Глава 19
***
Следующее утро началось не с госпожи Ю.
Тэхён проснулся от того, что дверь открылась без стука. Он привык к этому звуку за последние дни - щелчок замка, скрип петли, шаги. Но сегодня шагов было больше обычного. И они были тяжелее.
Он сел на кровати, протирая глаза, и замер.
В комнату вошёл Чонгук.
Следом за ним двое охранников, которые внесли небольшой столик и два стула. Потом госпожа Ю с подносом, на котором дымилась еда. Ещё один человек тащил кофейник и чашки.
- Что это? - спросил Тэхён, не веря своим глазам. Голос был хриплым со сна, но в нём уже просыпалась привычная настороженность.
Чонгук не ответил. Он подождал, пока слуги расставят всё, кивнул охранникам, и те вышли. В комнате остались только они двое - Альфа и Омега, тюремщик и пленник, и столик с завтраком на двоих.
- Я решил, что мы будем завтракать вместе, если не случится важных дел, незапланированных, то и обедать и ужинать, тоже будем вместе. - сказал Чонгук. Он сел на один из стульев, жестом приглашая Тэхёна занять второй. - Каждое утро.
Тэхён не двинулся.
- Ты с ума сошёл, - сказал он.
- Возможно, - Чонгук взял кофейник, налил себе чёрный кофе, потом не спрашивая налил вторую чашку. Поставил напротив пустого стула. - Но это не отменяет моего решения. Завтракаем вместе.
- Ты не умеешь «просто завтракать». - Тэхён скрестил руки на груди, откинулся на спинку кровати. - Каждое твоё «просто» - это очередная клетка. Просто кушать? Или просто попытка меня сломать? Просто контроль? Просто очередное унижение?
Чонгук молчал. Смотрел на Тэхёна - на его спутанные волосы, на круги под глазами, на царапины на руках, которые ещё не зажили после вчерашнего. Смотрел и молчал так долго, что Тэхён начал чувствовать себя неуютно.
- Я не буду есть с тобой, - сказал Тэхён, отводя взгляд.
- Будешь, - спокойно ответил Чонгук. - Ты вчера поел. Сегодня тоже поешь. Еда на столе. Я не заставляю, я предлагаю. Выбор за тобой.
- А если я откажусь?
- Тогда я буду сидеть здесь, пока ты не передумаешь. У меня есть время. У меня всегда есть время для тебя.
- Это шантаж.
- Это терпение. - Чонгук отпил кофе, поставил чашку на стол. - Садись, Тэхён. Еда остынет. Госпожа Ю очень старалась. Она расстроится, если ты не попробуешь её блинчики.
Тэхён смотрел на него, на этот дурацкий завтрак на двоих, на чашки с кофе - одну чёрную, для монстра, вторую, с молоком - для него. Госпожа Ю знала, что он пьёт кофе с молоком. Госпожа Ю, чёрт возьми, знала о нём больше, чем он хотел бы.
- Ты думаешь, это сработает? - спросил он, не двигаясь с места. - Ты думаешь, если будешь есть со мной каждый день, я вдруг увижу в тебе человека? Полюблю? Прощу?
- Нет, - Чонгук покачал головой. - Я не настолько наивен.
- Тогда зачем?
Чонгук помолчал. Пальцы его медленно вращали чашку, и Тэхён заметил, как дрожит его рука едва заметно, но дрожит. Впервые он видел Чонгука нервным. Не ледяным, не каменным, не пустым. Нервным. Живым.
- Потому что я не хочу, чтобы ты ел один, - сказал Чонгук. Голос его был тихим, почти беззвучным. - Потому что мне надоело сидеть в пустой столовой и думать о том, ненавидишь ли еду, который ты ешь. Потому что если ты будешь видеть меня каждое утро - может быть, однажды ты перестанешь видеть во мне только монстра. И увидишь человека, который просто... который просто хочет быть рядом.
- Ты не умеешь «просто быть рядом», - повторил Тэхён, но в голосе уже не было прежней жёсткости.
- Научусь, - сказал Чонгук. - Садись.
И Тэхён сел.
Не потому, что хотел. Не потому, что простил. Не потому, что поверил. А потому, что устал бороться с каждой мелочью. Потому что внутри была пустота, которую нужно было чем-то заполнить. И потому, что блинчики госпожи Ю пахли так, как пах дом тот, старый, в котором он был счастлив.
Он взял ложку, зачерпнул рис, положил в рот. Еда снова была безвкусной, но он жевал, глотал, делал глоток кофе с молоком, сладкий, почти приторный.
Чонгук не говорил ни слова. Он просто сидел напротив, пил свой чёрный кофе и смотрел на Тэхёна. Смотрел так, будто тот был единственным в мире, что имело значение.
- Не смотри на меня, когда я ем, - буркнул Тэхён, не поднимая глаз.
- Хорошо, - Чонгук перевёл взгляд в окно.
В комнате повисла тишина. Не враждебная - странная. Неловкая. Почти бытовая. Двое мужчин завтракают в одной комнате. Один в пижаме, с содранными руками и синяками под глазами. Второй в идеальном костюме, с идеальной осанкой и пустотой внутри.
Так прошло пятнадцать минут.
Тэхён съел почти всё. Оставил только половину риса - не лезло. Чонгук не заставлял доедать. Дождался, пока Тэхён отодвинет тарелку, и только потом нажал кнопку вызова на стене.
- Уберите, - сказал он вошедшей госпоже Ю. - И приготовьте обед. Я буду обедать здесь же.
- Хорошо, господин.
Госпожа Ю забрала поднос, собрала чашки, вышла. Дверь закрылась, но Чонгук не торопился уходить.
- Ты можешь идти, - сказал Тэхён. - Завтрак окончен.
- Могу, - согласился Чонгук. - Но не хочу.
- Чего ты хочешь?
- Посидеть с тобой. Ещё немного.
Тэхён усмехнулся - криво, устало.
- Ты странный, - сказал он. - Ты держишь меня в клетке, кормишь, как питомца, выводишь гулять на поводке. А потом сидишь и смотришь на меня, как влюблённый щенок. Это ненормально.
- Я знаю, - Чонгук опустил взгляд. - Ты думаешь, я не понимаю, что ненормален? Понимаю. Но ничего не могу с собой поделать. Ты - это ты. А я - это я. И моя любовь - это клетка. Другой я не умею.
- Тогда научись, - сказал Тэхён, возвращая Чонгуку его же слова. - Я тоже не умел ненавидеть правильно. Но научился. Всему можно научиться.
Чонгук посмотрел на него. Долго. Изучающе. С надеждой, которую пытался скрыть.
- Ты прав, - сказал он. - Всему можно научиться. Поэтому я буду завтракать с тобой. Обедать. Ужинать. Гулять. Разговаривать. И, может быть, однажды ты увидишь во мне не клетку, а человека, который просто... который просто не знает другого способа быть рядом.
Тэхён не ответил.
Он отвернулся к окну, где за стеклом начинался новый день. Солнце поднималось над садом, золотило верхушки деревьев, играло в каплях росы на газоне.
- Уходи, - сказал он.
- Я уйду. - Чонгук поднялся. - Но завтра я приду снова. И послезавтра. И через неделю. Каждый день.
- Знаю, - тихо сказал Тэхён. - Ты упрямый.
- Это ты упрямый, - Чонгук направился к двери, но на пороге остановился. - Тэхён.
- Что?
- Спасибо. Что поел. Что сел со мной. Хотя бы через силу.
Тэхён не ответил. Услышал только, как закрылась дверь. Как щёлкнул замок. Как стихли шаги в коридоре.
Он остался один. Смотрел на пустой стул напротив, на чашку, из которой Чонгук пил кофе - чёрный, без сахара, горький, как сам Альфа. И думал.
О том, что сегодня он сделал шаг. Не в сторону примирения - нет. В сторону выживания. Он поел не потому, что его заставляли. Он сел за стол не потому, что подчинился. Он сделал это потому, что выбрал - сам.
И это было странное, почти забытое чувство - делать выбор.
Даже если выбор был между двумя клетками. Между голодом и едой в компании врага. Между одиночеством и присутствием того, кто разрушил его жизнь.
Тэхён закрыл глаза и прислонился лбом к холодному стеклу.
- Что ты делаешь со мной, Чон Чонгук? - прошептал он. - И что я делаю с собой?
Солнце поднималось выше. За окном пели птицы - живые, свободные, не знающие, что такое клетка. Тэхён слушал их пение и завидовал белой завистью - той, от которой не больно, а только грустно.
Он не знал, что за дверью, прислонившись спиной к стене, стоял Чонгук. Слушал тишину. И молился впервые за двадцать лет - о том, чтобы у него получилось.
Не сломать. Не подчинить. А просто быть рядом.
Даже если для этого придётся каждое утро садиться напротив человека, который его ненавидит, и смотреть, как тот ест, не поднимая глаз.
---
Через час Тэхёна выпустили во двор.
Начальник Мин был на месте - хмурый, настороженный, с рукой на кобуре. Охрану усилили - Тэхён заметил двоих новых людей по периметру.
- Можно мне просто посидеть на траве? - спросил Тэхён, выходя на газон.
Начальник Мин кивнул.
Тэхён опустился на землю, прямо в росу, не обращая внимания на влагу. Сорвал травинку, поднёс к носу - запах был свежим, зелёным, почти пьянящим. Он закрыл глаза, вдыхая этот запах, и думал о том, что сказал Чимин.
«Если хочешь выжить в этом доме ты должен понять, с кем имеешь дело».
Тэхён открыл глаза. Посмотрел на забор - высокий. На камеры - чёрные глазницы, которые следили за каждым его движением. На охранников - безликих теней, которые ждали, когда он сорвётся.
- Я понял, с кем имею дело, - прошептал он. - Теперь вопрос - что с этим делать.
Он сорвал ещё одну травинку, сплёл её с первой, потом с третьей. Получилась тонкая зелёная косичка детская игра, в которую он играл много лет назад с Розе во дворе их дома.
Та жизнь кончилась.
Но он был жив. И это всё ещё что-то значило.
---
Вечером, когда Тэхёна отвели в комнату, к нему зашёл Чимин. Он выглядел лучше уже не таким бледным, хотя рука всё ещё была на перевязи.
- Слышал, вы завтракали вместе, - сказал он, осторожно опускаясь в кресло.
- Кто сказал?
- Госпожа Ю. - Чимин усмехнулся. - Она рада. Говорит, что вы на правильном пути.
- Каком пути? К принятию участи?
- К выживанию, - поправил Чимин. - Ты не принял его. Ты не простил. Ты просто перестал умирать с голоду. Это прогресс.
- Прогресс, - горько повторил Тэхён. - Я ем с врагом за одним столом и это прогресс?
- В твоей ситуации - да. - Чимин посмотрел на него внимательно. - Ты знаешь, сколько людей сломались в этом доме? Те, кто не смогли принять реальность. Те, кто боролись до конца и проиграли. Они или сошли с ума, или покончили с собой. Ты всё ещё здесь. Ты всё ещё в своём уме. Ты всё ещё ненавидишь его. Но ты ешь. Ты дышишь. Ты смотришь в окно и видишь не только клетку, но и небо. Это много, Тэхён. Это очень много.
Тэхён молчал. Смотрел на свои руки содранные ладони уже заживали, но шрамы останутся навсегда. Как и всё остальное.
- Он будет есть со мной каждый день, сказал он. Это его новая тактика.
- Это не тактика. - Чимин покачал головой. - Это отчаяние. Он не знает, что ещё сделать. Он перепробовал всё силу, угрозы, подарки, клетку. А теперь просто хочет быть рядом. По-человечески. Даже если это «по-человечески» у него получается криво.
- Ты снова его защищаешь.
- Я снова объясняю. - Чимин поднялся, опираясь на спинку кресла здоровой рукой. - Просто запомни: он не враг, который хочет тебя уничтожить. Он враг, который хочет тебя сохранить. Это не делает его хорошим. Но это объясняет его действия.
Чимин вышел.
Тэхён остался один в комнате, где пахло кофе, едой и присутствием Чонгука горьковатым, тяжёлым, как чёрный кофе без сахара.
Он лёг на кровать, свернулся калачиком и закрыл глаза.
Продолжение следует...
Надеюсь вы понимаете почему Чонгук, решил поменять тактику.
Так же доброе утро всем, хорошего вам дня. А кто ложится спать, спокойной ночи и сладких снов