Часть 5
Я не мог поверить, что это Тилль. Не знаю, как реагировать.
— Что он здесь делает? — продолжая угорать, сквозь слёзы спросил Шнайдер.
— Не знаю. Но я должен помочь ему, — серьёзно сказал я, — Пока лучше сиди здесь и не вмешивайся.
— Чего?! Риша, ты нормальный? — шокировано спросил Кристоф, — Стой, не надо!
Но я лишь отмахнулся.
Не отдавая себе отчёта в том, что я творю, я вышел из своего «укрытия» и направился к Линдеманну.
— Тилль! — немного испуганно окликнул я парня.
Он развернулся и удивлённо посмотрел на меня. И что-то не то было в его взгляде, не только удивление, как мне показалось.
— О! Круспе, — он с трудом выговорил мою фамилию, которая прозвучала очень невнятно, — А ты что здесь делаешь?
— Какая разница?! — воскликнул я, — Почему ты пьян? Ещё и в одних джинсах. Заболеешь ведь, на улице холодно.
— Это всё из-за тебя, — хрипло смеясь, ответил Линдеманн, отдельно проговаривая каждый слог.
— Я то здесь причём? — удивлённо спросил я.
Действительно. Как я причастен к тому, что он напился и полуголый разгуливает по городу?
— Ты, это всё ты, — гневно произнёс парень и схватил меня за волосы, — Сукин сын! Ты не выходишь у меня из головы. Круспе, мелкий ублюдок…
Тут подбежал Шнайдер.
— А иди-ка ты нахер, Линдеманн! — воскликнул Кристоф и со всей силы ударил парня в челюсть, — Ришу моего не трогай, тварь!
Тилль отпустил меня и схватился за губу.
И эти двое точно бы подрались, но я схватил Шная за рукав куртки и потащил его домой.
Как только мы оказались у меня дома, Шнайдер прижал меня к стене.
— О чём ты думал? — серьёзно спросил парень, — Линдеманн мог тебя убить!
— Он не такой, — ответил я, отрицательно покачав головой, — Тилль ничего бы мне не сделал.
— Откуда такая уверенность? — усмехнулся Шнай.
— Просто знаю, — твёрдо сказал я.
— Глупышка, — вздохнул Кристоф, прислонившись щекой к моей щеке, — Не подходи к этому животному больше, ладно?
«Он не животное!» — мысленно возмутился я.
— Эх… Оʼкей, — вздохнув, ответил я.
Придётся смириться с тем, что все видят в Тилле лишь агрессивное чудовище, угрозу. Но я так не считаю, во всяком случае, не хочу считать.
— Кристоф, тут такое дело… — тихо сказал я.
— Да?
— Прости, но… Мне бы хотелось побыть одному. Извини пожалуйста.
— Ладно тебе, я же всё понимаю, — улыбнулся Шнай, — Ты расстроен из-за него, да? Не ожидал, что Линдеманн на такое способен и теперь разочарован в нём?
В яблочко, герр Шнайдер.
Расстроен, разочарован, удивлён, шокирован, до чёртиков напуган — всё верно.
— Извини, — кивая, ответил я, — Из-за меня тебе придётся ночью по городу шататься.
— Ничего, — усмехнулся Кристоф, — Если это ради моего Риши, то не страшно. Ты, главное, не слишком переживай из-за всего этого дерьма, оʼкей?
— Не буду, — с улыбкой ответил я
Поцеловав меня на прощание, Кристоф ушёл.
Мдаа… Половина четвёртого, спать ложиться бесполезно, да и не хочется вовсе. Включив телевизор, я попытался сосредоточиться на передаче. Но уже через пятнадцать минут я лишь делал вид, что смотрю телевизор. Словно отключившись от реальности, я погрузился в свои мысли.
Что мне делать? Уже через четыре часа нужно быть в школе. Я же после случившегося на Линдеманна даже посмотреть побоюсь! Да и что он имел ввиду, говоря, что я во всём виноват? Да и что значит это «во всём», а?
«Ты не выходишь у меня из головы…» А вот это ещё, в каком смысле? Значит, он думает обо мне или что? Может быть, я зря раньше времени решил, что у него есть ко мне чувства? «А может, он проспится, протрезвеет и ничего не вспомнит?» — с надеждой подумал я.
Да уж… Слишком много вопросов, а ответов на них — нихрена.
Угх… Линдеманн, придурок! Сказал, не думая, какую-то херню, а мне вот сидеть теперь, думать над этим.
***
— Доброе утро, Рихард! — воскликнул герр Шмидт, — Что-то случилось? Ты неважно выглядишь сегодня.
— Здравствуйте, герр Шмидт, — ответил я, выдавливая из себя жалкое подобие улыбки, — Не стоит беспокоиться, я всего лишь не выспался.
Поболтав со мной ещё немного, герр Шмидт вышел из кабинета и, скорее всего, направился в учительскую.
Стрелки на часах показывали 7:45.
В класс забежал Шнайдер, он тяжело дышал. Волосы слегка растрёпаны, рубашка мятая. Короче, его внешний вид носил гордое название «мамочка-Рихард не помог мне собраться в школу сегодня», которое он сам придумал.
— Зря бежал, — хихикнул я, вытирая доску, — Всё равно так рано никто не приходит. Чего спешил?
— Спешил увидеть одного очаровательного парнишку, — отдышавшись, ответил парень и улыбнулся.
Шнайдер подошёл ко мне и крепко обнял. Спустя несколько секунд я почувствовал, как руки друга опустились на мою задницу.
— Шнай, — недовольно протянул я, — Прекращай, это уже гейство какое-то! Да и скоро ребята придут, неудобно как-то.
— Прости, не смог удержаться, — усмехнулся Кристоф, разместив руки на моей талии. Посмотрев на меня, он вдруг стал серьёзным, — Видок у тебя, мягко говоря, не из лучших, Риш. Ты хоть спал?
— Не, решил не ложиться.
— Ну что же т… — Кристоф уже хотел прочитать мне «Лекции о здоровье и правильном распорядке дня от профессора Шнайдера», но его неожиданно прервали…
В класс зашёл Линдеманн. Не обратив на нас никакого внимания, он прошёл к своему месту и, бросив сумку на соседний стул, достал наушники и начал слушать музыку.
— Ладно, завязывай, — смущённо пробормотал я, отходя от Шная.
— Ты чего? — удивлённо спросил парень, — Линдеманна стесняешься?
— Ага, — кивнул я, — А после того, что ночью было, мне даже находиться с ним в одном помещении стыдно.
— А что было ночью? — послышался ехидный голос из-за спины Кристофа.
Это был Ули Гранд, наш самый необычный и чрезвычайно милый одноклассник. Шелковистые, густые волосы до лопаток, ярко-синего цвета, но некоторые пряди были голубыми. У Гранда так много цветных линз, что я порой забываю, какой же у него цвет глаз на самом деле. Сегодня, например, они фиолетовые. Будучи лучшим в школьном театральном кружке, Ули превосходно наносит макияж, чему охотно учит некоторых девушек. Но несмотря на женоподобность и такую неординарную внешность, которая, как правило, должна отпугивать людей, Ули все любят. Он добрый, симпатичный, внимательный, всегда готов помочь и накормить кексиками, ведь просто замечательно готовит. Ещё он профи в математике и прочих точных науках. В общем, рассказывать о столь яркой фигуре можно часами.
— Привет, русалочка, — улыбнулся Шнайдер, хлопнув Гранда по плечу.
— Приветик, Крис. Ну! — воскликнул парень и впился в меня взглядом, — Мой мозг жаждет подробностей! Рихард, колись, что было ночью и как это связано с Линдеманном?
— В принципе, ничего особенного, — отмахнулся я, — Просто мы с Кристофом гуляли сегодня ночью и встретили Линдеманна…
— Бухого в хлам, — шепнул Шнайдер на ухо Ули и заржал.
Губы Гранда растянулись в улыбке, он изумлённо поднял брови. В глазах заплясали огоньки.
— Крис, ты серьёзно? — удивлённо спросил Ули.
— Ага, ещё и без рубашки.
— Шнай! — возмутился я.
— Да что? — смеясь, спросил он, — Я ж не придумываю.
— Боже мой! — воскликнул Гранд, хлопнув в ладоши, — Какого хрена всё самое интересное происходит, когда меня рядом нет?!
— Только вот ещё кое-что, русалочка, — серьёзно сказал Кристоф, — Надеюсь, ты и сам догадался. Никому об этом ни слова!
— Договорились, — хихикнул парень, перебирая пальцами свою косу, — Но с вас шоколадка.
Между тем прозвенел звонок.
***
Учебный день был просто скучнее некуда! На каждом уроке (да и на переменах тоже, что уж греха таить) было ощущение, что я либо засну, либо сдохну!
— Ребята! — обратилась к нам завуч, — Учителя физики сегодня в школе нет, и урока у вас не будет.
Все одноклассники ликовали, и только Ули тихонько вздохнул.
— Бог услышал мои молитвы! — подняв руки к потолку, сказал Кристоф, — Окно, это ж так круто! Целых сорок пять минут можно ничего не делать. А потом у нас история, да? Это значит, что можно ещё сорок пять минут нихрена не делать. Чем займёшься, Риш?
— Можно на скамейке вздремнуть, — задумчиво произнёс я, — Или пойти, поесть. Или ещё, как вариант…
— Круспе, — голос прозвучал так неожиданно, что я едва сдержался, чтобы не заорать.
Даже Шнайдер вздрогнул.
Обернувшись, я встретился взглядом с Тиллем.
— Нам нужно поговорить, — спокойно сказал он. Затем, поглядев на Кристофа, добавил, — Наедине.
— Ладно, — пискнул я.
— Ну уж нет! — подал голос Шнай, взяв меня за руку, — Знаю я, как ты с ним говорить собрался!
— Друг, успокойся! — посмотрев на Шнайдера, сказал я, — Я буквально на пятнадцать минуточек!
Парень лишь крепче сжал мою руку и продолжил жечь в Линдеманне дыру.
— Ну Шнааааайдер, — ласково протянул я, целуя друга в щёку.
— Ладно, — выдохнув, ответил он, — Только осторожнее. А ты, — с вызовом в голосе обратился Кристоф к Тиллю, — Хоть пальцем Ришу тронешь — урою.
— Учту, — равнодушно ответил Линдеманн.