Nine
Милли вальяжно расселась в мягком кожаном кресле, попивая тёмную, бордовую, великолепную на вкус жидкость из бокала. Красное полусладкое вино приятно согревало горло и желудок изнутри. Девушка прикрыла глаза, откинув голову на спинку, и расплылась в улыбке, когда Сэди чмокнула её в щёку, уходя из гостиной на кухню.
Сегодня они решили устроить небольшую вечеринку, потому что каждый хотел отдохнуть от столь продуктивного и сложного дня. В их арендованный дом приехали также Чарли с Наталией и Джо, а чуть позднее должны были подъехать и Вайнона с Дэвидом, что просто не могло не радовать ребят.
В доме царила дружеская и домашняя обстановка, а приглушённое освещение и уже слегка пьяный рассудок клонили кареглазую в сон.
— Милли, не спи-и-и, — протянул Калеб, дергая её за плечо, тем самым вырывая Браун из сладких оков забытья. Громкий смех и переговоры ребят окончательно отогнали сладкую и мягкую дремоту, что до сих пор читалась в карих глазах. Сделав три больших глотка из хрустального бокала Шнаппа, она поднялась, чтобы включить музыку. Поспать ей точно не удастся, и поэтому, чтобы вновь не было желания устроиться в кроватке поудобнее, девушка включила колонки, выбирая на своём телефоне нужную песню.
В прихожей раздался звонок, оповещающий о приходе гостей, и Гейтен с Синк радостно понеслись к двери, споря о том, кто же первый добежит и бросится в объятия Харбору и Райдер.
Понимать, что же происходит вокруг, становилось всё сложнее, но для Милли это и вовсе не было проблемой. Комната немного плыла, а тело было до дури расслабленным. Выпила она совершенно немного, но не привыкший к алкоголю организм реагировал невообразимо остро и чутко.
Сильные мужские руки обхватили хрупкие плечи русой, и она вдохнула приятный и такой родной запах одеколона. Кожу щекотала тёплая и немного колючая борода, когда Харбор по-отцовски чмокнул её в щёку.
— Дэвид! — девушка обняла мужчину двумя руками, кладя голову на крепкую грудь. Этот человек был для неё чем-то вроде отца. Наставник по её актёрской карьере, к которому Бобби Браун могла всегда обратиться за советом или помощью. Он был в курсе всего, что происходило в жизни Милли. Пару раз он даже был в её доме. Маленькая Ава от него просто без ума.
— Ты отлично справилась сегодня, малышка, — Харбор улыбнулся, всё ещё держа её в своих крепких объятиях.
Это забавно, но они общались ровно так же, как и Хоппер общался с Эл. Отца ей никогда не заменить, безусловно. Но их уровень общения можно было сравнить только с общением отца и дочери.
— Спасибо, пап, — она похлопала его рукой по плечу, немного хихикнув.
— Тебе пора перестать пить, ты же знаешь, да? — уже немного серьёзней произнёс мужчина, заглянув в её глаза. Милли согласно кивнула и тут же обняла Вайнону, начав с ней переговариваться и получать похвалу по поводу сегодняшних съёмок.
Финн сидел на диване, смеясь с Ноа, и чуть приобнимал Сэди за плечи, усыпанные конопушками. Девушка была уже изрядно пьяна и теперь положила рыжую голову на его плечо, что-то тихо бубня под нос. Браун столкнулась с черноволосым взглядами, и оба не смогли сдержать широкой улыбки. Дэвид окинул ребят критическим взглядом, а после слегка засмеялся.
Чудом не свалившись на пол и всё-таки переступив длинные ноги Шнаппа, Милли прошла к столу за салатом и куском пиццы.
Через час ушли Наталия и Чарли. Девушке становилось всё труднее ходить по гостям, да и в её положении пора бы сидеть вечерами дома. Харбор, Вайнона и Джо решили удалиться на задний двор, решив, что спокойно посидеть у бассейна и поговорить о жизни — отличная идея. Финн и Ноа о чём-то спорили, и у них не было никакого желания слушать их громкий разговор.
Вулфард недовольно уткнулся в экран телефона, и Милли вдруг резко захотелось обойти его сзади, провести ладонями по напряженным плечам и спросить, что же случилось. Обнять и положить голову на него, точно так же, как делала это сейчас Сэди. Но она лишь закусила губу, опустив взгляд на ноги.
Милли задавалась вопросом, почему Синк может спокойно контактировать с Финном? И никто даже ничего про них не подумает. Ведь у Сэди и Финна ничего и быть не может, конечно. А вот если Милли будет вести себя так же, как и Синк, то всё. Нет, этот бред нужно просто убрать из её головы. Никто и не должен ничего подумать. Если бы не было сейчас этой непростой ситуации, в которой они находились сейчас, то, возможно, они бы уже могли не скрывать своих чувств. А есть ли чувства у Финна вообще? Милли не знала, ведь они никогда не говорили на эту тему. Всё всегда было как-то само собой. Скорее всего, они есть. Ведь если бы у парня их не было, то он бы не рассказал о своих проблемах, не ломился бы в дверь её комнаты. И не было бы всех взглядов, случайных касаний, от которых бросает в дрожь. Или это всё её больная фантазия? Выдумка и не более? Она просто надеялась, что ей не придётся провести свою жизнь, притворяясь, что звучание его имени не вызывает тяжесть в сердце.
Синк в полудреме проводит рукой по его груди и задерживает руку, вновь что-то забормотав. Финн не отрывает тёмных глаз от Милли и проводит рукой по талии рыжеволосой, обнимая крепче. Ухмылка трогает его губы, а в глазах появляется задорный огонёк. Милли сначала непонимающе смотрит в ответ, вопросительно приподняв брови. Но вскоре до неё доходит то, что же делает Финн.
— О, ты хочешь поиграть, Вулфард? — одними губами говорит она, и в её глазах тоже зарождается нечто игривое, и теперь Браун грациозно встаёт с дивана, направляясь в его сторону.
Милли принимает его вызов.
Но она идёт вовсе не к нему, нет. Девушка садится на колени Ноа, обнимая парня рукой за шею и чмокает в щёку. Для Шнаппа это не является какой-то неожиданностью, ведь друзья привыкли к таким проявлением дружеских чувств. Он спокойно кладёт руку на её талию, делая это уже даже по-хозяйски, и прижимает к себе ближе.
Глаза Вулфарда становятся ещё темнее, и он нагло скользит ими по её изящной фигуре. Милли в наигранном возмущении открывает рот и не может сдержать смешка. Когда их колени соприкасаются, у парня в голове зарождается навязчивая идея коснуться её обнаженной кожи так, чтобы никто не заметил. Её соблазнительность имеет в себе нечто дьявольское. Он проводит тонкими пальцами по внутренней стороне её колена, ведя их вверх. Финну хочется коснуться Милли губами. Заставить дрожать в его руках, заставить её тихо постанывать под ним, закусив нижнюю губу. Тихо, чтобы никто не услышал. Она замирает, смотря в произвольную точку на стене. Казалось, будто она и не дышит вовсе. Толпа мурашек уже прошлась по её телу. Внутри заседает протест и невероятно приятное чувство. В итоге, всё это смешивается, и она, слегка округлив глаза, смотрит на парня. Её щеки невообразимо быстро краснеют, и Браун всеми силами старается успокоиться. Шнапп чувствует, как она напряглась, и, проведя рукой по животу, мягко интересуется о том, что случилось. Девушка отмахивается, незаметно отталкивая руку Вулфарда от себя. Он не должен. Они не должны.
Громкий звонок оповещения на телефоне Финна слышно даже через весь шум в комнате. Или это слышно только ей? Милли поднимает взгляд, рассматривая напряжённое лицо. А Финн кивает телефону и, заблокировав его, встаёт с места.
Девушке хочется спросить, куда он и нужно ли им поговорить. Но она просто не хочет быть навязчивой. Излишнее внимание, порой, так же плохо, как и излишняя забота.
— Ты куда? — Матараццо обращает на черноволосого усталый взгляд, когда тот нетвёрдо встаёт с дивана.
— Нужно кое-что сделать, буду минут через пятнадцать, — бросает Финн, идя прочь из гостиной.
Финн идёт на улицу ночью? Но зачем ему это? Его напряжение и нервозность чувствуется за километр. Ощущение беспокойства неприятно оседает в груди лёгкой тяжестью.
«Просто сиди на месте, Браун», — твёрдо скомандовала девушка сама себе, потому что желание подорваться с кресла было уже невыносимым.
«Финн ведь уже взрослый мальчик, и сам должен справляться со своими проблемами. Если с ним что-то случится, ты не при чём».
Тяжело вздохнув, Милли прослеживает взглядом фигуру парня, и они на мгновение сталкиваются взглядами. Оба замирают. Внутри Финна — борьба. Он знает, что делает всё неправильно, но Вулфард пытается делать так, как знает. Парень изо всех сил старается выкрутиться из всего этого дерьма, и делает он это всеми возможными способами. Ведь у него особо нет выбора. Да что уж там: выбора у него нет вообще.
Финна пожирала тьма — ненасытная, безудержная, жадная, и он так отчаянно хватался за все возможные шансы выбраться из этой трясины и пойти дальше, но порой ему просто хотелось опустить руки. Его собственные демоны шептали ему глубокой и тихой ночью, что он не справится, что у него не получится. Иногда хотелось смириться и нырнуть с головой, дать тьме поглотить себя. Но была она. Этот лучик света, за который он так отчаянно боролся. У него есть ради чего стараться, есть ради чего заставлять себя вставать и идти дальше. В каком-то роде у него была Милли Бобби Браун. Хоть и не так, как ему хотелось бы. Но он будет стараться ради неё. Будет бороться и надеяться, что всё не зря, что однажды жизнь окрасится в те краски, которыми она вдруг расписывалась тогда, когда эта кареглазая девушка была рядом. Однажды всё должно стать хорошо.
***
sting — every breath you take
— Ни за что! — вскричала Милли, вырывая руку из хватки Ноа и громко смеясь.
Зеленоглазый тянет на себя и сразу же выигрывает. По комнате разносится задорный смех ребят. Калеб уже танцует с Сэди, они оба погружаются в ностальгию по былым временам. Финн решительно подходит к всё ещё сопротивляющейся Браун.
— Прости, Ноа, но я украду её у тебя, — Вулфард берёт её за руку, и девушка с лёгкой улыбкой поворачивается к нему. — Мисс Браун, надеюсь, вы потанцуете со мной.
Шнапп недовольно вздыхает, но потом загадочно улыбается, бросив на них многозначительный взгляд.
Девушка прячет улыбку, стараясь принять вид важной светской дамы. Она окидывает Финна прохладным взглядом и, защипнув пальцами юбку платья, немного кланяется.
— Я с удовольствием потанцую с вами, Мистер Вулфард, — улыбка вновь окрашивает её лицо.
Он отводит их в сторону от общей компании и, галантно положив руку на талию Милли, начинает плавно покачиваться.
Воспоминания нахлынули внезапно. Она вновь погружалось в то время, когда была невероятно счастлива. Тогда всё было просто и понятно. Это было детство.Воспоминания оседали легкой тяжестью и ещё невероятно тёплым, сладким ощущением в зоне груди. И из-за этого было больнее всего. Но нельзя повернуть всё вспять, стать прежним. Всё, что у нас есть — это настоящее. Эта музыка вновь погружала её в атмосферу «Зимнего бала», тем самым вызывая толпу мурашек.
Милли кладёт руки на плечи Финна и слегка дрожащими пальцами гладит шею, а позже зарывается ими в мягкие кудрявые волосы цвета вороньего крыла. Парень делает шаг, сокращая расстояние между ними до минимума.
Они оба тихо подпевают словам песни и сейчас погружены в свой собственный мир. Да, он хрупкий. Разломать его ничего не стоит, потому что они стоят буквально на краю пропасти. Но сейчас, вдвоём, им так хорошо. И никто больше не нужен. Они уже не слышат смех Ноа и Гейтена, которые от безысходности танцуют вдвоём, не слышат их разговоров. Не слышат, как заходят в дом остальные.
— I’m coming in, — шепчет Финн, наклоняясь к её лицу.
Браун просто не успевает ничего сделать или сказать, потому что он мягко целует её, а Милли не в силах сопротивляться, поэтому отвечает, проведя кончиком языка по его нижней губе. Она первая углубляет поцелуй, а когда их языки слегка соприкасаются, по телу проходит горячая волна. Это чувство было ей прежде незнакомо. Осознание того, что они ведут себя рискованно, накрывает с головой, и от этого становится ещё приятнее. Снова этот адреналин, снова быстрое биение сердца.
— Финн, — тихо шепчет она припухшими от поцелуя губами и сразу же отстраняется.
В её глазах абсолютно нет страха. Она немного ухмыляется, поправляя волосы, и отходит в сторону. И всё же Браун радуется, что их не заметили. Потому что все до сих пор заняты своими делами.
***
Милли вернулась в свою комнату в невероятно приподнятом настроении, а с её лица никак не спадала улыбка. Вечер был и правда чудесный, если не учитывать, что её прямо в одежде кинули в бассейн. При чём Финн даже не признал своей вины, но Браун, конечно же, проучила негодяя, и вскоре он точно так же, как и она, оказался в воде.
Приняв быстрый душ, девушка распахнула окна и легла на мягкую постель, наслаждаясь прохладным ночным воздухом. Алкоголь уже практически выветрился из организма, во всяком случае, голова уже абсолютно не кружилась.
Звонок телефона заставил вздрогнуть от неожиданности. Недовольно простонав, Милли потянулась за своим IPhone. Имя Финна на ярком экране заставило занервничать. Она прислушалась, но в соседней комнате Вулфарда, вроде как, было тихо.
— Финн? Три часа ночи. Что-то случилось? — обеспокоенно спросила она, ответив практически моментально.
— Эм, нет, — его голос звучал довольно серьёзно. — У меня тут глубокие размышления о вселенной…
Милли не смогла сдержать тихий смешок. Ей было необычно говорить с ним по телефону, ведь происходило подобное крайне редко. А особенно это было необычно из-за того, что их комнаты разделяли буквально два метра, ведь двери находились прямо напротив.
— Это не смешно! — смешинки в его голосе веселили её ещё больше. — Мне нужно, чтобы ты подтвердила моё существование.
— Вулфард, ты что, до сих пор пьян? — внутри всё от чего-то взбудоражилось, и Милли села на кровать, облокотившись спиной о изголовье.
— Нет, я серьёзно, — он не выдержал и хихикнул в трубку телефона. — Размышления о вселенной, Браун.
— Хорошо, ты вполне реален, вроде как, — на пару секунд повисло молчание. — Ты же не искал повода мне позвонить?
— Нет, не искал, мне не нужен повод, чтобы позвонить тебе.
— Мы до этого телефонного звонка практически друг другу не звонили, знаешь, — вздохнув сказала Милли, смотря в черноту неба за окном.
— Знаю. Почему ты не звонила мне, а? — наигранно обвинительным тоном спросил Финн.
— Не думала, что это кому-то нужно, вот и не звонила, — немного грустным голосом отзывается она.
— Не хочешь заскочить в гости? Я буду очень гостеприимным и даже освобожу для вас половину своей кровати.
Милли без каких-либо слов завершила звонок и, не раздумывая, направилась в комнату напротив. Ей не нужно было стучать, потому что дверь распахнулась одновременно с её дверью.
— Нам нужно п… — он не успел договорить, потому что Браун закрыла его рот рукой.
— Тише, — шепнула она. — Когда говорят в коридоре, всё слышно.
Она впервые была в его комнате и теперь с любопытством огляделась. Вулфард уселся на край кровати и взъерошил и без того непослушные волосы. Милли подошла к нему и остановилась у его ног, смотря сверху вниз.
— Ты хотел поговорить?
— Да, — он согласно кивнул, отчего его волосы поменяли своё положение. Эти волосы сводили Милли с ума. Ей вечно хотелось поправить их, зарыться пальцами, коснуться губами.
— Я тоже, — закусив губу произнесла Милли. — Я хотела поругать тебя.
— Поругать меня? За что? — с небольшой улыбкой спросил он, слегка задрав голову, чтобы посмотреть на неё.
— Ты вёл себя очень глупо, когда… поцеловал меня. Это небезопасно.
— Ты ведь в курсе, что мне плевать? — приподняв брови, спросил Вулфард, опираясь руками о матрас.
— Ладно, хорошо, если об этом узнают все — нестрашно, но если что-то разузнает Сэди, Финн, я думаю, ты понимаешь, что может произойти, — Браун сверлит его взглядом, чувствуя, как её злит его неосторожность.
— Я понимаю. Знаешь, меня бесит то, что Синк сдружилась с ней, — он даже не хотел лишний раз произносить её имя.
— Думаю, мне стоит поговорить с Сэди. Мне сейчас тяжело оттого, что я, возможно, теряю подругу. Мы отдалились, — Милли потупила взгляд на своих ногах, и Финн неуверенно погладил её по руке.
— Обязательно поговори с ней, вы обычно так дружны. Всё должно наладиться.
— Так что ты хотел сказать? — девушка погладила его по волосам, а после начала перебирать их пальцами.
— У нас через неделю небольшой отпуск. Так вот, у меня с группой концерт в Сиэтле, не хочешь поехать со мной? — Вулфард провёл двумя руками по её ногам, а после уткнулся лицом в живот. Она как всегда пахла его любимым запахом. Ею.
— Ты сегодня какой-то слишком добрый, — Милли осторожно обняла его шею. По телу бегали мурашки, и ей казалось, что она сейчас просто умрёт. Ноги уже подкашивались, но Финн обвил их крепкими руками. — Мне нравится, когда ты притворяешься злым.
Финн отодвинулся, чтобы посмотреть на неё. А она стоит вся такая невероятная, терпкая. И смотрит на него. Даже не него, а сквозь. И он чувствует спазмы в районе грудной клетки. Милли отступила, не в силах оторваться от его глаз. Он схватил её за запястья и привлёк к себе. Девушка оказалась сидящей на его коленях. Она ждала этого весь вечер.
— Твой ответ? — низким голосом спросил он, пристально смотря в её глаза.
Она сощурилась, думая, что это неплохая идея. Милли придвинулась немного ближе, и Финн положил руки на её бедра, по обе стороны. Из-за своего вредного характера ей хотелось сказать едкое «нет» и рассмеяться, но она смущённо опустила глаза, выдавив тихое «да».
— Там будет Эмили? — в глазах парня отобразилось сомнение. Что, если он ответит, что да, и Браун просто откажется? Хотелось соврать, но он не мог.
— Будет, — раздраженно произнёс он.
— Эй, — она взяла его лицо в свои руки, встретившись со взглядом тёмно-карих глаз. — Надеюсь, что совсем скоро мы придумаем, как тебе выбраться из всего этого.
— Я работаю над этим.
— Как? — интерес брал своё.
— Я пока не могу тебе сказать, ладно?
— Снова секреты, Финн? — девушка недовольно наклонила голову, цокнув языком.
— Не злись, — промурлыкал он, касаясь губами нежной кожи на её шее, тем самым лишая её способности дышать. Сжав пальцами бёдра, он по-хозяйски придвинул её ближе к себе. Браун резко втянула воздух сквозь сжатые зубы, прикрыв тяжёлые веки.
— Почему ты такая? — прорычал Вулфард, заглядывая в её глаза.
Он искал в них своё спасение, но каждый раз тонул, тонул, тонул. А она с уверенностью могла сказать, что ад пуст. Все черти в нём.
Она очертила пальцами его скулу, всё ещё не нарушая зрительного контакта. Милли кусает губу, которая всё сильнее алеет и слегка блестит в слабом свете комнаты, вызывая непреодолимое желание поцеловать и укусить мягкую плоть. Милли словно читает его мысли и, смущённо опустив глаза, проводит кончиком горячего языка по губе.
«О да, малышка, ты ещё никогда никого не соблазняла», — эти мысли ещё сильнее вызывают в Вулфарде горячую необходимость поцелуя.
И после каждого такого его взгляда, когда тёмные карие глаза смотрели с тем теплом и трепетом, что находится внутри, Милли не могла ни думать, ни дышать.
Им обоим было странно и непонятно то, что между ними происходит. Вулфард всегда думал, что просто не способен любить. Максимум к кому он испытывал любовь — его родители. Но чувства к этой девушке наступали постепенно. Будто он входил в озеро шаг за шагом, а вода всё сильнее укрывала его тело. Когда-нибудь он точно захлебнётся. И ему нравилась такая смерть.
Сердце хочет того, чего хочет. У любви нет логики. Она не поддаётся каким-либо объяснениям, она иррациональна. Ты просто встречаешь кого-то и влюбляешься. Вот и всё.
Ему нравилось знакомиться с этой тёмной стороной Браун. Финн догадывался, что в этой девушке есть что-то дьявольское. Но скажи год назад ему или ей, что между ними будет происходить, они бы, скорее всего, прыснули бы от смеха, а после хорошенько вмазали сказочнику по лицу.
Финн потянулся к её лицу, но когда их губы почти соприкоснулись, Милли выставила палец, чмокнув парня в самый уголок губ. Она не хотела играть по его правилам. Браун обдала шею горячим дыханием, а потом коснулась губами, начиная оставлять метки на его шее. Финн откинул голову и слегка простонал, когда девушка прикусила нежную кожу заострёнными клыками и сразу же зализала место укуса раскалённым языком, как бы извиняясь. Она поймала себя на мысли, что ей хотелось услышать этот стон снова. Внизу живота уже сладко тянуло, а исследующие её тело руки Вулфарда обжигали кожу и заставляли изнывать её от желания. Она тихо всхлипнула, когда Финн всё же взял ситуацию в свои руки и коснулся губами чуть ниже её ушка, вызывая этим шумный вдох и толпу мурашек по спине. Парень стянул с неё мешковатую футболку и слегка затуманенными от возбуждения глазами оглядел открывшийся вид. Он провёл пальцами по тонкому кружевному белью, скрывающему полную грудь, а после вновь впился в её губы с новой силой.
— Финн… — томно выдохнула она, сжимая пальцами ткань футболки на его плечах.
— Блять, — выругался он, когда Милли прогнулась в спине, словно кошка.
Браун инстинктивно двинулась на его коленях и тихо простонала оттого, что он плотно упирался в её клитор. Воздуха было предательски мало, и девушка жадно хватала его ртом. Это только возбуждало Финна ещё больше. То, как она тихо постанывала, ёрзая на нём сверху. То, как шептала его имя. То, как прогибалась в спине, выпячивая грудь, и тем самым призывала Вулфарда коснуться её губами и языком. Финн чувствовал, что от таких ласк и от такой невероятной Милли Бобби Браун, он скоро кончит прямо в трусы.
— Ты прекрасна, мой ангел, — это был не его привычный голос: он был ниже, с ноткой сладости и наслаждения.
Сейчас они принадлежали друг другу. В этом моменте, здесь и сейчас, были только они.
Финн двинулся бедрами вперёд, тем самым имитируя толчки. Милли поцеловала парня, постанывая в его рот. Он нащупал застежку её бра и резко дёрнул на себя. Отодвинувшись от её лица, Вулфард припал губами к напряженному соску, начав ласкать её грудь языком. Его язык дерзко вырисовывал неведомые узоры на её коже. Запах Милли дурманил и без того кружившуюся от ощущений голову. Его ласки всё сильнее затягивали ноющий узел внизу живота. Секс с Финном через одежду — полное безумие. Это было просто невероятно. Он такой горячий, дерзкий, желанный, нежный. Такой её.
Финн прижал её ближе крепкими руками, тем самым увеличивая давление между их телами. Наслаждение проникало в каждую клеточку её тела, вызывая внутри фейверк невероятных и таких новых для неё ощущений. Браун не выдержала: с её губ сорвался громкий стон вперемешку с его именем. Её движения слегка замедлились, но Финн не заставил себя долго ждать. Через пару секунд он точно так же, как и она, достиг желаемого.
***
Милли лежала на животе и листала ленту в Instagram на телефоне Финна. Парень отлучился ненадолго в душ, и уходя чмокнув её в лоб. Настроение Браун было на высоте. Зажав телефон Вулфарда в руках, она прошлась по комнате и остановилась рядом с небольшим книжным шкафом. Девушка принялась рассматривать книги, и когда на глаза попалась старенькая и потрёпанная книжка «Гордость и Предубеждение», она с улыбкой взяла прочитанную ей ещё в четырнадцать лет книгу, решив вновь ненадолго погрузиться в чтение этого романа.
В коридоре, прямо мимо их комнат, что-то быстро пронеслось мимо их двери, при этом громко топоча ногами, и Браун замерла, прислушиваясь. Топот ног не прекратился; он всё ближе и ближе приближался к их комнате. Девушка тихо подошла к двери и слегка трясущимися руками быстро повернула защёлку. Милли услышала, как некто открыл дверь её комнаты. Всё внутри заледенело от страха, сердце словно ударяло по рёбрам. Возможно, она слишком пугливая, и это Ноа или Калеб решили поиграть в догонялки в половину пятого утра. Услышав, что в ванной комнате больше не льётся вода, она зашла внутрь.
— Финн? — взволнованно спросила Милли, сжимая книгу холодными пальцами.
Парень обернулся, обматывая полотенце на бёдрах, и встретился с кареглазой взглядом.
— Что такое? — с чёрных волос капали прохладные капли воды.
— В коридоре кто-то есть, — понизив свой голос до шёпота, ответила девушка. — Кто-то пробежал по коридору и вошёл в мою спальню.
— Это может быть кто-то из наших?
— Вряд ли Калеб, Гейтен или Ноа решили побегать ночью по дому. Они, конечно, идиоты, но не настолько.
В коридоре вновь раздался какой-то шум, и в этот же момент телефон в её руке завибрировал от пришедшего на него сообщения.
Ноа:
«Кто только что дёрнул ручку моей спальни? Кому не спится?»
Сэди:
«Значит, не я одна проснулась от этого шума»
Гейтен:
«Ставлю 100 $ на то, что это Калеб»
Калеб:
«Молодец, ты только что проиграл 100 $, придурок»
Вулфард и Браун переглянулись, дочитав приходящие на телефон сообщения друзей. Они оба прошли к двери, и Милли прислонилась к ней ухом, чтобы понять, откуда точно доносится шум. Девушка закрыла рот рукой, в шоке посмотрев на Финна, когда услышала, что что-то шуршит прямо около их двери. Она в испуге попятилась к парню. Тот взял её за руку и, пройдя к чёрному чемодану, одним движением руки распахнул его. Недолго порывшись в вещах, он вытащил небольшой пистолет.
— Какого…? — в шоке выдохнула Милли и, рассматривая оружие в его руках, закрыла ладонью рот, присев на корточки рядом.
— Для самообороны. Кто бы там ни был, сейчас мы это узнаем.