Маска сорвана
Вика каждый раз в такие моменты демонстративно отходила на пару шагов назад, скрестив руки на груди, и с лёгкой, немного гордой улыбкой наблюдала за происходящим. Ей нравилось видеть Адель такой — уверенной, сияющей, снисходительно соглашающейся на селфи и оставляющей быстрые автографы.
— Ну что, звезда, — поддразнивала Вика, когда очередная восторженная стайка девчонок наконец убегала, обсуждая встречу. — Кажется, мне пора нанимать чёрный костюм, рацию и официально оформляться твоим телохранителем. А то скоро к тебе через эту толпу будет вообще не пробиться.
— Не преувеличивай, — Адель привычным жестом поправляла волосы, возвращаясь к Вике и снова переплетая свои пальцы с её. Её голос звучал лениво и спокойно, но внутри каждый раз приятно покалывало от этого внимания. — Это просто издержки контракта. Скоро шумиха поутихнет.
Но шумиха не утихала. График Адель становился всё плотнее: бесконечные разъезды по модельным агентствам, примерки, обсуждения новых съёмок и кастингов занимали почти всё её время. Она крутилась в этом глянцевом мире, чувствуя себя на своём месте. Однако, возвращаясь со встреч, она неизменно возвращалась к Вике.
Эти дни действительно протекали ровно и хорошо, словно они поймали правильный, идеальный ритм. Ложь о болезни всё ещё лежала тяжёлым грузом на дне сознания Адель, но в суматохе вспышек и постоянных прогулок по Питеру этот страх временно притупился, уступая место настоящему, живому моменту. Они много смеялись, пили кофе на набережных и почти не вспоминали про остальной мир.
Пока в один из вечеров у Вики на телефоне снова не высветилось уведомление из общего чата её компании.
Вика достала телефон, бросив быстрый взгляд на экран, и её лицо тут же озарилось улыбкой. Она быстро застучала пальцами по стеклу, что-то отвечая.
— Что там? — поинтересовалась Адель, стараясь, чтобы её голос звучал максимально равнодушно, хотя внутри у неё снова шевельнулось неприятное предчувствие.
— Да ребята в чате шумят, — Вика убрала телефон в карман и повернулась к Адель, её глаза блестели от воодушевления. — Ксюша всё-таки дожала этот план с летним выездом! Они нашли нереальное место у озера, собираются поехать с палатками на все выходные. И... они зовут нас, Адель. Все очень хотят, чтобы мы поехали вместе. Ксюша отдельно передала, что безумно хочет с тобой познакомиться, раз уж ты теперь «официально свободна» от больниц.
Улыбка мгновенно исчезло с лица Адель. Имя Ксюши, произнесённое с такой лёгкостью, снова полоснуло по нервам. Мало того, что эта девушка уже вовсю распоряжалась планами Вики, так теперь она ещё и звала Адель в компанию, где её никто не знал, и где всё строилось вокруг сочувствия к её выдуманной болезни.
Ехать туда, притворяться «выздоровевшей», терпеть чужие расспросы и, главное, наблюдать, как Ксюша общается с Викой — казалось Адель настоящим кошмаром.
— С палатками? У озера? — Адель остановилась посреди тротуара, вскинув бровь и скрестив руки на груди. Её тон мгновенно стал ледяным и высокомерным. — Вик, ты издеваешься? Ты прекрасно знаешь мой график. У меня на выходных запланировано два важных кастинга. И вообще... я не думаю, что мне будет комфортно в компании людей, которых я вижу впервые в жизни, под предводительством твоей... старой знакомой.
Вика остановилась следом и повернулась к Адель. Огонёк воодушевления в её глазах погас, уступив место искреннему огорчению и лёгкой усталости. Она сделала шаг назад, сокращая дистанцию, и осторожно взяла Адель за локти.
— Адель, пожалуйста, — тихо, но настойчиво произнесла Вика, заглядывая ей в глаза. — Никто там тобой предводительничать не собирается. Ксюша просто помогла всё организовать. Я ведь не прошу тебя ехать на неделю. Давай хотя бы на один день, с субботы на воскресенье? Перенесёшь кастинги на понедельник, в агентстве пойдут тебе навстречу, ты же сейчас их главная звезда.
Адель отвернулась, поджав губы, но Вика мягко коснулась её подбородка, заставляя снова посмотреть на себя. Взгляд Вики был полон такой умоляющей нежности, что ледяная уверенность Адель начала крошиться.
— Я полгода сидела в четырёх стенах, Адель. Я жила только мыслями о тебе, — негромко, без упрёка, но с понятной затаённой грустью напомнила Вика. — Я так соскучилась по обычной жизни. По костру, по гитаре, по своим друзьям... И я так хочу, чтобы ты наконец стала частью этой жизни. Чтобы они увидели, какая ты потрясающая. Поехали, а? Ради меня. Я буду каждую секунду рядом с тобой, обещаю. Если тебе станет совсем некомфортно, мы сразу же снимемся и уедем ко мне или к тебе.
Адель молчала, чувствуя, как внутри неё борются эгоизм, удушающий страх разоблачения и... безумная, собственническая ревность. Оставить Вику ехать туда одну, к её ребятам и к этой вернувшейся из прошлого Ксюше? Ни за что. Позволить Ксюше занять всё внимание Вики на целые выходные, пока сама Адель будет сидеть на кастингах в душном Питере? Исключено.
Если эта поездка неизбежна, то Адель должна быть там. Она должна контролировать ситуацию и показать этой Ксюше, кто на самом деле занимает главное место в жизни Вики.
Адель тяжело вздохнула, демонстративно закатив глаза, хотя сердце в груди забилось в разы быстрее — то ли от злости, то ли от предвкушения опасной игры.
— Ладно, — неохотно процедила она, возвращая на лицо маску холодного снисхождения. — Твоя взяла. Я напишу менеджеру, чтобы сдвинули время кастингов. Но учти, Вик: если там начнётся глупый допрос про моё «чудесное исцеление» или твоя подруга решит, что может мной командовать, мы уезжаем в ту же секунду.
///
Субботнее утро встретило Адель мягким светом, пробивающимся сквозь плотные шторы, и тихим щелчком входной двери. Она едва успела глубже зарыться в одеяло, как в спальню вихрем влетела Вика — уже собранная, пахнущая утренней прохладой и готовая к приключениям.
— Подъём, звезда Питера! — Вика весело запрыгнула на край кровати и безжалостно потянула одеяло на себя, открывая Адель утреннему свету. — Хватит спать, нас уже ребята ждут. Еле донесла рюкзак, у меня там, кажется, половина вещей на всю нашу компанию.
Адель зажмурилась от резкого света, недовольно застонала и попыталась нащупать на тумбочке телефон. Экран загорелся, и перед глазами поплыли безжалостные цифры. 07:04.
— Ты издеваешься?! — Адель резко села в постели, сердито откидывая остатки одеяла. Волосы растрепались, а в голосе сквозило такое искреннее возмущение, будто её разбудили посреди глубокой ночи. — Вик, сейчас семь утра! Какое озеро в такую рань? Нормальные люди в это время только третий сон видят, а не тащатся с палатками в глушь!
Вика лишь звонко рассмеялась, ничуть не испугавшись грозного вида своей девушки. Она наклонилась и быстро, мягко поцеловала Адель в недовольно надутую щеку.
— Нормальные люди, может, и спят, а туристы выезжают пораньше, чтобы занять лучшее место у воды, — парировала Вика, поднимаясь с кровати и направляясь к выходу из спальни. — Ксюша написала, что они с мальчишками уже грузят палатки в машину. Так что давай, у тебя ровно двадцать минут на душ и сборы. Жду тебя на кухне, кофе уже варится.
Когда шаги Вики стихли в коридоре, Адель со стоном упала обратно на подушку. Настроение было безнадёжно испорчено. Мало того, что ей приходилось жертвовать своим идеальным утром ради сомнительного отдыха на природе, так ещё и день начинался с очередного упоминания этой Ксюши.
«Ураган Ксюша уже на ногах», — мысленно съязвила Адель, неохотно поднимаясь с постели. Игла ревности, затаившаяся внутри после их прошлого разговора, снова дала о себе знать. Ладно. Раз уж её вытащили из тёплой постели в такую рань, она просто обязана выглядеть безупречно, даже если едет в лес.
Пока Адель, ворча под нос, уходила в ванную, на кухне развернулось настоящее утреннее представление. Кекс, почуяв суматоху и приход Вики, пребывал в абсолютном восторге. Пес радостно носился вокруг её ног, виляя хвостом так сильно, что, казалось, сейчас взлетит, и преданно заглядывал в глаза, словно умоляя взять его с собой в это утреннее путешествие.
— Да ладно тебе, Кекс, тише, — со смехом шептала Вика, пытаясь аккуратно маневрировать между собакой и плитой, откуда уже доносился умопомрачительный аромат свежесваренного кофе.
Но если Кекс выражал чистую, бескорыстную радость, то Компот подошёл к делу с позиции силы. Кот сидел прямо у своей пустой миски, выпрямив спину, и с королевским пренебрежением наблюдал за этой суетой. Стоило Вике повернуться к столу, как Компот издал громкое, требовательное «Мяу!», больше похожее на приказ немедленно исправить это недоразумение и насыпать ему корма.
— Ну и характер у тебя, весь в Адель, — усмехнулась Вика. Она потянулась к полке, достала пачку корма и аккуратно насыпала порцию в миску.
Компот тут же сменил гнев на милость и принялся хрустеть завтраком, а Вика наклонилась, чтобы наконец потрепать Кекса за ухом. В этот момент из ванной вышла Адель. Свежая, с аккуратно собранными волосами, но всё ещё сохраняющая на лице маску утреннего недовольства, она оперлась о дверной косяк и скептически посмотрела на эту идиллию.
— Смотрю, ты уже со всеми моими мужчинами договорилась, — хмуро, но уже без прежней злости заметила Адель, вдыхая запах кофе, который медленно возвращал её к жизни.
Адель сделала последний глоток горячего кофе и, наконец почувствовав себя живым человеком, ушла в спальню собирать вещи. К выбору походного гардероба она подошла со всей строгостью топ-модели: даже в лесу у костра она не собиралась выглядеть серой мышью.
В это время на кухне Вика вовсю шуршала в телефоне, пытаясь вызвать такси с кучей дополнительных опций.
— Адель! — крикнула Вика из коридора, и в её голосе послышался задорный смех. — Я заказываю минивэн! Кекс и Компот едут с нами!
Адель замерла с джинсами в руках и удивлённо высунулась из спальни.
— В смысле — Компот? Вик, мы едем в лес с палатками, а не на кошачью выставку. Он же домашний!
— Ну какой он домашний, не смеши меня, — отмахнулась Вика, почёсывая довольно зажмурившегося кота за ухом. — Твой Компот — прирождённый выживальщик. Вспомни, как он в прошлый раз на даче за белками охотился и полдня на сосне сидел с абсолютно счастливым видом. Он природу любит побольше нашего с тобой. А Кекс без нас тут просто всю квартиру от тоски разнесёт.
Компот в подтверждение Викиных слов издал короткое, веское «мяу» и вальяжно потёрся боком о её ногу, будто уже мысленно упаковывал свой поводок. Кекс, услышав свою кличку, снова принялся нарезать круги по прихожей, преданно заглядывая в глаза Вике.
Адель обречённо вздохнула и вернулась к шкафу, качая головой. Кекс, штурмующий палатки, и Компот, строящий местных лесных мышей — это было сильное зрелище.
— Ладно, уговорила, — крикнула она в ответ, застёгивая спортивную сумку. — Но если твой «прирождённый выживальщик» ночью решит поймать мне в палатку гадюку или Кекс съест весь шашлык —выпутываться будете сами. Я официально умываю руки.
— Договорились! — весело отозвалась Вика. — Машина будет через десять минут, давай быстрее, а то Ксюша уже третий раз спрашивает в чате, где мы едем.
Адель бросила быстрый взгляд в зеркало, поправила идеальную прическу и, подхватив сумку, решительно направилась к выходу. Пора было выдвигаться.
Шум питерских улиц остался позади, сменившись ровным гулом загородной трассы. В просторном салоне минивэна было на удивление уютно. Компот, вопреки ожиданиям, вёл себя как истинный аристократ: он вальяжно растянулся на коленях Адель, мерно мурча под её неторопливые поглаживания, и лишь изредка лениво поглядывал в окно на мелькающие деревья. Кекс устроился ровно посередине между девушками. Пёс то и дело переводил восторженный взгляд с Вики на Адель, периодически клал голову то одной, то другой на колени и шумно вздыхал от переизбытка чувств.
Время в пути пролетело незаметно за разговорами и тихой музыкой. Но стоило машине затормозить на опушке леса, как салон тут же наполнился утренней прохладой, запахом сосновой хвои и близкой воды.
Как только дверь минивэна сдвинулась в сторону, Кекс, не дожидаясь приглашения, пулей выпрыгнул на мягкий мох. Он тут же принялся безудержно носиться кругами, шумно вдыхая незнакомые лесные запахи и то и дело оборачиваясь на девчонок.
Адель аккуратно перехватила Компота, который уже вовсю вытягивал шею наружу, и плавно спустилась вслед за псом. Стоило её кроссовкам коснуться земли, как она опустила кота на траву, крепко удерживая в руке стильную рулетку поводка. Компот повёл ушами, принюхался к влажному воздуху и с чисто кошачьим достоинством, высоко подняв хвост трубой, сделал первые шаги по черничным кустам, замирая у каждого дерева.
Вика в это время забирала рюкзаки из багажника, а Адель окинула взглядом поляну. Сердце сделало лишний удар: сквозь деревья уже виднелся берег озера, синеющий в утренних лучах, и оттуда, от палаточного лагеря, доносились весёлые голоса и смех. Ребята были совсем близко.
— Ого, ничего себе! Вы с целым зоопарком приехали? — первым навстречу ребятам шагнул высокий парень в потёртой толстовке, удивлённо округлив глаза при виде Кекса, который уже вовсю обнюхивал его кроссовки.
Вся компания, сидевшая у костровища, тут же обернулась. Разговоры смолкли, и к Вике с Адель сразу же направились остальные ребята. Адель почувствовала, как на неё устремились любопытные взгляды, но привычно удержала на лице маску вежливой и слегка отстранённой уверенности, крепче перехватив рулетку поводка, на конце которого Компот увлечённо исследовал сосновые корни.
— Всем привет! — весело отозвалась Вика, сбрасывая тяжёлый рюкзак на траву. — Да, мы решили, что дома им будет скучно. Знакомьтесь, это Кекс и Компот, животные Адель.
На поляне на секунду воцарилась тишина, а затем лагерь взорвался дружным хохотом и умилёнными возгласами.
— Компот?! Серьёзно? Кот по имени Компот? — прыснула со смеху невысокая девчонка, сразу же присаживаясь на корточки перед Кексом, который от такого внимания закрутил хвостом с удвоенной силой. — Слушайте, ну это гениально. А Кекс, получается, его верный напарник? Ну вы даёте, ребята, меню, а не домашние питомцы!
— Какой важный котяра, вы только посмотрите на него, — улыбнулся один из парней, с уважением разглядывая Компота, который даже ухом не повёл на общий смех, сохраняя абсолютно невозмутимый и царственный вид.
Адель почувствовала, как волна первоначального напряжения немного спала — забавные имена её любимцев мгновенно разрядили обстановку. Но её взгляд тут же скользнул мимо улыбающихся ребят, выхватывая из толпы ту самую девушку, ради которой она, собственно, и согласилась на эту поездку.
Ксюша стояла чуть поодаль у палатки, держа в руках туристический коврик. На её лице тоже играла лёгкая улыбка, но в глазах читался острый, оценивающий интерес. Она медленно перевела взгляд с весело щебечущей Вики на Адель, и Адель внутренне подобралась, готовая к первому прямому разговору.
Вика, заметив, что первая волна умиления от Кекса и Компота утихла, мягко приобняла Адель за талию и повернулась к ребятам, переходя к официальной части.
— Так, ладно, давайте знакомиться по-человечески, — улыбнулась Вика. — Ребят, это Адель. Адель, это моя банда.
Мальчишки сразу же закивали, приветствуя девушку.
— Это Саша, — Вика указала на того самого высокого парня в толстовке, который первым встретил их у такси. Саша дружелюбно махнул рукой.
— Это Кирилл, наш главный по костру и палатками, — представила она крепкого парня, державшего в руках топор для колки дров. Кирилл коротко кивнул с приветливой улыбкой.
— Игорь и Максим, — Вика кивнула в сторону двоих парней, которые как раз копошились у большой брезентовой сумки с продуктами. Они оба хором крикнули: «Привет!», оторвавшись от своего занятия.
Затем Вика повернулась к девчонкам.
— Это Алина, — улыбнулась Вика невысокой девушке, которая всё ещё продолжала чесать Кекса за ухом.
— Ну и Ксюша, — Вика наконец повернулась к девушке, стоявшей у палатки.
Ксюша аккуратно отложила туристический коврик в сторону и сделала несколько шагов навстречу, сокращая расстояние. На ней были простые джинсы и свободная рубашка, но держалась она очень уверенно. На её губах заиграла мягкая, располагающая улыбка.
— Очень рада наконец-то познакомиться, Адель, — Ксюша приветливо заглянула ей в глаза. — Вика про тебя столько рассказывала. Здорово, что ты всё-таки смогла поехать с нами, несмотря на то, что тебе пришлось пережить за эти полгода. Как ты себя сейчас чувствуешь?
Адель уловила в её голосе ту самую интонацию заботы и жалости, которую так сильно боялась услышать. Игла ревности и раздражения снова кольнула изнутри: эта Ксюша вела себя так, будто имела полное право расспрашивать её о личном. Поправив поводок Компота, Адель вскинула подбородок и ответила своим самым безупречным, слегка прохладным тоном топ-модели:
— Спасибо, Ксюша. Чувствую себя великолепно. Как видишь, от болезни не осталось и следа.
Едва Адель договорила, как Алина, которая до этого момента была полностью поглощена Кексом, резко подняла голову. Её глаза округлились, а рот приоткрылся от искреннего шока. Она перевела взгляд с собаки на Адель, затем судорожно выпрямилась, чуть не выронив из рук поводок, который держала Вика.
— Подожди... — выдохнула Алина, и её голос даже слегка дрогнул от волнения. — Адель?! Та самая Адель? Из агентства?!
Ребята у костра удивлённо притихли, переводя взгляд с Алины на Адель. Ксюша тоже слегка нахмурилась, явно не понимая такой бурной реакции.
— Девочки, вы чего, издеваетесь? — Алина всплеснула руками, окружив Адель невероятной порцией фанатского восторга. — Вика, ты почему молчала, что твоя девушка — это та самая Адель?! Да я на тебя в соцсетях подписана ещё с твоих самых первых показов! У меня на стене в комнате до сих пор висит постер из журнала с твоей съёмки! Боже, я не верю, что ты стоишь прямо здесь, в нашем лесу...
Напускная холодность Адель на секунду дала трещину — она явно не ожидала встретить свою преданную фанатку в глухом лесу среди друзей Вики. Но статус топ-модели быстро взял верх: Адель мягко, но уверенно улыбнулась, а её осанка стала ещё более безупречной. Реакция Алины была как нельзя кстати — она мгновенно сместила фокус с обсуждения «болезни» на статус звезды.
Вика довольно улыбнулась и собственнически приобняла Адель за талию.
— Ну вот, я же говорила тебе, что у тебя фанатки на каждом шагу, — тихонько шепнула Вика на ухо Адель, а затем повернулась к Алине: — Да, Аль, та самая. Только сегодня она без подиума, зато с Компотом и Кексом.
— Я просто в шоке... — Алина всё ещё не могла прийти в себя, восторженно разглядывая Адель. — Можно мы потом обязательно сфоткаемся? Пожалуйста! Мальчишки, вы вообще понимаете, кто с нами на шашлыки приехал?!
Саша и Кирилл переглянулись, с улыбкой качая головами, а Ксюша молча наблюдала за этой сценой. На её лице всё ещё держалась вежливая улыбка, но в глазах промелькнуло явное замешательство: кажется, она никак не ожидала, что появление Адель вызовет такой фурор и полностью перетянет всё внимание лагеря на себя.
Солнце начало припекать по-настоящему, и на лесной поляне мгновенно стало душно. Адель, несмотря на весь свой безупречный образ, поняла, что в такой жаре долго не продержится. Она бросила быстрый взгляд на зеркальную гладь озера, которая так и манила прохладой, а затем посмотрела на Вику. Между ними проскочила искра понимания без лишних слов.
— Кто последний — тот готовит шашлык! — задорно крикнула Вика.
Они сбросили обувь и верхнюю одежду и, оставшись в купальниках, с разбегу рванули к воде. Кекс, заметив, что хозяйки бегут к озеру, издал восторженный лай и припустил следом, перебирая лапами по песчаному берегу.
Брызги разлетелись во все стороны, когда Вика и Адель с ходу ворвались в прохладную воду и с головой окунулись в прозрачную глубзь озера. Вынырнув одновременно, они обе шумно выдохнули, откидывая мокрые волосы назад и смеясь от нахлынувшего детского восторга. Кекс уже вовсю плыл рядом, смешно фыркая носом и взбивая лапами пену вокруг них. Вся утренняя усталость и напряжение Адель мгновенно растворились в этой чистой, бодрящей озерной воде.
Тем временем на берегу Компот тоже не остался без внимания. Поводок-рулетку аккуратно перехватила Алина, которая была просто счастлива оказать услугу своей любимой модели, а Кирилл и Саша крутились рядом, пытаясь угадать, куда важный кот направит свой следующий шаг. Компот с абсолютно невозмутимым видом шествовал по черничным кустам, периодически замирая и глядя на шумящую в воде компанию с лёгким кошачьим презрением, словно удивляясь, как можно добровольно лезть в эту мокрую субстанцию.
Ксюша осталась стоять у лагеря. Она наблюдала за тем, как Вика в воде осторожно подхватила Адель за талию, помогая ей удержаться на плаву, и как Адель, забыв про всю свою холодность и гордость, искренне и звонко смеялась, прижимаясь к Вике. На берегу всем было очевидно: эти двое были в своём собственном, абсолютно недосягаемом для других мире.
Вынырнув, Адель почувствовала, как по коже пробежали лёгкие мурашки от августовской прохлады, скрывающейся на глубине. Она со смехом потянулась к Вике, и та сразу же обняла её, согревая своими руками.
— Боже, вода просто ледяная снизу! — отчеканила Адель, стуча зубами, но на её лице сияла самая искренняя, живая улыбка. — Но это нереально круто.
— Конец августа всё-таки, — улыбнулась Вика, прижимая её к себе ближе и помогая удержаться на воде, пока Кекс, сделав победный круг вокруг них, уже вовсю грёб обратно к песчаному берегу, чтобы хорошенько отряхнуться прямо возле ребят. — Зато бодрит лучше любого утреннего кофе. Смотри, Кекс уже сдался. Поплыли греться?
Они вместе вышли на берег, тяжело дыша и оставляя мокрые следы на тёплом песке. Алина тут же подбежала к ним с полотенцами, наперебой рассказывая, как Компот только что пытался поймать кузнечика, но спасся бегством на дерево от пролетавшей мимо стрекозы.
Адель завернулась в мягкое полотенце, перехватила у Алины поводок и присела на брёвнышко рядом с Компотом, который сразу же принялся требовательно обнюхивать её мокрые пальцы. Напряжение, которое преследовало Адель с самого утра, окончательно испарилось.
После бодрящего заплыва лагерь окончательно ожил. Парни под предводительством Кирилла занялись главным ритуалом любой поездки — мангалом. Саша и Максим вовсю раздували угли куском картона, пока Игорь аккуратно раскладывал сочные куски маринованного мяса на решётке. Вскоре над поляной поплыл такой умопомрачительный аромат, что даже Компот оставил свои кошачьи дела, уселся на безопасном расстоянии от дыма и принялся гипнотизировать мангал суровым взглядом.
— Ну, за закрытие летнего сезона! — провозгласил Кирилл, разливая по маленьким походным рюмкам домашнюю настойку, которую кто-то из парней предусмотрительно захватил с собой.
Мальчишки дружно чокнулись, шумно выдохнули и принялись переворачивать мясо, весело переговариваясь. Девчонки же устроились чуть поодаль, на расстеленных пледах прямо под вековыми соснами. Вика вытащила из сумки-холодильника несколько бутылок холодного пива и раздала компании.
Адель аккуратно приняла из рук Вики запотевшую стеклянную бутылку. Сделав первый глоток, она почувствовала, как окончательно расслабляется. Кекс, уставший после заплыва, свернулся калачиком прямо у её ног, уложив морду на кроссовки Адель, создавая ощущение абсолютного уюта.
Разговор потёк сам собой, легко и хаотично, как это всегда бывает в хороших компаниях. Сначала Алина без умолку расспрашивала Адель про закулисье модных показов, и Адель, уже без прежнего высокомерия, с улыбкой делилась забавными историями о том, как модели путаются в платьях или теряют туфли прямо на подиуме. Потом плавно перешли на обсуждение планов на грядущую осень, учёбу и работу.
Даже Ксюша, сидевшая напротив, вела себя на удивление Адель просто и дружелюбно. Она увлечённо рассказывала какую-то нелепую историю из их общего с Викой детства, и все девчонки, включая Адель, искренне хохотали.
Адель поймала взгляд Вики, которая сидела рядом и незаметно для остальных мягко сжала её ладонь под пледом. В этот момент Адель поймала себя на мысли, что вся её ревность и страхи перед этой поездкой были напрасными — ей было по-настоящему хорошо здесь, среди этих простых ребят, шумящего леса и близкого озера.
Вечер опустился на берег озера незаметно, принеся с собой настоящую августовскую прохладу. Лес вокруг лагеря потемнел, вытягивая длинные тени, а зеркальная гладь воды окрасилась в глубокие сумеречные тона. Стало заметно свежее, и все дружно потянулись к тёплым вещам: Адель накинула объёмную толстовку Вики, которая была ей слегка велика, но пахла приятно и уютно.
В центре поляны наконец-то разгорелся большой, яркий костёр. Оранжевые языки пламени с треском пожирали сосновые поленья, взмывая вверх снопами золотистых искр. Мальчишки с гордым видом водрузили в центр импровизированного стола-бревна огромную миску с дымящимся, идеально прожаренным шашлыком, а девчонки расставили лаваш, свежие овощи и соусы.
Ребята плотно усаживались на брёвна вокруг костра, подвигаясь как можно ближе к теплу. Вика устроилась на широком поваленном дереве, увлекая Адель за собой и усаживая её практически к себе на колени, чтобы защитить от вечернего сквозняка. Кекс тут же пристроился у их ног, преданно заглядывая в рот каждому, у кого в руках был заветный кусочек мяса, а Компот, оценив обстановку, запрыгнул на соседний сухой пень и грелся у огня с видом лесного сфинкса.
— Ну что, шеф-поварам отдельный респект! — Сашка потянулся за первым куском мяса, аппетитно капающим соком на лаваш. — Мясо просто тает во рту.
— А то! Кто мариновал? Кирилл мариновал! — хохотнул Максим, чокаясь с другом пластиковым стаканчиком.
Все дружно принялись за ужин, делясь впечатлениями под тихий треск дров. В темноте вечера лица ребят, подсвеченные снизу мягким танцующим пламенем костра, казались какими-то по-особенному родными и спокойными. Адель аккуратно брала кусочки мяса с деревянной шпажки, которую ей подготовила Вика, и слушала, как парни наперебой спорят о футболе, а Алина с Ксюшей тихонько подпевают какому-то мотиву, который Игорь начал лениво перебирать на гитаре. Кажется, этот вечер становился лучшим завершением уходящего лета.
Когда Игорь на секунду отложил гитару, чтобы сделать глоток из стакана, над костром повисла приятная, сытая тишина, прерываемая только тихим потрескиванием прогорающих поленьев.
Адель, согретая теплом костра и объятиями Вики, перевела взгляд на Ксюшу, которая сидела напротив и спокойно веточкой поправляла угли. Алкоголь и общая расслабленная атмосфера вечера окончательно стёрли с Адель её привычную защитную маску. Ей вдруг остро захотелось высказать то, что весь день крутилось в голове.
— Ксюш, — негромко, но отчётливо позвала Адель через костёр.
Ребята вокруг притихли, даже мальчишки перестали спорить. Вика удивлённо опустила подбородок на плечо Адель, внимательно прислушиваясь. Ксюша подняла глаза, удивлённо вскинув бровь.
— Знаешь, — Адель чуть заметно улыбнулась, крутя в руках пустую бутылку из-под пива. — Я ведь изначально, когда только услышала про твой приезд и все эти планы, думала, что ты... ну, редкостная сука. Думала, приехала тут, крутишься вокруг Вики, строишь из себя главную. Ревела из-за этого, злилась.
По поляне пронёсся тихий, двусмысленный выдох — мальчишки явно не ожидали такой модельной прямоты, а Алина округлила глаза. Вика замерла, затаив дыхание. Ксюша сначала растерялась, но перебивать не стала, готовая к любому повороту.
— ...Но вот сейчас, познакомившись с тобой поближе, — продолжила Адель, и её голос стал мягче, без капли прежнего льда. — Я поняла, что реально ошибалась. Ты классная, простая и вообще ни на что не претендуешь. Извини за мои загоны. Рада, что мы познакомились.
В воздухе на секунду повисла пауза, а затем Ксюша искренне, во весь голос рассмеялась. Напряжение мгновенно лопнуло, как мыльный пузырь.
— Фух, Адель, ну ты выдала! У меня аж сердце прихватило, — сквозь смех ответила Ксюша, качая головой и качнув в сторону Адель свой стаканчик. — Спасибо за честность. На самом деле, мне Вика про тебя все уши прожужжала, что я сама боялась встретить высокомерную фифу, к которой не подступиться. Но ты крутая. И животные у тебя отличные. За твои загоны — проехали, я всё понимаю!
Вика с облегчением уткнулась носом в шею Адель, крепко сжав её в объятиях, и тихо, благодарно шепнула: «Спасибо». Сашка у костра весело ухмыльнулся и громко захлопал в ладоши:
— Ну всё, девчонки, мир во всём мире! Игорь, жги на гитаре, за такое надо спеть!
— А ну-ка стоять, дай сюда! — Алина перехватила гриф гитары, не дав Игорю даже коснуться струн. — Ты сейчас опять свой заунывный рок затянешь, а у нас тут такой исторический момент! Пора петь то, что реально западает в душу.
Игорь примирительно поднял руки, уступая инструмент. Алина поудобнее устроила гитару на коленях, быстро перебрала пальцами струны, настраиваясь, и сделала глубокий вдох. По поляне разлились первые, ритмичные и такие знакомые аккорды трека.
Адель сидела в объятиях Вики, чувствуя, как вечерняя прохлада отступает перед теплом костра. Стоило Алине уверенно ударить по струнам и запеть первые строчки, как по поляне поплыла особенная, щемящая атмосфера.
— «У нас с тобой ничего не получится, знаю заранее, давай не будем мучаться...» — тихо, с мягкой улыбкой начала Алина, перебирая струны. — «Снова что-то чувствую и это обманчиво, боюсь начинать, ведь не умею заканчивать. Привет».
На первом куплете Алина вошла в кураж, а Ксюша начала мягко подпевать вторым голосом, создавая красивый объём. Адель слушала строчки про «часто загоняюсь, я стесняюсь написать», и внутри всё переворачивалось — песня била точно в цель, напоминая о её собственных страхах.
Но в момент, когда песня подошла к предприпеву, Вика вдруг слегка отстранилась. Она мягко взяла Адель за подбородок, заставляя повернуться к себе, и заглянула ей прямо в глаза. В полумраке вечера, подсвеченном только оранжевыми отсветами костра, её взгляд казался невероятно глубоким и серьёзным.
Вика запела — тихо, но так отчётливо, что её голос для Адель перекрыл и гитару, и потрескивание дров:
— «Конечно же успеем, подожди пару недель...» — пела Вика, не отрывая взгляда от глаз Адель, и в её голосе слышалась смесь нахлынувших воспоминаний об их непростых месяцах. — «Пропадаешь постоянно, забиваешь на людей...»
Адель замерла, почти не дыша. В этих словах было всё: и её модельные кастинги, и недели молчания, и то, как тяжело им порой бывало услышать друг друга.
— «Я ненавижу то, как ты себя со мной ведёшь. Ты постоянно обещаешь и ты постоянно врёшь» — выдохнула Вика финальные строчки предприпева, но в её глазах не было злости — только бесконечная, принимающая нежность и лёгкая, едва заметная усмешка.
Сердце Адель пропустило удар. Она крепче сжала пальцы Вики, безмолвно отвечая на каждый аккорд.
И в эту секунду лагерь дружно взорвался на припеве, подхватывая мелодию и возвращая девчонок из их обособленного мира обратно к костру:
— «И каждый раз по мне проходит ток! Ты причина бабочек, причина всех тревог!» — вовсю гремели мальчишки и Алина, взмахивая руками. — «Мне сегодня плохо, но останься на часок, ты сделаешь мне хуже, но останься на часок».
Искры взлетали в чёрное августовское небо, Кекс довольно сопел у ног, а Компот умывался на своём пне, пока над озером разносился финал песни, остающийся в памяти лучшим моментом уходящего лета.
— «Стою в холодном душе, во мне льётся кипяток... Опять лежу одна, со мной болтает потолок» — дружно, со всей душой допели ребята, и финальный аккорд Алины плавно растаял в темноте ночи.
Над поляной повисла уютная, наполненная теплом тишина. Парни зааплодировали, Сашка восторженно свистнул, а Алина, тяжело дыша, с гордым видом отложила гитару в сторону. Все потянулись к стаканчикам и еде, возвращаясь к тихим разговорам, и атмосфера вокруг костра снова стала сонной и расслабленной.
Адель сидела неподвижно, всё ещё прижимаясь спиной к груди Вики. Песня закончилась, но сердце внутри до сих пор отстукивало бешеный ритм. Строчки предприпева, которые Вика пела, глядя ей прямо в глаза, до сих пор эхом отзывались в голове. «Я ненавижу то, как ты себя со мной ведёшь...»
Адель была уверена, что сыграла свою роль безупречно. Полгода выдуманных симптомов, фальшивый диагноз, бесконечные манипуляции и маска слабости — всё это было её идеальной броней, единственным способом удержать Вику рядом и привязать к себе. Она думала, что контролирует каждый шаг.
Вика мягко уткнулась носом в её макушку, вдыхая запах волос, а затем её руки на талии Адель сжались чуть крепче. Она наклонилась к самому уху Адель, и её горячее дыхание обожгло кожу.
— Ну что, звезда? — тихо, едва слышно для окружающих, прошептала Вика. — Хватит загоняться. И играть тоже хватит.
Адель замерла, перестав дышать. Вся расслабленность от пива и лесного воздуха испарилась в секунду.
Вика чуть повернула её к себе, заставляя встретиться взглядами. В оранжевых отсветах угасающего костра её глаза смотрели прямо в душу — без злости, без обиды, но с абсолютным, пугающим пониманием. На её губах играла едва заметная, грустная улыбка.
Вика наклонилась ещё ближе и добавила совсем шепотом, отчего у Адель земля ушла из-под ног:
— Я всё знаю.