Elizabeth error [H.S.]

Когда я узнала все подробности прошлого, которые мне рассказал Гарри, я была шокирована. Я поражаюсь его стойкости и силе духа, потому что любой другой сломался бы на его месте. Бесспорно, я тронута тем, что он рассказал это именно мне, но это ничего не меняет. Мне надоело, что в наших странных взаимоотношениях всегда так. Гарольд накосячит, извинится, потом снова накосячит. Это как замкнутый круг. И я устала от этого. Он не входит в мою жизнь полноценно, как любимый парень, но и не собирается выходить, тем самым не позволяя мне завести новые отношения. Этот человек просто стоит на пороге, даже не думая делать шаг вперед, или назад.

В тот вечер, он вновь поехал к своей невесте, но на прощание поцеловал меня и сказал, что любит меня. Это ведь стало нормальным, что люди признаются в любви одним, а встречаются с другими. И меня волнует только один вопрос: зачем они тратят свою жизнь на нелюбимых?

Конечно, Гарри продолжает мне звонить, мы часто видимся на работе, иногда я приезжаю к ним в гости, но это всё не то. Если рядом его несравненная болонка, то я не могу даже обнять парня, так как слышится визг бешеной свиньи. Она говорит, что совсем скоро она забеременеет, и тогда Гарольд точно женится на ней. Но сейчас у них, почему-то, не получается завести ребенка. И не будь я подругой Дженнифер, я бы не знала такие потрясающие подробности. Просто её братец не хочет беременности и подмешивает своей невесте противозачаточные. На самом деле, с его стороны это очень подло, но если он решил таким образом разобраться с Кейси, то ладно. Мне даже смешно от этого. Эта дамочка всё никак не поймёт, почему же у неё не получается забеременеть, если они не предохраняются.

На самом деле, это просто карма. Таким как она противопоказано плодиться, потому что мир не выдержит потомка этой идиотки. Ох, нет, она милая, кажется умной, но всё равно идиотка. Ладно, я просто предвзято к ней отношусь. Хей, я имею на это полное право. Она помолвлена с тем, кого я люблю. Он тоже меня любит, да, но он просто придурок, который не может ничего понять.

Гарри хочет угодить всем, не причиняя при этом никому боли, но не понимает, что он делает больно только мне. С самых первых минут нашего знакомства, он стал моим героем. И достаточно было взглянуть в его ярко-зеленые глаза, что горят, словно два изумруда, чтобы понять искренность его слов и действий. Может, Гарольд и является для меня тайной, что находится за семью печатями, но иногда я могу понять его эмоции.

— Так, красотка, ты едешь с нами в клуб. Это решение обжалованию не подлежит, - ко мне в кабинет проходит Дженнифер, ставя передо мной стакан с кофе, откуда доносится, еле уловимый запах корицы.

Я говорила уже, что эта девушка замечательная? Скажу снова.  Она знает обо мне всё до мелочей. Я — раскрытая книга для этой семьи, которым прекрасно известны мои повадки и желания. Но если дело касается Гарри, то я никак не могу его прочесть. Да, порой я могу ощущать то, что он чувствует, но во всё остальное время этого не происходит.

— Ты прости, но у меня нет особого желания вновь наблюдать за этой Кейси. Она уничтожает меня морально, - говорю это подруге, нажимая кнопку печати.

Принтер мгновенно реагирует и, приветливо мигнув лампочкой, начинает выводить документы о продажах.

— А ты не обращай внимания. Даю слово, что тебя никто не посмеет обидеть. Мой братец уже предупреждён, но я уверена, что он и сам не захочет. Ладно, детка, мне пора бежать, а то Гарри прибьёт меня. Мы отвезём тебя.

Девушка подмигивает мне правым глазом, а по её лицу расползается знакомая ухмылка. Думаю, это у них семейное.

Провожаю подругу взглядом, когда хватаю документы, чтобы поставить на них печати, да и просто проверить ещё раз. Да, работы у меня сейчас намного больше, так как Гарри еще не нашел начальника в мой отдел.

С тех пор как уволился Тайлер, то чуть ли не я ответственна за весь отдел. Да, мне помогают, но обязанностей меньше не становится. И честно, это даже хорошо.

Конечно, я устаю, потому что засиживаюсь на работе допоздна. Каждый вечер я страдаю от головной боли, из-за того, что долго сижу за компьютером. Я не успеваю даже поесть, потому что каждый раз, с каким-нибудь грёбаным антивирусом случаются неполадки. Нет, я не чиню, но я потом пишу километровые отчеты, расписывая каждую чертову деталь. Утомляет.

Однако сейчас моя грудная клетка не горит огнем, мой разум не бьется в агонии, и слёзы не стекают по щекам, потому что я страдаю от одиночества. У меня просто нет на это времени. Кто-то сказал, что нужно наслаждаться одиночеством, но это чертовски сложно. Всю свою жизнь я боялась остаться одна, но и бежала от самой себя. Я хотела угодить каждому, не задумываясь о своих желаниях. Всегда строила из себя ту, которой не являлась. Я должна была быть милой и податливой; сильной и уверенной в себе, чтобы со мной хотели общаться. Но на деле я маленькая девочка, которая очень слабая. Я безумно люблю язвить, мои шутки странные, потому что я могу ими обидеть, и характер у меня точно не ангельский. Порой мне кажется, что я просто дитя Сатаны, и именно поэтому мне сложно найти общий язык.

Так и было.

Встретив Гарри, я сразу поняла, что это именно тот мужчина, которого я искала. С ним я могу быть собой, не боясь, что меня не так поймут. Он видел мои нервные срывы; видел, каким я становлюсь ребёнком, когда нахожусь с его сестрой; и видел, какой я могу быть злой, если у меня плохое настроение.

Звонок рабочего телефона, заставляет меня вынырнуть из собственных мыслей, когда я поднимаю трубку и говорю заученный текст:

— Добрый день, отдел антивирусов, меня зовут Элизабет, чем я могу вам помочь?

На той стороне слышится смешок, когда я замечаю, что мне звонят по внутренней связи. Ну да, белый и черный цвета так легко спутать. Вот только я не дальтоник. Я просто устала.

— Вау, кто-то заработался, - хихикает парень, после чего я закатываю глаза, — мисс Чейз, отчеты готовы?

Бросаю взгляд на кипу документов и киваю. Молодец, он точно увидит.

— Да, мистер Стайлс, всё готово и ждёт вашей подписи, - отвечаю ему.

Мужчина просит, чтобы я их принесла, а затем сбрасывает. Кладу трубку на рычаг и наклоняюсь, чтобы втиснуть свои ступни в неудобные лодочки. Боль в ногах вновь даёт о себе знать, но я не могу сейчас жалеть себя, так как вынуждена идти к большому начальнику.

Хватаю со стола стопку бумаги, когда выхожу из офиса, направляясь к лифтам. Во мне увеличивается нервозность, когда я понимаю, что буду с ним наедине. Ещё ни разу не было такой возможности, потому что тогда ему и не нужны были отчеты. У меня начинают трястись руки, и я делаю глубокий вдох, когда останавливаюсь на нужном этаже.

Прохожу вглубь коридора, когда чувствую на себе мягкий взгляд своей подруги. Девушка ободрительно улыбается мне, многозначительно, подмигивая. Ладно, она неисправима. Я даже знаю её мысли. И они отнюдь не приличные. Чего греха таить, у меня тоже есть такие мысли, когда я желаю касаться руками его тела, а потом целовать так долго, пока не кончится воздух. Но я не могу. Никто не может. Никто не сможет так делать с тем, кто ему не принадлежит, с кем не связан даже дружескими отношениями. Да, есть рабочие, но они явно для других целей.

— Ты же не против этого? Ну, я просто...

Мне приходится заткнуть его, притягивая к себе за поцелуем. Плевать на всё.

— Я хоть раз отказывала тебе в этом? – тихо стону, когда чувствую его пальцы рядом со своими трусиками.

Гарри припадает губами к моей груди, когда его палец минует кружевную ткань, оказываясь в самом чувствительном для меня месте. Я должна его остановить, потому что больше не могу ему это позволять. Он снова уйдёт к своей невесте, бросив меня. Но хочу ли я прерывать этот сладострастный контакт с его губами и длинными пальцами, которые вырывают из меня стоны один за другим?

Мои руки уже тянутся к пряжке его ремня, когда слышится по всему кабинету голос Дженнифер.

— Братик, звонили с охраны и сказали, что к тебе прорывается Кейси. Но ты же знаешь, что они не смогут с ней справиться.

Клянусь, я слышу, как он бормочет «чертова идиотка», прежде чем нажимает кнопку на внутреннем телефоне.

— Дженн, задержи её, - просит он, оставляя страстный, но короткий поцелуй на моих губах.

— И как мне это сделать? Я могу только лифт сломать.

Гарольд рычит от злости, когда убирает свою руку от моих трусиков, поправляя юбку, что задралась от этого контакта.

— Боже, мне плевать, что это будет. Только, пожалуйста, задержи её.

Кое-как поднимаюсь, пытаясь застегнуть свою рубашку, но мужчина держит мои запястья, не позволяя мне этого сделать.

— Ладно, братик, но у вас есть всего пара минут, - вздыхает Дженн, когда связь прерывается.

Стайлс вновь припадает к моей груди, проводя по ней языком, и только потом отстраняется, довольно ловко справляясь с пуговицами.

Заправляю блузку в свою узкую юбку, прежде чем подхожу к дивану и опускаюсь на него, чувствуя, как всё тело горит от желания. Это просто бесчеловечно.

— Малыш, прости. Я постараюсь от неё быстро избавиться...

Гарри подходит ближе ко мне, как дверь в кабинет распахивается и в него влетает разъяренная рыжеволосая девица.

Смотрите-ка, ведьма примчалась на своём помеле.

— Тупые охранники, тупое здание и тупые лифты! Какой-то придурок на вашем этаже занял весь лифт, и мне пришлось подниматься пешком! Так что теперь тебе придётся расслабить меня.

Я еле сдерживаю смешок, когда догадываюсь, что Дженн могла сделать с бедным лифтом.

Просматриваю документ, после чего спокойный голос Гарри практически бьет по моему слуху. Он стоит слишком близко.

— Ну, ты зря поднималась. Неспроста ведь тебя охрана пыталась задержать, потому что я сейчас работаю.

В этот момент Кейси смотрит на меня, и я вижу, что она готова закричать на всё здание.

— Ты опять с ней!!! А чем вы тут занимаетесь?!

Действуя совершенно на автомате, я очень грубо отвечаю девице, но даже не испытываю чувства вины.

— Сексом, не видишь?

Гарри хихикает, но быстро выдаёт это за кашель, даже не думая сказать мне что-либо.

— Ладно, я тебя люблю, милый. Всё равно мы вечером поедем в клуб, и тогда поговорим.

Девушка говорит это, слегка поджав губы, после чего целует своего жениха и выходит из кабинета, громко стуча своими шпильками.

Ладно, она когда-нибудь доведет меня до бешенства. Как можно быть такой раздражающей? Всегда думала, что это я невыносимая, потому что люблю доставать людей, но не до такой же степени.

— Я должен начать переживать, потому что ты прочитала мои мысли? Просто я хотел сказать ей то же самое. Хотя если бы не она, мы бы действительно занялись этим. И знаешь, я бы не жалел.

С этими словами, мужчина оставляет быстрый поцелуй на моих губах, прежде чем продолжает, забирая из моих рук документы.

— Лиз, прости, что никак не найду никого на место Тайлера. Чувствую себя последней сволочью, что не помогал тебе, пока ты работала в три раза больше. Я сам буду заниматься этими отчетами.

Вздохнув, я всё же киваю, после чего встаю с дивана, направляясь к двери.

Гарольд тепло мне улыбается, провожая взглядом.

Я путаюсь в своих мыслях, и просто не знаю, как с этим справиться. Как всё дошло до этого? Почему он делает всё таким сложным? Если уже сказал «люблю», так борись за это, и не позволяй кому-либо сомневаться в твоих чувствах. Это жалкое слово обесценилось, но я знаю, что он действительно это чувствует. Все его поступки, буквально кричат об этом. Но я так больше не могу. Может, мне просто нужно влюбиться в другого парня, чтобы я не хотела вскрывать себе вены из-за сокрушительной боли?

______________
Очень сильно сомневаюсь, что здесь кто-то ещё остался из моих читателей, и мне очень жаль, что меня так долго не было. Всё дело в фантазии, которая иссякла; в моей вечной депрессии; и просто лени.
В каждую главу я вкладываю душу, поэтому сложно быстро написать.

Но если кто-то и остался: дайте мне об этом знать, пожалуйста.

Ваша Юлька.