Нечистые

"Кто сражается с монстрами, тому следует остерегаться, чтобы самому при этом не стать монстром." Фридрих Ницше.

За двадцать четыре часа до принятия Закона.

Светловолосый парень в мятой школьной форме ковылял по простороному коридору. Недалеко стояла группа девчонок, так называемая Элита.

— Лиля? —  прохрипел он, облакачиваясь на соседний столик. — Мы можем поговорить?

— Хм, и о чём ты хочешь поговорить со мной? — блондинка скривила рот и отступила назад.

— Сегодня День влюбленных и я хотел признаться тебе. — Юноша протянул однокласснице шоколад в виде сердечка, но та лишь захохотала.

— Эй, вы слышали, что говорит это убожество? Он думает, что может дарить мне подарки и признаваться в любви! Да ты видел себя в зеркало?! На такого как ты только бомжиха посмотрит.

Все школьники начали обращать внимание на мини-представление, толпа зевак окружила их. Одни тыкали в них пальцем, другие —  снимали всё на мобильные телефоны.

— Язык проглотил от страха? Давай беги - беги к своей мамочке, а... У тебя же её нет. — Лиля  прокричала последнюю фразу, и все люди, находившиеся в коридоре поддержали волну смеха.

Щеки Тараса покраснели, по лицу стекал пот. Ему было стыдно, как никогда прежде. Юноша хотел прекратить это унижение, но от чьего-то удара в спину полетел головой в груду мусора. Помои оказались на лице парня, и все засмеялась ещё громче, кто-то схватил его за край рубашки и поднёс мобильник. Вспышка. Ещё. Ещё. Их бесконечное количество. Отовсюду смех и топот. На горизонте появился учитель, и все разошлись по кабинетам, юноша же побежал в туалет. Из носа текла кровь, он немного распух, как и губы. Тарас решил прогулять уроки и пошёл домой, где его должен был ждать отец.

Погода встретила мальчишку неприветливо: ливень обмочил его с ног до головы, ветер сломал зонт, машины облили грязью. Единственное о чем мечтал парень в данный момент, так о смерти. Она казалась ему выходом. Телефон брякнул и Тарас достал аппарат из кармана. Одноклассники выложили видео на сайт школы и на свои страницы в фейсбуке. Уже сотни комментаторов глумились над мальчиком и желали ему смерти.

Юноша открыл дверь и вошёл внутрь. Ботинок отца не было, значит он все ещё работал. Тарас побежал на кухню и увидел записку.

<<Вызвали на дежурство. Приду поздно. Ужинай без меня. Папа. >>

"Вот так всегда." — подумал парень и плюхнулся на стул. Его внимание привлекла розовая бумажка на холодильнике, Тарас  сорвал её и разозлился. Это был Закон, принятый пару лет назад.

"Дорогие граждане! В департаменте произошло некоторое изменение, все члены нашего правительства приняли  новый законопроект. Отныне все будет по - новому, а точнее будет действовать  обратный закон. Или как  мы предполагаем его назвать" закон противоположности."
............
Мало - это много.

Хлеб - это мясо.

Преступники- святые люди.

Все кто  не будут  соблюдать Закон, считаются Нечистыми  их постигнет наказание в виде трансплантации... "

Одноклассники Тараса возомнили  себя святыми и совсем обезумели: стали издеваться над слабыми и неимущими. Парень был противником данной реформы и пытался всех образумить, но тщетно. Отец каждый раз избивал его за то, что сын не исполняет обязанности гражданина страны и позорит семью. За нежелание исполнять дурацкие правила он прослыл Нечистым. Каждый мог избить его или даже убить, никого не волновало то, что он ещё несовершеннолетний, ребёнок, человек в конце - концов и никому в жизни зла не делал. Отец Тараса, Егор Всеволодович всячески изворачивался перед правительством, не давая сына ложить в больницу.

Тарас разорвал бумажку на мелкие кусочки и бросился в ванну. Он заперся, включил воду и присел на бортик. Рукой он коснулся горячей струи воды.

"Пойдёт." подумал он и схватил из шкафчика лезвие. Одним лёгким нажатием он провел металлом по руке, полилась кровь. Опустил  руку в кипяток и взвыл от боли.

— Они желают тебе смерти-они желают тебе смерти. — произносил Тарас, словно мантру. В коридоре послышалась возня — отец вернулся раньше обещанного. Юноша со всей силы нажал на лезвие и утонул в этом водовороте сожалений.

Настоящее время.

Тарас лежал на больничной койке и смотрел в окно. Там бегали дети с родителями, была прекрасная погода. Юноша немного им завидовал, ведь сам он уже три дня не выходил на улицу. Медицинский персонал навещал его каждые полчаса, а каждые три часа парень принимал лекарства.

Отец обнаружил его в ванне и вызвал скорую помощь, врачи смогли спасти ему жизнь. Крови он потерял много, отчего лежал двое суток без сознания на грани смерти. Тарас  ненавидел отца за помощь, а себя - за слабость. Неужели отец не понимал, что у него не было желания жить в мире полных лживых дураков? Парень  вздохнул и включил радио, на каждой станции говорили о нем. О школьнике, попытаемся свести счёты с жизнью из-за невзаимной любви. Из-за него приняли ещё один Закон. В нем говорилось, что всякое романтическое чувство — белезнь, которую нужно лечить. К людям влюбленных в кого - либо применялись принудельное лечение в больнице, а ещё им давалась отдельная квартира. Вроде бы всё хорошо, да только на первый взгляд. Медицинская сестра рассказала ему, что эти квартиры оборудованы камерами в каждой комнате, специальные люди проверяли больных по вечерам и только они могли впускать или выпускать больных из Блока.

Врач мальчишки, его дядя Николай провел  последние тесты и отправил юношу в Блок  под номер сорок восемь. Проважала его женщина лет тридцати, некая Мария. Её лицо было каменным и не выражало эмоций, женщина почти даже и не разговаривала. Просто шла молча и любовалась территорией Блока, которая была усажена  деревьями  и цветами. Мария  проводила Тараса на третий этаж и оставила перед комнатой с номером пятьдесят два. Юноша  толкнул дверь ногой и вошёл. Жилье оказалось лучше, чем он представлял: собственная ванна, спальная с гостиной, просторная кухня. Всё было оборудовано современной техникой и мебелью. Во только чуть ли не каждый миллиметры квартиры был усеян микрофонами - жучками и видеокамерами. Они были маленькими, но хорошо заметными - в каждом углу на потолке, в шкафу, в ящиках. Три - в  туалете, две -  на кухне. Видимо боялись ещё одной попытки сведения с жизнью или это было связано с чем-то ещё, о чем юноша пока не догадывался.

Тарас проголодался и пошёл на кухню, кинув сумку с вещами на диванчик. Холодильник был полон  разнообразной еды, но юноша лишь съел пару тостеров и выпил чай. На улице уже темнело,  но ему хотелось выйти и подышать свежим воздухом. В комнату вошла Мария  и человек в халате. Неизвестный передал парнишке красненький сундучок и удалился.

— Это лекарства, ты должен их принимать каждый день. — пояснила Мария и присела на диван. — Как твоё самочувствие?

Тарас нехотя мотнул головой и уставился в пол.

— Может ты чего-то хочешь? Говори, не стесняйся. Мы все принесём и купим тебе, только скажи. — Женщина улыбнулась погладила парня по голове.

— Разве по Закону это не значит то, что вы нихрена  не сделаете? — Тристан рявкнул и толкнул  Марию с такой силой, что она упала на пол. — Извините...

— Всё в порядке, правда. По Закону - да, но ты его не чтишь. Верно? —  спросила она без эмоций, поднимаясь, при этом пристально смотря ему в глаза.

— Да-да.

— Тебе нужно быть аккуратным, ибо сейчас все внимание приковано к тебе. И ещё кое -  что. — Мария взяла со стола свой чемонад и достала странный, металлический инструмент. — Протяни руку.

— Зачем? — сомнительно спросил Тарас.

— Это не больно, не переживай.

Тарас с недоверием протянул руку женщине и та прислонила аппарат к руке юноши. Ощущение было не болезненным, но неприятным. На руке отпечатались буква "У".

— Так будет проще тебя найти, да и другие будут проинформированы.

— Как зверушку в зоопарке напоказ выставляете? —огрызнулся Тарас. Он почувствовал во рту горьковатый привкус и харкнул, попав на туфли своей. — Ещё раз простите. Я весь на нервах.

— Прощаю. — сказала женщина и засмеялась.

— Я могу выйти на улицу? — неожиданно спросил Тарас. Он боялся отрицательного ответа, а работница - попытки бегства или  чего-то похуже.

—  Можешь. Только не  уходи далеко и вернись до двенадцати. Понял?

— Да, спасибо большое.

— Рано благодарить, Тарас. Я ещё ничего не сделала для тебя.

— Всё равно спасибо.

Женщина вышла из комнаты, Тарас принялся одеваться. На футболку он накинул красную толстовку с курткой. Ботинок не было, поэтому пришлось нацепить кеды. Спустившись вниз, он показал карточку - пропуск охранник и покинул Блок. На улице было темно и слегка жутковато: ни одного фонаря  на местности, ни полицейского участка. Ни-че-го полезного, лишь дохлый охранник в Блоке. Юноша пошёл в сторону парка и смотрел на звезды. Кроссовки хлюпали в  снежно-лужевой жиже и это раздражало парня, но больше его бесили мокрые носки - запасных не было, а просить Марию Игоревну о такой ерунде было стыдно. У неё  полно других важных дел, чем бегать по  магазинам и искать какие-то носки.

Парень присел на лавку и продолжил наблюдать за небом.

— Рад, два, три, четыре, пять, шесть, семь, восемь, все хорошие детки попадут в Рай.

Тарас напевал строчки из любимого стишка и даже не заметил, что рядом стоит девушка. Она споткнулась и упала в снег, Тарас посмотрел на незнакомку с сожалением. Рыжеволосая поднялась и побежала в сторону магазина. Из её пуховика выпала  книга, но девушка даже не заметила этого. Тарас подошёл и взял её.

— Простите, вы обранили! —  крикнул он, но фигура по - прежнему удалялась. Тогда парень решил её догнать, он звал её, но девчонка будто не слышала его. Беглянка споткнулась о банки с краской и начала терять равновесие. Тарас успел схватить её за рукав.

— Не  смей меня касаться! —  взвизгнула незнакомка, широко раскрыв свои голубые глаза. В них был необузданный страх и желание жить.

        Продолжение следует...