Глава 1: Кровь на белом халате
Ночной Сеул задыхался от неонового света и мелкого, колючего дождя. В операционном блоке центральной больницы «Каннам» царила иная атмосфера: здесь время замирало под мерное пиканье мониторов и свист аппарата ИВЛ.
Ли Эрин отложила скальпель. Её руки, затянутые в латекс, не дрогнули ни разу за последние четыре часа. Она была лучшим торакальным хирургом города не потому, что имела связи, а потому, что обладала стальным характером и почти божественным спокойствием.
— Зашиваем, — коротко бросила она ассистенту, снимая маску. Усталость навалилась свинцовым грузом, но в глазах по-прежнему горел холодный аналитический огонь.
Эрин вышла в коридор, мечтая только о двойном эспрессо и десяти минутах тишины. Но тишины не было. Вместо привычного сонного спокойствия приемного покоя, внизу нарастал гул.
Незваный гость
Спустившись на первый этаж, Эрин замерла. Холл был оцеплен мужчинами в черных костюмах. Они стояли неподвижно, словно статуи, и от каждого за версту веяло опасностью. Медсестры жались к стенам, а дежурный врач бледнел на глазах под тяжелым взглядом высокого брюнета, сидевшего в пластиковом кресле ожидания так, словно это был трон.
Хван Хёнджин. Имя, которое в Сеуле произносили либо шепотом, либо с молитвой. Глава «Черной Луны», человек, чьи руки были в крови по локоть, но чье лицо напоминало ожившее произведение искусства.
Он поднял взгляд, когда каблуки Эрин звонко ударились о кафель. Его левое плечо было пропитано кровью, заливающей дорогую рубашку из шелка, но на лице не отражалось ни тени боли — только ледяное раздражение.
— Где главный хирург? — голос Хёнджина прозвучал низко, вибрируя в самом воздухе.
— Перед вами, — Эрин сложила руки на груди, не двигаясь с места. — И в моей больнице не принято размахивать пушками и пугать персонал. Либо ваши люди выходят на улицу, либо я вызываю полицию.
Один из охранников Хёнджина шагнул вперед, явно собираясь проучить дерзкую женщину, но Хван поднял руку, останавливая его. Он медленно встал. Его рост и аура подавляли, но Эрин даже не моргнула.
— Полиция сюда не приедет, доктор Ли, — Хёнджин подошел ближе, и она почувствовала запах дорогого парфюма, смешанный с металлическим ароматом свежей крови. — У меня в плече пуля 45-го калибра. Вытащите её. Сейчас.
— В очередь, господин Хван, — отрезала она. — У меня в операционной человек после аварии. Ждите, пока освободится палата.
В холле воцарилась мертвая тишина. Никто и никогда не заставлял Хвана Хёнджина ждать. Его глаза сузились, превращаясь в две опасные щели.
— Вы не понимаете, с кем говорите? — прошипел он, сокращая дистанцию так, что между ними осталось всего десять сантиметров.
— Я говорю с пациентом, у которого начинается геморрагический шок, если судить по бледности вашей кожи, — Эрин посмотрела прямо в его темные глаза. — И если вы сейчас же не заткнетесь и не пройдете за мной, вы потеряете руку. А мне будет жаль портить такой дорогой костюм, когда придется вас реанимировать.
Хёнджин замер. Вместо ожидаемой вспышки ярости, на его губах появилась едва заметная, хищная усмешка. Эта женщина была другой. В ней не было страха — только профессиональная гордость и странная, притягательная дерзость.
— Идемте, доктор Ли. Покажите, на что вы способны.
Танцы на грани
Операционная была подготовлена за считанные минуты. Хёнджин отказался от общего наркоза.
— Я не привык засыпать в присутствии незнакомцев, — бросил он, усаживаясь на операционный стол.
— Тогда будет больно, — предупредила Эрин, надевая новые перчатки. — Местная анестезия лишь притупит ощущения.
— Боль — это напоминание о том, что я еще жив. Приступайте.
Эрин работала быстро и четко. Она видела сотни тел, но тело Хёнджина было картой войны: старые шрамы от ножей, ожоги, следы пуль. И всё же, в нем была пугающая красота. Она чувствовала его взгляд на себе — тяжелый, изучающий, словно он пытался заглянуть ей под кожу.
— Почему вы не боитесь? — спросил он, когда она начала расширять рану зажимом.
Эрин даже не подняла головы.
— От страха руки дрожат. А если мои руки дрогнут, я могу задеть артерию. К тому же, смерть — это просто биологический процесс. Я вижу её каждый день. Чем вы можете меня напугать?
Хёнджин стиснул зубы, когда металл коснулся пули внутри плеча. На его лбу выступил пот, но он не издал ни звука.
— Вы очень самонадеянны. Знаете, что я делаю с теми, кто мне грубит?
— Наверное, убиваете, — Эрин наконец вытащила окровавленный кусочек свинца и с характерным звоном бросила его в металлический лоток. — Но сейчас я — единственный человек, который может сделать так, чтобы вы завтра могли снова держать свой пистолет. Так что советую сменить тон на благодарный.
Она начала накладывать швы. Её пальцы двигались с грацией пианиста. Хёнджин наблюдал за ней, и внутри него что-то странно сместилось. Его всегда окружали либо те, кто его боялся, либо те, кто хотел его использовать. Но Ли Эрин смотрела на него не как на монстра или короля, а как на сломанный механизм, который нужно починить.
Это бесило. И это заводило.
Новый порядок
Когда всё было кончено, Эрин наложила повязку и отошла к раковине, чтобы вымыть руки.
— Рецепт на антибиотики я оставлю у медсестры. Перевязка завтра в десять вечера. И постарайтесь не ввязываться в перестрелки ближайшие пару дней, — сказала она, не оборачиваясь.
Хёнджин встал, накидывая окровавленную рубашку на плечо. Он подошел к ней со спины, и Эрин увидела его отражение в кафельной плитке.
— Вы думаете, я просто уйду? — спросил он тихо, почти на ухо.
— Я на это надеюсь. У меня смена заканчивается.
Хёнджин внезапно протянул руку и коснулся пряди её волос, выбившейся из-под чепчика. Эрин замерла, но не отшатнулась.
— У вас острый язык, доктор Ли. И очень холодные руки. Мне интересно, что нужно сделать, чтобы вы посмотрели на меня с чем-то иным, кроме профессионального безразличия.
— Для начала — перестаньте истекать кровью в моем приемном покое, — она повернулась к нему, встретившись с ним взглядом. — Ваша власть заканчивается у дверей этой больницы. Здесь главная — я.
Хёнджин усмехнулся. В его глазах вспыхнул опасный огонек — огонек охотника, который нашел достойную добычу.
— Ошибаетесь, Эрин. Моя власть не заканчивается нигде. Но мне нравится эта игра. До завтра.
Он вышел из операционной, и его свита последовала за ним, словно тени. Эрин осталась одна в стерильной тишине. Она посмотрела на свои руки — они всё еще были спокойны. Но её сердце, вопреки всякой логике, пропустило один удар.
Она еще не знала, что с этого момента её жизнь перестала принадлежать только медицине. Хван Хёнджин никогда не отпускал то, что его заинтересовало. А она была самым интересным «диагнозом» в его жизни.
---------
опа новая история!! Я очень долго думал про сюжет этого рассказа, и никак не хотел делать что-то трагичное. Весь первый месяц этого года мне было херово, но я набрал силы чтобы вы смогли прочитать эту историю!! Приятного чтения, любимые!!