глава 591-593
Глава 591. Все — в руках Цзян Чэня
Все расхохотались после вопроса Старейшины Чэня. Они явно были того же мнения, но они не враждовали с Королевским Дворцом Пилюль. Обычно секта вела себя прилично, так что, хоть они и разделяли мнение Старейшины Чэня, они решили оставить все комментарии при себе. А на лице У Хэня застыла странная улыбка. Он был рад славному представлению и хотел узнать, что же задумал Цзян Чэнь.
Тань Лан презрительно фыркнул:
— Юнь Не, Королевскому Дворцу Пилюль следует поучить свою молодежь хорошим манерам!
— Именно, если у него что-то не так с головой, надо заняться этим как можно раньше! Если он и дальше будет говорить все, что взбредет ему в голову, не ровен час он и о секрете древнего сада трав проговорится! — добавил У Хуэй.
Никто явно не собирался давать Цзян Чэню поблажек как чемпиону Состязаний по Дао Пилюль. Наоборот, как раз из-за чемпионства на него хотели как следует надавить.
Сян Гань лишь холодно улыбнулся, но ничего не сказал. Он явно был недоволен словами Цзян Чэня, но не хотел прилюдно осуждать Королевский Дворец Пилюль, так как недавно его секта заключила с ним сделку по покупке Пилюли Долголетия.
Тут старейшина Секты Темного Севера с улыбкой произнес:
— Ладно, ладно. Молодым людям свойственна опрометчивость. Не воспринимайте его слова всерьез, нужно уходить отсюда как можно быстрее.
Он подошел к Юнь Не и произнес:
— Даос Юнь Не, просто быстро извинись перед всеми, чтобы мы могли уйти. С этим местом явно что-то не так.
Юнь Не тоже был застигнут врасплох. Он понятия не имел, с чего это обычно сдержанный Цзян Чэнь начал вести себя так вызывающе. Это было прямой вызов всем присутствующим! Сокровища были уже в их карманах, и вдруг кто-то заговорил о перераспределении. Это было попросту запретной темой. Однако он должен был защищать своих, так что он не стал отчитывать Цзян Чэня. Он лишь слегка улыбнулся:
— Юноша просто пошутил. Можете сделать вид, что ничего не было.
Старейшина Чэнь фыркнул:
— Пошутил? Если он и дальше будет так шутить, когда мы покинем Гору Мерцающий Мираж, нам будет не до шуток!
Похоже, Старейшина Чэнь хотел довести дело до конца и как следует надавить на Королевский Дворец Пилюль.
Тань Лан согласно кивнул:
— Мне тоже кажется, что такие слова нельзя расценивать как «просто шутку». Его нужно наказать!
— Именно, если Королевский Дворец Пилюль не накажет его, мы с радостью сделаем это вместо него! — поддакнул У Хуэй.
Юнь Не нахмурился, глядя на Сян Ганя и надеясь, что он постарается сгладить ситуацию.
Но тот лишь отрешенно смотрел в сторону. Судя по всему, ему тоже были не по нраву слова Цзян Чэня, и он не собирался вмешиваться. Сян Цинь что-то пробормотал, обращаясь к Сян Ганю, но тут же сник под суровым взором старейшины. Сян Цинь явно хотел вмешаться, но старейшина утихомирил его. Похоже, Сян Гань тоже был настроен весьма решительно, и снисхождения от него можно было не ждать.
Культиваторы Королевского Дворца Пилюль тоже были поражены. Кроме Юнь Не, старейшины пораженно смотрели на Цзян Чэня. Во взорах некоторых даже читался гнев. Это было такое радостное событие, зачем же Цзян Чэнь начал распускать язык?
Что до Му Гаоци и Лин Би-эр, они были готовы поддержать Цзян Чэня в любой ситуации. Хотя они не понимали, что нашло на Цзян Чэня, они даже не думали осуждать его.
Ван Хань из Дворца Священного Меча откровенно злорадствовал.
Цзян Чэню же оставался невозмутимым. Он ничего не говорил, лишь наблюдая за реакцией окружающих. Затем он с улыбкой произнес:
— Яне станут тратить время на пустую болтовню, ведь я уже подметил, кто как отреагировал. Скажу одно, вы все можете уйти, если хотите умереть. Также можете спокойно уйти, если уверены, что сможете избавиться от Миазмы.
Все были ошарашены.
Миазма Божественного Недоумения?
Эти три слова тут же пришли на ум собравшимся. От одного упоминания этой болезни волосы вставали дыбом от страха.
— Что ты хочешь этим сказать, Цзян Чэнь? — прорычал Чжу Фэйян из Секты Трех Звезд.
— Не думай, что можешь безнаказанно сеять панику лишь потому, что стал чемпионом Состязаний по Дао Пилюль.
Цзян Чэнь проигнорировал его. Он равнодушно улыбнулся:
— Я бы рассказал вам о Миазме раньше, если бы вы честно распределили травы земного уровня. Но, к сожалению, вы все пошли на поводуу Дворца Священного Меча и несправедливо обошлись с Королевским Дворцом Пилюль. Раз вы решили навязать моей секте нечестные правила распределения, то уж не обессудьте, на сей раз я тоже проявлю жесткость. Те, кто считают, что я просто сею панику, могут уйти прямо сейчас и списать все на бредни глупого мальчишки. Но одно могу сказать наверняка: мы не сможете даже покинуть пределы этой горы. Это место станет вашей могилой!
Странная улыбка застыла на лице Цзян Чэня.
— Если не верите мне, можете порыться в собственном сознании. Тогда узнаете, стали ли вы жертвой Миазмы на этом острове.
Хотя все это казалось невероятным, некоторые молодые гении последовали совету Цзян Чэня. Они резко переменились в лице, обнаружив едва заметный слой Миазмы в своем сознании!
Реакция молодежи тут же привлекла внимание старейшин, и они тоже проверили свое сознание. Вскоре их лица исказили гримасы ужаса.
— Разве вы не заметили, что на острове какая-то странная атмосфера? Вы оказались невнимательны. Вы думали, что опасность представляют защитные формации на острове, а на самом деле источником опасности был разноцветный туман. Всем ведь известно, что такое Миазма?
Цзян Чэнь говорил совершенно равнодушным тоном.
Лишь Секта Темного Севера попыталась защитить его; остальные были не прочь наказать его и даже радовались бы, если бы дело дошло до смертной казни. Даже Великий Чертог молчал; Сян Гань тоже хотел наказать его. Цзян Чэнь прекрасно понимал, чего стоят дружеские отношения его секты с Великим Чертогом; как дошло до дела, Великий Чертог быстро забыл о Пилюле Долголетия. А потому Цзян Чэнь не собирался играть в благородство.
Все тяжеловесы помрачнели, анализируя свое сознание и туман вокруг них. Они поняли, что Цзян Чэнь не врал, а они проявили неосторожность.
Им так не терпелось завладеть ценными травами, что они не придали туману никакого значения. Как оказалось, туман пронизывала не только духовная энергия, но и Миазма. Неудивительно, что цу всех было какое-то зловещее предчувствие.
Все тяжеловесы были мрачнее тучи. И стар, и млад — все знали о том, что такое Миазма. Лин Би-эр даже слегка повело. Она и подумать не могла, что, как и ее отец, заразится Миазмой, причем такой, которая была в десять раз мощнее той, от которой страдал он.
Теперь тяжеловесы, которые призывали к наказанию Цзян Чэня, не знали, что и сказать.
Старейшина из Секты Темного Севера сухо усмехнулся:
— Братец Цзян Чэнь, как ты распознал Миазму? Разве ты сам не был отравлен?
Цзян Чэнь обладал иммунитетом благодаря родословной Золотой Цикады, впрочем, об этом он говорить не собирался. Он лишь слегка улыбнулся:
— Я был отравлен, но я был настороже. Я использовал кое-какие средства, чтобы нейтрализовать яд.
— Неужели? — просиял старейшина из Секты Темного Севера. — Ты знаешь, как излечиться от яда?
Все тут же облегченно выдохнули. Все было не так страшно, если было лекарство. Поговаривали, что от Миазмы не было лекарства. Несколько секунд назад они уже успели отчаяться.
Цзян Чэнь непринужденно улыбнулся, заметив, что все снова смотрели на него:
— Я могу исцелить вас от Миазмы, но с чего бы мне давать вам лекарство?
Все были в шоке, и повисло неловкое молчание. Какими бы толстокожими они ни были, они не могли вот так запросто попросить Цзян Чэня дать им лекарство. Все-таки еще мгновение назад они отчитывали Цзян Чэня и предлагали жестоко наказать его. Еще недавно они были хозяевами положения, а теперь их жизни были в руках Цзян Чэня. Хоть они и не были до конца уверены в правдивости слов Цзян Чэня, никто не собирался рисковать. Они прекрасно понимали, насколько беспомощны они были перед лицом Миазмы. Цзян Чэнь мог не помогать им. Он мог просто собрать все сокровища с их трупов. Вывод напрашивался сам собой: с этого момента они больше не распоряжались своей судьбой.
Ван Хань же, с налитыми кровью глазами, произнес:
— Цзян Чэнь, я думаю, что Миазма — твоих рук дело!
— Именно так! Я тоже так считаю! — крикнул Чжу Фэйян из Секты Трех Звезд.
Цзян Чэнь фыркнул:
— Мне плевать на ваши подозрения. Мне решать — лечить вас или нет. Раз вы, два идиота, даже сейчас пытаетесь все свалить на меня, я с удовольствием посмотрю на ваши скорчившиеся трупы.
Оглядев собравшихся, он с улыбкой произнес:
— Кто еще считает, что это я выпустил яд?
Даже тяжеловесы не могли взглянуть ему в глаза. Все были разумными людьми и понимали, что Цзян Чэнь не мог отравить их. Этот туман был здесь задолго до прибытия Цзян Чэня. Дымка окутывала все озеро. Цзян Чэнь просто не мог провернуть отравление такого масштаба.
Глава 592. Обогащение
Важнее всего было то, что теперь они не смели клеветать на Цзян Чэня и злить его. Если они выведут его из себя, вдруг окажется, что у него действительно есть противоядие, и он решит им не делиться? Тогда они просто погибнут здесь! Тяжеловесы были умными людьми и понимали, насколько опасна Миазма. Хотя пока яд дремал, стоило ему овладеть сознанием, и вся его мощь обрушивалась на отравленного. После этого жертвам Миазмы оставалось лишь смиренно дожидаться смерти. Спокойствие Цзян Чэня еще больше пугало окружающих. Особенно это касалось старейшин, которые недавно отчитывали его.
— Цзян Чэнь, ты поистине безжалостен. Ты промолчал о такой серьезной опасности. Но неужто ты настолько жесток, что дашь умереть членам своей секты? — выдавил Чжу Фэйян.
Цзян Чэнь равнодушно улыбнулся:
— О моей секте можешь не беспокоиться.
Он обратился к Юнь Не:
— Старейшина Юнь Не, в силу обстоятельств я не мог рассказать вам обо всем раньше. Он несколько раз щелкнул пальцами. Семь пилюль с противоядием отправились прямо в руки членов Королевского Дворца Пилюль.
— Примите их сейчас же, чем раньше, тем лучше.
Цзян Чэнь уже давно приготовил пилюли для четырех старейшин и трех молодых гениев. Он отравлен не был, так что ему пилюля была не нужна. Опасаясь, что Цзян Чэнь передумает, Юнь Не и остальные тут же проглотили противоядие и сели, чтобы дать организму впитать пилюлю.
Окружающие резко почувствовали выброс адреналина в кровь; некоторые даже подумывали украсть пилюли. Но члены Королевского Дворца Пилюль незамедлительно приняли пилюли, не дав им времени украсть противоядие. Да и потом, сейчас никто бы не посмел злить Цзян Чэня. Если они не смогут украсть пилюля, да еще и выведут Цзян Чэня из себя, тогда им точно конец. По крайней мере, можно было заключить, что пилюли работали, раз Цзян Чэнь дал их своим товарищам. Атмосфера была крайне неловкой; вокруг воцарилась гробовая тишина. Прошло несколько бесконечно долгих минут, и Юнь Не встал и со смехом произнес:
— Цзян Чэнь, твое противоядие творит чудеса. Оно подействовало мгновенно!
Юнь Не был поражен тем, что противоядие сработало, и тем, что лишь Цзян Чэнь смог распознать Миазму. Причем он не только обнаружил Миазму, но и проанализировал яд и приготовил противоядие. Юнь Не не знал, как ему это удалось, но в одном он был уверен: лишь у Цзян Чэнь были ингредиенты, необходимые для приготовления противоядия.
Благодаря своей проницательности, наблюдательности и стратегическому планированию Цзян Чэнь предстал перед Юнь Не в совершенно новом свете. Культиватор пятого уровня изначальной сферы заставлял группу культиваторов сферы мудрости плясать под его дудку. Хотя свою роль сыграли и некоторые внешние факторы, Цзян Чэнь все равно проявил поразительную мудрость и способность к планированию.
Затем остальные члены Королевского Дворца Пилюль тоже впитали противоядие, избавившись от Миазмы. Один за другим они вставали и подходили к Цзян Чэню. Слова были излишни; они все понимали, что сейчас им нужно выступить единым фронтом. Даже Шэнь Цинхун без всякой неловкости с готовностью встал рядом с Цзян Чэнем. Приняв от него пилюлю, он почувствовал стыд. Тем не менее, впитав противоядие, он смог очистить свой разум и избавиться от внутренних демонов, вызванных былым конфликтом с Цзян Чэнем. Теперь он послушно стоял рядом с бывшим соперником. Все помрачнели, глядя на то, как сразу оживились члены Королевского Дворца Пилюль, впитав противоядие. Их сомнения тут же рассеялись. Если бы противоядие было ненастоящим, культиваторы его секты не выглядели бы такими счастливыми.
Старейшина Секты Темного Севера слегка вздохнул:
— Ах, мы все были слепы и оскорбили истинного гения пилюль.
Впрочем, теперь ему стало немного спокойнее. Все-таки он-то высказался в защиту Цзян Чэня и Королевского Дворца Пилюль.
— Братец Цзян Чэнь, почему бы тебе не назвать цену противоядия? — грустно усмехнулся старейшина. Секте Темного Севера нужно было всего шесть пилюль, так как один из них уже погиб на горе. Хотя Юнь Не не стал высказаться в пользу Секты Темного Севера, он многозначительно посмотрел на Цзян Чэня. Цзян Чэнь знал, что Секту Темного Севера и Королевский Дворец Пилюль связывают хорошие отношения.
Он слегка улыбнулся:
— Наши секты всегда были дружны. Если бы я не был возмущен тем, как были распределены травы земного уровня, я бы всем рассказал о Миазме. Но, поскольку вы все пошли на поводу у Дворца Священного Меча, вы не оставили мне иного выбора. Уверен, что все понимают, что я не привык играть в благородство. Любые отношения основаны на принципе взаимности.
Его слова были разумны, и старейшина слегка кивнул:
— Мы не можем винить тебя за это. Мы сами виноваты в случившемся.
Услышав эти слова, представители других сект ощутили жгучее чувство сожаления. Ну почему они послушались Дворец Священного Меча и намеренно лишили Королевский Дворец Пилюль части причитавшихся им трав земного уровня?
Увы, сожалеть было поздно.
Старейшина Чэнь уловил на себе недовольные взгляды культиваторов других сект и чуть не вышел из себя от ярости. Он мысленно проклял восемнадцать поколений их предков.
Ох уж эти старые ублюдки! Все поддержали мое предложение, ведь все хотели поживиться. А теперь они хотят всю вину возложить на меня?
К несчастью, вслух он этого сказать не мог, и ему оставалось лишь скрежетать зубами.
У всех сердце ушло в пятки. Сначала все думали, что Цзян Чэнь сошел с ума, раз хочет устроить перераспределение трав небесного и земного уровней.
Но теперь-то было понятно, что они ошибались. Это они сошли с ума!
Цзян Чэнь слегка улыбнулся:
— Секту Темного Севера и Дворец Священного Меча связывают хорошие отношения, и вы не стали издеваться над нами, когда мы были в меньшинстве, и не стали призывать к тому, чтобы наказать меня. Так что моя цена невысока. Я возьму половину трав земного уровня Секты Темного Севера.
Всего культиваторы секты собрали пятьдесят четыре растения земного уровня. Все были шокированы его словами. Противоядие было настолько дорогим? Причем это еще Цзян Чэнь сделал им скидку как друзьям секты?
Мгновение спустя старейшина Секты Темного Севера согласно кивнул:
— Двадцать семь трав земного уровня — справедливая цена за шесть жизней.
Он повернулся к своим товарищам, у которых были травы земного уровня:
— Доставайте половину своих трав земного уровня.
Это был вопрос жизни и смерти. И у них не было выбора. Когда травы оказались у Цзян Чэня, шесть пилюль были вручены Секте Темного Севера. Они тут же принялись впитывать противоядие.
Понаблюдав за этой сделкой, представители четырех великих сект задумались, стоит ли им покупать противоядие у Цзян Чэня.
Первым высказался Тань Лан из Секты Трех Звезд. Он рассмеялся:
— Ладно, ладно. Сей старик ошибся. Достопочтенный братец Цзян Чэнь, я по ошибке нанес тебе оскорбление. Я и подумать не мог, что среди нас окажется такой талантливый культиватор с такими обширными познаниями. Нам повезло, что ты есть, иначе все бы погибли здесь.
Его речь казалась уважительной, старейшина явно хотел произвести впечатление учтивого человека.
Но Цзян Чэня его слова не впечатлили. У него еще не сложилось полного представления о том, что за человек Тань Лан, но он был среди тех, кто хотел наказать Цзян Чэня. Более того, он первым это и предложил.
Старейшина несколько смутился, видя безразличие Цзян Чэня, но с благодушной улыбкой продолжил пытаться снискать снисхождение:
— Сей старик понимает, что все перегнули палку, и распределение трав земного уровня было нечестным. Как тебе такое предложение: Секта Трех Звезд тоже отдаст за противоядие половину трав земного уровня.
Услышав это, Му Гаоци возрадовался. Подсчитав, сколько трав получит Цзян Чэнь, он начал внутренне ликовать. Брат Цзян Чэнь вот-вот заработает целое состояние, ах!
Всего было четыреста трав земного уровня, за вычетом тех, что достались Королевскому Дворцу Пилюль, оставалось триста шестьдесят семь растений. Таким образом, у Старшего Брата Цзян Чэня должно было оказаться примерно двести трав земного уровня! Тогда он тут же станет богатейшим человеком среди младшего поколения Области Мириады.
Но вдруг Цзян Чэнь все с тем же безучастным выражением лица равнодушно усмехнулся:
— А кто сказал, что я продам вам противоядие?
Все тут же переменились в лице.
Что? Он не продаст противоядие? Неужели он собирается просто смотреть, как они все умрут?
Старейшина Чэнь из Дворца Священного Меча тут же попробовал натравить остальных на Цзян Чэня:
— Все это слышали? Этот мальчишка абсолютно безжалостен. Он хочет, чтобы мы все умерли, а его Королевский Дворец Пилюль собрал все сокровища!
Многие тут же присоединились к Старейшине Чэню.
Ван Хань подлил масла в огонь, крикнув:— Этот мальчишка слишком жесток! Думаю, мы все должны объединиться и забрать у него противоядие. Область Мириады обойдется без Королевского Дворца Пилюль, но нельзя же допустить, чтобы остался лишь Королевский Дворец Пилюль!
Ван Хань раззадорил окружающих. Все повернулись у Цзян Чэню и недобро посмотрели на него, словно тигр на жертву.
Цзян Чэнь равнодушно рассмеялся, достав склянку с пилюлями со снятой крышкой и слегка потряс ей. Он удерживал склянку прямо над поверхностью озера и слегка наклонил ее.
— Это — последняя склянка с противоядием. Стоит моей руке слегка качнуться, и оно попадет в озеро, где успешно растворится. Если кто-то уверен, что он быстрее меня, милости прошу попробовать вырвать пилюли у меня из рук. Но помните: у вас всего один шанс. Если не сможете украсть эти пилюли, вам останется лишь сидеть и ждать смерти.
Цзян Чэнь непринужденно рассмеялся:
— А я запросто скроюсь с помощью талисмана спасения. Потом я просто вернусь сюда и соберу все сокровища с ваших трупов.
Увидев, что Цзян Чэнь был хозяином положения, культиваторы четырех великих сект с мрачными выражениями лиц подавили порывы, вызванные словами Ван Ханя. Они не смели рисковать. На кону была их жизнь. Вдруг Цзян Чэнь и впрямь выбросит противоядие в озеро? Пилюли были выплавлены при высокой температуре, и, оказавшись в воде, они немедленно растворятся. И тогда пилюли будет уже не достать.
В этот момент они с сожалением обнаружили, что их жизни были полностью в руках Цзян Чэня.
Они не могли украсть пилюли. Они не могли купить пилюли. Чего же Цзян Чэнь хотел от них?!
Глава 593. Запредельная цена за противоядие
Атмосфера накалялась, даже культиваторы сферы мудрости не могли сохранить самообладание перед лицом смерти. Особенно отчаянными были члены Дворца Священного Меча. Они уже давно враждовали с Королевским Дворцом Пилюль, к тому же, они нанесли смертельное оскорбление Цзян Чэню. Даже если Цзян Чэнь решит дать остальным противоядие, им он наверняка не продаст его даже за высокую цену.
Старейшина Чэнь с безумным взглядом крикнул:
— Послушайте! Этот Цзян Чэнь задумал небывалое злодеяние! Он решил пытать нас, пока мы не умрем, чтобы потом взять и собрать с наших трупов все сокровища! Нам нечего терять! Уж лучше пусть мы все погибнем, чем позволим Королевскому Дворцу Пилюль нажиться на нашей смерти! Нам все равно конец! Неужто вы хотите позволить Королевскому Дворцу Пилюль смотреть, как мы умираем, а потому обобрать наши трупы?!
Нечего терять!
Это было единственным решением перед лицом неминуемой гибели. У Хэнь уставился на Юнь Не:
— Даос Юнь Не, неужели Королевский Дворец Пилюль действительно хочет вынудить нас пойти на крайние меры?
Юнь Не не знал, то задумал Цзян Чэнь, но ему пришлось взять инициативу, чтобы сгладить ситуацию:
— Цзян Чэнь, в конце концов, все мы — из Области Мириады, дай же им хоть какую-то надежду, — слегка вздохнул он.
Цзян Чэнь, впрочем, и не планировал доводить дело до конца. Если бы он и впрямь хотел, чтобы все умерли, он мог бы просто промолчать и потом собрать с их трупов сокровища. Рассуждая логически, это было бы самым лучшим исходом.
Но Цзян Чэнь понимал, что в таком случае прочие секты будут винить Королевский Дворец Пилюль в смерти своих товарищей, и его секте будет не оправдаться. Возможно, прочие секты даже объединятся против Королевского Дворца Пилюль. Так что, хорошенько подумав, Цзян Чэнь решил проявить милосердие. Он не стал сразу проявлять снисхождение, потому что хотел, чтобы Юнь Не выступил в роли великодушного защитника, а он сам — в роли жестокого мстителя.
Цзян Чэнь сделал вид, будто обдумывает слова Юнь Не, а затем произнес:
— Я не смею ослушаться Старейшину Юнь Не. Все уверены, что хотят купить противоядие? Никто не считает, что я кого-то принуждаю?
Сян Гань сказал:
— Братец Цзян Чэнь, поскольку лишь ты смог распознать опасность, ты имеешь полное право на вознаграждение. Нам, старикам, остается лишь признать свое поражение. Великий Чертог тоже готов отдать половину трав земного уровня.
— Как и Секта Трех Звезд, — усмехнулся Тань Лан.
— Как и Секта Кочевников, — произнес У Хэнь и многозначительно посмотрел на Цзян Чэня. Теперь юноша казался ему еще более загадочным. Ему оставалось лишь вздыхать. Ну почему такой талантливый гений оказался в Королевском Дворце Пилюль, а не в его секте? Дань Чи нашел его в союзе шестнадцати королевств. Он проявил дальновидность, а ведь когда-то секты Области Мириады воспринимали его союз с Сектой Дивного Древа как шутку.
Даже будучи соперником, У Хэнь не мог не отдать должное Дань Чи.
Культиваторы Дворца Священного Меча остолбенели. Они были готовы отдать половину трав, но теперь-то Цзян Чэнь точно не захочет продавать им противоядие. Поэтому они были в шоке, не зная, что же им делать. Сперва они хотели натравить все секты на Королевский Дворец Пилюль, но их затея провалилась. Ну кто пойдет на поводу у Дворца Священного Меча, рискуя своими жизнями?
Цзян Чэнь игнорировал умоляющие взгляды тяжеловесов их секты; в его глазах не было ни следа сострадания или снисхождения. Эти люди вели себя так только из-за обстоятельств. Возможно, получив пилюли, они тут же снова проявят враждебность. Само собой, Цзян Чэнь не собирался вот так запросто давать им противоядие. Стоит ему отдать им пилюли, и он потеряет инициативу.
— Слушайте, я не собираюсь ходить вокруг да около. Секте Темного Севера пришлось отдать половину своих трав земного уровня, но это была цена для друзей. Почему же так? Да потому что, кроме них, все остальные вели себя довольно недружелюбно. Поэтому прочие секты могут не рассчитывать на скидку для друзей, — спокойно произнес он.
При этих словах все поникли.
Похоже, Цзян Чэню мало половины трав земного уровня!
Сян Гань глубоко вздохнул:
— Братец Цзян Чэнь, я был недоволен, но я же не стал подливать масла в огонь. Даже если ты не дашь нам скидку как друзьям, мы же можем рассчитывать на справедливую цену, правда?
Цзян Чэнь слегка улыбнулся и кивнул:
— Ну что ж, Старейшина Сян Гань прав, вы можете рассчитывать на справедливую цену. Одно растение небесного уровня и половина трав земного уровня. Ах да, Брату Сян Циню пилюля достанется бесплатно. Он может не отдавать мне половину своих трав земного уровня.
— Что?! — воскликнул Сян Гань, уставившись на Цзян Чэня. — Ты уверен? Растение небесного уровня?
Цзян Чэнь невозмутимо ответил:
— Это — первое предложение. Если вы заставите меня изменить цену, второе предложение понравится вам еще меньше.
Раньше Сян Гань производил на Цзян Чэня более-менее хорошее впечатление, но теперь он был несколько разочарован в старейшине. Поэтому Цзян Чэнь проявил уважение только к Сян Циню, но не к Сян Ганю.
Сян Гань был взбешен. Он и подумать не мог, что Цзян Чэнь заломит такую цену. Он просто наживался на чужом несчастье!
— Секта Трех Звезд готова заплатить такую цену! — произнес Тань Лан, когда Сян Гань замолчал. Тань Лан нанес Цзян Чэню серьезное оскорбление. Если сейчас он не проявит активность, возможно, когда очередь дойдет до его секты, цена станет еще выше.
— Хе-хе, но это цена не для Секты Трех Звезд, — произнес Цзян Чэнь, бросив в сторону Тань Лана равнодушный взгляд.
Он усмехнулся:
— Впрочем, я не стану требовать слишком много. Всего одно растение небесного уровня и две трети трав земного уровня. Говорите, согласны вы или нет; торг неуместен.
ЧжуФэйян вышел из себя:
— Цзян Чэнь, ты повышаешь цену без всякой на то причины! Это — просто мошенничество!
Цзян Чэнь холодно рассмеялся.
— Возможно, кто-то меня неправильно понял. Я же никого не заставляю покупать противоядие. Можете сами выплавить пилюлю, если сумеете.
Выплавить пилюлю самим? Даже если бы они и знали, как это сделать, все ингредиенты наверняка были у Цзян Чэня.
Помрачнев, Тань Лан стиснул зубы и выдавил:
— Хорошо, как скажешь. Одно растение небесного уровня и две трети трав земного уровня.
Цзян Чэнь слегка улыбнулся:
— Хорошо, подождите пока в стороне.
— Почему мы должны ждать?
Тань Лан хотел как можно быстрее получить противоядие.
— Не волнуйтесь, я дам вам противоядие до того, как яд начнет действовать.
Цзян Чэнь никуда не торопился. Он перевел взгляд на Великий Чертог, а затем — на Секту Кочевников. Что до Дворца Священного Меча, то их он не удостоил даже взглядом.
Наконец, Сян Гань обреченно вздохнул:
— Хорошо, на сей раз я поступил неправильно, и юноша преподал мне хороший урок. Пусть будет по-твоему, одно растение небесного уровня. Великий Чертог получил восемьдесят трав земного уровня, за вычетом трав Сян Циня остается семьдесят. Половина — это семьдесят трав, верно?
Цзян Чэнь слегка улыбнулся:
— Верно.
Затем он беззаботно махнул рукой:
— Я бы попросил Великий Чертог тоже немного подождать.
Вновь посмотрев на Секту Кочевников, он сказал:
— Что вы скажите, Старейшина У Хэнь?
Тот встрепенулся. Он думал, что Цзян Чэнь уже давно считал его секту таким же врагом, как и Дворец Священного Меча, и вдруг он обратился к ним. Он нахмурился:
— Какую цену назовет братец Цзян Чэнь?
Цзян Чэнь слегка улыбнулся:
— Я хорошо помню и добро, и зло. Секта Кочевников нанесла мне серьезное оскорбление, но я все равно дам вам шанс. Я назову цену всего один раз, торг неуместен.
У Хэнь, будучи человеком жизнелюбивым, слегка расслабился, когда Цзян Чэнь сказал, что готов продать им противоядие. Все-таки это была их единственная надежда. Однако он опасался, что Цзян Чэнь заломит запредельную цену. Хорошенько подумав, он снова посмотрел на Цзян Чэня: — Цзян Чэнь, мы можем уладить все наши конфликты, лишь бы цена была разумной. У Хэнь наконец-то понял, что Цзян Чэнь был совершенно особенным человеком. У Хэню явно было его не переиграть. Он решил пойти с ним на примирение.
Задержав на У Хэне взгляд, Цзян Чэнь, наконец, слегка улыбнулся. Он использовал Г олову Медиума, чтобы внимательно изучить реакцию У Хэня, и понял, что старик и впрямь хочет помириться; видимо, он понял, что ему не совладать с Цзян Чэнем. Прося о примирении, он явно рассчитывал, на то, что Цзян Чэнь не станет заламывать слишком высокую цену.
Цзян Чэнь слегка кивнул:
— Я собирался забрать обе травы небесного уровня, но, раз уж Старейшина У Хэнь усвоил урок, вы можете получить противоядие на тех же условиях, что и Секта Трех Звезд.
Ему было не чуждо сочувствие. У Хэнь явно давал понять, что больше не станет преследовать Цзян Чэня и пытаться отобрать у него Облачную Сосну. Таким образом он намекал, что сдается. Поэтому Цзян Чэнь решил проявить милосердие и не заламывать слишком высокую цену.
У Хэнь слегка улыбнулся:
— Я крайне признателен тебе.
Все это время он хотел отобрать у Цзян Чэня растение небесного уровня, а в итоге тот даже проявил снисхождение, ограничившись лишь одним растением. Все-таки у них оставалось хотя бы одно растение небесного уровня. У Хэнь даже зауважал Цзян Чэня и не мог не признать поражения.
Оставался только Дворец Священного Меча. Члены секты чувствовали себя крайне неловко и то и дело бросали в сторону Секты Кочевников и Секты Трех Звезд умоляющие взоры. Они надеялись, что эти секты замолвят за них словечко.