Бенди. — Я чуть не угодил в «тёмные» чернила пару раз подряд и больше рисковать не решился.
Кира придвинулась ближе и заглянула в полностью изрисованные плотные листы, разложенные в определённом порядке. И ей не особо понравилось, что очень много мест были помечены, как непроходимые и опасные. И, самое главное, они сходились кольцом.
— Так вас же просто окружают, — выдала она и указала на пару «свободных» коридоров. — Вот, лишь здесь место и остаётся нетронутым. А так всё ближе подбираются к Убежищу.
— Прямо раскрыла нам всем глаза, — с сарказмом произнёс демон. — Это мы давно заметили. Но вот сделать мало, что можем.
— А как же вы тогда по студии перемещаетесь? — спросил Артём.
— Как выходит: на свой страх и риск, — вздохнул Штейн. — Пешком ходим, исследуем ходы в стенах – те, что остались. Чернила везде, приходится постоянно осторожничать.
— Перекрывают нам все ходы, сволочи, — прошипел Лоуренс и сдвинул маску на лоб – его золотые глаза сузились. — Пытаются вынудить подальше уйти из безопасной зоны на поиски припасов, загнать глубже в студию. Злит их, что мы нашли способ, как с ними бороться, не подчиняемся. Уже отрезали нам прямые пути к Потерянному городку и на самые верхние этажи. Скоро и отсюда придётся уйти.
— Разве нет способа их остановить? — Кира обвела их взглядом. — Золотые же чернила помогают, верно?
— Их слишком мало, как и ингредиентов для их очищения, — покачал головой демон. — А достать их каким-то другим способом… не выходит. Нет пока таких сил, что могли бы отделить «золотинку» от Тёмных Луж.
— А что нужно-то для этого?
— М-м… — он нахмурился и отвёл взгляд в сторону. — Не скажу точно, но либо нужно какой-то ритуал проводить, либо это сделает кто-то с особенной душой. Или если сами Лужи позволят использовать это. Но ясно, что последний вариант невозможен. Об остальных ничего не скажу.
— А Машина может помочь?
— Может, если только её уничтожить, чтобы все чернила исчезли, а с ними – и все мы.
Все без исключения повернули головы к склонившемуся над картой Коннору, который и начал вдруг говорить. Воронова аж поперхнулась воздухом от неожиданности и шока.
— Этот вариант мы отложили на тот момент, если никаких иных путей не останется вообще, — не обратив внимания на реакцию новоприбывших, продолжил механик своим хриплым и грубым голосом и ткнул железным пальцем в бумагу. — Сейчас же нам в ближайшее время действительно придётся уходить отсюда к Потерянным. Нас слишком мало, а связь мы с ними потеряли. Мы отдалимся от выхода, но пока не разберёмся с Машиной, которая сейчас находится в «зáмке», пока не поймём, как избавиться от чернил, мы и не сможем уйти. «Гент» и я построили Машину, мне полностью известно её устройство. Но Джоуи связал её с чернилами, каким-то сатанинским образом смог с её помощью создавать не просто предметы и материалы, как задумывалось поначалу, а живых существ. И что-то испортил. Точнее, испортил чернила. А они уже сделали всё остальное. И теперь я не уверен, что простая перестройка механизма Машины поможет что-то изменить.
Том тяжело закашлялся и опустился на стул. Генри слегка похлопал его по спине.
— Тебе не стоит так перенапрягаться – у тебя ещё не до конца окрепли голосовые связки.
— Плевать, — отмахнулся тот на его слова. — Всё равно тренировать нужно.
— Ты когда говорить начал? — всё ещё в шоке уставилась на него Кира.
— Когда начал принимать золотые чернила, — ответил за него Сэмми. — Они помогают очищать разум, лечат, возвращают воспоминания. Не всегда, но понемногу.
— А если всё так от золотых чернил зависит, то почему бы их не пустить через Машину? — вдруг откликнулся Саша. — Может, они и уничтожат эти Тёмные Лужи?
— Можно, — кивнул Бенди. — Но, во-первых, надо сначала до Машины дойти. А во-вторых, «золотинки» слишком мало. Так что вряд ли.
— А ритуал? — напомнила Вика.
— Я не знаю, как его проводить, — неохотно буркнул демон, а после посмотрел на Генри. — Давай, старик, решение за тобой, что нам делать. Мы не согласимся, если что, но последнее слово всё равно за тобой.
Аниматор напряжённо нахмурился и уткнулся в карты. Все молча ждали его решения, и никто, в целом, не сомневался, что оно будет правильным.
— Здесь становится небезопасно, это все мы понимаем, и сидя здесь, вряд ли что-то сделаем. Нам придётся уйти. Согласны с этим?
Он обвел присутствующих взглядом. Все лишь утвердительно кивнули – поспорить с этим было трудно. Штейн выпрямился.
— Тогда начнём собираться. Через пару дней покинем Убежище.