Занятия по превращениям

   Что бы сделал любящий человек ради другого? Как скажут многие: "Изменился бы". Ведь не бывают идеальных для друг друга людей, а если вам пытаются доказать обратное, проверьте, не лежит ли у него под подушкой его любимый сборник сказок.

   Некоторые даже могут поменяться так, что их просто не узнают. Вообще.

— Ты… кто? — чуть не рассмеялся Кимним. — Случайно головой не ударился? Может, я тогда заморская принцесса?

— Я... — вымолвил самозванец и отвернул голову в сторону. Ему не поверили, и в этом нет ничего удивительного.

— И хватит уже лежать на кровати. Вставай! — Кимним резким движением стянул с незнакомца одеяло. — Ты че...

  Перед ним предстала та картина, которую он ни на одной выставке не пожелал бы увидеть. Издевальство или наказание? Он не понимал до конца, не верил своим глазам. Сон? Слишком реалистичный для такого жестокого издевательства.

— Ты нахрена лежишь в женском белье, идиот?! Да еще и в ее...

— Я же говорю тебе!

— Чертов извращенец... Да ты хоть знаешь, что я с тобой сделаю, су# в связи со сценой, не подлежащей никакой возрастной категории, мы прерываем рассказ, чтобы случайно не травмировать вашу психику. А пока мы расскажем вам про кроликов. Они удивительный не только своей пушистой шерсткой, красотой и умением вызывать умиление, но еще и удивительно живучи. За многие тысячелетия они до сих пор существуют, и это вопреки тому, что вокруг постоянно ходит достойно хищников, способных истребить их вид. А вы знали, что они не питаются морковью как основной пищей? Это для них, скорее, десерт, нежели еда. Про капусту вообще стоит молчать, потому что...#— И что мне с тобой делать? — наконец спросил наш впечатлительный герой, после долгого молчания и глянул на своего незванного гостя, сидевшего перед ним, на другом конце стола. Оба оказались, похоже, в очень щекотливой ситуации.

— Поверить мне. Я знаю, что это звучит безумно, да я и сама не верю во все это...

— Тогда скажи мне то, что заставит меня поверить. То, что было между нами, то, что оставалось нашим личным. Тогда я готов поверить в любые басни про превращения, — усмехнулся наш Кимним. У него был простой план.

  Нет ответа. С каждой секундой ожидаемого ответа он не доверял все больше, а ведь их копилось все больше и больше. С каждой секундой угасала надежда на то, что это действительно какой-то волшебный "подарок". У кого-то реально больное чувство юмора...

— Если ты молчишь... — Кимним уже хотел встать и уйти, как почувствовал, как его руку крепко сдали. Стоило только ему повернуться и посмотреть на этого обнаглевшего, как он почувствовал в этом что-то знакомое, личное. Нет, что-то другое... Странное перемешанное чувство.

— Ты тогда точно также смотрел на меня, глупо и одновременно забавно, —  произнес тот человек, словно летая в облаках своих воспоминаний. — Нелепо это было тогда. Мы посмотрели на друг друга так, что каждый понял для себя кое-что важное, — он отпустил руку, отвернулся и со скучающим видом снова уставился в одну точку. — То было тогда, конечно.

  Кимним не поверил своим глазам. Дрожащей рукой он протянул другую руку, чтобы схватить и ощутить, но тот сразу отдернулся. И он очнулся, помотав головой.

— Боже, скажите, что это розыгрыш. Пожалуйста, скажите мне это, я посмеюсь в камеру и пойду домой.

Акт 2

  И каждый день будет пыткой. Да воздастся вам за ваши же поступки и острое, как лезвие Мурамаса, слово...

— Куда ты меня привел? — спросила... Хотя лучше спросил. Спросил Васкет, оглядывая комнату. — Глупый вопрос, согласна. Тогда другой вопрос. Зачем?

  Они стояли в "убежище" Кимнима. Последний явно искал здесь что-то, ходил по комнате, смотрел в потолок и окно.

— Придется дать тебе пользоваться моими вещами. Не будешь же ты ходить в платьях своих, верно? — разбрасывая свои вещи в шкафу, говорил наш озадаченный парень.

— У меня нет ни одного платья, Кин... — с долей разочарования напомнил ему так непривычно звучащие голос.

— Это же было в пример. Не воспринимай ты так все. Я же знаю, что тебе никогда не нравились свои голые ноги. А что в этом такого? Продувает, небось, в этом причина?

— Ты слишком много болтаешь, — буркнул Васкет. — У нас... У тебя есть дело. Ко мне. Сейчас я почувствую себя как барби...

  Итак, что же он мог дать? Обычный мужчина может только и похвастаться, что коллекцией носков. Большинство из мужской половины населения просто не заморачиваются с разнообразием. Но стоит отметить, что в душе они могут быть куда более интересны и красивее, чем сама мисс Вселенная. Не своей красотой, но умом и характером они себя проявляют. И только немногие себя покажут еще лучше: поступками и своим словом, что сумели они сдержать и выполнить. Принадлежал ли наш герой хоть какой-то из групп?

— Я так понимаю, я в этом должна теперь ходить, — продолжал брюзжать он, напяливая на себя старые черные джинсы, сделанные из сомнительного качества синтетики.

— У меня ничего, кроме как этой футболки и штанов. Мне нечего тебе больше дать, уж извини. И вообще, на тебе неплохо смотрится. У тебя такая брутальная борода... — вдруг Кимниму пришла какая-то мысль, да такая, что он выбежал из комнаты и, наделав шуму, принес еще кое-что.

— Надевай, — с легкой одышкой проговорил он, когда прибежал обратно.

— Ничего себе, — удивился тот, когда ему показали чудную вещицу на плечиках. Это была вычурная кожаная куртка, какие только шьют индивидуалистам, качественная вещь. — Ты же ее делал под заказ. Только посмотри на это...

  Васкет продолжал осматривать ее, надевая вещь на себя и красуясь перед зеркалом. В отражении стоял привлекательный и статный муж, замешанный в каком-то очень грязном деле и, скорее всего, в мафии. Широкие плечи, стрижка-ежик и кожанка, что еще нужно для хорошего и даже впечатляющего образа?

— Байк тебе купить?

— Только попробуй.

  Внешность была готова, оставалось сделать что-то с этой бородой, которая напоминала копну сена. Ладно хоть тело чистое дали, а то пришлось бы ее еще отмывать от крошек, сальности и других неприятных вещей.

— Погоди, дай мне пару минут, — попросил "типа не байкер" и быстро вышел за дверь. Кимним быстро смекнул что к чему и направился вслед.

— У тебя все нормально? — аккуратно постучался он в дверь ванной комнаты.

— Нормально, — еле слышно ответили ему. Звук был слишком глухим из-за толстоватых стен.

— То есть помощь не нужна?

   Ему не ответили.

— Нет, что это такое?! Ой... Да как это получилось? Как можно вообще с таким жить?!

   Теперь все вставало на свои места. И от этого страшно было заходить после такого туда.

— Да уж...

— Лучше бы помог мне!

— Ага, еще чего! Уж с этим ты постарайся научиться!

— А я ведь знала, что это бесполезно, спрашивать тебя... — обиженно выдал Васкет, но нашего быстрого героя и след простыл.

   Следующий этап – бритье. То самое занятие, требующее, больше, качества и знаний, нежели аккуратности. Хотя инструментом довольно непросто порезаться, шанс, все же, есть, а это может повлечь за собой даже смерть. Казалось бы, рутинное занятие практически всех людей. Это показывает то, насколько мы хрупки к нежданным выпадкам судьбы.

—  Да я и сама могу побриться, не надо тут стоять сзади меня и делать всю работу.

— Ты даже естественные потребности не можешь справить, я не могу оставить тебя наедине с бритвой. Думаешь, мне так приятно обжиматься с мужиком? Но я помогаю тебе, поэтому просто молчи. Бритвы тут все мои, и я не хочу, чтобы одна из этих насадок "случайным" образом испортилась.

   Васкету только оставалось недовольно пробубнить что-то про себя.

— Так я еще и осел теперь, по-твоему?

— Я не хотела, чтобы ты услышал.

— Хм, ладно, — Кимним продолжил вести лезвием по копне волос, как будто ничего и не случилось. — Дура.

— Боже...

  После небольшого конфликта Осел и Дура приняли решение стоять молча и не мешать друг другу. На эти непроходимые джунгли нужно было потратить далеко не пять с лишним минут.

— Слушай, Кин.

— В чем дело? Не отвлекай меня по пустякам, я почти сделал дело... — внимательно вел станок наш заботливый парикмахер и, закончив, поднял глаза к зеркалу. — Или это что-то важное?

— Да, важное. Очень.

   И снова он застыл на месте, втыкал в зеркало, будто увидел что-то страшное или приятное, неизвестно. И все же, глаза светились.

— Я слушаю тебя.

   А дальше ему неуверенно, с паузами ответили:

— Кин, ты знаешь мою работу. Мое занятие. И ты знаешь, что случилось со мной, с моим телом. Я до сих пор еще не осознаю то, кем мне сейчас приходится быть. Я хочу, чтобы ты сделал одно важное дело, сходил на одну важную встречу, что для меня так важна. Ты не обязан это выполнять, особенно в нашем положении, в наших отношениях. Но я была бы очень благодарна, ведь это важно для меня. Другого выхода я не вижу.

— Ладно, — ответил он и продолжил убирать все лишнее после бритья.

— Значит, вот так это делается? — усмехнулся Васкет и, слегка улыбнувшись, пошел за дверь. — Тогда я должна уже поблагодарить тебя вдвойне.

— Если должна вообще. Иди уже.