5
На следующее утро Афина долго выбирала обувь. Вчера она пошутила про шпильку в глаз, но Глеб не должен был подумать, что она струсила. Поэтому она надела чёрные туфли на высоком каблуке — тонкая шпилька, острый носок. Юбку выбрала короткую, но с плотной тканью, чтобы ничего не задиралось. Волосы собрала в высокий хвост. Выглядела она дорого и опасно.
Глеб стоял у входа в главный корпус с пацанами. Слава что-то рассказывал, Артём кивал. Глеб курил и смотрел по сторонам. Когда он увидел Афину, то сначала не поверил своим глазам.
Она шла прямо на него. Каблуки цокали по асфальту громко и уверенно. Каждый шаг — как удар. Хвост покачивался в такт. Лицо спокойное, губы сжаты.
— О, пришли шпильки, — тихо сказал Слава и толкнул Глеба локтем.
Афина остановилась прямо перед Глебом. Посмотрела на его сигарету, потом ему в глаза.
— Доброе утро, Глебушка, — сказала она сладко.
— Доброе, — ответил он и выпустил дым в сторону. Специально в её сторону.
Афина даже не поморщилась. Она медленно подняла ногу и поставила туфельку на его кроссовок. Острым каблуком. Не сильно, но ощутимо.
— Предупреждаю, — сказала она всё с той же милой улыбкой. — В следующий раз будет не носок, а твоя нога.
Глеб посмотрел на её туфлю, потом на неё. Ухмыльнулся.
— Ты серьёзно мне угрожаешь? Ты, такая маленькая и пушистая?
— Я не пушистая, — спокойно ответила Афина и убрала ногу. — Я просто предупредила.
Она развернулась и пошла на вход, чеканя шаг. Каблуки цокали как метроном.
Слава присвистнул.
— Глеб, она тебя убьёт когда-нибудь.
— Пусть попробует, — буркнул Глеб, но сам смотрел ей вслед. Его взгляд скользнул по её ногам, по талии, по хвосту. И он поймал себя на том, что ему это нравится. Не она. А то, что она не боится. Это было ново.
Артём заметил его взгляд и тихо сказал:
— Ты сейчас на неё смотрел не как на врага.
— Иди нахуй, — ответил Глеб без злобы. Просто так.
Он затушил сигарету о стену и пошёл следом. Внутри было странное чувство. Ему хотелось ещё раз её подколоть. Услышать, что она скажет в ответ. Посмотреть, как она улыбается своей приторной улыбкой, которая на самом деле означает «пошёл ты».
Афина зашла в аудиторию, села на своё место и достала конспект. Она не оглядывалась, но чувствовала, что Глеб где-то сзади. И от этого почему-то было весело.
— Играем, Глеб Голубин, — прошептала она и улыбнулась в тетрадь.