Глава 7.
Я стоял и не мог понять, что такое течёт сейчас по моим щекам. Я лишь подошёл к ней и, не обращая внимания на художника, заплакал, как ребёнок, опустившись на колени и положив свою голову на её живот. На своей голове я почувствовал её маленькие, тоненькие, нежные пальчики, которые с такой заботой перебирали мои волосы... А я плакал и сжимал белый пододеяльник под своими пальцами.
- Ярик, - услышал я хриплый голос Дианы и поднял на неё голову. - Как давно мы не виделись.
- Очень давно, - с улыбкой ответил художник.
- Андрей, почему ты плачешь? - обеспокоено спросила Диана. Я лишь смотрел на неё и на её начавшее заживать лицо.
- Он пытался быть молодцом и не давать волю чувствам. А тут... - сказал вместо меня Ярослав.
- Спасибо, - прошептал я ему благодарно. Сам я был не в состоянии вымолвить и слова.
- Что случилось? Не помню, как оказалась здесь, - тихо сказала Диана.
- Я за врачом, - поспешил выйти Яр.
- У тебя был рейс, и у самолёта отказали оба двигателя, когда вы были почти рядом с Питером. Самолёт упал, все пассажиры живы и целы, а ты... Тебе обожгло лицо.
- Да уж, я просто неудачница, - попыталась улыбнуться Диана, но не смогла толком этого сделать из-за ожога.
- Прости, что не знал и не думал о твоих чувствах. Я действительно считал, что у тебя всё хорошо и тебе ничего не нужно.
- Мне нужен ты. А без остального я смогу прожить.
- Я... Я думал, что вы обе... - новый поток слёз скользнул по щекам, который заботливой рукой вытерла моя жена.
- Что с малышкой?
- Она здорова! - улыбнулся я и прижал Диану к себе.
- Здравствуйте, Диана Сергеевна! - в палату вошёл Сергей Апполинарьевич. Ярика с ним не было, зато пришёл Виктор.
- Здравствуйте, - тихо отозвалась Диана. Я встал и пожал руку Виктору.
- Привет, - мужчина обнял мою жену и вложил в её руки небольшого плюшевого мишку. - Я рад, что ты пришла в себя. Андрей себе места не находил.
- Я знаю. А почему медведь?
- А, это Женька передал. Они прийти не смогли. Как ты нас всех напугала.
- Так, а теперь я осмотрю пациентку. Прошу всех покинуть палату, - врач многозначительно посмотрел на нас с Виктором. И нам пришлось выйти.
Я, кажется, впал в ступор. Реальность исчезла. Я сидел и ерзал на стуле, слушая, но не слыша Виктора. Я просто ждал, что же скажет и врач, и пытался понять, как нам теперь жить дальше...
End P.O.V. Андрей
Я с трудом попыталась встать с постели. Ожог на лице не давал улыбнуться, один глаз не видел. Животик подрос.
- Диана Сергеевна... Ну, что могу сказать? Вам ещё месяца три нельзя вставать с постели. Только немного движений позволительно.
- А что случилось?
- Вы пережили сильнейший стресс и необходимо привести организм малыша в норму. Для этого вам нужен абсолютный покой. Ещё у вас трещина в ребре. Скажите, у вас были случаи астмы?
- Да. Несколько лет назад.
- Это может начаться снова. В общем, три месяца абсолютного покоя.
- Хорошо, - я согласилась со всеми требованиями доктора, ведь я теперь не одна, а значит, должна заботиться о маленьком комочке внутри себя.
- Я сейчас позову вашего мужа, и вы все решите.
Я кивнула и села на кровать. Андрей... Боже, как он похудел, а эти круги под красными о слёз глазами... Он так переживал. Я почти не помню минуты трагедии. Андрей сказал, что все пассажиры остались целы, и это не может не радовать.
- Диана, - тихо позвали меня, я повернула голову в сторону Андрея.
- Андрей, - шепотом ответила я. Он устало улыбнулся и подошёл ко мне, садясь рядом и пряча моё лицо у себя на груди. Я заплакала, влага чувствовалась только на одном глазу.
- Не плачь. Я рядом, и ты жива, и наш малыш с нами. Всё будет замечательно. Ты хочешь домой? - спросил Андрей, а я тут же вспомнила о родителях.
- Очень. А что с мамой и папой?
- Они очень волнуются. Я им уже позвонил, что мы скоро вернёмся. Доктор сказал по прибытию посетить больницу уже там. Лекарства могут быть разными.
- Да, - я вздохнула, и в памяти всплыли обеспокоенные лица стажеров. - Точно все живы?
- Абсолютно. Тебя уже провозгласили женщиной-героиней! - улыбнувшись, ответил Андрей, а я вдруг поняла, что безумно по нему соскучилась.
- Андрей, я... Не слышала толком, что тебе говорил Ярик, но... Прости, если что-то тебя задело.
- Нет, всё нормально. И Виктор и Ярослав... Оба правы. Я был так ослеплен своим счастьем, что не заметил, чем ты жертвуешь ради своего, ради меня. Я не видел и не думал, что ты у меня такая ранимая, я забыл, что о своих желаниях и мнении ты никогда не скажешь. Я прекрасно знаю, что это все вина твоей бабушки, - я хотела было вступиться, но Андрей не дал. - Не спорь! Ты тоже понимаешь это. За то, что твоё мнение отличалось от её мнения, ты расплачивалась синяками. И одноклассники... И я... Никто не хотел тебя понять, а когда пыталась проявить себя, тут же сжималась под насмешками. Ты боишься говорить. А я и не понимал, почему ты плачешь по ночам. Со мной не бойся, я больше не буду... Возвращать тебя, позволять тебе думать, что во всех бедах людей ты виновата. Мы будем учиться. Учить тебя говорить.
Его рука коснулась моей щеки, а я просто смотрела на своего мужа и не понимала, откуда и как он смог все понять? Бесполезно отрицать, что он прав. Прав и во всём. Я не думала, что он слушает, как я плачу ночами, возвращаясь в своё прошлое.
- Но ведь ради твоего счастья я могу жертвовать своим...
- Да зачем? - Андрей улыбнулся. - Глупая. Разве не должны супруги понимать друг друга и заботиться друг о друге? Твоё счастье тоже важно для меня. Мы построим знаешь какую детскую?! А мастерскую для тебя?! Можем открыть что-нибудь наподобие магазина со специальными качественными товарами для художников или ещё чего-нибудь.
- Правда? - мастерская и детская... Но я бы не смела попросить его купить мне бутылку воды, а тут сразу магазин отгрохать. Я не собираюсь разорять своего мужа, но так приятно, что он понял.
- Конечно. Давай детскую сделаем в песочном цвете?
- Ты охру хочешь что ли? - я вспомнила название краски.
- Чо хочу? - не понял Андрей, я засмеялась.
- Песочный цвет ещё охрой называют.
- Вот оно как. Так что?
- Не знаю. Если чуть светлее взять, то для...
- У нас девочка будет, - улыбнувшись, сказал Андрей.
- Да?! Тогда этот цвет точно подойдёт!
- Ну вот. А теперь, я хочу забрать тебя отсюда.
- Я не против.
Как хорошо, что он рядом. И его совсем не пугает мой ожог, он даже не заикнулся о нём. В который раз убеждаюсь, что сделала правильный выбор. Ведь Андрей прав. Может, пора начать учиться вверять ему свои мысли и чувства?