214-219 (исправленно)
214 глава
Ему казалось словно он сказал хорошую шутку и улыбнулся холодно, прежде чем еще сильнее приблизиться. Ее глаза передали чувство нежности и опасности.
«Почему ты боишься меня? Я твой ближайший младший брат.»
Гун И Мо задыхалась от напряженной атмосферы и серьезно посмотрела на меня: «Если ты слушаешь меня, ты отпустишь меня и прикажешь своим людям остановиться.»
Глаза Гун Цзюэ стали красными, и его рука внезапно сжала лицо Гун И Мо. Его действия нпугали Гун И Мо, но он лишь наклонил свою голову и посмотрел на нее с странной улыбкой.
«Хэх... кто он для тебя? Что ты молишь простить его?»
Этот легкий тон заставил волосы Гун И Мо встать дыбом! Но после того как она пришла в чувства она была зла на его действия!
Ее лицо стало холодным, и она строго приказала: «Гун Цзюэ, тебе лучше отпустить меня!»
Он давно не слышал, как она называла его по имени. Услышав это из е уст, Гун Цзюэ был доволен.
«Нет... ты еще не ответила мне.»
Он был невероятно упрям и продолжил давить на Гун И Мо. Такой он действительно заставил ее бояться! Гун И Мо надавила на него и поняла, что он не сдвигается. Незаметно для нее, его боевые искусства превзошли ее!
Гун Цзюэ холодно улыбнулся, но глаза незаметно ходили по ее телу. Этот взгляд пронзал ее, словно он сканировал ее!
«Ты скажешь мне... почему я должен отпустить его? Почему я должен помочь ему? Его тоже, Гун Чэ тоже. Эти несколько лет, почему ты помогала Гун Чэ?»
Чем больше он говорил, тем меньше он мог поддерживать улыбку на лице. Его голос полный гнева внезапно стал громче, когда он задавал вопрос!
Оказывается, что эти чаши уксуса уже давно варились в его сердце. Всякий раз как он слышал новости о том, что она делала что-то для Гун Чэ, он чувствовал такую ненависть что хотел убивать людей!
Особенно когда они вернулись з Долины Хаоса. В то время как Гун И Мо была в коме, он слышал о том, как он старалась, как жертвовала ради Гун Чэ, и как она сбежала «умерев» во взрыве. Он чувствовал, как все его сердце жарилось на сковородке! Он ненавидел то что не мог разбудить ее и спросить почему она сделала столько для Гун Чэ и также ненавидел что не мог побежать в столицу и убить их всех!
Но глянув на ее травмированное и коматозное состояние, Гун Цзюэ сдерживался. Даже после того как она пришла в себя, он не сказал ни слова. Он думал, что сможет сдержаться, но оказалось что нет!
Гун И Мо была его! Вся она его! Никто не мог касаться и пальцем ее, даже Наследный Принц!
Видя панику Гун И Мо и ее холодный взгляд, он усмехнулся и снова тихо угрожал!
«Говори! Почему ты помогла ему? Он тебе нравится?!»
«Гун Цзюэ!»
Гун И Мо внезапно закричала. Когда Гун Цзюэ подумал, что она яростно ответит, когда она уже почти сказала свое мнение, она внезапно начала плакать!
Ее большие глаза были полны слез, но она сдерживала их и не позволяла упасть.
Как только она заплакала, кипящий гнев Гун Цзюэ внезапно прервался, словно нажали на кнопку подавления. Как только его ярость утихла, он мигнул глазами и внезапно почувствовал растерянность.
Большие глаза Гун И Мо были полны обвинений и холодно смотрели на него. Она надулась что не могла удержать от слез и воплей!
«Ты! У тебя нет совести! Тварь!.. я действительно помогла Старшему Брату Наследному Принцу восстановить канал, но это также было и ради тебя!»
Она яростно вытерла свои слезы рукой и отказывалась смотреть и дальше на него: «Я просто подумала, что тебе могут пригодиться дополнительные карманные деньги в будущем! Я хотела открыть наши магазины на Севере и Юге! Иначе, ты думаешь мне не хватает денег?!
«Если бы я не заботилась о тебе, как бы беззаботно я жила!»
215 глава
«Если бы я не должна была заботиться о тебе, как бы беззаботно я жила!»
«Почему она оставила Сы Уяня? Он был Императором марионеткой! Я помогла ему сегодня чтобы у четырех наций был хороший старт в будущем! Он будет хорошим Императором! Он определенно поможет в деле!»
«Разве ты не сказал, что хотел попутешествовать по миру? Как это возможно с такой защитой на границах? Только когда четыре нации начнут торговать, мы сможем идти куда хотим. Однако ты не только не доверяешь мне, но ты даже сомневаешься во мне!»
Чем больше она говорила, тем злее становилась. Ей казалось, что она вырастила белоглазого волка. В прошлой жизни он убил ее, но она не желала мести, тем не менее вот как он относился к ней! Чем больше она думала, тем больше злилась. Ее слезы внезапно упали словно жемчужины с порванной нити.
«...Просто сомневаться во мне еще ладно, но ты... даже... относишься ко мне свирепо... у-у-у...»
Эти слезы казалось царапали его сердце, скатываясь вниз. Гун Цзюэ быстро протянул руку вытереть его, но они не останавливались и лились словно потоком! Гун И Мо повернулась спиной к нему, лежа на кровати и плача.
Гун Цзюэ теперь был взволнован! Ранее холодный, высокомерный, жестокий, все это исчезло! Он вернулся к нежному и послушному ребенку, полностью беспомощному перед тем, кого он любил.
«Не плач... мне жаль! Сестра Гун, я виноват!»
«Уйди! Я не хочу больше никогда тебя видеть! Убирайся! Уууу...»
Когда она сказала, что не хочет больше его видеть, Гун Цзюэ понял, что это из-за гнева, но его сердце невольно сжалось. Он сжал кулаки.
«Я отправлю кого-то отозвать людей сейчас же...»
Гун И Мо проигнорировала его и продолжила плакать. Гун Цзюэ не мог ничего больше делать и сделал жест. Сразу же появился человек и встал на колено на полу.
Он был специально тренирован Чжэнь Си Ван и в конце концов перешел в руки Гун Цзюэ. Он также дольше всех следовал за ним. Сейчас, когда он увидел плачущую Принцесс, он не смел поднимать взгляд и ждал приказы.
Видя, что тут посторонние, Гун И Мо вовсе не стеснялась и продолжила плакать. Гун Цзюэ вздохнул с великой печалью, прежде чем холодно посмотрел на него и приказал: «Отзови войска, быстро!»
Под конец его тон был действительно несколько раздражен. Когда человек услышал его, он быстро ушел. Гун Цзюэ повернулся и увидел Гун И Мо подергивающую плечами. Он неловко нахмурился и нежно поуговаривать.
«Сестра Гун... я уже сделал то что ты сказала. Пожалуйста, не плач больше?»
Он с жалостью сказал, его холодный голос нес юность и обеспокоенный. Почему даже когда он думал, что он был сначала зол, полный обиды и горечи, но молча терпеть когда Гун И Мо начала плакать, он мог лишь безоговорочно подчиняться?
Он так думал, но Гун Цзюэ все еще желал утешить ее. Не было ни малейшего следа нетерпения и... поглаживая ее по спине, он говорил утешающие слова. В его сердце все еще был вкус сладости... Братья и сестры не такие. Они были словно скандалящие дед и баба, словно муж и жена.
После Гун Цзюэ сдерживал долгое время свой характер, Гун И Мо наконец медленно повернул ее голову, ее глаза были красными словно маленький кролик, глядя на него полная гори.
«Тогда ты будешь злиться на меня в будущем?»
«Нет! Я клянусь!» - как он мог? Это была его драгоценная любимая! У него было недостаточно времени даже чтобы любить ее...
Гун И Мо мигнула глазами. В ее глазах все еще были слезы, из-за чего они были мягкими словно вода. Она надулась и хныкала: «Тогда ты должен верить в меня в будущем Не важно, что я сделаю, ты должен без сомнений верить и поддерживать меня...»
Гун Цзюэ действительно хотел обнять ее и поцеловать эти красные от слез глаза.
«Я обещаю вам. Я согласен на все. Я буду слушать все что ты скажешь...» - Гун Цзюэ прижался к ней и в конце начал бесстыдно продавать себя.
«Сестра Гун... не сердись больше на меня и не игнорируй пожалуйста меня...»
216 глава
Он был слишком милым!
Гун И Мо сдержала свое желание рассмеяться. Ей потребовалась вся сила воли только чтобы сдержать смех. Она защитила свое достоинство как старшей сестры и холодно фыркнула.
«Если будет следующий раз, я действительно буду игнорировать тебя!»
«Не будет следующего раза, я клянусь!»
Глядя на Гун Цзюэ серьезно клявшегося напряженным лицом, Гун И Мо невольно улыбнулась. Даже хотя на ее глазах все еще остались слезы, Гун Цзюэ был умным и не поднимал тему.
Они помирились. Этот скандал действительно... пришел быстро и быстро исчез...
Когда Гун Цзюэ вышел из комнаты Гун И Мо, он облегченно вздохнул. Он не знал почему не мог контролировать себя ранее, показывая такую свою сторону Сестре Гун. Он явно... всегда себя хорошо сдерживал. Но сейчас появилось неконтролируемое чувство, особенно когда он увидел Сестру Гун добрую к кому-то еще. Это было все труднее контролировать...
Поскольку уже было поздно, Гун Цзюэ не ожидал что старая мадам не будет спать. Когда он вышел из комнаты, заметил ее молча наблюдающую из-за двери.
Чтобы скрыть личность Гун И Мо, они всегда говорили что она племянница старой мадам по линии матери. Так что принцесса могла жить под этим поводом. Гун Цзюэ поклонился слегка и улыбнулся.
«Бабушка, уже слишком поздно, почему вы не спите?»
Старая мадам Ли Жу едва смогла улыбнуться. Она посмотрела на комнату Гун и Мо и улыбнулась.
«Старые чутко спят. Я услышала шу и вышла посмотреть...»
Гун Цзюэ увидел, что вокруг нет ни одной служанки и естественно не заметил вранья. Он слегка улыбнулся: «Бабушка хотела что-то сказать?»
Старая мадам колебалась мгновение прежде чем кивнуть: «Ночью снег выглядит очень красиво. Ваше Высочество не против составить компанию этой старой женщине на прогулку?»
Гун Цзюэ попытался прочитать ее и усмехнулся: «Позвольте этому внуку взять зонтик.»
Старая мадам кивнула головой. Она наблюдала за удаляющейся спиной Гун Цзюэ и вздохнула.
После того как Гун Цзюэ приказал людям охранять Гун И Мо, он взял зонтик и вышел. Он думал, что будет нехорошо, если Гун И Мо услышит слова, которые нужно сказать бабушке, так что он приказал людям охранять ее.
Пара из бабушки и внука прогуливались по Дворе Мэй. Старая мадам не говорила или возможно глубоко задумалась о том, как лучше озвучить свои мысли.
Она посмотрела на внука, который был выше нее. С одной стороны, она была счастлива его успеху. Если ее дочь на небесах наблюдает, насколько она будет рада видеть такого успешного сына?
Но, с другой стороны, она беспокоилась.
Она давно слышала, что ее внук был выращен принцессой. Однако принцесса никогда не была матерью и была того же возраста что и Его Высочество. Были... некоторые вещи которые она не заметила.
Гун Цзюэ улыбнулся: «Возвращаюсь в столицу.»
Старая мадам была шокирована: «Ты вернешься?»
Гун Цзюэ покачал головой: «Я не думаю что это возможно за короткую пробежку. Я получил заслуги и вернулся живым. Я задержался из-за травм Сестры Гун, но сейчас она почти восстановилась. Я уверен, что пришло время вернуться.»
На самом деле Гун Цзюэ хотел вернуться в столицу и после вернуться обратно. Однако Гун И Мо была ранена, так что он передумал.
Старая мадам задумалась на мгновение и ее лицо напряглось. Она колебалась прежде чем сказать.
«В таком случае... почему ты не позволишь Принцессе остаться тут?»
Когда договорила, глаза Гун Цзюэ сошлись на ней и оставшиеся слова застряли в ее горле!
Гун Цзюэ видел, что он испугал ее и перешел на улыбку. Однако его улыбка была решительной.
«Где я, там и она.»
Его слова заставили старую мадам остановиться. Застыть в снегу с серьезным лицом.
«Через несколько дней Вашему Высочеству будет тринадцать, верно?»
Гун Цзюэ кивнул. Он ненавидел то, что так медленно рос.
Старая мадам остановилась и посмотрела на него, тихо спросив: «Ваше Высочество знает, что в Великом Ю, мужчине нужно искать невесту в тринадцать и жениться в пятнадцать?»
217 глава
Улыбка Гун Цзюэ на мгновение напряглась. Он осторожно посмотрел на эту достойную бабушку и его сердце напряглось.
«Это также нуждается в решении Матери...» - Гун Цзюэ показал кривую улыбку: «Кроме того, все не так. Наследный Принц... ему должно быть сейчас восемнадцать.»
Размышляя о неловких обстоятельствах Наследного Принца, старая мадам покачала головой: «Наследный Принц задержался. Но в этот раз, заслуги от восстановления канала позволили Принцу стабилизировать свое положение. И сейчас Императрица также вернулась. Возможно вскоре будет свадьба Наследного Принца... и Ваше Высочества, вы...»
Она была слегка смущена, но все же сказала.
«Ваша Мать рано умерла и этот набор старых костей должна найти вам одну или двух. Мне интересно, какую девушку предпочитает Ваше Высочество?»
Какую девушку он предпочитает?
Гун Цзюэ внезапно вспомнил о лицах, которые делала Гун И Мо и улыбнулся.
«Я не смею беспокоить Бабушку. Амбиции этого внука лежат в создании имени. Мое положение все еще не стабильное, так что я не смею жениться.»
Его слова не только сделали старую мадам счастливой, но также заставили нахмуриться. Она осторожно сказала ему.
«Ваше Высочество шагает сквозь глубоки воды и ваше глаза видят далеко. Вам не нужно заботиться об этих деталях. К сожалению, глаза вашей бабушки поверхностные, они лишь читают книгу об этике, три принципа и пять добродетелей и образ женщины...» - ее слова были очень ясными.
«Если Ваше высочество занят и у него нет времени на это, позвольте тогда этой старой женщине позаботиться о вас...»
Она видела его любовь к Гун И Мо и думает, что это против правил и этики?
Гун Цзюэ был слегка ошеломлен. Холод в его глазах стал холоднее снега. Старая мадам почувствовала невероятный дискомфорт под его взглядом и даже слегка испугалась, но продолжила стоять на своем!
Это идет против моралей? Ну и что? Уже слишком поздно...
Гун Цзюэ улыбнулся и покачал головой, убирая свою холодную ауру. Она посмотрел на небо. В это время его черная одежда застыла посреди белых снежинок. Он казался независимым молодым человеком.
Видя, что он не говорит, старая мадам была обеспокоена, но не смела подгонять его.
«Бабушка знает какие книги я читал, когда я рос?»
Сказал он спустя долгое время. Старая мадам нахмурилась, поскольку она на самом деле не пыталась обсуждать с ним книги. Подумав она все же ответила.
«Это... Классика Тысячи Символов? Быть Добродетельным Человеком?»
Гун Цзюэ невольно рассмеялся и покачал головой.
Его сестра не интересовалась такими вещами. Она не только не имела таких книг, но даже всех учений, которые должны иметь женщины, она никогда не читала ранее. Однако у нее также были книги для чтения, но они все были другими.
Он посмотрел в направлении позади старой мадам, словно увидел фигуру той спящей девушки. Уголок его рта приподнялся в улыбке. Мягкость в его глазах сейчас могла расплавить снег...
«Первая книга которую я прочитал, это была Книга Перемен, продвинутая и сложная в понимании. Однако Сестра Гун не знала и даже искала книги, которые она думала будут полезны для меня, говорила мне спрашивать у нее о словах, которые я не знаю. Она не знала, как обучать детей. Позже ей даже понравилось говорить... благодаря моему таланту...»
Видя это, он слегка улыбнулся, его глаза были холодны, но все же выпускали сладкое чувство: «Я читал книги позже. Это были Хань Фэйцзы, Классика Чжоуби, Ли, и тому подобные...»
Его глаза внезапно посмотрели на старую мадам. Эти острые глаза действительно заставили более чем пятидесятилетнюю мадам изумиться!
«Вот почему, когда я начал читать книги об этике и тому подобном, мне уже было одиннадцать. Но в то время...»
Он улыбнулся словно расцветая.
...«Но уже было слишком поздно для этого.»
218 глава
Сказав это, игнорируя то как удивлена была старая мадам, он протянул руку, скрытый охранник вышел вперед, встав перед ним на колени.
«Уже поздняя ночь. Отправь Бабушку обратно в комнату, отдыхать...»
«Да!
«Но...» - старая мадам пришла в чувства и ее глаза расширились! Ее выражение лица опровергало его! Она открыла рот, но ни слова не вышло. Так как старая мадам смотрела на холодного, но безупречного внука перед собой, она внезапно не нашла слов, которые могла сказать.
«Старая мадам, пожалуйста...»
Мужчина в черном тщательно выполнил приказ Гун Цзюэ.
Гун Цзюэ также посмотрел с улыбкой на нее, только эта улыбка не касалась его глаз и была слегка морозящей. Он слегка поклонился.
«Время позднее, этот внук также прощается, чтобы бабушка хорошо отдохнула.»
Договорив, он повернулся и ушел. У него был строгий и упрямый взгляд, смешанный с тьмой, словно они не могли разделиться.
«Но она... но она... твоя императорская сестра!»
Старая мадам наконец смогла сказать эти слова! Договорив, ее лицо стало бледным, словно она не могла поверить себе!
Она родилась в благородной семье и читала книги с детства. Ее дочь также была знающей, послушной и вежливой... она также думала так множество лет, она видела и испытала множество дождей и бурь, но ей все еще было трудно не поддаться шоку!
Удаляющаяся фигура юноши задержалась на мгновение. Он наклонил голову, но не повернулся. Издали казалось словно он смеется и даже довольно.
«Естественно я знаю, что она моя императорская сестра.»
Он повернул голову и продолжил уходить. Его глаза были столь же ужасающи словно у демона, а улыбка еще больше того.
«Однако и что если она моя императорская сестра?»
Ноги старой мадам ослабли, и она почти потеряла сознание.
На следующий день Гун Цзюэ прощался с Чжэнь Си Ваном.
Выслушав его жену, Чжэнь Си Ван много чего хотел сказать Гун Цзюэ, но Гун Цзюэ был прав. Он должен быстро вернуться в столицу чтобы принять награды. Он не может задерживаться и дальше. Видя, что маленькая принцесса сидит в стороне не зная ничего, он не мог сказать это в голос.
Они были гордостью и славой Его Высочества Цзюй, и даже если они что-то знают, они не посмеют сказать.
Поэтому Чжэнь Си Ван выдавил улыбку: «Тогда я прикажу своим людям быстро приготовиться к отбытию после обеда.»
Гун Цзюэ поклонился: «Огромное спасибо, Дедушка.»
Когда другие люди ушли, Гун И Мо спросила с полным ртом выпечки: «Я думаю король прав: я, этот «мертвый» человек должен остаться здесь. Разве ты не говорил так ранее? Что хотел остаться тут со мной? Тогда ты должен найти оправдание чтобы вернуться сюда после того как приедешь в столицу...»
«Я изначально так думал...» - Гун Цзюэ сел возле нее и посмотрел на нее с маленькой улыбкой. Его лицо было чистым и невинным, прекрасным словно снежинка, летящая вниз.
«Но я передумал... нежели лежать тут, почему бы не получить выгоду от неудач других, пока в столице хаос? Разве Сестра Гун не говорила это ранее? Риски и возможности это две стороны одной монеты.»
«Такая поговорка действительно есть...» - Гун И Мо скривилась: «Но в столице многие люди знают меня. Не хорошо если я вернусь.»
Гун Цзюэ улыбнулся, взяв ее за руку: «Так будет если Сестра Гун останется со мной. Если ты хочешь выйти во вне, ты можешь также сменить свою внешность.»
Гун И Мо кивнула неохотно на это замечание.
Видя нежелающий взгляд Гун И Мо, Гун Цзюэ почувствовал боль в сердце. Он думал, что было бы неплохо остаться в Си Чжоу на пару лет и после вернуться.
Нет, пока Гун И Мо была тут, он не должен возвращаться. Однако инцидент, когда Гун И Мо была ранена принес ему чувство кризиса. Если у него не будет силы, как он будет защищать свою любимую?
Он должен сражаться за это! Все хорошо, он верил, что не проиграет никому! Пока... она с ним.
Это теплое и сладкое чувство, тем не менее также слегка горькое, набухало в сердце Гун Цзюэ. Он чувствовал беспомощность.
Гун Цзюэ покинул кавалерию в Си Чжоу, так что лошадей и экипажей было не много. Их сопровождала тысяча стражей. Гун Цзюэ и Гун И Мо сидели в карете, покрытой подушками, но было естественно, что они все еще чувствовали удары. Гун И Мо отодвинула занавески и посмотрела на ухабистую дорогу, чувствуя неестественное трение от деревянных колес. Она недовольно подумала, что должна как-то изменить это!
После двух дней поездки, наступил день рождения Гун Цзюэ.
219 глава
После двух дней непрерывной езды, наступил день рождения Гун Цзюэ.
В этот день Гун Цзюэ не знал, что произошло, но Гун И Мо сказала, что хочет выйти из кареты и поиграть. Поспешное путешествие назад было прервано ею.
Гун И Мо посчитала странным что стража, которая шла вместе с ними, так хорошо слушала Гун Цзюэ, но она лишь на мгновение задумалась об этом прежде чем откинуть эти мысли.
Они вошли в Город Хэчжоу и были невероятно везучи, потому что приближался новый год и улицы были полны жизни. Это скорее всего был фестиваль.
«Этот Город Хэчжоу находится в стороне от пути. Я не ожидал что тут будет столько людей, и смотря вокруг, это кажется довольно неплохо. Похоже местный правитель довольно способный.»
Гун И Мо кивнула головой и потянула Гун Цзюэ по улицам с собой.
Гун Цзюэ не знал, что она пытается сделать и продолжал внимательно следить за ней чтобы ее кто-нибудь не ударил.
Она кажется хотела что-то купить, проверяя каждый магазин, мимо которого они проходили, но не покупала ничего.
Не было ни одного предмета на улице который привлек бы ее взгляд. Она задумалась на мгновение и купила две засахаренные лапки, потащив Гун Цзюэ к единственной реке в городе и села возле нее чтобы отдохнуть.
Эта река была источником жизни этого города. Это место было довольно близко к западу и ему не хватало воды. Вот почему люди лелеяли эту реку и приходили сюда каждый год чтобы отпраздновать с фонарями ради бога рек.
Небо постепенно тускнело. Глядя на свет по обоим сторонам от реки, там было довольно оживленно, Гун И Мо почувствовала, как ее сердце расслабилось. Она передала засахаренную лапку Гун Цзюэ.
Гун Цзюэ тоже не был придирчивым и любил сладости. Вот почему всякий раз как она покупала сладости, она не забывала о Гун Цзюэ.
Гун Цзюэ улыбнулся и ничего не сказал.
«Гун Цзюэ, после этого дня тебе будет тринадцать!»
Гун Цзюэ услышал ее слова и был слегка удивлен. Его память была хорошей, так что он не забыл о своем собственном дне рождении. Просто ему было все равно. Он не думал, что причина по которой Гун И Мо остановила путешествие в том чтобы отпраздновать его день рождение.
Задерживать путешествие чтобы отпраздновать его день рождения... если бы Гун Цзюэ знал об этом, он бы никогда не согласился, так что Гну И Мо начала действовать до того, как сказать. Это подарило бесконечное тепло в его сердце.
Гун И Мо всегда делала для него запоминающийся день рождения.
Будь то ли приготовление нового печенья, копия книги которую он еще не читал, переписанная ею от руки, или же повести его чтобы что-то украсть или сделать что-то плохое, она не жалела усилий чтобы сделать его счастливым. После она будет давить на него, чтобы он загадал желание.
Вскоре, договорив, Гун И Мо продолжила: «В этом году не будет свечей или торта. Давай не будем слишком придирчивы к этому. Просто загадай желание реке, и оно определенно сбудется!»
Гун Цзюэ посчитал это забавным. Каждый раз, когда она загадывала желание, она хлопала руками и закрывала глазами. Он думал, что это действительно по-детски, но все же делал также.
Глядя на фонари, плывущие по реке, его глаза мягко закрылись, и он загадал желание от всего сердца.
Но то что Гун И Мо не знала, что с тех пор как она появилась, его желание каждый год было одним и тем же.
...если есть на небе Бог, пожалуйста выслушай мою просьбу. Я, Гун Цзюэ, за всю эту жизнь, хочу только лишь чтобы Гун И Мо... состарилась вместе со мной!
Прежде чем закончить желание, Гун И Мо повесила что-то холодное на его шею, ее теплое дыхание у его ушей заставило его вздрогнуть, словно он был шокирован! Когда он повернул голову, он увидел ее прекрасное улыбающееся лицо, что заставляло других желать проглотить ее.
Его горло дернулось.
«Это...»
Гун И Мо улыбнулась: «Я не нашла ничего подходящего для подарка. Только эта вещь не так плоха.»
Это был маленький компас. Он был круглым и милым декоративным предметом.
«Тебе нравится?» - это было чем-то, чего у нее в инвентаре не так много!
Гун Цзюэ услышал от нее применение и улыбнулся: «Даже если Сестра Гун подарит мне листок, я буду дорожить им.»
Подобно этой засахаренной лапке, и он и Гун Чэ возможно получали их от Императора и ненавидели сладости очень сильно, но каждый раз, если им давала их Гун И Мо, они, не колеблясь, ели их. Вот почему все всегда думали, что ему нравятся есть сладости.
Как-то так! Потому что он... сделает все ради нее!