Пусанина

Посмотри… Юнги стоял около дверей спортивного зала, в котором сейчас раздавались тихие шорохи легких ног. Чимин делал растяжку. Пока была большая перемена и все обедали в столовой, он пропустил обед, чтобы самостоятельно разогреть мышцы перед физкультурой. — И что? — хмыкнул Гук. — Я тоже так могу. — В этом я сомневаюсь… — пробормотал Юнги, когда Чимин сел на идеальный поперечный шпагат и коснулся животом пола. На нем были тренировочные джоггеры, огромных размеров футболка, доходящая до середины бедра, и кроссовки.
Вообще, Юнги уже вторую неделю подряд наблюдал за Пусаниной, пытаясь вычислить, он ли это на самом деле или не он. Может, у него был брат идеально-охуенно-красивый близнец, которого он прятал от чужих глаз, боясь, что если про него узнают, то Чимин на его фоне будет выглядеть еще ужаснее? Этот вариант казался Юнги более реальным, чем если бы Пусанина сам стал… таким. При виде него у Мина в голове теперь боролись две личности: одна всё время твердила, что нужно проучить Пусанину за тот случай в коридоре и набить его нахальное личико, а другая с замиранием сердца любовалась тем, как он, нагнувшись, дотягивался до пола ладонями, а затем, обхватывая ноги руками, утыкался лбом в колени. И какую из этих двух личностей слушать, он пока не знал. Прозвенел звонок, и Юнги мигом скрылся со своей наблюдательной точки. Через пару минут народ стал подтягиваться в раздевалки и уже скоро зал заполнили ученики трех параллельных классов в спортивной форме — физкультура всегда проходила у всех классов одновременно, если только не нужно было сдавать нормативы, тогда классы разделяли. Начался урок. Учитель двадцать минут гонял учеников по залу на разминке и раздавал указания «поднять руки — опустить руки — раз, два, три, четыре», однако Юнги учителя особо не слушал, потому что его взгляд был прикован к Пусанине — тот бежал грациозно и легко, как будто не имел веса, и Юнги не отрываясь пялился на него. Он и сам не мог понять, почему пялится — потому что хочет налететь на него и сбить с ног по старому обычаю, или потому что его высветленные волосы подпрыгивали в такт с бегом, и так и хочется их взъерошить? «Что за хрень?..» — подумал он про себя, после чего себе же мысленно треснул по лицу. «Очнись, это же Пусанина!» Дальше по программе урока шел баскетбол. Учеников разделили на четыре команды и устроили соревнования — две команды на первый раунд игры, две — на следующий. Чимин был в команде-противнике Юнги. Игра шла хорошо, команды вели равный счет, и когда Мин уже практически забросил мяч в кольцо команды Чимина, тот подпрыгнул, блокируя его, но Юнги успел оттолкнуть его, и причем достаточно сильно. Он попал в кольцо, а Чимин отлетел на пол. — Ай!.. — раздался тихий вскрик, но его заглушили победные вопли Юнги и его команды, потому что он вырвал для них победу со счетом 26:24. И никто не обращал внимания на Чимина, схватившегося за лодыжку и сидящего на полу в куче столпившегося вокруг Юнги народа, кроме самого Юнги. «Он что, ногу подвернул? Из-за того, что я его толкнул?» Но эти обеспокоенные мысли моментально развеялись, когда Гук и Намджун подняли его на руки, как победителя, потому что он заработал для всей команды пятерки по физкультуре и освобождение от сдачи нормативов на следующей неделе. К Чимину подошел физрук, спросил о его самочувствии, но Чимин сказал, что всё в порядке, он просто неправильно приземлился. Физрук помог ему подняться и затем распустил всех, потому что урок уже закончился, и Чимин поплелся в раздевалку, пытаясь игнорировать острую боль в лодыжке, когда наступал на нее. Юнги и вся его команда также пошли переодеваться, причем все хотели сделать это как можно быстрее, так как физкультура шла последним уроком, и все спешили поскорее вернуться домой. Кроме Чимина. Спустя несколько минут все покинули раздевалку, и только Юнги и его дружки сейчас находились в ней вместе с Чимином. Пак думал, что они остались не просто так, и что сейчас его ждет что-нибудь из обычного репертуара Юнги: словесные оскорбления, высмеивание, возможно пара ударов в живот и под коленкой, и так, чтоб побольнее, ну, а потом он угомонится и свалит, оставив его наконец в покое. — Идите пока, — кивнул Юнги Гуку и Джуну. — Я скоро подойду. — Ясно, — засмеялись они в ответ, понимая, что Юнги хотел остаться с Пусаниной «наедине». Они, всё еще хмыкая, собрали свои вещи и вышли из раздевалки, оставив Чимина на волю своего негласного лидера. — Эй, Пусанина, домой не собираешься что ли? — спросил Юнги, упершись рукой в стену за Чимином и склонившись над ним, закрывая собой свет и бросая тень на его хмурое лицо. — Давай уже, бей, и побыстрее, если можно… — проговорил Чимин, зажмурившись и вжав голову в плечи. Юнги как-то странно почувствовал себя после его слов. Он и не собирался, в принципе, его бить, он просто спросил, не собирается ли тот домой, вот и все. — Дай посмотрю, — сказал он, усаживаясь напротив него на лавочку и протягивая руки к покрасневшей и немного отекшей лодыжке. — Эй, т-ты что делаешь? — возмутился Чимин, когда Юнги принялся ощупывать его ногу. — Издеваешься, да? — У тебя растяжение голеностопа, — проговорил Юнги, цокнув языком, и тяжело вздохнул. «Домой он сам не доберется…» Мин достал телефон и быстро напечатал сообщение Джуну.

@yoonG Я тут надолго, пиздуйте по домам, вечером на хате у меня, как обычно

Затем убрал телефон и повернулся к Чимину. — Давай, переодевайся, — сказал он, скрестив руки на груди и облокотившись о стену. — Слушай, если хочешь избить меня — то давай быстрее, не тяни кота за яйца, мне еще домой идти… — Я не собираюсь бить тебя, идиотина. Переодевайся, домой тебя отведу, ты ж сам не допрешь, хромоножка. — Очень смешно, — сощурившись, буркнул Чимин. — Хорошая шутка. Ну? Всё? Закончил шутить? Уже можно ждать пощечину? — Расслабься, Пусанина, сегодня я тебя бить не собираюсь. Серьезно. — Ага, охотно верю… — проворчал Пак и принялся переодеваться, стараясь не обращать внимание на сверлящего его взглядом Юнги. Он снял с себя футболку, тренировочные штаны, оставшись в одних боксерах, а Юнги тупо замер и уставился на его фигуру. «Да, это был пресс…» — подумал он, когда его взору предстала необычно худощавая фигура со слегка накачанным торсом и шестью кубиками на животе. «Нихуясе…» — Ты когда успел стать таким? — криво ухмыляясь, спросил Юнги, скользя взглядом по его коже, подернутой едва заметным загаром. Чимин ничего не ответил, продолжая переодеваться. Он натянул джинсы, рубашку и школьный пиджак — в их школе на одежду особо внимания не обращали, главное, чтобы на учениках были надеты жилетка или пиджак с нашивкой символики их школы. Затем он встал со скамейки, накинул рюкзак на плечи и двинулся к выходу из раздевалки, почти что прыгая на одной ноге. — Я же говорю, ты хромоножка, Пусанина. Самая натуральная хромоножка, выглядишь жалко, — посмеиваясь, проговорил Юнги и подлетел к нему под бок, закидывая его руку себе на плечо и обхватив за талию. — Что ты?.. — Рот закрой и пиздуй вперёд. А то ты так и за три часа домой не допрыгаешь. Все ученики уже разошлись по домам, поэтому никто не засек того факта, что Юнги собственноручно помогал Пусанине идти, позволяя опереться на себя. Но все-таки охранник на выходе из здания школы как-то странно проводил их парочку взглядом, потому что знал, что Юнги постоянно дразнил и избивал Чимина, когда тот учился у них полгода назад. Да, охранник прекрасно помнил этих двоих, у которых и дня не проходило без драки. — Тебе куда? — спросил Юнги, когда они вышли за территорию школы. — Зачем ты это делаешь, а? — спросил Чимин, вырываясь из рук Юнги. — Поиграть захотелось, да? Отпусти меня, сам дойду… — Да ты, блять! Я просто помочь хочу, а ты… — Ага, помочь, конечно, — прошипел Чимин. — Знаю я твое «помочь». Это типа как тогда в столовой, ты мне «помог» донести поднос, а потом опрокинул его на меня. Спасибо. Я сам как-нибудь. Мне нахрен не сдалась твоя «помощь». Скорее, ты меня под машину толкнешь, пока будешь вести до дома. Нет уж, я пока еще пожить хочу. И на этом Чимин вырвался из его хватки и медленно, стараясь почти не наступать на ногу, двинул в сторону автобусной остановки. — Пусанина, блять! Ты себе же хуже делаешь! — сказал ему вслед Юнги, но не решаясь идти за ним и навязывать свою помощь. «Я предложил, а этот дебил отказался! Ну и срать! Пусть ковыляет себе, ему же хуже!»
И развернувшись, пошел в противоположную сторону, направляясь к себе домой. Выпускной год явно обещал быть странным, потому что что-то странное случилось с его Пусаниной, из-за чего и Юнги изменился — теперь руки у него чесались не ударить его, а ударить того, кто его ударит. «Что за хрень?» — в который раз спросил себя Мин. Потому что Пусанина снова его отшил, дал, можно сказать, отпор, хотя Юнги в этот раз даже не собирался бить или издеваться над ним. Просто помочь… А он огрызается… Чимин, тихонько плетясь домой, сжимал руки в кулаки и стискивал зубы, и не только потому, что болела нога, но и потому что вспоминал всё, что делал ему Юнги — бил, обзывался, издевался, выставлял дураком при всем классе, устраивал засады в туалете, портил учебники и тетради, один раз даже подсунул дохлую крысу в рюкзак… От этого воспоминания у Чимина чуть не сработал рвотный рефлекс, когда память услужливо напомнила запах дохлятины из сумки, после чего ему пришлось выбросить свой рюкзак и купить новый. И именно поэтому поведение Юнги сейчас казалось ему чересчур подозрительным, и Чимин действительно ждал чего угодно от него — что тот нарочно толкнет его куда-нибудь в канаву или под машину. А кто знает?.. Придя домой, он сразу достал из морозилки замороженную фасоль и поплелся в комнату, сел на кровать и приложил к ноге холодную упаковку. Сразу стало легче. «И с чего вдруг его так забеспокоило мое состояние? Слишком подозрительно, надо быть с ним осторожнее…» Юнги, тем временем, зашел в магазин за пивом, попутно все еще думая о Пусанине и вспоминая его, ковыляющего по мокрой от дождя дороге к остановке. И жалко его было, и в то же время нет, потому что он отшил (отшил, да!) Юнги, когда тот без какой-либо задней мысли просто хотел помочь ему дойти домой, чтобы он не теребил ногу лишний раз и не усугублял травму. «Дурак… Теперь заживать дольше будет. Хотя, мне поебать, пусть мучается. Не я его побью, так он сам себя замучает…» И с этими мыслями он двинул домой, чтобы по-быстрому закончить домашнее задание и собраться вместе с Чонгуком и Намджуном — они давно хотели посмотреть вместе «Мачо и ботан», так что Юнги некогда было думать о Пусанине. Некогда. У него и своих дел полно. И все-таки… На середине фильма он не выдержал и написал ему в какао-толк сообщение:

@yoonG Ты как, Пусанина? Доковылял?

Чимин, когда получил от него сообщение, немного опешил. С чего бы ему волноваться о его здоровье? Он хотел проигнорировать сообщение, но потом все-таки решил ответить. @jimin1310 Доковылял, а что? Надеялся, что нет?

@yoonG Не дерзи блять, я просто спросил. А вообще — иди нахуй, я просто помочь хотел, серьезно. Придурок…

@jimin1310 Ой, да, конечно…

@yoonG Ой, всё, завались

И Юнги вышел из чата, выключив телефон и возвращаясь к просмотру фильма. Гук с Джуном ржали над тем, как обдолбанный Дженко слал «в жопу науку», а Шмидт дрочил на эстафетную палку при всём стадионе, так и не завершив эстафету. Вскоре Юнги снова втянулся в сюжет, позабыв о своих беспокойных мыслях о Пусанине. В конце концов, кто он для него? Мальчик для битья, вот кто. И, наверное, надо бы Юнги напомнить себе об этом. Завтра.