Легенда Чудей

Хальм или Льмах, человек-то один!
Как хочешь позови его с нами
Он спросит сразу: "Да господин?!"
Ох, пусть разбераються сами.

А дело в том, что есть госпожа,
Властитель Тьмы влюбился в неё.
От ожидания весь он дрожа,
Сюда наказал вести он её

— Кошмар, Хальм, как ты умудрился попасть в сети бонифациев? И где твой меч? Ты же рыцарь Ордена Священной Крови? — с издёвкой сказал Удо.

— Пожалуйста, Удо, будь спокойнее, может мы станем друзьями с Хальмом! — сказала Шуа.

От этих слов Льмах расстроился, но не показал этого. Высвободив руку из липкой паутины, он спрятал её за спину и материализовал меч. Длинный и роскошный, достойный королей, он сиял и переливался невиданными драгоценными камнями. Лезвие было сделано из алмаза — самого прочного материала в мире.

Лёгким движением руки Льмах рассёк паутину и выбрался, чтобы эпически упасть на колено перед Шуей и произнести пламенную клятву в любви. Но вместо этого он поскользнулся на птичьем помёте и влетел головой в камень. Сзади послышался смех парней, а затем и недовольство — Шуа отчитала братьев, и сказала, чтобы те помогли «бедному Льмаху».

— Да он и царапиной не отделался! — воскликнул Удо.

— Со мной уже всё в порядке, — юноша встал, отряхнулся, и, кажется, уже был готов к любому бою, как вдруг облокотившись на стену он снова оказался в паутине, но тут же обрубил её так, что казалось будто он просто хвастается своим мечом.

Шуа решила помочь бедняге снять паутину с рубахи, но только запуталась. Они стояли лицом к лицу так близко, что Льмаху сносило крышу. Он вдыхал запах чудесных волос, склонив набок голову и рассматривая черты прекрасного личика. Девушка, надо сказать, была на голову ниже, и его это сводило с ума ещё больше, ведь в городе Едгин, да и в королевстве в целом, все, как говорят Вади, «модельной внешности». Если, конечно, не вспоминать о некоторой интересной детали… А деталь заключалась в том, что свиные рыльца и хвостики слегка смущали паренька. Да, конечно были девушки, пониже его, но раса «Карманных тигров» была очень агрессивна и непредсказуема. У этих дев не было принципов, они могли хладнокровно убить, и из-за этого часто сотрудничали с «чёрными людьми» и состояли в кровавых гильдиях, где заказывали смерть на обед, завтрак и ужин. Такие женщины страшно мстили, и, убивая, съедали сердце, недавно вырванное голыми руками из груди соперника, врага, или же просто того, кто смел перечить их слову. Однажды Льмах видел, как на безлюдной улочке Гортензии одна карманная тигрица со спокойным лицом убила свою близняшку — из-за того, что та сделала что-то доброе для другой расы.

Ещё из «милых» маленьких рас — раса дюймовочек. Эти маленькие «милые» создания живут примерно четыреста-пятьсот лет, и хорошо, что не больше, ведь они такие надоедливые… При рождении кроха ростом всего с дюйм. Но она с каждым годом становится всё больше, не останавливаясь в развитии. К концу жизни дюймовочки достигают метра в высоту. Их необычный рост обуславливается тем, что они едят Лиловые ягоды в течение всей жизни.

Из раздумий Льмах вылетел неожиданно, как будто проснулся от страшного сна. Прошло минут пять, и спутников Шуи нигде не было видно. Зато сама Шуа всё ещё не покидала надежды выпутать себя и Льмаха из этих липких нитей. Снять рубашку так же не получалось — та сидела на нём как влитая!

— А где Удо и Кубо? — спросил он.

— Ты тут заснул, что ли? Я попросила их собрать лепестки бубенцов и найти несколько пальчиковых улиток — знаешь, как быстро они поедают паутину?

Стоит сказать, что Шуа и Льмах были весьма далеко от выхода. У юноши созрел план. Взмахнул рукой — полетели радужные искры, вся паутина, связывающая их, исчезла. Разноцветные огоньки озарили стены пещеры.

— Как красиво! — изумление на её лице обрадовало парня, но когда он подумал о том, что сейчас перенесётся с ней к господину, и она никогда уже не будет его, снова стал печальным. Его повелитель связал их чёрной магией, и теперь тёмная сущность не могла не повиноваться своему Хозяину. Увидев, что Шуа оборачивается, он надел маску серьёзности.

— А я и не знала, что ты умеешь колдовать!

— Хочешь, мы слетаем к тому, кто действительно умеет колдовать? — спросил Льмах, при этом заговорчески улыбнулся, а в глазах заплясали искорки.

— Ну, давай, позову братьев, и все вместе слетаем, — улыбнулась такой перспективе Шуа.

— Нет, можем только ты и я… Конечно, если ты этого действительно хочешь. В его замке тебе точно понравится, — произнёс Льмах.

Его хозяин с помощью магии создал огромный замок с величественными и ужасными катакомбами.

«Странно… Замок? Он что, в другой реальности находится? Ведь у нас кроме нашего Замка Чудей и ещё пары, других-то нет… Может уточнить?» — такой вот круговорот мыслей крутился в голове любопытной девушки.

— Я многое узнал о вашем пространстве, но не хотела бы ты пойти со мной, увидеть мой мир и, возможно, даже познакомиться с самим Повелителем Тьмы? — уверенно, но печально смотря в карие глаза, Льмах постепенно накладывал действие необычного гипноза.

***

Вдруг всё потемнело — это Шуа потеряла сознание. Последнее, что она помнила — свой ответ «Да» на вопрос, хочет ли она прийти на бал. Шуа очень любила балы и не смогла отказаться от такого предложения. Платья, живая музыка (а не как в XXI веке у Вади, хотя они теперь совсем не устраивают подобное), новые знакомства, этикет — всё это жутко нравилось девушке. Хотя, вот, например, её троюродная тётя с детства не любила ни вальс, ни балы в целом, зато всегда была рада исполнить на скрипке сольную партию, чем и прославилась в «Нигде». Ладу, тётю Шуи, одно время обговаривали в каждом уголке Нигде, даже в самом дальнем и тёмном, где были и завистники… В общем Ладе пришлось скрываться в мир Вади, когда на её жизнь начали покушаться всё больше и больше нигдейцев. Как живётся там, у Вади, дело уже не семьи Чудей.

Проснулась Шуа ни жива, ни мертва, тело ломит, как будто сковородкой огрели, а ей, по неосторожности, от её пятиюродного племянника доставалось не раз. Огляделась: вроде привычная обстановка особняка — всё роскошное, дорогое, но…

— Стоп… Не поняла!? — на стене напротив кровати висел герб, а на нём была изображена совсем иная картина, не та, что на гербе семейства Чудей. Тот был изумрудно-жёлтого цвета, с изображением старинных часов, бьющих полдвенадцатого, над часами ярким жёлтым цветом была аккуратно выведена большая и красивая, с завитушками, буква «Ч».

На этой же стене на алом фоне были изображены два дракона, первый чёрный, а второй белый. «Хм, китайская мудрость?» — подумала девушка. Всю картину, по её мнению, портила чёрная луна сзади. «А может это солнечное затмение, и это ещё одна мудрость?» — от этой мысли ей стало намного веселей. Девушка вообще любила находить позитивные вещи даже в самом плохом месте.

Посмотрев на себя, девушка пискнула. На ней была ночнушка в мелкий цветочек, еле прикрывающая её бюст и бёдра, сидела в обтяжку и заканчивалась чуть ниже мягкого места.

Это было для Шуи непростительно, ведь ей с детства прививалось целомудрие. Она вообще любила юбки не выше колена. Используя свой дар, который ей достался с рождения, она материализовала себе одежду и оделась. Теперь на ней была жёлтая, чем-то похожая на индийскую, юбка, лёгкая белая футболка и босоножки на небольшом каблучке. Дополнял этот необычный вид яркий браслет из ракушек и жемчуга, а также обруч с красивой большой открытой мидией, внутри которой красовалась огромная перламутровая жемчужина.

Совсем не попадая под стиль комнаты, девушка направилась к четырём дверям.