Правда
Знаете, Гарри был прав. Я еле продержалась этот месяц. Хотя нет, не так. Я вытерпела этот месяц, не потому что шарахалась от Гарри, а потому что поняла, насколько он невозможен. Прошел целый месяц, а я никак не смогла привыкнуть оборачиваться, перед тем как сказать что-то колкое о нашем главном редакторе.
А теперь он еще и домогаться начал. Конечно скрытно, и все время извиняется, мол, он это случайно и тому подобное, но я-то вижу… или может, нет?
Каждый раз, когда его рука «случайно» касалась моей задницы, я молчала.
Но когда его ладонь коснулась моей груди, я не сдержалась и влепила ему пощечину. И теперь, каждое «случайное» прикосновение к моему телу, и я дарю ему поцелуй с моей ладонью.
В тот вечер мы с Кэтрин сходили в SPA салон, посидели в сауне, нам сделали массаж. В общем, будто бы снова родились, а к концу следующей недели приехали родители, которые подарили мне машину. Отец хотел подарить мне большую машину с шофером, но мама была против. Она хотела, чтобы я сама водила машину, поэтому папа подарил мне белую Toyota'у Camry с бежевым кожаным салоном. Теперь на работу я ездила на своей Toyota'е. Целый рабочий день превращался в вынос мозга, а потом я возвращалась домой опять-таки на своей белой Toyota'е.
Статью я сдала вовремя, ее одобрил не только Саймон, но и сама Стайловская задница. Сдав свою работу с фотографиями, которые подготовил мне Зейн, я была свободна на все четыре стороны.
По рассказам Кэт, после каждого выпуска номера, в редакции проходит «что-то похожее на корпоративчик», только этот корпоративчик проходит в клубе. И обычно, это закрытая вечеринка, на которую приходят лишь приглашенные гости и сами работники Men's Life.
И вот, через три дня после выпуска нового номера журнала, настал день вечеринки, из-за которой я почти разорилась, так как искала самое красивое вечернее платье, туфли и колье.
Я купила черное платье с длинными рукавами. Длина юбки доходила до середины бедра. Декольте не было и поэтому цепочка с серебряной буквой «Б», выглядела куда круче, чем на открытом и глубоком декольте.
Я очень долго искала подходящие туфли. Понимала, что нужны не простые каблуки, а нереально высокая платформа с нереально высокими шпильками.
Клуб назывался Cara Mel.
Я припарковалась на специальной парковке позади клуба, и, взяв сумочку Chanel, я быстро обошла клуб и вошла через главный вход, у которого стояли два охранника, лапающие девушек, которые хотели попасть в заведение.
Клуб был, на мой взгляд, вполне современный. Он состоял из двух помещений - один зал был меньше, второй зал чуть больше. Тот, что больше и являлся танцполом, во главе которого стоял ди-джей и крутил пластинки, также по периметру большого заластояли кожаные диванчики и стеклянные столики.
А в зале, который был меньше, находились фотографы, стояли барные стойки. Там в основном и проходила премьера нового номера журнала.
Сначала приглашенная звезда должна сфотографироваться с обложкой журнала, на которой было лицо звезды, а после этого все начинали развлекаться.
Залы разделяла стеклянная стена, и из каждого вела лестница на второй этаж.
Я вошла в маленький зал и сразу же попала под вспышки фотокамер.
Меня тут же обняла Кэтрин, одетая более чем просто «сногсшибательная блондинка». Я не сразу заметила, что она вообще покрасилась!Кэт перекрасилась в брюнетку.
- Уау, - обняла она меня, - такая сексуашка.
- Спасибо, я смотрю, нет той секси блондинки, теперь ты темненькая! Кэт, тебе идет, честно, - я улыбнулась и тут же была поймана вопросом:
- Тебе правда нравится?
- Да.
- Луи тоже, а вот Гарри говорит, что я перестала быть особенной.
- А ты больше его слушай, - презрительно фыркнув, ответила я.
Кэтрин рассмеялась.
- Девушки, посмотрите сюда, - услышали мы одну «камеру». Автоматически повернув голову, мы с Кэт попали в кадр фотокамеры Nikon.
О да, этот вечер я вряд ли забуду.
Следующие десять минут мы с Кэтриг ходили и фотографировались со всеми нашими знакомыми.
Я сфотографировалась с Найлом, с Луи, с Найлом и Луи, с Гарри, с Гарри и Найлом, с Луи и Гарри, с Гарри и Никой, с Никой и Кэтриг, ах да, еще и с Элис. Она мило улыбалась камерам, что-то невнятно бурча себе под нос, а потом я сфотографировалась с Саймоном и его женой.
Его жена Лоурен , милейшая женщина. Такая теплая в общении, милая и невероятно красивая. В свои тридцать девять лет она была просто нереально стройной. Я бы в ее возрасте наплевала на все и ела шоколад тоннами, но она, тоненькая, худенькая, как тростиночка, а глаза такие глубокие, голубые.
Я, кажись, нашла своего кумира!
Также я сфотографировалась с Бенедиктом, с журналом, на обложке которого был Бен, а еще с Кэтриг. У нас с Кэт была чуть ли не отдельная фотосессия. Какой-то фотограф за нами охотился, в прямом смысле. Он бегал и фоткал то, как мы пили, то, как разговаривали в уголке ото всех.
Но в этот вечер я была очень удивлена, увидев Гарри. Я думала, он как минимум придет голый по пояс. Но нет. На нем были офигенные темные джинсы с кожаным ремнем от Pierre Cardin, белая футболка с v-образным вырезом и пиджак, в тон джинс.
Волосы он, как обычно, кудрявые, а во время некоторых расспросов и диалогов с разными людьми, впутывал пальцы в волосы, пытаясь приглаживать, но этот жест был таким сексуальным, особенно когда он прикусывал кончик языка в раздумьях.
Я поймала себя на том, что слежу за ним. Нет, реально, я следила за его манерами, жестами, его смехом.
Его смех не был громким и не был ржачным. Он смеялся сквозь зубы, а губы расползались в полуулыбке.
У меня в руках был мохито, и пока Кэтрин рассказывала о какой-то собачке, которую хотела купить, я, делая глоток, посмотрела поверх стакана на Гарри, который разговаривал с какой-то блондинкой.
Не то чтобы блондинка мне не понравилась (Она мне даже показалось знакомой). Мне не понравился жест Гарри, а именно то, как он слегка ее приобнял за талию, стоя перед фотокамерами.
- Хэй, Янг, ты куда смотришь? – Кэтриг повернула голову в направлении моего взгляда. – О-о, походу дела, сплетни не врут.
- В смысле? Да не думаю я об Гарри, ты чего? - сразу же заверила я подругу.
- Ты? Белла, я вообще не о тебе. Я о Тане. Таня Денали – модель модного дома Gucci, она - бывшая Гарри, и все в редакции говорили, что ее внесли в список приглашенных гостей на нашу закрытую вечеринку, я думала они врали…
Ах! Точно! Таня Денали – топ-модель.
Я вновь посмотрела на Гарри.
Блондинка была вышей степени красоты.
Она была идеальна: стройная, красивая, с шикарными волосами!
И рука Гарри, лежащая чуть ниже талии. Я резко отвернулась как раз в тот момент, когда он недовольно прожег меня взглядом. Он будто почувствовал мой взгляд.
- Прекрасные дамы, улыбнитесь-ка в камеру, - вдруг послышался знакомый голос.
Мы повернулись и попали под офигенно-яркую вспышку. За фотокамерой Canon появилось лицо довольного Зейна Малика.
- Привет, - произнес он.
- О, привет Малик, - радостно проговорила Кэтрин. - Ну как я тебе?
- Девушка, я вас не знаю, - театрально рассмеялся Зейн. - Кэт, тебе идет, очень, - вмиг посерьезнел он.
- Зейн, а ты чего не среди тех, кого фоткают? - спросила я.
- Мне не нравится быть по ту сторону объектива, - пояснил парень. - Хотите посмотреть фотографии?
- Давай, - согласились мы.
Мы с Кэтрин обступили Зейна и его фотоаппарат с обеих сторон. Так как мои волосы не были собраны в прическу, а были распущены, мне пришлось их придержать с одной стороны, чтобы смотреть в экран и не мешать другим.
На фотографии я оказалась не очень.
- Фу, ну у меня и ляжки! – взвизгнула Кэтрин.
- Ляжки? Ты дура, Кэт? Ты на меня посмотри! Зейн, ты почему не сказал мне поправить волосы! Так, удали эту, - скомандовала я. - Фотографируемся снова! – я потащила брюнетку обратно в уголок и чуть встала к ней боком, а она, встав так, чтобы ноги казались еще тоньше, чем они есть на самом деле, приобняла меня.
Малик сфотографировал нас, фотку мы одобрили, после этого я еле-еле уговорила Зейна сфотографироваться со мной.
- Зейн, ну пожалуйста, - я потянула его за руку.
Как бы странно это не казалось, мне Зейн Малик понравился, притом очень даже сильно. Он мне помог и с Турцией, и с Сицилией. Потом мы с ним в баре сидели и болтали о какой-то ерунде. Такой веселый, добрый и терпеливый парень.
Зейн встал в удобную позу, сунув одну руку в карман брюк, а вторую - опустил на мою талию.
А я не против! Нет, честно, я не против этого. Пусть обнимает. Стайлсу можно, а ему нет? Я даже позволила себе обнять Зейна за шею.
Я сделала пафосное лицо, в то время, как Зейн посмотрел в объектив серьезным взглядом, приподняв одну бровь.
О да, фотка будет что надо. Я ее куплю, честное слово!
- Ой, а теперь я с Зейном! – взвизгнула Кэтрин.
Мы быстро поменялись с ней местами. Она встала с Зейном в классную позу, а я припала глазом к фотоаппарату.
Пару раз я словила классные моменты, после чего попросила Зейна показать мне все фотографии, которые он нафоткал за весь вечер.
И тут я ахнула. На фотках были мы с Кэт. Мы с ней разговаривали, улыбались. На разных фотографиях - разные мы.
- Уау, - ахнула я от фотки, где Кэтрин была в обнимку с Луи, - вы так классно смотритесь. Кэтрин, если вы не поженитесь, я подам в суд.
- Я пока дождалась от него предложения, - фыркнула Кэт. - Он нерешительный, - в ее голосе появились нотки сожаления.
- Так, - резко произнес Зейн, - мы что, будем только фотографировать все и вся? Идем танцевать, - он повесил камеру себе на шею, предложил нам с Кэт свои локти, и мы, схватившись за него по обе стороны, пошли в сторону большого зала, из которого доносились звуки оглушающей музыки…
- Это не Луи? – спросила у меня Кэт. Мы сидели в уголке большого зала на диванах и пили очередные мохито, следили за танцующими и отправляли бедного Зейна за новыми порциями алкоголя. Пару раз я станцевала с ним, а потом, почувствовав, что уже начало колоть в боку, присела на диван. И тут Кэтрин заметила Луи.
- Где? – я пыталась найти среди толпы мужчину, похожего на Луи.
- Да вот же, - не унималась бывшая блондинка. - Нет, это точно он! Да еще и обнимается с кем-то!
Кэтрин как ветром сдуло. Была и нет. Я увидела, как она подошла к какому-то парню, лапающему рыжую девушку. Кэтрин что-то ему сказала, но благодаря моему «офигенно классному» зрению, я не смогла увидеть лица того здоровяка, но даже сквозь музыку я услышала всхлипы подруги. Резко встав, выбегая из-за угла и по дороге схватив за рукав Зейна, потащилась с ним вслед за расстроенной девушкой.
- Кэт! – кричала я. - Кэтрин!
Музыка меня оглушала.
- Что случилось? – спросил Зейн.
- Я толком даже не знаю. Кэтрин… она… уходит… куда-то.
- Тебя плохо слышно, - прокричал в ответ фотограф.
Мы вышли за Кэтрин через запасной вход, у которого почти никого не было.
Она остановилась на свежем воздухе.
- Кэтрин, - позвала я, и она, обернувшись, посмотрела на меня.
Взгляд был какой-то сложный. Такой… затуманенный.
- Что случилось? – спросил Зейн, и тут я заметила, что мы с ним держимся за руки.
- Ничего.
- Брось, Кэт, из-за «ничего» не плачут!
- Со мной все в порядке! - тут я заметила слезы на ее щеках.
Кэтрин колотила дрожь.
- Что с тобой?- спросила я, подойдя к ней поближе и приготовившись обнять.
Подруга посмотрела мне в глаза, так туманно и тут не сдержалась.
- Белла, он там лапает какую-то девушку.
Я выдохнула. Боже, и из-за этого она плачет? Из-за этого она разводит сопли?
- Кэт, нашла из-за чего истерить. Все мужики такие. Ну, подумаешь, лапает! Завтра найдешь парня лучше.
- Белла, мы с ним помолвлены! – девушка показала мне руку, на которой было кольцо.
Зейн за моей спиной шумно выдохнул.
- Кэтрин, он, наверное, выпил. Сейчас пьяный, скорее всего. Он…
- Он… лапает другую! – выкрикнула Кэт. - Этого достаточно!
Кэт развернулась к выходу, бросив через плечо, что уходит.
Я долго молчала, смотря вслед подруге. У меня был шок. Нет, не тяжелый. Но шок.
Я всегда считала, что Луи с Кэтрин не разделить. Думала, они… любят друг друга. А теперь? А теперь получается, что нет.
Слишком идеальные отношения. Ведь всегда так. Только кажется, что все идеально. Все друг друга любят, уважают, а потом БАМ – измена, после нее ссора, стрессы, так не далеко и до разрыва этих самых «идеальных» отношений.
- Это на него не похоже, - произнес Зейн. - Я имею в виду, они с Кэтрин уже почти полтора года и за это время ничего подобного не было.
- Хочешь сказать, что Зейн никогда не изменял ей?
- Это на него не похоже, - вновь повторил фотограф.
Я пожала плечами, напоследок бросив взгляд на дверь, за который скрылась расстроенная Зейн. Затем, вздохнув, я сказала:
- Пошли обратно. Кэт вряд ли сейчас с кем-то будет говорить. Поэтому ехать к ней домой бесполезно.
- Но все равно через полчаса я ей позвоню.
- Согласна.
Мы с Зейном вернулись в зал под оглушительный ритм песни.
Мы прошли через танцующую толпу, по дороге у официанта перехватив пару бокалов, к нашему столику. Рассевшись на удобном кожаном диване, я сделала глоток жидкости, вмиг обжегший мое горло.
Крепко.
-Что это? – спросила я у Зейна.
Зейн сделал глоток из моего бокала.
- Белла, а не замахнулась ли ты? Меня после двух бокалов вот ЭТОГО, - он указал пальцем на жидкость, - уносит.
- Я же не знала, что это, - сказала я, слегка наклонившись к его уху, чтобы не кричать сквозь музыку, а нормально ему об этом сообщить, - так ты знаешь?
- Это же Gut Fen, вроде ты взяла из первой коллекции. А вторая сразу же с ног сбивает, - рассмеялся Зейн, откинув голову на спинку дивана.
- А мне понравилось, - я сделала еще один глоток и вновь насладилась обжигающим вкусом.
- Ты только… Уоу-уоу, - произнес он, увидев, как я припала к бокалу.
Голова слегка кружилась, но мне было как-то легко.
Я разок икнула, но потом, закрыв рот ладошкой, сочла это неуместным и рассмеялась.
- Н-да… не уберег я тебя, - сказал Зейн. - Ну-ка пошли на воздух, - он помог мне приподняться. - Я же говорил. Мощная штука.Сносит сразу!
Я почувствовала его теплые руки у себя на талии.
- Не хочу. Хочу танцевать, - сказала я, двигая бедрами в такт музыки. - Пошли! – схватив его за руку и затащив на танцпол, начала двигаться.
- Белла, ты пьяная!
- Нет, я не пьяная, - прокричала я сквозь песню.
Зейн пожал плечами, но все равно не сводил с меня взгляда.
Мы танцевали, изгибались. Я даже головой для пущей сексуальности потрясла, чтобы волосы разметались.
Свет в клубе был нечто!
Под ритм песни прожекторы лучей освещали толпу и тех, кто сидит на диванах, а потом, через долю секунды вырубался, и получалось, что ровно половину секунды мы были без света и танцевали в темноте.
Повернувшись к Зейну спиной и двигая задницей, я случайно бросила взгляд через толпу, и во время очередной вспышки прожектора, встретилась взглядом с зелеными горящими глазами.
Гарри сидел на диване, положив руку на кожаную спинку дивана и приобнимая какую-то блондинку. Таня!
Таня что-то говорила ему, так как ее губы шевелились. А Гарри может даже и слышал ее, но зато взглядом он следил далеко не за нею. Он бросил взгляд на Таню лишь на долю секунды, а затем, что–то сказав, встал с дивана.
И вновь темнота. Через долю секунды вновь появился свет, а потом вновь исчез, и так снова и снова, а музыка все гремела, Зейн двигался, что-то рассказывая, а я все танцевала и танцевала, коря себя за несдержанность в алкоголе. Я пьяная! Я это осознала, когда Зейн удалился, сказав, что скоро придет, а возле меня появился запах мяты и апельсина.
- Зря он тебя бросил, - прошептал мягкий баритон мне на ухо.
- Он сейчас придет, поэтому не расстраивайся, - сказала я, повернувшись к нему лицом.
- Я не расстраиваюсь, а наоборот ловлю момент, чтобы тебя украсть, - от его дыхания стало щекотно.
- Ну, так лови дальше, - усмехнулась я. - А я пока в сторонке потанцую!
Я икнула.
- Так ты пьяная! – рассмеялся Гарри, после чего я ощутила руки на своей талии.
- Я хоть и пьяная, но вполне адекватная! Руки убрал! – резко произнесла я.
- Расслабься, Белла, - руки все еще были на талии, - пока Зейн не придет, с тобой потанцую я…
«Я… Я… Я…», - отдалось в моей голове.
Я оттолкнула его ладошками, но когда пришло время убрать свои руки, они все еще продолжали покоиться на его груди. Гарри усмехнулся.
- Я тебе нравлюсь, Белла. Даже больше, чем ты думаешь…
Прикрыв глаза, я почувствовала, как музыка отдаляется, а руки Гарри, да и он сам, подталкивает меня в сторону уборной, а через пару секунд, когда за его спиной захлопнулась дверь, моя шея ощутила его губы.
Я, откинув голову назад, запустила пальчики в его шевелюру, приобнимая за плечи.
- Детка, - прошептал он, - не будь гордой. Один раз, обещаю, потом даже смотреть на тебя не буду! - он практически умолял. - Давай, Белла. Один раз, - его губы начали проводить дорожку из поцелуев по шее, целуя меня в губы, и перед каждым поцелуем он говорил, - Один раз! – поцелуй. - Решайся! – поцелуй. - Пока есть время! – поцелуй. - Я все это время терпел, искал момент, - поцелуй, – только секс, - поцелуй в губы. Долгий, сладкий, но и горький в тоже время.
- Стайлс…
- Чего? – небрежный тон Гарри заставил меня открыть глаз. И опять музыка, сильными ударами по перепонкам, разнеслась по всей комнате. Мы были все еще на танцполе. Вокруг нас танцевали, странный взгляд Гарри дал мне понять, что все произошедшее – моя фантазия. Я пьяна!
- Пошел ты! – я резко отстранилась, толкая всех по дороге, чтобы выбраться из этого, вдруг ставшего микроволновкой, зала.
- Белла… - по дороге врезавшись в Зейна, я уже была готова сорваться, - ты куда?
- Эм… домой, Зейн, - сказала я, но посмотрев на него еще разок, добавила - только на чуть-чуть останусь, не более.
Зейн взял меня за руку и провел в противоположный угол зала. Но мои глаза вновь отыскали Гарри, который жадно целовал шею той блондинки Тани, как когда-то целовал мою шею в моих же фантазиях.
Я вздохнула.
Кого я обманываю?
- Зейн, прости, голова уже начинает опухать, - я для вида схватилась за голову. - Я, наверное, домой пойду. Правда, и насчет Кэтрин… Я к ней по дороге заеду, поэтому не стоит ей звонить.
Не дождавшись ответа от Зейна, я резко развернулась и вышла из зала, пройдя незаметно для фотографов, которые все еще делали снимки каких-то людей из нашей редакции. По ходу дела – спонсоры.
Свежий воздух освежал мои ноги и шею.
Я прикрыла глаза, благодаря Бога за этот воздух.
Минутой позже я прыгнула в машину, включила печку и стала ждать, когда теплый воздух полностью согреет меня. Потом, закинув голову назад, я сделала глубокий вдох, после чего выдохнула, а потом вновь вдохнула.
В окно постучали.
Я опустила стекло ровно на десять сантиметров.
- Что? – недовольно спросила я.
Передо мной стоял Гарри.
- Ты куда? Сейчас самый разгар веселья, - сказал он, растирая свои локти. Из его рта вышел пар в холодный свежий воздух.
Что он здесь делает?
Он еще десять минут назад лизал эту модель, а теперь стоит на морозе.
- Я в машину села для того, чтобы уехать! – резко произнесла я.
- Дуешься? – улыбнулся он.
- Что? Какого? – я раздражительно выдохнула. - Дуюсь? На что? – спросила я, удивляясь.
Гарри молчал. Просто смотрел на мое возмущенное лицо.
Да кто он такой?
Твой шеф, идиотка!
- Останься. Ты еще понадобишься. Приблизительно через час все закончится, а потом опять фотографы и тому подобное, - устало произнес он. - Нужно обогатить нашу галерею фотографий…
- Обогащайте без меня, - я повернула ключ зажигания.
Гарри еще раз посмотрел на меня, а потом, горько усмехнувшись, вернулся в клуб.
- Ты только что меня клеил, подонок! Потом облизывал шею Тани! А теперь хочешь, чтобы я с тобой перед фотокамерами позировала!? – я орала на Гарри который уже был в клубе. Пользовалась моментом все высказать. - Пошел ты в зад! Большими шагами и прямо в зад! Чтобы ты…
Вдруг я поняла, что хоть Гарри вряд ли меня слышит, зато парковщик и охранник вполне прилично все расслышали, и я, понимая глупость сложившейся ситуации, поспешила покинуть парковку, пока охраннику не приспичило запомнить номера моей машины.
- Дура ты, Янг. Полная дура! - сказала я, выезжая с парковки. - Он же твой шеф. Не более того. Да и плюс - ты пьяна почти в хлам