POV Eva
POV Eva
Ранее утро будило меня яркими солнечными лучами, пронырливо проникающими в мою комнату из-за занавесок. Я отвернулась от настырного «будильника», который звенел на комоде в углу комнаты, накрылась одеялом с головой и постаралась вернуться ко сну. В общей сложности я поспала всего 4 часа, и была совершенно не в состоянии ничего делать. Через 10 минут к наипротивнейшему звону будильника присоединился не менее неприятный звонок телефона. На экране высветилось имя «Нура». Сестра часто будила меня подобным образом. Каждый раз, когда я отвечала на звонок, она тут же принималась рассказывать мне последние новости из жизни семьи Кардашьян или что-то из серии «Доктора Прыщика». В итоге мне не остается ничего, как прислушаться к тому, что вещает мне сестра и окончательно проснуться. Спустив голые ноги с кровати и коснувшись ступнями холодного темно-коричневого ламината, я подавила желание забраться в теплую кровать и притвориться, что новая драка между Ким и Кендалл не настолько интересна, чтобы я просыпалась и с интересом вслушивалась в пересказ сестры. Но... Сегодня первый день в школе и я не могла бросить Нуру на съедение школьным пираньям.
Заочно я была уверена, что эта школа ничем не отличалась от тех, в которых мы учились до этого. Помимо разделения на старшие и младшие курсы, каждые из этих каст делились на подгруппы, называющими себя модным, классным или просто «что-то-значащим-для-каждого-из-нас» словом. Они, несомненно, ходили по школе с максимально важным видом, и не принимали в свои сформировавшиеся группировки никого. Все, кто ходил по парам или в одиночку считались отбросами и лузерами, а значит, являлись предметом многочисленных насмешек, приколов и сплетен.
Отправить Нуру в этот серпентарий одну я не могла. Поэтому покрытая мурашками с головы до ног, в одной черной футболке, доходящей до середины бедра, я спустилась вниз, где Нура уже хозяйничала на кухне. Каждое утро, она и Google пытались удивить меня новым кулинарным изыском, который я соглашалась пробовать только вкупе с огромной кружкой черного крепкого кофе. Сегодня она приготовила яичницу с кусочками ветчины, колбасы и зеленого лука. Нура понимала, что сегодняшний день и так станет для нас стрессом, поэтому решила не экспериментировать.
- Ева, ты почему ещё не одета? – Возмутилась девушка, поворачиваясь ко мне и критически оценивая мой внешний вид. Длинные рыжие волосы собраны в разлохмаченный после сна пучок, черная свободная футболка болталась на полноватом теле, длинные загорелые ноги испачканы в краске. Как я могла забыть о том, что, выходя ночью из ванной, задела ногой дверь, краска на которой высохла не до конца.
Оглядывая Нуру, я заметила, что она уложила свои короткие светлые волосы, накрасила губы любимой ярко-красной помадой, а из нарядов выбрала синие обтягивающие джинсы, с высокой посадкой и белый свитер с оголенными плечами.
- Нам не к первому уроку, я успею. – Промямлила я, усаживаясь на барный табурет за стойкой.
- То есть как не к первому занятию? Почему я не знаю? – Шокировано крикнула сестричка, взмахивая лопаткой и разбрасывая по кухне кусочки завтрака.
- Потому что мне, как старшей сестре, прислали письмо на электронную почту. – Отковыривая белую краску с ноги, ответила я.
- Ты старше только на два месяца, Ева. – Прорычала девушка, раскладывая яичницу по тарелкам.
Я улыбнулась, и подняла взгляд на тарелку, приземлившуюся передо мной.
- К тому моменту как ты родилась, я уже умела улыбаться и сосать палец. – Парировала я, убирая с лица волосы.
- Классно, сосать ты начала раньше, чем ходить. - Съязвила Нура, закидывая в рот кусочек белого хлеба.
- И мне это очень пригодилось в жизни. - Ответила я, делая глоток крепкого кофе с тремя кусочками сахара.
- Ненавижу тебя, Ева Мун. – На этих словах и закончилась наша словесная сестринская перепалка. Остаток завтрак прошел в молчании.
Нура очень сильно переживала из-за первого учебного дня в новой школе, но старалась скрыть это от меня. Она настойчиво ковыряла красный лак на большом пальце. Этот жест с детства выдавал её беспокойство. Я молчала, потому что не могла подобрать слов, чтобы успокоить её, сама находясь в ужасе от новой школы.
Закинув сумку на плечо, я вышла во двор, где с красным носом меня ждала Нура. Она писала кому-то сообщение... с моего телефона. Я запрела дверь, подошла к ней из-за спины и взглянула на текст и адресата сообщения. Она писала Жозефине, о том, что мы заселились и сейчас направляемся в школу. Отправив сообщение, она едва заметно улыбнулась.
- Ты опять растранжирила все деньги на телефоне. – Заметила я, отбирая свой телефон. Положив его в карман пальто, я натянула шапку и, схватив сестру за руку, повела её в школу. Когда мы жили в Мадриде, мы договорились, что будем старшими сестрами по очереди, поэтому завтра будет очередь Нуры вести меня в школу. Детская привычка, от этого становилось чуточку спокойнее.
Дорога до злосчастной школы была не долгой, около пяти минут. Мы вошли во двор школы как раз во время перемены с первого урока. Конечно, мы тут же привлекли к себе внимание. Нура, в длинном голубом пальто и белым шарфом крупной вязки, и я в горчичного цвета пальто и вишневой шапке.
Прокладывая себе путь мимо снующих повсюду школьников нам несколько раз присвистнули, и один раз крикнули, что-то не разборчивое.
Достигнув стен школы, мы тут же подошли к охраннику, чтобы узнать, как бы нам попасть в кабинет директора. После сложного описания структуры здания и примерных ориентиров, мы в негласном диалоге поняли, что будем искать сами. Распрощавшись с пожилым охранником по имени Юстас, мы отправились на поиски кабинета. Мы обошли весь первый этаж, и, поднимаясь на второй, я случайно столкнулась с высоким темноволосым парнем. На нем были красные свободные штаны. На левой штанине белыми буквами было написано имя: Кристофер.
- Прости. – Смущенно сказала я, сжимая руку Нуры ещё крепче.
- Да ничего, красавица. – Ответил парень, с легкой хрипотцой в голосе. – Вы новенькие. Потерялись?
- Нам нужен кабинет директора. – Ответила Нура, вставая рядом со мной и гордо задрав голову, глядя парню прямо в глаза.
- Я могу проводить вас. Иначе вы столкнете пол школы с лестницы, в поисках этого ужасного места.
Подкол со стороны незнакомца я проглотила, и отвечать на него не стала, так как портить отношение с симпатичным парнем, который явно на несколько курсов старше нас, не входило в мои планы. А вот планы Нуры с моими не совпадали:
- Только в случае, если вся школа раскорячится посреди лестницы.
Я внимательно смотрела на парня, который долю секунды изучал Нуру, потом меня и, в конце концов, улыбнулся ослепительной улыбкой, в которую я могла бы влюбиться. Но его темные глаза буквально кричали мне, что этот парень слишком опасен для спокойного и размеренного мира Евы Мун. Он разрушит весь контроль, подчинит меня себе, сломает и выбросит.
Парень вел нас сквозь толпу учеников, мимо стеллажей с небольшими ящичками. Для меня было странно, что ящички здесь маленькие, с кодовыми замками. Любые операции с цифрами вызывали у меня серьёзные проблемы. Мы шли дальше, мимо кабинетов и красивых стендов, которые привлекали внимание изображением... Мужского члена. Со всеми деталями. В цвете. Интересная школа. В прежних школах за слово "член" и другие его вариации на нас бы укоризненно посмотрели или шикнули. Не удивлюсь, что на уроки полового созревания они приносят искусственный член, который хранится либо в кабинете директора в сейфе, либо в медпункте.
Мы шли вдоль длинного коридора, Красавчик что-то рассказывал Нуре, при этом одаривая меня и ее ослепительной улыбкой, которую я бы приняла за хищный оскал. Этот засранец знал о своей привлекательности, я бы даже сказала смазливости, и бессовестно пользовался этим. От одной его улыбки екало сердце, а уж если он придвинется ближе и прошепчет абсолютно любое слово, трусики девочек тут же полетят на пол.
Неожиданно мы остановились. Повернувшись к нам, он ослепительно ухмыльнулся и сказал:
- Мы на месте, красавица. Будь осторожнее.
Вместо язвительного ответа, который крутился у меня на языке, я улыбнулась ему в ответ, заправляя выбившуюся прядь за ухо. На этом короткая встреча с прекрасным незнакомцем в штанах по имени Кристофер закончилась. Нура вопросительно взглянула на меня, задавая вопрос: «Ну и где сарказм, где издевки?»
На что я лишь многозначительно пожала плечами.
В кабинете директора нас встретила средних лет женщина с желтовато - белыми короткими волосами, в черном брючном костюме и ужасно ненатуральной улыбкой на наштукатуренном лице.
Она провела с нами небольшое собеседование и выдала кипу бумаг с расписанием, кодами, планами школы, правилами поведения и конверт с огромным количеством буклетов о СПИДе, ВИЧ, предохранении и школе молодых мам.
Набор показался мне весьма забавным. Покидая кабинет, мы остановились на лестничном пролете, и расположили все бумаги на широком подоконнике. Странно, что никто его не занял. В прежней школе мы бы свободного места не нашли, даже на полу.
Сравнив наше расписание, мы увидели, что совместными у нас являлись только обязательные предметы. Во всем остальном, предметы полностью различаются. Нура записалась на все иностранные языки, и на занятие в класс журналистики, я же оставила минимум математики, физики, максимум литературы, рисования и... Физкультуры. Вот такой я странный человек. К сожалению, у первых курсов математика была обязательным предметом первый год, поэтому мои мучения не заканчиваются.
Прозвенел противнейший звонок, который я, когда - либо слышала, и толпа учащихся оперативно рассосалась по кабинетам. Мы спокойно подошли к нашим шкафчикам и взяв из них комплект учебников по математики, направились на... Мою личную каторгу.
На обеде к нам с Нурой подсели две девочки. Блондинка была ниже меня на пол головы, с белыми длинными волосами, красивым лицом и немного выпученными глазами. Выглядело так, словно она вcегда находилась в состоянии шока. Послушав её, я поняла, что она действительно была шокирована буквально всем. Её звали Вильда. Вторая девочка, Крис, очень любила сладкое, и была слегка полновата. Говорила она мало только потому, что её подруга совершенно не давала вставить и слова. Когда та пошла за добавкой сока, Крис наконец-то решила высказаться по поводу нахлынувшего на её подругу словесного поноса.
- Дело в том, что все курсы объединяются в группы, чтобы успеть забронировать автобусы на выпускной.
- Но он только через 4 года. – подметила я, откусывая зеленое яблоко.
- Ты это им объясни. – с сарказмом продолжила Крис, ковыряясь пластмассовой ложкой в баночке с йогуртом. – Я очень надеюсь, что вы поможете мне её утихомирить.
- Мы? – удивилась я, расплываясь в веселой улыбке.
- Она как волшебная палочка в Гарри Поттере, сама выбрала вас.
- Звучит ужасно. – Сказала Нура, пряча улыбку за чашкой кофе.
- Ужасающе, я бы сказала. – ответила я. В этот момент к столу подошла Вильде, и удивленно взглянула на нас. Ну или просто взглянула. Не понимаю.
- Вы новенькие, вам нельзя быть самим по себе. К тому же нам в автобус не хватает пары девочек. Давайте. Все автобусы приглашают на вечеринки.
- Ладно. – отозвалась я. Под столом меня в ногу пнула Нура и странно посмотрела на меня. Но согласилась. Через секунду мне на телефон приходит сообщение?
«Ты сдурела? Давно мы часть девчачьих компаний? Ты их терпеть ненавидишь.»
Я улыбнулась и напечатала ответ:
«А ты любишь. К тому же вечеринки, Нура. Только ради этого можно согласиться на все.»
Я увидела, как губ блондинки коснулась улыбка. Она сдалась.
Остаток дня прошел сумбурно. Заходя в класс меня представляли в качестве новенькой ученицы и призывали мне на помощь. И на помощь на уроке биологии мне пришел незнакомец.
Я вошла в кабинет и завидев свободное место на последней парте прямиком направилась туда. В биологии я тоже была не сильна, поэтому лучше не высовываться. Разложив учебник и тетрадь на парте, я пролистала сообщения, дабы скоротать время до начала урока. Жозефина написала сообщение, в котором давал ЦУ Нуре и мне. В частности, мне «держать свою задницу» (цитата из миссис Сатре) подальше от неприятностей и режущих предметов, а Нуре ... не попадать в неприятности и быть аккуратнее. Улыбнувшись беспокойству миссис Сатре, я тут же стала печатать ответ:
«Мы самые приличные и примерные девочки в этой школе... Сегодня. Не переживай, мы справимся. А если нет, я накажу Нуру и отправлю её к тебе на лето, на перевоспитание.»
Отправить.
В этот момент рядом со мной с неприятным скрежетом отодвинулся стул. Подняв глаза на нарушителя тишины, я увидела перед собой гида-незнакомца, который ухмыляясь, занимал свободное место рядом со мной. Конечно, все присутствующие в кабинете тут же повернулись в нашу сторону и стали перешёптываться.
«Думают я его новая подстилка, должно быть. Хера с два вы угадали.» - подумала я, отворачиваясь к телефону.
- А ты не очень общительная, да? – прошептал хрипловатый голос около моего уха. От неожиданности я слегка вздрогнула. По спине прокатилась волна мурашек и я не могла сказать точно, от его голоса или от испуга.
- Просто, если я открою рот, то ты обидишься. – Ответила я, не поднимая глаз на красавчика. – К тому же меня учили с незнакомцами не разговаривать.
- Точно. Просто молча следовать. – А этот парень не так прост. – Меня зовут Крис.
- Мило. Родители хотели девочку? – Широко улыбаясь, поинтересовалась я.
- Очень остроумно.
На этом наше знакомство закончилось. Начался урок. По плану была тема про доминантные и рецессивные гены. Тема не была очень сложной, поэтому я даже понимала, о чем шла речь на занятии. Тут мне пришло сообщение от Нуры:
« Я познакомилась с красавчиком. Обстоятельства встречи расскажу позже. Ты бы мной гордилась.»
- Мисс Мун. – Обратился ко мне довольно не приятный голос преподавателя.
Услышав свое имя, я резко подняла голову.
- Вы можете ответить на вопрос?
- Я должно быть его прослушала. – Ответила я. Судя по смешкам в классе, так и было.
- Конечно, ответить на сообщение от любимого намного важнее нашего занятия. Повторяю, назовите любое заболевание, ген которого рецессивен и находится в Х – хромосоме.
« Вы должно быть издеваетесь» подумала я.
- Дальтонизм. – Прошептал сбоку Крис. Но я молчала. Мне не нужна помощь. Я точно знаю ещё один верный ответ.
- Гемофилия. – Отвечаю я, чем удостаиваюсь слегка раздраженного взгляда со стороны преподавателя.
- Что это за заболевание? – Кажется это месть за то, что я не слушала «преинтереснейший» монолог учителя.
- Несворчиваемость крови.
- Хорошо. Отложите телефон, мисс Мун. – После этого она вернулась к объяснению материала.
- А ты не глупая, мисс Мун. Имя есть? – Поинтересовался Крис, наклоняясь ко мне, и не отводя взгляда от преподавателя.
- У меня последнее. – Ответила я, надеясь, что он понял шутку про жвачку или сигарету, смотря, что ему ближе. Я услышала смешок, и теплое дыхание у моей шеи тут же исчезло.
Я поглядывала на дисплей телефона, считая минуты до окончания урока. Когда до звонка осталось пару минут, я схватила сумку, собрала учебник и тетрадку в стопку, и была готова бежать. Спасительный звонок, который теперь не казался таким противным, и я сорвалась с места, словно спринтер.
Домой.
***
Никогда не любила эти пятничные ужины в нашей «семье». Нас с Нурой одевали в купленные мамой с её женским клубом, платья розового или фиолетового цвета. Волосы заплетали в косы, а на ноги заставляли натягивать белые плотные колготки. В наши 13 лет мы выглядели так, словно на нас стошнило единорога.
Посреди ужина, когда по обыкновению пришли гости, я встала из-за стола и отправилась на кухню, где Нура во всю готовила десерт.
- Помощь нужна? – Поинтересовалась я, расплетая толстые косы.
- Конечно. Порежь банан. – Отозвалась девушка, нарезающая яблоко.
Я задумалась, что сейчас этот вечер практически идеален. Мама не кричит и не критикует каждое мое действие, Эрик спокоен и не отвлекается на ежесекундные звонки и сообщения, а мы с Нурой так по-сестрински готовим десерт. Вся идиллия закончится после подачи его на стол, и раскрытия рта моей матери по поводу блюда.
Схватив нож, я почувствовала жгучую боль в руке, и очнувшись от размышлений я взглянула на руку: кровь ручьем вытекала из неглубокой раны, пачкая пальцы, нож и столешницу. Схватив полотенце, я зажала его в руке и убежала на второй этаж, в ванную. Захлопнув дверь, я подставила рану под струю холодной воды, но кровь не останавливалась. Это было моей проблемой. Каждая рана была для меня проблемой, а для матери поводом отругать меня за кривые руки.
В дверь ванной робко постучали.
- Выхожу! – Крикнула я, зажимая полотенце в кулак и открывая дверь. На пороге стояла испуганная Нура. Она взглянула на мою руку и на забрызганную кровью раковину.
- Ты в порядке? – Прошептала девочка, хватая полотенце из моей руки и завороженно глядя как из раны течет кровь.
- Конечно, просто неуклюжая, поранилась. Готовка не мое. – Усмехнувшись, ответила я и вернула руку под холодную воду.
- Но кровь не останавливается, так не должно быть. – заметила Нура, садясь на край ванной.
- Да, у меня гемофилия. Кровь не сворачивается так же быстро, как у других. Поэтому на остановку крови потребуется немного времени.
Она молча наблюдала за тем, как кровь покидала мое тело, а после вскочила на ноги и побежала вон. Я знала куда она отправилась. Через 20 секунд в ванную вошла мать.
- Блять, Ева, я же говорила тебе, не трогай ничего. Ты как обычно все испортила. Руки растут из задницы потому что. – Она схватила аптечку, и стала перебинтовывать руку, заставляя принять какую-то таблетку, сопровождая каждое свое действие унижением. Я сидела на полу в ванной, по щекам текли горькие слезы. Я услышала тихие всхлипы и увидела, как на пороге ванной комнаты стоит Нура, вытирая слезы рукавом. Я не винила её за то, что она рассказала все матери. Она испугалась и переживала за меня. Но мне так хотелось отругать её за слезы, которые она лила из-за меня. Она не должна плакать, никто не должен плакать из-за меня.
Когда кровь остановилась нас отправили спать. Я сняла окровавленное платье и повесила его на спинку стула. Надела теплую зеленую пижаму и легла в кровать. Нура лежала на боку и, хлюпая носом, забывалась во сне. Я уставилась в потолок и думала о том, как было бы хорошо, если бы мой папа и мама Нуры были бы живы и влюбились друг в друга. Я мечтала о любящей семье и спокойствии.
В этот самый момент, дверь в нашу комнату со скрипом раскрылась, и вошла мама. Она принесла стакан воды. Выпив половину, я поставила его на тумбочку и снова улеглась. Она села на край кровати и пригладила мои растрепавшиеся волосы.
- Прости меня. Я очень испугалась за тебя, Ева. Я просто не могла потерять ещё и тебя. Ты последнее, что осталось у меня от твоего отца. Я редко говорю, но я люблю тебя, малышка. – Она говорила это тихим голосом. Я наслаждалась каждой секундой, проведенной с настоящей мамой. Но мой юный разум возвращал меня к тому, что это лишь минутный порыв нежности, который возник возможно из-за количества выпитого алкоголя, и завтра все вернется на круги своя. А пока, я наслаждалась теплыми руками матери, глядящими мои волосы и напевающей любимую песню отца: more than words.