Мой Амфетамин

Остаток дня прошел в странном, робком перемирии

Лу разогрел Мариусу его не тронутую с самого утра яичницу, и Мариус впервые за долгое время чувствовал вкус еды. Не просто жевал, чтобы заполнить рот, а именно чувствовал какая она на вкус, словно ребенок заново учился различать вкусы

Лу сидел напротив, ковыряясь в своей тарелке, и молчал. Это молчание не давило, не было осуждающим. Оно было просто... присутствием

Когда стемнело, Мариус ушел к себе. Он вытащил из кармана салфетку с фольгой и пакетиком, повертел в руках. В голове было пусто и чисто. Действие дозы еще не до конца прошло, оставляя после себя приятное послевкусие. Он сунул сверток в ящик стола, под старые тетради. Выбросить? Он пообещал. Но обещание, данное Лу, казалось сейчас таким же странным, как и утренний кайф

Ночью Мариус проснулся от того что задыхаться

Сердце колотилось где-то в горле, футболка прилипла к спине. Ему снилось, что он тонет в чем-то липком и белом, а Лу стоит на берегу и просто смотрит, не протягивая руки. Мариус сел на кровати, обхватив голову руками. Тело ломило, мысли путались, где-то под лапаткой засосало противное, тянущее чувство. Ломка? Нет, рановато. Просто отходняк после вчерашнего

Он машинально потянулся к ящику стола. Рука сама, нащупала салфетку

«Если захочешь снова это сделать... позвони мне».

Слова Лучика всплыли в голове. Мариус хмыкнул и закатил глаза:

М- Серьезно? Звонить этому придурку посреди ночи? Чтобы тот почитал ему мораль? К тому же, что Лу решил сегодня поспать на диване в гостиной, а не в одной комнате с Мариусом. Решил оставить его одного...

Мн уже развернул салфетку, но взгляд упал на забинтованную руку. Лу перевязывал его так аккуратно, так осторожно, словно Мариус был сделан из стекла. А потом спокойно спросил про шрам. Без отвращения, без брезгливости, без злости...

Мариус замер. В комнате было темно, только уличный фонарь бросал бледные полосы на пол. Он смотрел на пакетик, и вдруг отчетливо понял: если он сделает это сейчас, один, в этой темноте, то утренний разговор станет бессмысленным. Лу снова станет просто чужим человеком, которого он бесит. А Мариус снова останется один на один с этой дрянью

Он отшвырнул сверток, как будто тот обжег пальцы. Встал, нашарил телефон. Нашел контакт ЛУЧИК, который сам же вбил с издевкой, и нажал вызов

Прошло несколько гудков. Мариус уже хотел сбросить, когда в трубке раздался сонный, но настороженный голос:

Л- Алло? Мариус? Что случилось?

М- Ты сказал звонить...

выдохнул Мариус в трубку. Голос предательски дрогнул

М- Я звоню.

Пауза. Потом звук возни, шорох одеяла

Л- Ты где?

М- У себя в комнате. Где в мок ещё быть в час ночи ?

Л- Щас поднимусь

Связь оборвалась. Мариус тупо смотрел на потухший экран. Он и правда придет? Посреди ночи? Из-за него?

Дверь скрипнула минуту спустя после телефонного разговора. Лу, в пижамных штанах и растянутой на половину ночной рубашке , с взлохмаченными волосами, проскользнул в комнату и бесшумно прикрыл за собой дверь

Л- Ну?

Спросил Блондин шепотом, оглядывая шатеа

Л- Ты как?

М- Нормально

буркнул Мариус, чувствуя себя полным идиотом

М- Иди спать. Я просто... проверял.

Л- Врешь же

Спокойно констатировал Лу. Он подошел ближе и кивнул на открытый ящик стола, где белела салфетка

Л- Думал об этом?

Мариус промолчал, но его молчание было красноречивее любых слов

Лу вздохнул, прошел к кровати и сел на край, спиной к Мариусу

Л-Знаешь, в чем прикол этой дряни?

тихо спросил Лу, не оборачиваясь

Л- Она не делает больно сразу. Она сначала становится лучшим другом. Утешает, когда хреново. Заставляет чувствовать себя хорошо. А потом, когда ты уже привык, что друг всегда рядом, он показывает свое настоящее лицо. И оказывается, что никакой это не друг. Это удав, который просто душит тебя медленно, чтобы ты не дергался

Мариус смотрел на его худую спину, на острые лопатки, проступающие под тканью футболки

М- Откуда ты...

Начал он, но осекся. Шрамы на руке Лу говорили сами за себя

Л- Я не про наркотики

Тихо ответил Лу, словно прочитав его мысли

Л- Я про то, что нас убивает. У каждого свой яд. Кто-то режет себя, чтобы почувствовать хоть что-то. Кто-то колется, чтобы ничего не чувствовать. Смысл один

Он повернулся и посмотрел на Мариуса в упор. В темноте его глаза казались огромными

М- Ты думаешь, ты контролируешь это? Что ты просто балуешься? Лу кивнул на ящик

М- Если бы контролировал, ты бы не позвонил мне посреди ночи. Ты бы просто взял и сделал. А потом утром придумал бы себе оправдание

Мариус дернулся, как от пощечины

М- Заткнись. Ты ничего не знаешь

Л- Я знаю, что ты сейчас хочешь это сделать

Жестко сказал Лу

Л- Руки, небось, трясутся, в голове туман, и кажется, что одна дорожка Амфетамина решит все проблемы. Я прав?

Мариус сжал кулаки, пытаясь унять дрожь в пальцах. Лу был прав. Во всем... Он даже название порошка угадал. Это бесило до скрежета зубов

М- И что ты предлагаешь? Спеть мне хором Леди Гагу, чтобы я забылся?

Л- Если поможет могу и спеть,

серьезно ответил Лу

Л- Но вообще-то я предлагаю другое: найти себе другую.завистмость от кого то или чего что не вредит здоровью или же....

М- Что или ?

Л- Или...

Лу встал, подошел к ящику стола, достал салфетку и, прежде чем Мариус успел среагировать, сунул ее в карман своих пижамных штанов

М- Эээ

Мариус вскочил

М- Это мое!

Л- Было твоим

спокойно парировал блондин

Л- А теперь это мой пропуск к тебе. Будешь психовать я разбужу твоего отца и все расскажу. Выбирай

М- Ты не сделаешь этого

прошипел Мариус

М- Ты обещал

Л- Я обещал молчать, если ты не делаешь это здесь и не один

напомнил Лу

Л- Ты собрался делать это здесь. И один. Значит, наше соглашение аннулируется

Мариус стоял, тяжело дыша. В голове боролись ярость и... облегчение. Странное, нелогичное облегчение оттого, что этого проклятого пакетика больше нет рядом. Лу смотрел на него выжидающе

М- И что теперь?

глухо спросил Мариус, опускаясь на кровать

Л- А теперь мы будем делать вот что

Лу подошел и сел рядом, почти вплотную

Л- До утра я посижу здесь. Чтобы ты не натворил глупостей. А утром... утром ты мне кое-что пообещаешь

М- Что?

Л- Что не будешь искать новую дозу. По крайней мере, сегодня. А завтра... завтра будет завтра

Мариус усмехнулся, но усмешка вышла кривой

М- Ты реально думаешь, что это поможет? Просто посидеть рядом?

Л- Не знаю

Честно признался Лу

Л- Но когда я резался, я мечтал, чтобы кто-нибудь просто посидел рядом. Не жалел, не спрашивал «зачем», а просто был рядом. Никого не нашлось. Вот теперь я тут и сижу с тобой

Мариус долго молчал. Где-то в доме тикали часы. За окном шумел ветер. А в комнате было тихо и почти спокойно

М- Ты реально чокнутый, Лучик

наконец сказал он, но в голосе не было злости. Только усталость

Л- Ага

легко согласился Лу

Л- давай ложись спать, амфетаминовый магнат

Мариус послушно лег, чувствуя себя нелепо. Рядом, на краю его кровати, сидел парень, которого он день назад готов был убить за одно только прозвище. А теперь этот "Лучик" можно было сказать вносил свет в темный мир шатена

М- Лу

позвал Мариус в темноту

Л- М?

М- Спасибо

Л- Спи, наркоман

Мариус фыркнул и закрыл глаза

И впервые за долгое время он заснул без помощи наркоты.....

Просто потому, что кто-то был рядом

Он не заметил, как провалился в сон

Это было похоже на падение в темный колодец: без сопротивления, без попытки ухватиться за края. Просто миг и он уже там, на дне

Сначала было ничего. Пустота. Потом пришел звук: мерное, тяжелое дыхание, как будто кто-то большой и невидимый стоял прямо за спиной. Мариус хотел обернуться, но тело не слушалось. Он стоял посреди бесконечной белой равнины, и снег под ногами был теплым и липким, как вата. Нос дёргался от ужасного запаха сырости и старости

¿- Ты думал, я уйду?

раздался голос. Свой собственный. Но искаженный, тяжёлый... Не отбивался эхом от стен, сначала далеко, потом ближе ближе и ближе.....

Пока не оказался за самой спиной Мариуса. Казалось что ему кто то дышит в шею

¿-нę†

Это "нет" было не человеческое, это казалось на смесь всех языков мира в один и перевёрнутое в инверсии. Оно было сказано шепотом, но этот шепот не проходил как обычно.... Он застрял в ухе, повторяясь из раза в раз с каждым разом всё громче и громче, пока Мариус не свалился за голову и не упал на колени

В мгновение голос ушел, теперь слышалась колыбельная что пела ему мама он поднял глаза и увидел себя, он смотрел от третьего лица. Как его копия стоит перед диваном, на котором сидели отец и мать... Вернее их трупы. В руках этого существа, что выдавало себя за Мариуса был ни на что не похожий кусок металла. Внешне он напоминал серп сркешенный с клинком.

Это существо перестало напевать колыбельную, что когда то пела мама Мариуса. Теперь оно крутило в руках этот "клинок"

¿- Все в сборе: мамочка, папа.... Но кого-то не хватает...

Голова существа вывернулась на 180 градусов с противным хрустом, схожи на звук когда сворачивают шею человеку

Затем тело повернулось вслед за головой. И это существо что внешне было как Мариус уставились на Мариуса

¿- тебя

Это существо начало улыбаться, нкодонив голову в бок. Мариус застыл. Он не мог пошевелиться. Сердце билось уже где-то в горле

Резкий взмах, блеск лезвия этого клинка и это существо воткнуло лезвие себе в лицо, что было 1 в 1 лицом Мариуса.... И начало медленно вести лезвие от угла губ к уху, было слышно начала литься кровь ручьем....

А оно... Улыбалось, но уже не человеческой улыбкой. На месте рта не было и рта...

Мариус заставил себя посмотреть вниз. Из-под снега... что был ещё в начале сна проступали руки. Много рук. Они потянулись к нему, схватили за щиколотки, гладили кожу холодными пальцами. Он пытался вырваться, но проваливался глубже. Белая масса затекала в рот, в нос, в уши, забивала легкие, и он тонул в этой тишине, задыхался от нее

Наяву Мариус дернулся

Рука начала искать край одеяла, чтоб вцепиться за него. Из горла вырвался сдавленный хрип - не крик. просто воздух, застрявший где-то между страхом и реальностью

Его рука металась по кровати. Голова же моталась из стороны в сторону. Кошмар держал его мертвой хваткой, выкручивая суставы страхом, и Мариус не мог из него выбраться. Белая равнина засасывала его все глубже, руки тянули вниз, в холод, в никуда...

И вдруг - тепло

Чья-то ладонь накрыла его руку. Не сдавила, не удержала насильно. Просто легла сверху, прожигая ледяную корку, которой покрылось сознание. Пальцы сомкнулись вокруг его запястья, и сквозь этот простой жест пробилось что-то живое, настоящее, сопротивляющееся пустоте

Мариус дернулся еще раз, и открыл глаза.
Он глатал воздух ртом, наконец ему ничего не мешало дышать

В комнате было темно. Только бледные полосы от фонаря рисовали на стене дрожащие узоры. Он тяжело дышал, все еще чувствуя во рту привкус того липкого снега, и не сразу понял, где находится

Л- Чшш

раздался шепот, от которого Мариус дёрнулся

Л- Я здесь

Лу сидел на краю кровати, в той же позе, что и час назад. Только теперь он не просто сидел. Он держал Мариуса за руку. Спокойно, уверенно, будто это было самое естественное дело в мире: сидеть посреди ночи и держать за руку того, кто ещё вчера ненавидел тебя за одно только существование

Мариус моргнул, прогоняя остатки сна. Сердце колотилось где-то в горле, грозя выскочить наружу. Он хотел выдернуть руку, сказать что-то колкое, защититься, но не смог. Потому что тепло от пальцев Лу растекалось по всему телу, выгоняя тот самый липкий холод, который остался после кошмара. Его рука грела как настоящий лучик солнца

М-Что за хрень...

выдохнул Мариус сипло

М-Я... что я делал?

Л- Дергался

тихо ответил Лу

Л- Сильно. Я хотел разбудить, но подумал... если тебя резко выдернуть, будет хуже. Просто руку дал. Ты вцепился. И вроде успокоился...

М- Я вцепился?

Переспросил Мариус недоверчиво

Л- Ну, не то чтобы прямо вцепился...

В темноте было плохо видно, но Мариус почему-то знал, что Лу улыбнулся.

Л- Но пальцы разжал. Дышать стал ровнее. Так что... работает

Мариус молчал. Он все еще чувствовал ладонь того Лучика, что вытащил его из этого кошмара на своей руке: легкую, сухую, теплую. И понимал, что если сейчас этот придурок уберет руку, ему снова станет страшно. По-настоящему страшно, как в том сне. Когда ты один, а вокруг бесконечная белая пустота. Или не совсем один

М- Не убирай

Вырвалось раньше, чем он успел подумать

Лу замер. Даже дыхание, кажется, затаил

Л- Что?

М- руку

Процедил Мариус сквозь зубы, ненавидя себя за эту просьбу

Повисла тишина. Длинная, тягучая, как жвачка, что уже истратила свой вкус. Мариус уже готов был провалиться сквозь землю, сжечь себя на месте от стыда, но потом Лу чуть сжал его пальцы в ответ

Л- Хорошо

Просто сказал он

Л- Не уберу

Они сидели так несколько минут. Мариус смотрел в потолок и пытался унять дрожь, которая била изнутри. Лу молчал, но его молчание не давило. Оно было, как одеяло: укрывало и грело

М- Расскажи что-нибудь

Вдруг попросил Мариус

Л- Что?

М- Что угодно. Чтобы не думать об этом сне

Лу задумался. Где-то в доме всё так же тикали часы, за окном проехала одинокая машина

Л- У меня в детстве была собака, начал он негромко. Дворняжка, лохматая такая, звали Зюзя. Я ее нашел возле помойки, притащил домой, хотя отец был против. Мать разрешила оставить, сказала, что это меня ответственности научит

М- И чему научила?

Хрипло спросил Мариус

Л- Что иногда те, кого ты спасаешь, уходят первыми, а иногда и от рук других казалось тебе близких людей

Голос Лу дрогнул, но он быстро взял себя в руки

Л- Она прожила шесть лет. Была очень игривой и послушной, иногда вреднияала. И вот в один из дней отец пришел бухой в хлам, а Зюзя бросалась ему под ноги, потому что она его любила, а он просто пнул её как мусор.... Сильно... Сильнее чем нужно было.....

Лу перевел дыхание и продолжил:

Л- Она умерла на руках, я начал кричать на отца.... за что тот взял меня за волосы и швырнул об тот же дверной косяк. Я сломал тогда себе шейку бедра и пролежал так до утра.... мама тогда работала сменами по 24 часа...

Л- С тех пор я никому не даю трогать мою голову и спину. И тогда же впервые начал резаться. Не для того, чтоб убить себя, для того, чтоб душевная боль превратилась в физическую...

Мариус повернул голову и посмотрел на него. Лу сидел, уставившись в одну точку на стене, и его лицо в полумраке казалось высеченным из камня

М- Сработало?

Спросил Мариус

Л- Нет

Лу покачал головой

Л- Не срабатывало никогда. Но я понял это не сразу. Только когда шрамов стало много, а боль внутри никуда не делась

Он перевел взгляд на Мариуса. В темноте его глаза блестели странным, влажным блеском

Л- Ты спи

Сказал он мягко

Л- Я посижу

М- А ты?

Л- А что я? Я и так почти не сплю по ночам. Привычка

М- Не со мной

Мариус притянул Лу за руку к себе и укрыл одеялом паралельно прижав его к себе. Лицо Лу быстро сменилось с каменного на смущённое, видно было, что ему неловко. Но он даже и не думал разомкнуть из руки, оттолкнуть Мариуса и выбежать из комнаты. Наоброт. Он уткнулся носом Мариусу в плечо и просунул руку под талией Мариуса обняв его спину

М- Лучик

прошептал Мариус уже сквозь сон

Л- М?

М- Ты реально придурок

Л- Знаю

В голосе послышалась улыбка

Л- Спи, придурок тебя охраняет

Мариус положил руку на спину Лу, но сразу же отдернул, потому что вспомнил слова Лу

М- Прости, я забыл

Л- Положи обратно

М- Что?

С недоумением сказал Мариус

М- Но ты же нико...

Лу его перебил не дав тому закончить фразу:

Л- Для тебя сделаю исключение

Мариус улыбнулся и вернул руку на спину, от того Лу сильнее вжался носом в плечо Мариуса и расслабился, его тело казалось расплывается в объятиях шатена. Что странно. Ещё с утра они друг друга готовы были на куски порвать

Мариус уснул первый. И в этот раз кошмары не пришли. Потому что во сне он знал: там, наяву, кто-то сейчас с ним, и не дает провалиться в белую пустоту

А Лу... Лу было просто хорошо, что он впервые засыпает от тепла, а не от холодного чувства усталости, которое просто его вырубало....