3. «это личное»
На следующий день ситуация, которую Дима не планировал и к которой не готовился, возникла сама собой. После уроков у раздевалки столпились человек десять. В центре - Лера, Алина и рослый парень из параллельного класса, известный своим умением «просто пошутить». Он, размахивая чьей-то забытой шапкой, заблокировал девочкам путь, с пафосом что-то рассказывая про «москвичек, которые морозов наших не боятся». Алина уже закипала, Лера же стояла, вцепившись в ремень рюкзака..
Дима увидел это из дальнего конца коридора. Он шёл с Серёгой, обсуждая что-то. Увидел - и остановился. Не потому что вспомнил про спор. Совсем наоборот. В этот миг он про спор забыл. Его ударило по нервам что-то другое: отвратительный, липучий пафос того парня, эта дешёвая попытка самоутвердиться за счёт чужой беспомощности. Такое Дима ненавидел инстинктивно, всем своим естеством.
Он даже не посмотрел на Серёгу. Просто изменил траекторию и направился к группе. Подошёл сзади, не спеша. Его появление ощутили раньше, чем увидели - толпа расступилась сама собой. Он встал между задирой и Лерой, чуть боком к ней, полностью заслонив её собой.
- эй, - произнёс Дима голосом, негромким, но слышным до самого конца коридора. В нём не было угрозы. Была холодная, абсолютная усталость. - Отдай шапку и иди.
Тот парень, на секунду опешил, попытался сохранить лицо ухмылкой:
-Да мы просто...
- Я сказал, иди, - Дима не повысил тон. Он даже руки из карманов не вынул. Просто смотрел на него своими зелёными, пустыми глазами. И этого оказалось достаточно. Пафос лопнул, как мыльный пузырь. Парень, бормоча что-то невнятное, сунул шапку в руки ближайшему ученику и быстро засеменил прочь. Толпа тут же рассосалась...
Дима повернулся. Его взгляд на секунду встретился с взглядом Леры. Он не выдержал этого взгляда. Он сделал то, что сделал бы для любого, кто оказался бы на этом месте. Не ради неё. А ради того, чтобы прекратить эту дурацкую, пошлую сцену..
- Не торчи на проходе, - буркнул он, адресуя это в пространство между ней и Алиной, и, не дожидаясь ответа, развернулся и пошёл назад к Серёге, который наблюдал за всем с каменным лицом.
Он не пытался сделать это ради спора. Он сделал это вопреки спору, потому что сама ситуация вызвала в нем глухое, почти физическое раздражение. Но, отходя, он почувствовал на своей спине два пристальных взгляда. И понял, что только что усложнил всё до невозможности...
---
Вечер того же дня выдался особенно колючим. Лера шла домой, укутавшись в шарф по самые глаза, но ледяной ветер, гулявший между домами старой части посёлка, находил щели. Она торопилась, погружённая в тяжёлые мысли о дневном происшествии, и не заметила скрытый под свежевыпавшим снегом бугорок натёртого льда. Нога резко ушла вперёд, раздался короткий вскрик, и она тяжело рухнула на колено, а затем на бок, ударившись виском о что-то твёрдое под снежной пеленой..
Боль, острая и ослепляющая, на мгновение отшибла все мысли. Она попыталась встать, но мир поплыл, а в виске застучало набатом.
- Эй, ты жива?
Голос прозвучал прямо над ней, низкий и нахмуренный. Сквозь пелену в глазах она увидела силуэт в тёмной куртке, который резко опустился на корточки рядом. Дима. Его лицо, обычно отстранённое, сейчас выражало лишь досаду и долю неподдельного беспокойства.
- Ты куда смотришь? - проворчал он, но его руки уже осторожно помогали ей присесть. - Голова?
Лера кивнула, и это движение вызвало новую волну тошноты. Она почувствовала, как его рука твёрдо легла ей под локоть.
-Могу идти, - прошептала она, но её тело не слушалось.
-Как же.. щас, - отрезал он. Огляделся. До ее дома было далеко, а снег зарядил с новой силой. Приняв решение молниеносно, он, не спрашивая больше, одной рукой подхватил её под колени, другой - под спину, и поднял. Лера от неожиданности инстинктивно обвила его шею руками, втянув голову, словно испуганный птенец...
Он нёс её недолго - всего несколько десятков метров до покосившейся резной калитки, за которой стоял тот самый синий, облупившийся гараж и небольшой дом. Он лягнул дверь ногой, впустив их в узкий, тёплый коридор, пахнущий старой древесиной, металлом и чем-то съедобным.
- Батя! - крикнул он, но в доме было тихо. - На работе, видимо, - буркнул он себе под нос, пронеся её дальше, в маленькую комнату. Это была его комната. Беспорядочная, но чистая. Дима аккуратно усадил Леру на краешек кровати, покрытой тёмным покрывалом..
- Сиди. Не двигайся.
Он вышел и через минуту вернулся со льдом,завёрнутым в потертое полотенце.
-Держи. К виску.
Лера машинально прижала холодный компресс, закрывая глаза. Боль понемногу отступала, сменяясь острым осознанием места, где она оказалась. Она украдкой огляделась. Книжная полка, заваленная не учебниками, а техлитературой и фантастикой, гитара в углу, разобранный на столе пульт от чего-то. И на полке, чуть в стороне, - простой чёрный блокнот в потёртой обложке.
- Ух ты, а это что? - почти неосознанно, движимая любопытством, которое всегда было её слабостью, она потянулась к блокноту, уже забыв на секунду о боли.
Её пальцы почти коснулись обложки, когда его рука легла поверх её ладони. Твёрдо, но без грубости.
-Стой.
Он забрал блокнот и положил его на самую верхнюю полку,куда ей с её ростом было не дотянуться.
-Это личное.
Лера смотрела на него непонимающим взглядом. Таким же прямым, ровным и немного отстранённым, как тогда, в школе, у фикуса..
Но любопытство Леры взяло верх над осторожностью. Увидев неподалёку маленькую табуретку, она встала, всё ещё прижимая полотенце ко лбу, и переставила её к полке. Дима наблюдал, скрестив руки на груди. Он не сопротивлялся. Ну достанет и достанет. Ему-то что? Зато она потрудится лишний раз.
дима
Она потянулась выше, поднимая руки, вставая на цыпочки на шаткой табуретке. Её серая кофта приподнялась, обнажив тонкую полоску кожи на пояснице, а мягкие брюки вдруг красиво, без всякого умысла с её стороны, облегли линию бедра... Так, стоп.
Я не должен был это видеть.
Я резко отвернулся к окну,сделав вид, что смотрю на падающий снег. В горле пересохло. Хоть и не очень... и хотелось посмотреть ещё. Чёрт. Всё идёт не по плану. Совсем не по плану. Это уже не игра. Это что-то другое, неудобное и живое, от чего сердце колотится как дурак, а в голове - полная каша...