Глава 7. Обряд
— Напомни-ка мне, зачем я сюда пошла? — устало спросила Мэйбл, вновь пытаясь раздвинуть массивные ветки высоких сосен, чтобы пройти вперёд.
— Ну... как бы ты мне предложила показать статую Билла Сайфера, а я согласился, — непринуждённо пожал плечами демон, что шёл позади шатенки. Сухие сучья и прошлогодние листья шуршали и хрустели под ногами с каждым новым шагом. — Ты хотя бы взяла фонарик или ещё что-нибудь? — вскинул бровь Билл, поднимая бледное лицо наверх и рассматривая небо, что стремительно темнело в силу уходящего солнца на горизонте.
Мэйбл резко остановилась.
— Нет, не взяла. Думаешь, нужно вернуться? — обеспокоено сказала девушка, развернувшись к блондину. В её зелёных глазах читались страх и испуг.
— Да нет, просто стоило бы подумать об этом. — Сайфер взял Пайнс за плечи и развернул лицом к чаще. — Надо было и мне вспомнить об этом, — примирительно произнёс он, немного подталкивая шатенку вперёд. Девушка послушно двинулась дальше.
— А если...
— Да всё будет нормально, — отмахнулся блондин, перебивая Мэйбл. После чего, уже шёпотом, добавил себе под нос: — скорее всего...
Они шли дальше по еле заметной тропе, плотно укрытой разными сучьями и листьями. Шатенка, что шла впереди, знала дорогу к той поляне со статуей, но идти вперёд с наступлением мрака становилось всё страшнее и страшнее. Но девушка, поборов это навязчивое чувство в себе, смело двигалась дальше.
— Мы скоро должны выйти на тропинку, и лес станет не таким глухим. — оповестила Мэйбл Сайфера, который, прожив тут уже несколько тысяч с лишним лет, совершенно не понимал, куда его ведут.
— Угу, — кивнул то ли сам себе, то ли Пайнс Билл.
Дальше они шли молча. Хоть демон и не боялся леса, мрачная и тёмная обстановка этого места нагнетала обоих, поэтому они старались идти как можно тише, будто позади них была погоня и их не должны были заметить. Как только кто-то из двоих наступал на сухую ветку или прошлогодний листок, оба дёргались, как ошпаренные.
Через некоторое время они вышли на широкую тропинку и облегчённо вздохнули.
— Сколько лет, сколько зим, — удовлетворённо сказал демон, оглядываясь. Здесь было не так темно.
Мэйбл устало легла прямо на землю, застонав. Ноги начали болеть от такого долгого передвижения по чаще, где они то и дело прыгали с одного упавшего дерева на другое. Билл же никогда не уставал, но ему изрядно надоело скакать как горная коза, поэтому он, то ли за компанию, то ли у него были свои соображения на этот счёт, лёг рядом с шатенкой.
В этом месте не было толстых веток над головой, поэтому, подняв свой взгляд вверх, можно было увидеть уже тёмное ночное небо, на котором рассыпались, как сахарная пудра на пирожном, миллиарды ярких светлых звёзд. Билл широко открыл свой единственный глаз и посмотрел на небосклон, положив свои бледные руки на живот. Сегодня не было облаков. Волшебно.
Мэйбл, лишь бросив взгляд наверх, прикрыла свои уставшие глаза. Они лежали на холодной земле, не беспокоясь, что их где-то ждут и будут искать. Никто и не думал сейчас достать телефон из кармана и проверить, не звонил ли кто-нибудь. Слишком красиво было тогда и слишком спокойно, чтобы волноваться.
Сайфер тихо лежал. Наверху шумели зелёные летние листья и ветки с иголками у сосен, редких клёнов и дубов. Он внимательно всматривался в звёзды, что где-то далеко-далеко беззвучно посмеивались и искрились на небосклоне.
«Созвездие Уильяма...» – вспомнил Билл, – «Я создал его в честь меня с братом, и назвал в честь нас же... О, Дьявол, как же давно это было!». Треугольник с бабочкой из ярких звёзд и точкой в виде глаза внимательно рассматривал блондина с небосклона. «Ну, чего тебе?» – мысленно спросил демон, – «И хватит на меня смотреть!». Но треугольник всё смотрел и смотрел, не отрывая своего маленького сияющего глаза от Сайфера. Билл поймал себя на мысли, что Уилл сейчас сидит один и непонятно чем занимается. Некое беспокойство охватило его, но пропало также быстро, как и появилось. «Он пошлёт мне мысленно знак, если что-то случиться,» – успокоил себя старший демон.
Вдруг справа от него раздалось еле слышное сопение. Кто-то ровно и непринуждённо дышал, наслаждаясь свежим лесным воздухом ночью. Билл повернулся на бок и увидел Мэйбл. Шатенка лежала на спине и счастливо улыбалась, обнимая себя руками от холода. Демон тяжело вздохнул. Будить её почему-то не хотелось.
Блондин встал, оттолкнувшись от земли руками. Сняв с себя чёрную кожаную кофту, он укрыл ей Пайнс, ведь девушка уже явно дрожала от холодного ночного ветра. Он оглянулся.
Он не знал тогда, что именно искал глазами, но когда увидел то, что ему было нужно, сразу понял. Через несколько массивных сосен дальше можно было разглядеть ровную зелёную поляну, залитую лунным светом и по форме напоминающую треугольник. Посередине, немного покосившись влево, криво стоял Билл Сайфер собственной персоной, навсегда обращённый в твёрдый тёмный камень и заросший тёплым мягким мхом.
Демон осторожно двинулся к «себе». Он пошёл по тропинке к тому месту, ведь идти оставалось недолго. Через две-три минуты он уже стоял рядом с «монументом вечной памяти», на котором, очень не кстати, сидел ворон.
— А ну! Кыш! — шикнул на птицу блондин, махая руками. Чёрный даже не пошевельнул крыльями, лишь с презрением посмотрел на Сайфера. — А ну идти восвояси от сюда, противная птица! Я тебе ещё покажу, где раки зимуют! — начал шёпотом ругаться Билл. Он боялся разбудить шатенку, что спала всего в нескольких метрах от этого места.
Ворон, кинув усмехающийся взгляд на Пайнс, с ухмылкой посмотрел на демона. Блондин как будто понял его намёк и уже округлил глаз для того, чтобы заткнуть эту несчастную птицу, но по лесу раздалось громкое карканье, которое эхом разносилось во все стороны.
— Чёртова птица! — чуть ли не закричал Билл, беря чёрного за крыло и насильно сталкивая со статуи. Ворон возмущённо каркнул и хотел было взлететь обратно, но Сайфер толкнул его снова. — Ну сейчас, ага, прям так и вернулся, — процедил блондин, взглядом победителя смотря на птицу. Ворон фыркнул и гордо улетел, хлопая своими чёрными, как уголь, крыльями.
Демон бросил осторожный взгляд на шатенку и придвинулся ближе к тому месту, чтобы её разглядеть. К счастью или нет, девушка лишь поморщилась, а после вновь как бесчувственная кукла уже лежала на земле. Билл облегчённо вздохнул.
— Хоть что-то хорошее за этот день, — буркнул себе под нос Сайфер, разворачиваясь и вновь подходя к статуе. — Ладно, начнём, — ухмыльнулся демон, доставая из кармана белый мел.
«Хах, ты на траве рисовать собрался?» — насмешливо спросил знакомый голос в голове.
«Оу, а у тебя есть другие идеи?» — закатил глаза Билл.
Уилл тактично промолчал.
Взглянув на мел в руке и на летнюю траву в лунном свете, блондин вздохнул. Всё-таки рисовать на траве мелом и правда было глупой идеей.
«Тебе нужна краска,» — снова подсказал голубоглазый.
«И желательно белая,» — добавил старший.
«Ну, и чего ты ждёшь? А, точно, твои силы же заблокировали,» — усмехнулся Уилл. Брату он осмеливался перечить и язвить только на расстоянии не менее километра, да и то только тогда, когда старший не мог быстро телепортироваться к нему.
Билл начинал злиться, сейчас больше походя на бомбу замедленного действия. Вся его настоящая демоническая сила таилась в каменном треугольнике, что стоял всего в нескольких сантиметрах от Сайфера, а он никак не мог её достать. Это ещё больше бесило блондина.
«Главное не разрушить эту статую,» — промелькнуло в голове, — «А то все старания коту под хвост! Страшно подумать, жить вечность как жалкий мешок с костями».
«Краска, краска, краска... Где взять краску?!» — Билл старательно оглядывал глазами глухой лес, как будто под одним из деревьев могла появиться банка с белой краской.
За пятнадцать минут безысходности и некого отчаяния блондин проклял каждого из семьи Пайнс по сто раз, проклял человеческое тело, людей в целом, брата, тёмный лес, деревья, звёздную ночь и себя.
«Почему ты не можешь вернуться сюда в другой раз?» — спросил Уилл, не понимая действий брата, — «Ведь сейчас это всё равно бесполезно».
В словах брата была своя логика, но Билл был бы не Биллом, если бы не продолжил стоять на своём. Может быть, именно поэтому он и не захватил это измерение в тот раз.
«Уилл!» — позвал старший.
«Ну, я весь в Вашем распоряжении» — хмыкнул голубоглазый спустя несколько секунд.
«Выполни одну просьбу,» — то ли попросил, то ли приказал блондин, — «Внуши Шестопалу и Феске, что их любимая Мэйбл крепко спит у себя в комнате».
Уилл вздохнул.
«Хорошо,» — устало ответил голубоглазый.
***
— Фух, — облегчённо вздохнул демон, опираясь о деревянную дверь. Стэнфорд и Стэнли Пайнс спокойно спали у себя в комнатах. — Чувствую себя нянькой, — буркнул Уилл, двигаясь по коридору.
Он прошёл несколько дверей, заглядывая в каждую из них.
— И зачем хранить в доме всякий хлам? — спросил сам себя голубоглазый, после того, как заглянул в кладовку. — Неужели им нужны все эти дурацкие игры? — младший с трудом вытащил из под кучи других коробок одну и смахнул с неё толстый слой пыли.
Он был слегка... озадачен.
«Играй или Умри!
Мы представляем Вам новую игру от нашей компании. Играя в неё, Вы сможете по-настоящему почувствовать себя на грани смерти.
Предупреждение: Если не хотите играть, НЕ ОТКРЫВАТЬ!!!»
— Кхм... — озадаченно кашлянул голубоглазый. — Что ж... миленько. Но я, пожалуй, оставлю это здесь. — Уилл поспешно положил квадратную коробку поверх остальных. Он уже было хотел захлопнуть дверь, но вдруг его взгляд упал на банку с густой белой жидкостью внутри.
Демон потянулся за банкой и достал её.
«Пахнет действительно как краска,» — подтвердил про себя голубоглазый.
После он окончательно захлопнул дверь в кладовую, бросив испуганный взгляд на выше упомянутую коробку с игрой «Играй или Умри».
— И... у меня есть ещё одно дельце, — сказал он, наступая на первую ступеньку скрипучей лестницы. Демон стремительно направился на чердак.
Голубоглазый робко отворил дверь, предварительно заглянув в комнату. Лунный свет падал на пол и на мебель через витражное треугольное окно, являясь единственным освещением. Было темно, но демону это, понятное дело, не мешало. Он неуверенно и тихо ступил на старые доски пола, аккуратно держа в руках банку с краской. Пройдя на середину чердака, он внимательно оглянулся. «Чёрт!» — промелькнуло у него в голове, — «Где же эта несчастная книга?».
Проведя пятнадцать минут не чердаке в тщетных поисках вышеупомянутой книги, голубоглазый стал действительно беспокоиться. Что за бред? Почему этой книги нет здесь? Он раздраженно вздохнул и с неуверенностью вышел из комнаты, аккуратно прикрыв за собой дверь.
***
— Ну и где он шастает? — недовольно спрашивал сам себя Билл, расхаживая по поляне. Каменный треугольник был единственным, кто составлял ему компанию на этот вечер. Или уже ночь. Луна освещала зелёную траву, сосны, статую и двигающегося туда-сюда Сайфера, который просто не мог стоять на месте. — Я – демон разума, который даже не может принести себя краску! — в полголоса возмущался блондин, прожигая взглядом всё, что попадалось под руку.
Вдруг позади Билла раздался щелчок. Демон развернулся и увидел своего брата с банкой краски в руках.
— Дай сюда! — вырвал из рук Уилла сосуд старший. Голубоглазый немного отшатнулся от такой резкости.
— Спасибо, Уилл, ты такой хороший брат, — пробубнил себе под нос голубоглазый, нахмурившись.
— Ладно, спасибо тебе... Доволен? — процедил Билл, закатывая глаза.
— Что-что? Билл Сайфер сказал «спасибо»?!? К такому жизнь меня не готовила, — наигранно покачал головой и цокнул языком голубоглазый. Но на самом деле младший был действительно очень удивлён.
Блондин подошёл к статуе и присел на корточки, чтобы уже нарисовать круг, но вдруг до него дошло.
— А рисовать я пальцем буду?!? — почти зарычал старший, зло разворачиваясь к брату.
Уилл дрожащими от испуга руками поспешно протянул Биллу коричневую кисточку.
— Мерси, — буркнул последний, принимая предмет из рук демона.
Спустя пять минут круг был полностью готов. Блондин вынул из кармана несколько восковых свечей. Уилл в то время успел усыпить шатенку так, чтобы она не смогла встать да утра. Что-то ему подсказывало, что это очень пригодиться.
Блондин поставил по краям круга пять свечей на равном расстоянии друг от друга и зажёг их. Вынув из кармана какую-то старую, пожелтевшую от времени бумажку, он разгладил её и прокашлялся, поднесся кулак в чёрной перчатке ко рту. Старший был в нетерпении, его глаза загорелись былым азартом.
— O daemon, redde mihi meum, vera caro, fortitudo et potentia.*— по лесу пронеслась золотистая волна, несущая в себе магические силы. Глаз Билла лишился вертикального чёрного зрачка и засветился ярким светом.
— Aeternitas. Realitas. Universum. Aurum. Insania. Dolor. Sanguis. Mors. Iuro.* — Бесчувственный глаз статуи засветился в ответ, а по твёрдому камню пошли извилистые трещины. Подул сильный ледяной ветер, но пламя свечей даже не шелохнулось. Круг, нарисованный белой краской, загорелся синим неестественным огнём, на небе сгущались серые хмурые тучи.
Раздался жуткий непреклонный смех, отдающий металлом. Белая ломанная полоса молнии разрезала тёмное небо на две части. От звёзд и спокойствия не осталось и следа.
— Свершилось! — захохотал чей-то голос из-за стены сине-голубого огня. Уилл попытался прищуриться и увидеть хотя бы что-то, но в этом случае в глаза попадали какие-то сучки и листья. Голубоглазому становилось не по себе.
Жёлтый светящийся треугольник парил в нескольких сантиметрах над землёй, с гордостью и неимоверным счастьем, как тогда думал Билл, смотря на свои руки и тело.
— Осталось только одно, — прошептал Сайфер, — завоевать её доверие окончательно и заставить очень сильно оступиться.
После лес захлебнулся в раскатах грома и безумного громкого смеха, доносившегося с треугольной поляны.
7 звёзд – продолжение
* (лат.) О, демон, верни мне мою истинную плоть, силу и мощь
** (лат.) Вечность. Реальность. Вселенная. Золото. Безумие. Боль. Кровь. Смерть. Клянусь