ВЫБОР

Мы стали проводить всё больше и больше времени вместе. Она называла меня Алекс. Чувство одиночества в моменты нашего общения отступало. У меня появлялись мысли и интересы помимо учебы, которая все больше казалась мне скучной и утомлявшей. И это неудивительно, ведь с Анж всегда было весело. Порой, конечно, она утомляла своим тараторством обо всем на свете. Думаю это потому, что я отвыкла от простого человеческого общения, да еще так часто. В выходной она встречала меня из ветеринарной клиники, чтобы мы могли немного прогуляться.

Порой задумывалась, почему мы вообще начали общаться. Я два года проводила сама с собой, с видеоиграми, учебниками и не помню, чтобы разговаривала с кем-то просто так, обо всём и ни о чём. И тут она, такая яркая, этакая девочка-праздник. Мне было комфортно, я чуть ли не впервые у жизни поймала себя на такой мысли.

Я тоже вносила свои «ритуалы» в наше общение. Например, кормить бездомных котов Анж сначала показалось странным, но она быстро привыкла к этому доброму делу и каждый раз хотела забрать всех пушистых себе. Я выделяла часть заработанных денег на корм, а потом и она откладывала часть обеденных монеток.

— Почему мы кормим котиков? — поинтересовалась она.

— Моя самая заветная мечта - пушистый друг. С детства я мечтаю о котике, но моя мать не любит животных. А мне хочется заботиться о тех из пушистых, кому с хозяевами не повезло. Хотя бы мешочком корма проявить любовь к своей мечте.

В один из дней, она ринулась гладить и собак тоже, а я отскочила.

— Ты боишься собак? - вздрогнула Анж от неожиданности.

— Не могу перебороть этот страх. Сразу жмёт в груди.

— Извини. Я... Так мало о тебе знаю. Но ты ведь подрабатываешь в ветеринарке, Алекс. Туда приводят собак каждый день.

— Но я ведь не доктор, не ассистент, просто администратор. Сориентировать, подсказать, записать, принять оплату.

— Теперь понятно. К другим темам. Сегодня пятница, а это значит, что вечеринка для нас двоих уже завтра. Почти всё готово. Я тебя жду!

— Я приду!

24 октября

Мама Анж любезно пригласила меня войти в дом. Это была необычайно притягательная женщина с короткой стрижкой. Вид её почему-то был напуганным и даже грустным. Это меня насторожило, но войдя в гостиную я всё поняла.

Анж со своим папой не сразу заметили меня. И честно признаюсь, их разговор был настолько трогательным и важным и для моих ушей, что я поступила некрасиво и подслушивала:

— Анжелика Райлян! Ничто не может затмить красоту, которую ты несёшь этому миру. Для меня ты всё равно самая красивая девочка! И если кто-то посмеётся, а такие люди непременно будут, они будут смеяться над собой. Потому что им бы не хватило уверенности так ходить. И они готовы осуждать каждого, кто от них отличается!

Некоторое время было непонятно в чём дело. Анж сидела спиной ко мне и плакала. Я все никак не могла понять из-за чего. Но вот мама Анж, прикрывая ладонью рот, тихонько сообщила, что я пришла, и Анж повернулась...

Из головы вылетели все слова, а те, что остались, произнести в присутствии её родителей было нельзя. И я повторила жест её мамы — зажала руками рот и вдобавок вытаращила глаза. Девушка же зарыдала еще сильнее.

— Ну, я даже не знаю, что сказать. Здравствуйте, — звучало глуповато, не хотелось произвести впечатление слегка слабоумной, но именно это у меня получалось отлично в такие неловкие моменты.

Признаюсь честно, мне хотелось смеяться. Но после слов её папы я не могла себе позволить такого.

— Дурацкие туториалы. Моя жизнь испорчена как минимум не месяц! — слезы у девушки всё катились и катились.

Всё дело было в чёлке. Сказать «очень странной чёлке» звучало бы слишком мягко. Она была откровенно ужасной. Получилось настолько коротко, что еще короче состричь было уже невозможно на мой взгляд.

— Вот вам и челка-шторка! — разводила руками Анж, попутно смахивая слёзы. — Что мне теперь делать, Алекс?

— Приковывать взгляды, купаться во внимании и наслаждаться каждый секундой славы! — ответил вместо меня ёё папа.

— Когда ты похожа на мужика из «Шрека», то будешь приковывать не те взгляды! — взвыла Анж.

Папа Анж — полноватый лысый мужчина в домашней рубахе и клетчатых штанах, но каждое его слово вселяло столько уверенности, что хватало даже мне. Даже в домашней одежде он выглядел как герой боевика.

— Сделай инфоповод в блоге. Сыграй на опережение. Восприми это как веселый опыт, а не трагедию. Это ведь не зубы. — добавила от себя я и заметила, что родители Анж переглянулись, прежде чем её папа показал мне палец вверх.

— И ты мне поможешь? — с надеждой уточнила она у меня.

— Да, да! Куда я денусь.

Постепенно она успокоилась и прежде, чем мы ушли к девушке в комнату, Анж с отцом повторили что-то вроде их мантры. Он загибал свои пальцы как один-два-три, а она повторяла: «Я красивая! Я сильная! И я справлюсь».

Когда я оказалась в комнате Анж, то тут же принялась разглядывать все, что там было. Преобладали в основном розовые и персиковые оттенки. Кровать с балдахином, аккуратный туалетный столик с кучей органайзеров на нём. На двери было много приклеенных крючков, а держали они целую коллекцию цветных зонтиков, не меньше десяти. А рядом на стене висели несколько сумочек. Но больше всего мое внимание привлекли любопытные постеры.

— Я тоже подумала, будто это ты. Ну, после нашего знакомства. — сказала Анж, заметив мое внимание и попутно теребив свою чёлку.

Один из постеров был с Эминемом, но больше моё внимание привлёк другой — с Ланой Дель Рей* как позже выяснилось. Певица с такими же яркими волосами как мои на фоне пальм. Альбом «Born to die». Я даже сфотографировала постер, чтобы не забыть послушать потом.

— Не слушала её песни.

— О, сейчас исправим, — и тут же в комнате зазвучала спокойная и довольно приятная мелодия. — Это мой любимый альбом.

Следом Анж включила странную лампу, которая заполнила неоновыми огнями всю комнату. Девушка напомнила мне, что это вообще-то вечеринка. Мы начали собираться на эту тусовку, уже находясь на ней. Королева бала достала всю свою косметику.

— Давай распустим твои волосы, — это предложение не дождалось одобрения, — Они шикарны, почему ты всё еще не рекламируешь какой-нибудь крутой шампунь, Алекс? Как может нравиться этот низкий пучок, когда такие кудри?!

Пучок и в самом деле никогда мне не нравился. И мне нравилось как она назвала меня Алекс.

Распределяя кудри по плечам, моя новоиспеченная подруга разглядывала моё лицо пристально и довольно близко. Видя её такой сосредоточенной с этой челкой, не смеяться стало для меня невозможным. Глаза собирались в кучу и я видела того самого «циклопа».

— Плотный бледный тон, ресницы. Добавим цветные стрелки и много глиттера. Да! Определенно, да! И кофта, нужна другая кофта! Твоя футболка простовата. — она всё тараторила и тараторила. — О, вот это подойдет, — она уже шарилась у себя в шкафу.

Тут же мне протянула другую кофту. Свою кофту.

— Тут есть рукава, только плечи и ключица открыты. И тем более она черная, ничего особенного, но уже гармоничнее с тем макияжем, который я тебе задумала. И ткань эластичная, не будет висеть на тебе, если растягивается на мне.

Проводить время так отвлеченно, в какой-то степени даже мило и забавно было для меня в новинку. Было интересно, какой меня видит творческий человек. Ей удавалось заманить меня даже фотографироваться, когда мой глитерный макияж был готов. У неё был припасён разнообразный реквизит для вечеринок. Кадров мы сделали столько, что догадаться, что эта вечеринка для двоих и проходит в спальне было невозможно.

Но особо атмосферно было фотографироваться на её винтажный фотоаппарат. Было в нём что-то особенное по сравнению с современными гаджетами. Она обещала проявить снимки как можно скорее.

Лучшими фото помимо плёночных по нашему общему мнению были признаны селфи с новой чёлкой Анж. Нужна была только очень крутая подпись, которую мы так и не придумали.

Конечно, не обошлось без обсуждения Макса, чей снимок палароид красовался на зеркале туалетного столика.

Первая любовь навсегда оставляет след в жизни. Занимает особое место и ни с кем его не делит. Сердце Анж наполнено влюблённостью до самых краёв. Полагаю именно это, порой тяжело, но затмевает нападки обидчиков в школе, не всегда хорошие оценки и всё остальное. Вернее всё, что угодно. Анж Райлян выбирает самое важное — такое теплое и исцеляющее, пусть даже ничего не обещающее. И жизнь сразу становится ярче и радостнее. Любовь в сердце — это прекрасно.

Анж услышала голоса и ринулась к окну. Мы так хорошо лежали после пары «коктЭльчиков» на её кровати, мне не хотелось вставать после всех бешеных танцев, марафетов и всего остального. Подруга стояла у окна, свет уличных фонарей освещал её лицо. Много блесток и неоновые тени ей очень шли. И, признаться, челка уже не казалась какой-то катастрофой. Скорее, новым элементом имиджа.

— О, он сегодня опять с Лисом. — что-то подсказывало мне, что говорит она, конечно же, не про лесного жителя.

— Идём, вдруг узнаем что-нибудь интересное. — позвала она меня, тихонько открывая окно.

Вопрос о том, что там может быть такого интересного для меня оставался открытым.

Было холодно, но любопытство оказалось сильнее, и мы замерли по разные стороны от оконной рамы. Окно, кстати, выходило как раз на дом Харриса сбоку. Наша позиция стратегически была не самая худшая. Сначала послышался радостный собачий лай, и я вздрогнула. Анж это заметила.

— Ты слишком сосредоточен для поиска новой идеи меня раздражать, — послышалась первая фраза, а за ней хлопок машинной двери.

— В этом он талантливая сволочь, — перебила женская речь.

— Перепробовав десятки способов — изящных и не очень расставаний с девушками после хорошей или парочки хороших ночей, новые придумывать все труднее. — а вот это совершенно точно был Макс Харрис.

— Когда-нибудь пробовал сказать прямо?

Хороший совет.

— Прямо? Лис советует сказать мне как есть? Что-то на удивительном. — явно не упускает момент подколоть картавый парень.

— Там, где нет повода лукавить, лучше сказать как есть. Иногда даже я так делаю.

Иногда.

— Так не хочется ранить слишком глубоко. — с мнимым причитанием протянул Макс монотонно.

Чтобы узнать его речь, смотреть в окно точно было необязательно. «Р» звучала у него довольно мило.

Мы с Анж переглядывались как настоящие детективы, полные ожидания узнать что-то невероятное и жуткое.

— Да что ты? Ты знал, что сделаешь ей больно ещё на моменте, когда лил ей в уши всякую ванильную дрянь. Как там звали крайнюю? Алиса?

Алиса.

— Что они там делают? — спросила я у Анж, ведь у неё больше навыков быть невидимкой в окне.

Она показала мне жест курения.

— Да, Алиса. Девчонки такие наивные. Каждый раз подкупаются на мое обаяние. Иногда мне их даже жалко. Но как можно поверить, что во мне можно разбудить щенячью преданность, как у собак Электры?

Как можно в такого влюбиться...

— Ты просто жалок, Макс... Не хочу это слушать! Моя бутылочка вина и то более приятное общество, чем ты с такой философией, — снова присоединился приятный женский голос.

— Та самая девчонка из семьи заводчиков? Электра у неё приобрела доберманов?

— Та самая. Шибанутая. И это было здорово, пока я не принял решение попрощаться с ней.

И возможно та самая, о которой подумала я, вернувшись не в самое счастливое время.

Я могла бы подумать, что самый жалкий во всей этой истории — Харрис, но... Такая у него натура. Грязные победы над женскими сердцами, но все же победы. Мне не терпелось выяснить о какой Алисе идет речь, вопреки тому, что некоторые вещи я хоть и не забыла, но предпочитаю не ворошить, чтобы жить спокойно.

— Нет ничего более горького, чем правда. Она мне ещё спасибо скажет. Благодаря мне её сердце станет закрытым для сволочей вроде меня. Я лекарь!

Я лекРРРь...

— Лекарь... — усмехнулся Лис.

— Скажу ей так: «Никаких обещаний, помнишь? Может быть когда-нибудь, я позвоню тебе, чтобы снова повеселиться. Хотя обычно я так не делаю, но вдруг тебе повезёт»... А ещё... — Харрис говорил это как-то театрально, но тут входная дверь захлопнулась и мы перестали быть невидимыми свидетелями этой «увлекательной» беседы.

Я была почти уверена, что речь шла о той самой Алисе, которую я знала. Удивительно, как искусно жизнь маленькими эпизодами, но все же расставляет всё по своим местам. А самое приятное, что я не сделала для этого ничего. Просто когда-то выбрала жить дальше, вместо мести.

— А кто это с ними? Девушка Лиса? — я уже пожалела, что спросила это, потому что тут же встретила глаза, над которыми брови вопросительно танцевали.

— Электра Харрис. Сестричка Макса. Она даже под дулом пистолета не стала бы встречаться с таким как Лис... Вся её любовь и преданность уже принадлежит двум доберманам. Посмотри её страничку .

— С таким как Лис? — не унималась я, раз разговор уже зашел, а в другое время я не планировала больше об этом вести речь.

— Можно быть намного хуже Макса, не разбивая сердец. Говорят, с ним даже мама родная не общается. Вот и думай, какие дела он крутит. Вообще, странно, что он задержался в Кримксоне, в последнее время я его редко видела.

Чем больше мы с Анж общались, тем больше меня интересовало всё, что происходило вокруг неё.

*Ла́на Дель Рей — американская поэтесса, автор-исполнительница песен.