Мир развлечений и страха

Всю дорогу, меня не покидало волнение. Я не знал, как отреагирует человек, который в скором времени окажется у меня дома... который вместе с основателем компании создавал андроида, взятого мною с его же завода.

Хади открыл мне дверь и его глаза тут же расширились, когда он увидел двух моих гостей. Их робот знал очень хорошо. На моем лице тогда была описана вся палитра эмоций. И я думаю, что в тот момент он понял это.

Мы осторожно прошли в коридор, однако Лэйт засмотрелся на Хади. Я бы сказал, что его лицо на миг даже просияло.

— О, боже, — тихо протянул он, — ты еще жив.

Он подошел вплотную к роботу. Сейчас я вдруг осознал насколько высоким был бывший глава отдела инноваций. Он был одного роста с Хади, если даже не выше, чем он. Андроид посмотрел на Лэйта в ответ, глаза его стали, какими-то отчаянно удивленными.

Лэйт продолжал разглядывать его лицо так, словно видел его впервые. Потом вдруг расставил руки и заключил андроида в объятия. Хади не сопротивлялся, он скорее был сильно удивлен происходящему.

— Я уж боялся, что за время пока на объекте не было охраны, тебя стащили, какие-нибудь бродяги, — сказал Лэйт, все еще не отстраняясь, — но мистер Рэй нашел тебя и привел в порядок. Ты мое драгоценное творение, как же я рад тебя видеть, ты даже не представляешь.

Его рука вдруг коснулась щеки робота. Я вскинул бровь. Движения Лэйта выглядели легкими и ненавязчивыми, словно он прикасался к чему-то очень хрупкому. Хади замер, явно не понимая, что происходит.

— Даже, несмотря на то, что прошло уже, что-то около десяти лет с момента твоего создания, ты останешься прогрессивнее всех твоих собратьев от других компаний, — продолжал он, — ты не представляешь сколько труда мы в тебя вложили.

Его рука прошлась по щеке робота, но более никаких действий серьезнее Лэйт не делал. Как и отпускать Хади он пока еще не собирался. Я заметил, как Норман раздраженно сложил руки на груди и цокнул языком, хотя полагаю, что тот его даже не заметил. Меня эта сцена не столько раздражала, сколько удивляла. Я все еще пытался понять характер этого загадочного человека, но просто не мог этого сделать.

— Навсегда останешься прекрасным живым юношей, — все еще говорил тот, — может и вправду стоило сразу тебя оттуда забрать, м? На заброшенную фабрику долгие годы никто не возвращался. Такого робота, как ты Хади, немногие истинно заслуживают. Когда люди покупали твои копии, они даже не догадывались, что стали обладателями произведения искусства. И странно говорить это, но раньше я буквально не верил в то, что смогу делать таких андроидов, как ты.

Норман демонстративно кашлянул в кулак и Лэйт обратил на него внимание.

— Хорош уже робота ублажать, — проговорил он, — этим ты потом заниматься будешь, давай ближе к делу.

Лэйт рассмеялся. Норман тут же отвел взгляд, то ли осознав, то с каким тоном он это произнес, то ли от смысла самой фразы. Я перевел взгляд с него снова на Лэйта. Удивительно, каким фамильярным стал Норман, спустя буквально пару часов с момента их встречи. Наверное сейчас был первый момент, когда я наглядно увидел всю степень сложности их... хотел сказать "взаимоотношений", но слово "отношений" сюда тоже подходит.

Закончив смеяться, Лэйт чуть отстранился от андроида и окинул его взглядом.

— Да, мы же собрались тут, чтобы взглянуть на твою рану, Хади, — проговорил он, — покажи мне ее.

Я понимал, почему Хади в этот момент молчал. Чаще в таких ситуациях он больше эмоционирует, по моим наблюдениям. А сейчас он был в своего рода ступоре от встречи со своим вторым создателем. Я понимал его полностью.

Хади осторожно снял пиджак и задрал кофту. Лицо Лэйта тут же буквально исказилось, когда он увидел рану. Он тут же посмотрел сначала на меня, а затем на Нормана, словно бы говоря: "Ну, и кто из вас двоих сотворил это безобразие?". А потом наклонился и стал разглядывать повреждение. Я нервно сглотнул, наблюдая за ним. Я прекрасно понимал, что он не просто профессионал своего дела, а самый настоящий виртуоз, если не сказать гений. И все же волнение-таки поселилось в моем сердце.

Он скомандовал роботу сесть на диван, а сам сел рядом и продолжил разглядывать. Сцена была очень похожа на то, когда Норман пытался это сделать. На этот раз уже без перчаток, Лэйт попытался растянуть рану, что опять же заставило робота дернуться. К нему подошел Норман. Его глаза блеснули и кажется на секунду поменяли цвет. В них было даже не любопытство, а самый настоящий интерес. Я понимал его. Я на сто процентов уверен, что мой бывший друг сам хотел бы делать, может и не таких, но очень приближенных к живым, роботов.

Лэйт выпрямился и потер ладони. Снова лицо его ничего толком не выражало. Он поправил кончиком пальца очки и поднял голову.

— Ерунда, — заключил он, — небольшой разрыв наружного покрытия, имитатора мышц и имитатора вены, заделать это все можно буквально за пару часов. Хорошо, что кровь свернулась, ну, хотя бы частично, а то он был лишился ее полностью, — он выдержал паузу и на некоторое время снова наклонился к ране, — вообще-то выглядит это так, будто он упал и обо, что-то зацепился.

— Как ты его вообще сделал? — вдруг спросил Норман и тут же поправил себя, — я имею в виду таким. Когда я осматривал это повреждение я касался там где датчиков не было и он все равно чувствовал боль. Как это возможно?

Лэйт снова рассмеялся и Норман опять раздраженно скрестил руки на груди. Что же, я его понимал. Вообще-то я был бы не прочь и сам принять точно такую же позу и с укоризной посмотреть на него. Хватит смеяться, у нас очень серьезная и непростая ситуация. Как минимум, моему другу сейчас тяжелее всех. Однако я испугался. Статусное неравенство с этим человеком связывало мне руки. Я прекрасно понимал, что сейчас мы в обществе, а не на работе, но страх оставался. Лэйт производит настолько серьезное впечатление, что я боялся лишний раз говорить, что-то. Я же и понятия не имел, как он мог отреагировать.

— Думаешь я стану открывать тебе свои тайны, Норман? — его голос был тихим и по моей спине от его слов пробежала дрожь, однако тот выглядел непоколебимым, — а может и стану. Кое-что ты можешь увидеть сам, если очень хочешь.

— Когда я приходил починить его, я оставил рюкзак с инструментами здесь у Рэя, на всякий случай, — он указал на большой черный рюкзак, стоящий у дивана, — можешь приступать, я а посмотрю.

— Договорились, — он поднялся с дивана, — тогда, Хади, я тебя выключу ненадолго, если ты не против, хорошо? Однако с тебя, Норман маленькая просьба. Давай немного поговорим, после того, как я закончу? Идет?

— Естественно, мне тоже есть, что сказать тебе, — согласился тот.

Я подошел к Хади, чтобы приободрить его. Я понимал, что ему очень не нравилось, когда его выключали. Для него это такая, своего рода больная тема. Раньше на фабрике ведь его постоянно выключали. Я взял его за руку и тихо проговорил, что все будет хорошо. Его одобрительный кивок и легкая улыбка меня немного успокоили.

Лэйт подошел к нему, запустил руку в его волосы и нащупав кнопку, выключил андроида. Глаза Хади тут же остекленели и его лицо стало нейтральным. Тело не обмякло, как произошло бы это у человека, он застыл. Наверное лишь сейчас, только в таком состоянии его можно было назвать вещью. Его ведь можно было просто-напросто оставить таким, как я однажды, покидая фабрику выключил Прототипа.

И вдруг я вспомнил о том, как Мия говорила, что хочет вернуть и привести Прототипа сюда. Конечно, это будет провернуть гораздо легче, когда он в выключенном состоянии.

Я тоже решил остаться и понаблюдать за процессом. Лэйт снял с андроида кофту, а Норман открыл рюкзак. Сейчас наверное я вижу, что-то, что обычный человек вряд ли смог бы увидеть. Два талантливых в своей сфере профессионала сейчас будут чинить наверное самую сложную технику на рынке современных андроидов.

Как и говорил Лэйт, дело было не слишком уж долгим. Хотя признаюсь, порой мне казалось, что я вижу, что-то, на что смотреть запрещено законом. В отличии от Нормана, который в тот раз действовал очень осторожно, в перчатках и старался лишний раз рану не трогать, Лэйт же был очень уверенным и ловким. Его движения были быстрыми и отточенными, как будто он таким ремонтом занимался буквально каждый божий день.

Он немного расширил рану, чтобы из-под наружного покрытия, как он сам это назвал, достать поврежденный имитатор мышцы, а затем и тонкую трубку, которая вероятно была имитатором вены. Из-за того, что они работали вдвоем дело пошло только быстрее. Попутно, пока поврежденные компоненты Лэйт заклеивал горячим пластиком (что, кстати, раньше планировал сделать и Норман), он объяснял моему бывшему другу тонкости. Мой разум начинал кипеть от такого количества информации, но вот Норману, кажется, было очень интересно его слушать.

Но самое худшее, что после этого у меня оставалась еще куча вопросов: каким образом свертывается кровь? Что делать, если часть крови Хади уже потерял? Как залить ее обратно и что вообще использовать, неужто настоящую человеческую кровь? И самое главное, пожалуй, на кой черт она вообще ему там нужна и какую функцию выполняет?

Ответил бы мне Лэйт на это? Я думаю, что с таким дилетантом, как я он не стал бы даже начинать подобного рода диалог. А вот с Норманом... хм, вот это уже под вопросом. Если я опять, уже второй раз запрягу его, чтобы он попробовал поговорить с ним об этом? У меня получится снова провернуть это? Хотя с другой стороны, я вполне себе могу подталкивать его к не самым приятным разговорам, особенно, если учесть то, какие сложные у них были... ну, да... отношения.

Запах жженой пластмассы быстро наполнил гостиную. Я к нему уже привык, однако все же открыл окно. Свежий воздух сразу дал понять, что все это время я дышал ужасной противной дрянью. И тут я вдруг задумался. Кровь Хади вообще не имела того металлического запаха, коий имеет человеческая. А, если учесть, что в некоторых местах рана все еще кровоточила, то запах точно должен был быть. Значит эта красная жидкость все же технически кровью не являлась.

Ирисовый раствор... точно. Меня вдруг осенило. В отчетах Нормана о тестировании Прототипа, робот называл его"...кислой, пахучей дрянью.". Ирис — это метафора, я еще давно предполагал это. Что, если ирис это не вещь, с помощью которой оживляли роботов, а это и есть само оживление? Написано было так, только, чтобы непосвященного человека запутать. Ирис — аллегория на кровь, на саму жизнь, на оживление неживого. Ирис — это процесс.

— ...если переборщить с пластиком, можно случайно закупорить вену... — слышал я то, как объяснял Лэйт конструкцию Хади, — ...а когда работаешь с искусственными мышцами, следует брать не пластик, а силикон или резину, чтобы залатать такое повреждение.

— ...как потом утраченную кровь вернуть? — спросил Норман то, что как раз крутилось в моих мыслях.

— ...это точно делается не через вены, — ответил тот, — она, как своего рода биокомпонент или, что-то в этом духе. Добавляется, через отверстие рядом с насосом, который качает ее по всему корпусу.

Как и сказал бывший глава отдела инноваций, вся процедура закончилась очень быстро. Я понимал, почему в самом начале Норман опасался браться за починку, он боялся, что-то повредить, не зная такой сложной конструкции. Столько мелочей приходилось учитывать, что они двое в самом деле сейчас были больше хирургами, нежели робототехниками.

У Хади на боку остался небольшой шрам. Он все еще был выключенным и я немного побаивался приближаться к нему. Скорее из осторожности, я боялся, что мои неловкие движения, что-нибудь испортят. Лэйт отошел к окну и немного постоял, вероятно, чтобы вдохнуть свежего воздуха, которого в гостиной все еще было не так-то много. Затем он повернулся ко мне. Его руки снова деловито сложились за спиной, его эмоции снова сложно прочитать. Разве что я видел неподдельное чувство удовлетворенности в его глазах.

— Мистер Рэй, — начал он, — не включайте его где-то примерно час. Нужно дать пластику полностью застыть, — он поправил очки и сделал пару шагов ко мне, — это вы отправились на фабрику сразу вслед за Норманом, так? Вы достаточно много оттуда унесли, — он тут же поправил себя, — нет-нет, не подумайте, меня это не волнует. Совершенно. Это хорошо, что здесь нет, кого-то кто хотел бы вернуть компании былое величие или, что-то в этом духе. Например, мистера Лютера или кого-то еще из глав компании. Это все было так давно, мне не хочется вспоминать. Если позволите, то я скажу, что предпочел бы двигаться дальше. Однако... просто удовлетворите мое любопытство... зачем вам это все?

Я хотел прямо сейчас вжаться в диван. Весь холод его тона сложно было выдержать. Разговаривал он много и очень... очень внушающе свою важность. Почему-то я начал нервничать. На мгновение я даже испугался отвечать ему. И почему-то у меня было такое ощущение, что он как хищник чувствовал мой страх. И самое жуткое, что страх ему, как раз нельзя было показывать, потому что я не знал еще, какие у меня и тем более у Мии на него планы. Если она хотела засудить его по настоящему, то пиши: пропало, нам с ним не потягаться. А если она хотела устроить, как она сама тогда сказала "перфоманс", то боюсь тут тоже ничего хорошего не выйдет.

— Хочу приблизиться к истине, — тихо проговорил я, таки набравшись смелости, — желательно, как можно ближе, не более.

На этот раз он не смеялся, чего я ожидал от него, если быть до конца честным. Мой собеседник снова поправил очки и подошел ко мне еще ближе.

— Мистер Рэй, вы очень, — он выдержал паузу, — что ж... целеустремленный человек. Во всяком случае, будь я на вашем месте я не стал бы добиваться правды от таких людей, как я. Кстати, мне показалось, что вы относите себя к эмпатам, это так?

Я понятия не имел с чего он сделал такое предположение. Я увидел, что даже Норман удивился этому, хоть он прекрасно знал о том, какое у меня отношение к роботам. Возможно я чем-то себя выдал.

— Ну, технически я еще не сдал соответствующий тест, так что я не могу им считаться, — проговорил я, — но возможно я могу быть эмпатом, да.

— В действительности это очень легко проверить без тестов, — начал он, — вообще-то дело в том, кто спрашивает. Ответьте всего на один вопрос, мистер Рэй: вы согласны со вторым законом робототехники, придуманным мистером Айзеком Азимовым еще много-много лет назад? Он звучит так: "Робот должен повиноваться всем приказам, которые дает человек, кроме тех случаев, когда эти приказы противоречат Первому Закону.".

— Второй закон мне не нравится лишь потому, что оговорка на противоречие есть только к первому закону, но не к третьему, — начал я, — получается так, что робот должен повиноваться человеку полностью, не заботясь о своей безопасности, но при этом заботиться о безопасности человека. Мне кажется, что это немного нечестно.

Лэйт расплылся в улыбке. Он снял очки, протер их краем рубашки и снова надел. Он выдержал паузу перед тем, как отвечать словно бы наслаждаясь моим абсолютно непонимающим лицом.

— Потрясающе, — протянул он, — подумать только, человек настолько сопереживает роботам. Вы эмпат, мистер Рэй, причем, я бы сказал, что радикальный. Будьте осторожны с такими, как я или как Норман. Много с вами хлопот будет. Зато с вами Хади будет в целости и сохранности. Поэтому, наверное очень хорошо, что он попал именно в ваши руки.

Что ж, мне было приятно, что в этом плане Лэйт мог доверить мне. Во всяком случае тут никто из нас не прогадал.

Напоследок, он лишь изъявил желание встретиться со мной еще раз и они с Норманом покинули мой дом. Вот теперь я мог начать отходить от всего, что произошло за сегодняшний день. Какая же странная и до ужаса нелепая ситуация, однако. Теперь оставалось только доложить обо всем Мии и отправляться за Прототипом. Мне кажется, что ему понравилось бы то, что человек пытается с ним поговорить, понять его, сделать ему лучше, дать понимание, которого у него никогда не было, кроме пыток и ужасов.

Хотя, может стоило бы, так, ради спортивного интереса попробовать найти его первого тестировщика? Кажется он называл его именем Мэл или, что-то в этом духе.

Со второго этажа спустились Кейси и Ирис. Первая села рядом с Хади, а вторая — рядом со мной. Ноги девочки-робота начали игриво болтаться, хоть и выражение ее лица слишком радостным не было.

— Хорошо, что все закончилось и теперь с фабрики у нас никаких травм не осталось, — сказала Кейси, — жаль, что он не говорил мне о ране.

— Он не хотел нас пугать, — подхватила Ирис, — я иногда просто не могу его понять.

Надо ли мне вообще говорить, что-то, чтобы выразить свое согласие. Хади до последнего не желал показывать свои слабые стороны. Сложно сказать чего именно он всегда боялся похоже, что люди всегда были первыми в списке его опасений.

Я выждал оставшееся время прежде чем наконец включить андроида. Кнопка располагалась на затылке, я еще давно это помню, с тех самых пор, когда впервые увидел, как Норман включил его еще тогда на фабрике. Однако я не думал, что на самом деле кнопка скрыта не только волосами. На его затылке был небольшой участок силиконовой кожи, который я убрал, прежде чем заметить большое количество датчиков. Я невольно поежился. Представляю, как неприятны были прикосновения к кнопке включения и выключения. Хотя, вероятно в этом был смысл. Роботу будет не слишком приятно выключать себя, если вдруг захочет этого. Да и выключить его в таком месте непросто и невозможно будет сделать это случайно.

Я включил Хади и выждал загрузку. Через некоторое время он быстро поморгал и начал двигаться. Робот тут же опустил взгляд на бок, где до этого была рана, а теперь там красовался шрам. Он провел по нему пальцем и тут же отдернул его, словно что-то укололо его. Я наблюдал за ним, никто на этом диване не решался заговорить.

Андроид увидел свою подругу, осознал, что она все про его рану поняла и отвел взгляд. Лицо его выглядело несколько виновато. Я, наверное, мог понять его сейчас, все-таки очень долго никто не знал о повреждении.

— Я не рассказывал об обстоятельствах, но теперь я думаю, что я могу это сделать, — тихо проговорил Хади, — это произошло буквально за несколько часов до того, как Рэй оказался на фабрике. Как я и говорил ранее, до него там уже был человек, это был мистер Мартинссон. Он уже, какое-то время слонялся по зданию завода и не решался спускаться на нижние уровни. Теперь-то я понимаю, кого он искал. И когда он увидел меня, он столкнул меня с железного моста, но я не упал, а зацепился о торчащую балку и приземлился на мостки, что были чуть ниже и таким образом избежал падения в пропасть. Я кое-как добрался до своей платформы и перевел дух, пока в этот же зал не зашел Рэй.

— Что же, пазл сложился, — я чуть приподнялся с дивана и окинул роботов взглядом, — Норман хотел найти свой дневник. Когда получил письмо, он сразу же понял, что на фабрику точно вернется Лэйт и решил опередить его. Однако, он не успел, тот явно успел забрать его дневник. Хотя... — я тут же задумался, — возможно самого Лэйта он тоже искал судя, по... — я тут же замялся и жестом попытался помочь своей речи идти дальше, однако слов я все-таки не подобрал.

— "Судя по..."? — удивленно переспросил андроид.

— Когда мы с Норманом пошли обратно на фабрику, чтобы найти Лэйта... — начал объяснять я, мысленно раздумывая, стоило ли вообще это говорить, — когда мы все-таки нашли его, они... что ж... они поцеловались.

Кейси прикрыла рот руками, а Хади удивленно присвистнул и вскинул бровь.

— Ого, — сказал он, — а ведь так никогда и не скажешь, что нечто подобное может произойти. Тем более смотря на Лэйта, у которого невозможно определить эмоции.

— Вот-вот, — подтвердил я, — так что, может Норман надеялся и его на фабрике встретить. Кто знает.

— Так это же выходит... — Кейси вдруг запнулась и ее глаза тут же расширились, — выходит, вот почему Лэйт звал его к себе в кабинет, только вот...

Она тут же замялась и начала нервно перебирать руки. Кейси опустила голову и некоторое время держала паузу, явно не решаясь говорить. Меня и Хади это слегка озадачило, однако мы оба ждали ее слов.

— ...это не выглядело... хорошо? Я имею в виду, то, как я это слышала, мистер Пьер не знал о том, что я нахожусь в кабинете мистера Мартинссона. Но иногда, если он все же знал это, видел меня, к примеру, когда я была на тестировании, он ну... как бы это так сказать?.. Он не общался так, словно любит его, понимаете? Мистер Пьер всегда был таким, его эмоции сложно понять и он был требовательным и не терпел непослушания. Он... я боюсь выдвигать такие теории, но выходит... он... он принуждал мистера Мартинссона к... любви?

От этого заявления я впал в ступор. По моей спине вдруг пробежала дрожь. Конечно, гении часто бывают странными или сильно отрешенными от общества. Но это... Нет, я пока что не делал выводов раньше времени, мне нужно было все хорошенько обдумать, а потом попробовать поговорить об этом с самим Норманом, если это вообще возможно. Потому что в противном случае это будут просто пустые теории, не имеющие никакого логического основания.

Хотя, если честно, обоснований этим суждениям я видел массу. Таких, своего рода косвенных доказательств. Начиная от того, как постоянно Норман злился и ненавидел Лэйта, и заканчивая тем, что сам Лэйт называл их отношения "непростыми". В чем же тут дело?

Странным мне показался и рассказ Кейси. Выглядел он так, словно она додумалась до, какой-то очень важной мысли, но не проговорила ее вслух. И кажется, я понял, к чему она это подвела. Делать выводы было рано, но сердце мое более не успокаивалось.

Вообще-то, признаюсь честно, мне сложно было представить Нормана в, каком-то подобном положении. Более вероятно он сам бы мог кого-то к себе привязать, манипуляциями и еще бог знает чем, язык-то у него подвешенный. Да, ладно там встречаться, так-то мы с ним и дружили по большей части из-за того, что он знал о моем скуднейшем окружении и пользовался моим мягким и пластичным характером, чтобы удерживать меня рядом с собой. Однако с другой стороны, как говорил он сам, Лэйта сложно переиграть в этом плане даже ему.

— Ох, — тихо протянул Хади, — так в этой компании выходит все хуже, чем я думал. Матерь божия, так оказывается...

— ...я могу оказаться неправа, — быстро подхватила собеседница.

— Знаете, а если так подумать, есть и что-то положительное в том, что половина моих воспоминаний утрачена, — подхватила Ирис.

— Подождите! — воскликнул я, — то есть, Кейси, ты хочешь сказать, что... понимаешь, почему Норман относился к тебе так, как относился, потому что с ним происходило плюс-минус тоже самое?

Да, это была та мысль, о которой я упомянул чуть ранее. Как мне показалось это именно то, к чему Кейси вообще и заговорила об этом.

— Да, именно! — согласилась собеседница, — помнишь, Рэй, ты говорил, еще тогда на фабрике, что счастливые люди так не поступают. Что, если с ним происходило нечто подобное и он просто... хм... пытался найти способ, как-то пережить это?

— Боже мой... — протянул я и прикрыл лицо ладонью, — если так, то в занятную историю мы с вами вляпались. Так, я предлагаю поспешных выводов не делать. Давайте так, я с Норманом обо всем поговорю как следует. Вдруг мы, что-то упускаем?